Синяя угроза

27 июля 1984.

***

Адепт местной ячейки Пси-корпуса Кристиан Кристенсен, более известный под позывным "Жёлудь", вышел из кафе на улице ******. Он только что перекусил во время отдыха и направлялся на секретную базу. Его слегка штормило после выпитого трофейного вишневого вина; он всё время думал вслух, чем бы ещё прославить Оденсе, кроме того, что здесь когда-то родился Андерсен. - Вот бы сейчас Пси-доминатор построить да зарядить из него по Москве... Потомки сюда приходить будут и поклонятся нам здесь... А ещё лучше возвести генетический мутатор и применить его против всего здешнего населения! Прохожие удивлённо смотрели на пьяного псионика; стоявшие через каждые 200 метров посвященные одобрительно улыбались. На перекрёстке Жёлудя остановил его коллега Бенгт Розенквист по прозвищу Сказочник. - О, Крис, да что с тобой такое? - Каюсь, уважаемый... - заплетающимся языком протянул Жёлудь. - Перепил малость. С кем не бывает? - Я тебе щас дам "с кем не бывает"! - Сказочник отвесил коллеге звучный подзатыльник. - Где твоё отделение лучников? - Потерял... - признался Жёлудь. - ГДЕ ТВОИ ЛУЧНИКИ, УРОД? - Сказочник взял Жёлудя за грудки и встряхнул. - ГДЕ????? - Не знаю я... Разбежались... Уж не пошли они часом строить Пси-доминатор? - Что за...? - Псионик ещё раз встряхнул пьяного товарища. - Или ты говоришь, где твои лучники, или я тебе голову размозжу на месте! Говори! Только собрался Розенквист расправиться с Жёлудем, как неожиданно мимо них проехал "Вдохновитель". Командир огромного мозга на колёсах высунулся из кабины и закричал: - Отставить! Оба псионика обернулись. Кристенсен мигом протрезвел, а Розенквист отпустил его. - Что за беспорядок здесь вы устраиваете? Сказочник, что вы себе позволяете? - Виноват, господин К., - ответил Сказочник. - Жёлудь имел наглость напиться в кабаке до положения риз. Я не видел иного способа привести его в чувство. - Вы, Жёлудь, отбившийся от общего дерева Юрия! Кто вам разрешал идти в кабак в нарушение приказа командира отряда? Где ваши лучники? - Виноват, господин К.! Мне нужно было срочно утолить жажду. Лучники вышли из-под контроля и разбрелись кто куда. - Отлично! - К. поднял большой палец левой руки вверх. - Советские войска вот-вот возьмут Копенгаген на этой неделе. Союзникам и отдельному батальону Пси-корпуса там устроен кромешный ад. Я сегодня подам рапорт о переводе вас в Копенгаген - может быть, там вы исправитесь. "Ладно, ладно. Все когда-нибудь умрём" - подумал Жёлудь и ответил: - Хорошая идея, господин К.! Я готов искупить свою вину где угодно. - Вот и отлично! Сказочник, позаботьтесь о своём пьяном коллеге. Отведите его в казарму. - Есть! - ответил Сказочник и сказал потом Жёлудю: - Ну что, печень тухлая, допился? Ничего, сегодня одним куском говна станет меньше... - Хорошо, - тихо сказал Жёлудь и сам, без помощи коллеги направился в казарму.

