You're my happy...

— Папочка? — звонкий детский голосок прорезал шум от проехавшего автомобиля. — Лили? — блондин, который был рядом с Гарри, слишком резко сел, и из-за этого всхлипнул от резкой боли и закусил губу. — Найл?! Любимый! — Зейн возник рядом с мужем слишком быстро и уже сидел рядом на снегу. Гарри попытался слиться со снегом, он набрал в рот воздуха и почти перестал дышать, нежелание быть найденным выдало его. Руку омеги пронзила боль, Гарри взвыл, прижимая больную часть тела к груди и сел. — Ох, Лили, будь осторожнее, — проворчал Найл. — Хазз, — воскликнул другой Малик, помогая супругу подняться. Когда Зейн убедился, что его любимый в безопасности, то помог подняться и кудрявому. Лили же стояла в полной растерянности — Хэй, малышка, иди сюда, — ласково позвал омега-блондин и тут же увидел рядом два потерянных карих огонька своей малышки. — Всё чудесно? Ну, ты чего? Переживаешь, что не знаешь дядю? Девочка кивнула, на что двое взрослых улыбнулись, а кудрявый омега поморщился, так как не мог особо вникнуть в суть разговора, а ещё у него болела рука. — А вот и ошибаешься, моя маленькая карамелька. Это же Гарри… — Гарри? — Дядя Гарри, — приобняв мужа, ответил Зейн. — И вообще, пойдемте домой?.. — Я… я уйду домой… — Заплетающимся языком ответил Гарри и попытался сделать пару шагов. — Не смей! Никуда в таком состоянии ты не пойдёшь, идешь с нами в отель? — строгим голосом заявил Найл и сложил руки на груди, тем самым пытаясь казаться очень серьезным и строгим. — Все домой!

***

Проснулся Гарри с головной болью, во вчерашней одежде и на незнакомом диване, согнувшись в три погибели. — Иисусе… мгх, — шумно выдохнул парень и попытался сесть. В ушах противно зашумело, а в глазах все поплыло. — Твою мать… — второй раз повторил он и всё-таки, медленно сев, пересилив себя и держась двумя руками за диван, он смог даже встать. Перед глазами возникла тёмная комната, за окном близился рассвет. Омегу потянуло блевануть, голова разрывалась, и Гарри думал, что его голова не выдержит и лопнет, как воздушный шарик от иглы. Шатаясь, Гарри добрался до стены и начал двигаться вдоль неё. Нащупав в темноте дверь, — а он надеялся, что это дверь, — Гарри аккуратно открыл ее, дабы не ударить себя, и резко остановился. У него пьяная лихорадка, и начинают мерещатся маленькие дети, — причем не его, — или он совсем сдурел? Перед ним стояла малышка и смотрела прямо на него. — Ох, ты ж ёб твою омегу, — выразил все свои эмоции Гарри и тут же закрыл рукой рот. Девочка сонно потёрла глаза. — Дядя Гарри? Парень задумался. — Ну, вроде да… — Я боюсь идти в туалет… там монстрики, они могут съесть меня… — прошептала Лили. — Монстрики? — удивленно переспросил кудрявый. Его полутрезвый мозг не мог справиться с такой странной информацией без таблетки от головной боли, по крайней мере только потому, что омега тоже считал, что ночью в туалетах есть монстры и могут кого-то сожрать. Даже несмотря на то, сколько ему лет. — Мм… Тебя проводить? Не могу же я все-таки отпустить тебя одну к ним, — сказал Гарри и тут же получил в ответ на свое предложение счастливую улыбку девочки. — Да! — Её ручка уже легла в огромную ладонь омеги и цепко сжала ее. — О, ну все, теперь мы идем с тобой в этот опасный поход в туалет вдвоем, но с тобой дядя Гарри и тебе нечего бояться!

