Say something

Иногда мне хочется просто сидеть, разглядывая свои ботинки,и позволить твоей проклятой грусти заполнить меня, как воздушный шарик. Томас нехотя разлепил глаза, пытаясь нашарить рукой будильник на тумбочке. С третьего раза ему все же удалось заткнуть эту противно звенящую вещь. В озаренной утренними лучами теплого Денверского солнца комнате наступила тишина. Томас сел на кровати, натягивая одеяло до самого носа. Он обвел взглядом комнату, в которой все, казалось, замерло. В воздухе танцевали пылинки, светились под тонкими лучами солнца, пробирающимися из-под неплотно задернутой шторы. Меньше всего Томасу сейчас хотелось вылезать из-под теплого одеяла и куда-то идти, но, тем не менее, именно это ему и следовало делать. Быстро надев синие джинсы и натянув на себя рубашку поверх черной футболки, Томас поплелся в ванную, которая, к его великому счастью, оказалась свободной. Холодная вода окончательно заставляет Томаса проснуться. Он наскоро приводит волосы в порядок, и, минуя лестницу, входит в кухню. По кухне витает прекрасный запах горячего кофе. -Доброе утро, милый – улыбается мама, ставя перед Томасом стакан с черной дымящийся жидкостью. -Спасибо, мам – он улыбается в ответ. Томас садиться за стол, пока мама колдует над завтраком и усиленно старается не уснуть. Взгляд Томаса впивается в окно, за которым расцветает Денвер. Ласковое солнце окрашивает в ясные цвета сады, дома, проулки, еще не заполненные местными жителями. Но вскоре Томас перестает видеть это, в его память врезаются недавние воспоминания, лица. Минхо, Тереза, София, Ньют… «Узнать правду» - проносится в голове, как заклинание. «Узнать правду и ничего не испортить…» -Земля вызывает Томаса – знакомый и ласковый голос матери выводит Томаса из раздумий, – Все в порядке? – внимательно вглядываясь в лицо сына, спрашивает она. Томас выдавливает из себя улыбку. -Все хорошо. Через несколько минут в кухню с новой газетой входит папа, а еще через несколько мгновения появляется София. Мысль о том, что она выглядит еще хуже, чем вчера, тут же оседает в сознании Томаса. Не произнеся ни слова, Софи опускается на стул рядом с Томасом, постукивая пальцами по кружке кофе. Сегодня на ней синие джинсы и все тот же длинный черный свитер, с растянутыми рукавами. Софи заправляет выбившуюся прядь волос за ухо и опускает голову. Она ни на кого не смотрит, и уж тем более ни с кем не говорит. Томас смотрит на родителей, увлеченных обсуждением новых штор в гостиной, и в этот момент, что-то рушится внутри него. «Какого черта вы ничего не замечаете?!» - хочется вскрикнуть ему. Томас снова смотрит на Софи, делающую вид, будто она очень увлечена рассматриванием обоев. Его сердце болезненно сжимается. Почему никто не замечает, что она так изменилась. Томас буквально мог ощущать ее состояние. Он так хотел протянуть ей руку и сказать, что ему не плевать, но он не мог. Не мог, и это убивало его. Томас знал, что значит чувствовать себя одиноким. Что значит, думать, словно никто не нуждается в тебе. Никто не хочет знать, как ты чувствуешь себя, умирая внутри. Томас прошел через это, просто переступил. У него были друзья, настоящие друзья. Была семья, маленькая забавная сестричка. И весь этот момент прохождения самой ужасной стадии переходного возраста, не был для него таким уж сложным. Но у Софии все было по - другому, и Томас чувствовал это. -Опоздаете в школу, дети – поцеловав Софи в макушку, добродушно бросил папа, удаляясь на работу. -Милая, помнишь, что нужно будет зайти к директору? – спрашивает мама. -Угу – коротко отвечает София, выходя из-за стола. Томас следует ее примеру. -Я люблю вас – улыбается мама, и выходит из кухни, оставляя Томаса и Софи наедине. Томас колеблется, но все равно говорит: -Мы можем пойти вместе, если хочешь… София равнодушно