***

Лидер ячейки проводил в казарме занятия посвящённых по пирокинезу. Он был в хорошем настроении сегодня: теоретическая часть далась новобранцам относительно легко, первые практические задания тоже оказались им по зубам. Особенно порадовал начальника молодой немецкий подданный, только вчера пришедший по зову сердца и души. - Вилли, ты просто метеор! Ты испытал пирокинез на кошке всего за 0,9 секунды! Это невероятно! Вилли на похвалы командира старался отвечать новыми рекордами. И уже на втором заходе услышал: - 0,73 секунды! Ты с какой планеты прилетел, Вилли? - Пусть лучше на господине Кристенсене потренируется, - выкрикнул кто-то за спиной. Командир обернулся. За его спиной стоял Бенгт Розенквист. - Сказочник! - едва ли не рявкнул шеф на адепта. - Кто вам дал право прерывать занятие? - Виноват, господин начальник! Я час назад увидел адепта Жёлудя в нетрезвом состоянии. Он ходил вопреки вашему приказу в кабак и потерял вверенное ему отделение лучников! - Не может быть! Вы что-то предпринимали? - Так точно. Жёлудь был настолько пьян, что пришлось применить рукоприкладство. Я едва не сорвался на самосуд, но господин К. проезжал мимо и остановил меня. Он приказал отвести Жёлудя в казарму. Но он сам решил пойти и вот-вот появится перед вами. - А К. что-нибудь говорил? - Так точно. Обещал подать вам рапорт о переводе Жёлудя в Копенгаген. А там, как известно, очень жарко нынче. - А вы бы хотели, чтобы Вилли его казнил? Нет, дорогой мой! Не получится! Хоть известно всем, что г-н Кристенсен является самым ненадёжным и недисциплинированным адептом в нашем отряде, но я бы не лишал его возможности исправиться. Приведите-ка негодяя сюда. - Есть! Через минуту Жёлудь был как штык перед командующим. - Ну, Жёлудь, что мне теперь с вами делать? Сказочник хотел вас сжечь на полигоне, но я не разрешил. Поэтому предлагаю вам самому выбрать наказание! - За меня выбор уже сделали, господин начальник. Командир "Вдохновителя" всё сказал мне, и даже рапорт не нужен. - Не может быть! Вас весь народ в Оденсе знает как расхлябанного и трусливого негодяя. Вы ходите по кабакам и распускаете своих подопечных. Вы часто уходите в самоволку и умудряетесь при этом выкручиваться. Если бы Юрий узнал про мою мягкость по отношению к вам, то казнил бы меня за служебные преступления. Но моему благодушию тоже есть предел. Чтобы СЕГОДНЯ - Шеф тыкнул пальцем в грудь адепту, - вы до ПОЛУНОЧИ собрали вещи и уехали в Копенгаген! Ясно? - Ясно, - томным голосом ответил Кристенсен. - Разрешите спросить: я один поеду? - Ой, да ну тебя в жопу! - Шеф раздражённо отвернулся и сплюнул. Но тотчас же развернулся и сказал: - Нет, трусишка! В нашем отряде есть целый взвод таких, как вы. Двадцать человек. Трое посвящённых, десять лучников, один сёрфер, и два экипажа танков "Плеть". Великолепно! Пришло время применить советскую практику, в рамках которой зэков отправляют из лагерей на самые трудные участки фронта, дабы они искупили вину кровью. Собирайтесь! Жёлудь ушёл собирать вещи. Занятия на полигоне шли своим чередом. Шеф остался один на один с молча стоявшим Сказочником. - Ну, Сказочник, говорите! Как вам моё помилование? - Я полностью вас поддерживаю. При всём неуважении к русским скажу, что они хорошо обходятся со своим биомусором, растворяя его в кровавом песке передовой. Если кто-то провинился, то второго шанса на исправление ему не дадут. Сразу расстреливают. - Хорошо, что мы в разы гуманнее краснопёрых, чем об этом твердит буржуазная пропаганда. А теперь завязывайте с разговорами и проследите за Жёлудем, чтобы тот быстрее задом шевелил. - Хорошо, - сказал Сказочник и отправился тем же маршрутом, что и адепт-алкаш.