***

— Дядя Гарри, а когда папы проснутся? Я хочу кушать, я бы заказала еду, как делает это обычно папуля, когда мы с ним голодные, но я не знаю, куда звонить. Лили сидела на диване, на котором не так давно спал Гарри и, включив мультики, тепло укуталась в розовый плед, который до этого лежал на полу (а еще до этого явно был на Гарри). — Ты проголодалась? Сейчас мы что-нибудь закажем, что ты хочешь? Мороженое, пирожное или пиццу? — вГарри тут же проснулась заботящаяся мамочка. Парень до этого нашел на столике, который был около дивана, таблетки, которые, скорее всего, были принесены заботливым Найлом, и сейчас омега чувствовал прилив сил. (Спасибо Найлу!) — Мне такое нельзя, — грустным голосом отозвалась Лили и насупилась, шмыгнув носиком. — Найл не разрешает тебе? Вот это елы-палы! — искренне удивился Гарри, держа в руке телефон и собираясь позвонить в ресторан на первом этаже. — Папа Ни говорит, что я должна правильно питаться, и все, он это ничем не объясняет, а папа Зейн говорит, что я будущая футболистка и должна держать себя в форме… — еле слышно проворчала девчонка и тут же подняла свои карие глаза на дядю. — Опа, а ты хочешь быть футболисткой? — кудрявый тут же оказался около девочки. Лили выпрямила спинку, сложила ручки на колени и, приподняв подбородок, отчеканила так, словно перед ней был листок с написанным текстом и она его прочла. — Я, Лилия Малик, собираюсь стать футболисткой, как мой отец Зейн Малик, и чтить спорт и этот вид спорта всем сердцем и душой. — Как только реплика девочки закончилась, она вновь расслабилась и прилегла обратно на диван. Прошла минута, две. Молчание. — А если честно, ты хочешь быть футболисткой? Или в принципе заниматься спортом? — нарушил эту тишину Гарри и внимательно стал смотреть на Ли. Та искоса посмотрела на него и неуверенно отвернулась. — Хэй, я никому ничего не расскажу, если ты не станешь пить и гулять с плохими мальчиками, — улыбнулся Гарри, и то ли она ему поверила, то ли купилась на появившиеся ямочки. — Я… я хочу танцевать… — неуверенно и тихо прошептала Лили. — Мне показалось, или я услышал танцы? Это же хорошо! Я люблю танцевать, ты знала, что я лучший танцор среди омег? — Правда? — недоверчиво рассмеялась девочка, перед этим осмотрев с ног до головы Гарри. — Хэй! Ты должна верить мне! — возмутился Гарри и шутливо начал щекотать Лили, при этом звонко смеясь вместе с ней. — Ладно-ладно, я верю, я даже уверена, что с вашими ногами вы не неуклюжий. — Так, стоп. Не «вы», а ты, не хочу быть старым, зови меня Гарри, просто Гарри. Без дядя и т.д. Вон, Майки у меня своих теть называет по именам и не на «вы». — Но это же неудобно, как я… тебя могу называть просто Гарри? — Представь, что я твой лучший друг, — просто ответил омега и, все-таки взяв телефон, заказал много вредной еды.

***

— Гарри! Вы уже встали? А чего так рано? — сонно выполз из своей спальни, где должен спать Зейн, Найл. — Между прочим, сейчас одиннадцать утра, уже давно надо было встать, — заметил Гарри с ложкой мороженого во рту. — Доброе утро, папочка! — выползла Лили из-под подмышки Гарри, хрустя попкорном. — Что это вы тут едите?! — Тут же заметил неладное Найл и направился «грозно» к двум «детям». — Возьми конфетку и не бурчи, — тут же заткнул мягко друга Гарри. — Мкм… — попытался возразить Найл, но тут же засмеялся, и втроем они стали есть много сладостей и смотреть мультики про Барби.

***

— Пока-пока, — крикнул Гарри и как можно быстрее выбежал из номера. Нет. Он любит Найла, да и всю семью Маликов, но он не хочет видеть их сейчас. Чужое счастье всегда напоминает о собственных промахах. Он быстро прошёл к лифту, надеясь, что его не придётся слишком долго ждать. Парень боялся, что кто-нибудь из ребят пойдёт следом за ним. Омега уже даже услышал, как открывается дверь, но, благо, дверцы лифта раздвинулись раньше. После этого он сразу же ломанулся в кабину, даже не подумав, что в ней могут находиться люди. Животный страх и лёгкая злость просили его уехать, сбежать, исчезнуть и просто оказаться дома в своём любимом уютном пледе. — Смотри куда идёшь, придурок! — произнёс слишком знакомый баритон, но прежде чем понять этот факт, Гарри поднял голову и, посмотрев в глаза этому грубому человеку, произнёс слишком нравоучительную фразу от отца двух детей: — Могли бы, уважаемый, посмотреть сначала на… — омега не договорил. Напротив блеснуло удивление в голубых глазах, но по инерции парни разошлись. Зайдя в кабину, кудрявый стал слишком часто нажимать на кнопку закрытия двери, в немом шоке уставившись на Луи. Альфа тоже, видимо, был в ступоре, но тут на него сзади налетел Зейн, а дальше Гарри ничего не видел, потому что двери лифта закрылись. — Все чудесно, — сам себе сказал Гарри и улыбнулся, обнажая свои ямочки, но потом омега дёрнул носом, и всё его тело пробила крупная дрожь. У парня начиналась нервная истерика. — Нет. Нет. НЕТ. Только не он. Но почему… — Сигнал известил о прибытии на нижний этаж, и кудрявый, весь нервный и оглядывающийся по сторонам, вышел из лифта. А потом внизу оказались папарацци. Гарри по старой доброй привычке быстро накинул капюшон и начал смотреть в пол. Внутри всё сжалось, а пальцы сплелись в жест «на удачу». И он уже почти добрался до выхода, но тут свершилась роковая ошибка. — Гарольд? — позвал женский голос. И черт бы его побрал, но он поднял голову и обернулся на звук. Тут же его глаза ослепила вспышка фотокамеры.