поднимает глаза на старшего брата, на секунду, Томасу кажется, словно она хочет сказать ему да, но только на секунду. -Не пытайся строить из себя заботливого брата, Том. – ее грустные глаза скользят по лицу старшего брата, с которым некогда они были очень близки. Софи поднимает с пола свой рюкзак и выходит за дверь, оставляя Томаса наедине с теми отвратительными словами, несколько секунд назад разбившими его рассудок . Теплые солнечные лучи перестаю теперь вызывать у Томаса хоть какие-нибудь эмоции. Невероятными усилиями, он заставляет себя выйти из дома. В ушах звенит. «Не пытайся строить из себя заботливого брата, Том.» Никогда он еще не чувствовал себя хуже, чем сейчас. Почему все так произошло? Когда Томас перестал значит для своей сестры целый мир? Почему теперь все, что он может, это наблюдать затем, как она страдает. «Я все исправлю» - решительно думает он, входя в школу. У кабинета истории Томас замечает знакомое лицо, обрамленное темными локонами. Тереза робко улыбается, поймав на себе взгляд Томаса. -Привет – своим приятным тихим голосом говорит она, заправляя прядь за ухо. -Привет, Тереза – Томас заставляет себя улыбаться, не смотря на отвратительно настроение. Школьный звонок заполняет коридор, дверь кабинета истории открывается, запуская ребят внутрь. Свободных мест совсем не оказывается. Томас чуть слышно выругивается, уже собираясь сообщить учителю о проблеме, но легкое прикосновение теплой руки его останавливает. -Ты можешь сесть со мной – улыбается Тереза. -А…Минхо? – немного смутившись, спрашивает Томас. -Сомневаюсь, что он придет к первому уроку – усаживаясь, говорит Тереза – История не то, ради чего Минхо согласен поднимать свою задницу с кровати. Томас смеется и садиться рядом. Ему вдруг становится легче. Проблемы немного отступают назад. Он мысленно благодарит Терезу за то, что она заставляет его чувствовать себя немного лучше. История проходит без происшествий, и как говорила Тереза, без малейших признаков Минхо. Ребята находят темноволосого парня только на пути в кабинет физики. -Привет – счастливо улыбается Минхо, достигая ребят. -Выспался? – скрестив руки, спрашивает Тереза. Минхо смеется. -Не завидуй. Прогуливать иногда полезно,– улыбается парень. Полным составом ребята входят в кабинет физики, и Томасу удается занять удобное место рядом с симпатичной миловидной девушкой. Урок тянется просто невыносимо медленно, Томас несколько раз едва ли не поддается соблазну немного поспать. Глаза режет от огромного количества формул. Еще немного и он просто взорвется… -Теперь мы посмотрим небольшой фильм, – объявляет учитель, возясь со своим оборудованием. Пользуясь моментом, Томас отпрашивается на несколько минут, и с великой радостью выходит из класса. Он медленно, растягивая момент одиночества, плетется в сторону туалета. Холодные капли воды успокоительно действуют на Томаса, он делает несколько глубоких вдохов. На секунду Томас позволяет себе закрыть глаза. «Можно мне просто пойти домой и перестать думать обо всем?» - проносится в голове. Но ответ он знает, поэтому постояв так еще пару секунд, Томас направляется обратно на ненавистную им физику. Томас почти дошел до кабинета, как вдруг он услышал чей-то разговор за поворотом коридора. Голоса долетали издалека, Томас не мог услышать фраз, но в том, что диалог явно имел не доброжелательное начало, он был уверен. Им овладело любопытство, и он тихо подошел к стене и выглянул за угол, затаив дыхание. Сердце Томаса на секунду остановилось. "Да что же это такое?" Томас устремил взгляд вперед, и на несколько секунд забыл о дыхании. Высокий парень крепкого телосложения с короткой стрижкой буравил взглядом... "Боже, это он..." - пронеслось в голове у Томаса. Ньют был прижат к стене, не имея возможности отойти в сторону или куда-то еще. На