***

В 11 вечера Кристиан Кристенсен был наготове и собирал "негодяев" в путь-дорогу. Караван из двух амфибийных транспортников ждал их в гавани Оденсе, чтобы отправиться по каналу в море. А в полночь названные корабли отчалили от берегов родины великого сказочника. С лёгким чувством Жёлудь сидел внутри головного транспортника и ожидал прибытия в копенгагенский порт. А чтобы момент начала искупления наступил быстрее, он лёг вздремнуть на лавке. Неизвестно, хватило ли ему трёх часов плавания на полноценный сон, но Кристенсен всё-таки не избежал счастливых сновидений. Правда, он уже не помнил их, когда капитан амфибии отдал сигнал о высадке. Жёлудь молнией вскочил с лавки и повёл за собой подчинённых. Первое время Жёлудь очень боялся. Судя по всему, алкоголь ещё не рассосался у него в крови. Адепту везде мерещились русские, каждый выстрел вдалеке он принимал за близкий и часто падал как будто замертво. Посвящённые то и дело поднимали с земли бесталанного начальника. История умалчивает о всех подробностях циркового представления. Известно лишь то, что где-то в прибрежной части Копенгагена Жёлудь по пьяни забрёл в проходной двор, где дежурил взвод огнемётчиков. Те слегка изумились, увидев пьяного адепта прямо перед глазами. Жёлудь уже начал понимать, кто здесь свой, а кто чужой, но неожиданно испугался и попятился задом к исходной позиции. Может быть, это был своеобразный тактический приём - пьяным видом приводить врага в замешательство. Как никак, а он сработал: посвящённые заживо сожгли русских огнемётчиков, при этом не получив никакого урона. Далее на место события приехала пара "Вездеходов". Сильная бронебойная команда из десяти человек быстро разобралась с ними. Затем в тот же двор заехал "Апокалипсис", но и он не выдержал двадцати реактивных стрел... Отдельный батальон Пси-корпуса терпел настоящее бедствие. К полуночи он был заблокирован в северном районе Биспебьерг с трёх сторон. Союзники - последние защитники города - прессовали Юрия на западе. Советы, превосходившие их втрое, теснили Пси-корпус на востоке и юге. Его командиры совершенно растерялись и надеялись лишь на чудо. Но было очевидно, что чуда ждать не стоит. Севернее Биспебьерга стоял дивизион СКАДов и вёл ракетный обстрел позиций Юрия. Пушек Гатлинга не хватило для нейтрализации всех ракет, и к часу ночи база осталась без военного завода и трёх биореакторов. А через час батальон лишился и казарм. Новые людские ресурсы черпать было неоткуда, а о генетическом мутаторе или баках клонирования батальон мог только мечтать. Приходилось полагаться на способности адептов брать под контроль вражеских солдат. Хуже всего дела шли в районе Нёрребро, откуда наступали главные силы русских. Отчаянная вылазка сил Юрия в этом районе привела к потере команды "опустошителей", на которую красные сделали высокую ставку. Ответ русских был очень жёстким. Мягко сказано! Советский командующий направил на место гибели химбойцов роту тесла-танков, которые прикрывало сверху звено "Волкодавов". Подразделение из двадцати солдат было разгромлено наголову. После этого советский натиск усилился втрое. Верные агрессивной тактике, красные сформировали крепкий кулак из тринадцати танков "Носорог". Кроме того, на базе на острове Амагер был активирован железный занавес. Головные танки русских на подступах к лагерю Пси-корпуса на полчаса стали неуязвимыми...

***

Отряд Жёлудя действовал в районе Амагер Эст. Один непримечательный проходной двор, возможно, попадёт в учебники истории. В нём уже три часа держали оборону пятнадцать солдат и два танка "Плеть". На внешней стороне двора образовалась непроходимая баррикада из горелой техники и трупов советских солдат. Но вражеское командование, озабоченное ситуацией в Биспебьерге, не сделало многого для отбития двора. Всего одного какого-то двора! Оно побоялось даже отправить вертолёты: лучников было слишком много, чтобы авиаудар был эффективным. Что касается алкаша Жёлудя, то он сделал мизерный вклад в защиту двора от русских. Стыд и срам! Смыть алкогольный позор у него никак не получалось. Хотя процесс отрезвления шёл тихим ходом, но на практике Жёлудь ничего не сделал. Ни один враг не шёл ему навстречу, не просился под гипноз. "О Юрий, почему я такой неудачник?" - крутилось у него в голове. - "Почему я не могу искупить грех перед товарищами?". Но вот произошло невероятное. В 4.30 утра после полуторачасового затишья окрестности Амагер Эст наполнились шумом танкового моторов и боевыми кличами. Линейная пехота (посвящённые и лучники) по сигналу Жёлудя окопалась в трёхэтажном доме. На отряд надвигалась армада из двадцати танков! Русские всё-таки вспомнили о злополучном проходном дворе и оттянули с переднего края часть группировки. Хотя Жёлудь понимал, что это уже не поможет побратимам из отдельного батальона. Последние части Союзников эвакуировались на запад Дании, и столица неизбежно переходила под контроль Советов. А к этому времени из центрального штаба Юрия в Оденсе поступил приказ об эвакуации гибнущего батальона Пси-корпуса. Он не касался штрафного отряда, ведомого Кристианом Кристенсеном под кодовым именем "Жёлудь". Ему было приказано обеспечить отход батальона любой ценой. Короче говоря, лидер ячейки в Оденсе бросил Жёлудя и его компанию умирать. Вот тут и протрезвел наконец-то наш адепт! Пройдя вперёд через пробитые танковым ударом стены дома, он сконцентрировал внимание на "Апокалипсисе", стрелявшем как раз по позициям лучников. Экипаж танка внезапно развернул орудия в другую сторону и дал залп по "Носорогам"! Это взбодрило осаждённых бойцов, и они повысили скорострельность. Когда "Апокалипсис" был подбит ответным огнём своих же, Жёлудь захватил под свой контроль экипаж головного "Носорога". И снова русские танкисты сгоряча уничтожают своих же товарищей. Всего потом Жёлудь подчинил своей воле пять экипажей. При это он умудрился остаться нетронутым. Значит, дурман таки рассеялся в его голове. Но выполнить долг до конца ему было не суждено. Русские наседали всё сильнее. Когда занятый юрьевцами дом был на волоске от полного разрушения, они подогнали грузовик с сейсмо-бомбой. Вошедший в раж Жёлудь нацелил взгляд на машину. Но он не знал, что грузовик беспилотный. Он проскочил мимо адепта, максимально сблизился с домом и сдетонировал... Адепт был сбит с ног ударной волной. Затем стало ясно, что крепость пала: за спиной послышались крики падающих вниз солдат и удары кирпичей об асфальт. Один большой кусок стены рухнул прямо на Жёлудя и размозжил ему голову. Из всего отряда выжил только сёрфер - будучи тяжелораненным, он был подобран русскими танкистами и отправлен в лагерь на острове Сандхольм. Остатки батальона были успешно эвакуированы в Оденсе.

***

На следующий день на главной базе в Оденсе все узнали о подвиге Кристенсена. - Советская практика очень эффективна, как оказалось, - резюмировал адепт Сказочник. - Ещё раз напомню: в их пехотных бронебойных командах огромный процент заключенных и бездомных. Они всегда на острие ножа и зачастую легко и напрасно погибают. Зато биомусор быстро уничтожается! - Но у Жёлудя, надо полагать, довоенная биография не так наполнена грязью, как у этих красных, - сказал Вилли (тот самый чемпион по сжиганию силой мысли). - Он же из педагогической среды пришёл? - Да, Вилли! Он когда-то работал учителем в начальной школе, но по зову сердца бросил всё и вступил в Пси-корпус. Это одно должно было возвеличить Жёлудя, но он только деградировал... - И в решающий момент он решил доказать обратное, за что заплатил жизнью. Но наши ребята из отдельного батальона благополучно эвакуировались и теперь готовятся мстить. Кстати, я недавно говорил с одним лучником из батальона. Он до сих пор удивляется, как русские могли ослабить передовую группу, когда пробивались через вторую линию обороны. - Тогда Жёлудь принимал на себя танковый удар. По логике красные должны были усилить натиск в Биспебьерге, но вместо этого вдвое уменьшили свой авангард. Жёлудь встал им костью в горле, от которой надо было как-то избавиться. К тому же они наверняка догадывались, что у наших ребят не хватит терпения на бесконечную оборону. Но это совершенно не похоже на акт милосердия. - Всего лишь логичное стремление навести порядок, - дополнил Вилли. - Свой порядок они уже навели, но мы ещё вернёмся...