секунду Томас посмотрел в его глаза, в которых читалось дюжина противоречивых чувств. Темная завеса его глаз отчаянно скрывала то чувство, при мысли о котором, в голове Томаса возникло только одно слово — страх. Однако Ньют всем своим существом прятал его в самые глубины. Томасом овладел жуткий страх за парня, которого он видел лишь однажды. Ньют казался таким хрупким, словно достаточно одного удара, чтобы разрушить светловолосого парня, но тем не менее Ньют ни на секунду не отводил глаз от стоящей перед ним опасности. -Что, ублюдок, - угрожающе говорил первый, - Решил убежать? Летом тебя тут не было, но сейчас, поверь мне, ты никуда не денешься. -Отвали, Галли, - спокойно ответил светловолосый. Услышав его голос, Томас вздрогнул. Он вспомнил его тогда, в коридоре. Теперь он мог лучше видеть его лицо, на котором все еще была огромная рана, выделяющиеся на бледной коже. Волосы все так же взъерошены, чуть закрывают правый глаз. Но сейчас он выглядел более уверенным, в его глазах горел огонек, который давал Томасу понять, что Ньют знает, что делает. -За языком следи, - яростным шепотом ответил Галли, - Это ты виноват, и ты ответишь за это! Я всегда говорил ей, что с тобой не нужно связываться! Ньют сжал губы, явно борясь с желанием выйти из себя. -Я в этом не виноват, - с нажимом на каждое слово проговорил Ньют, и уже чуть тише повторил - Не виноват. -О, ну ладно, - с издевкой сказал другой. Томасу не понравился его ответ, его охватил страх за светловолосого. Ньют попытался отойти в сторону, но Галли не дал ему. Ньют все больше напоминал Томасу загнанного в угол зверя. -Как нога? - крупный усмехнулся. -Отвали, Галли, - снова ответил Ньют. Он попытался опять пробиться сквозь крупного парня, тот неожиданно отошел, открывая путь второму. "Не к добру это", - подумал Томас. Светловолосый сделал шаг... Галли со всей силы пнул Ньюта в левую ногу, попав прямо в щиколотку. Томас содрогнулся. Коридор заполнил истошный, полный боли вопль. Томас замер. «Что за черт?!» В голове теснилось множество мыслей, но вдруг ответ врезался в его сознание. Нога. Хромота. Томас все понял. По спине пробежали мурашки от уже смолкнувшего крика. Галли зашелся противным смехом и замахнулся снова, на этот раз уже рукой. Но Ньют успел уклониться и, воспользовавшись моментом, ударил того в скулу. Однако это не спасло его от дальнейшей участи. Галли притянул Ньюта за ворот футболки, и Томас с ужасом наблюдал, как хрупкие плечи Ньюта с размаху впечатались в бетонную стену позади него. Лицо светловолосого исказила гримаса боли, Ньют медленно съехал по стене, тщетно пытаясь втянуть хоть каплю воздуха в легкие. Краем глаза Томас увидел откатившийся от парня скейт, который он не замечал раньше. «Это должно прекратиться», - мелькнула одна единственная мысль. Не совсем осознавая, что он делает, Томас сделал несколько резких шагов навстречу им, но вдруг он вспомнил про скейт Ньюта. План последующих действий всплыл в голове Томаса. Он точно знал, что собирается делать дальше. Не медля ни секунды, Томас дрожащими руками подобрал скейт, и со всей злостью, которая накопилась в нем за эти несколько минут, оглушительно ударил Галли по голове. Вскрикнув от неожиданности, тот отлетел к стене, давая парням секунду на размышления. Томас вскинул руку в сторону Ньюта. «Пожалуйста, возьму мою гребанную руку, только возьми руку...» - взмолился он, видя некоторое сомнение в глазах светловолосого. Спустя мгновение холодная рука Ньюта коснулась руки Томаса, обжигая того ледяным прикосновением. Вздрогнув всем телом, Томас рванул Ньюта на себя, поднимая того на ноги. Томас сделал несколько уверенных шагов вперед, но тут же остановился, услышав за собой хриплое дыхание парня. Он обернулся. Ньют подался вперед, чтобы сделать еще один шаг, но его левая нога подкосилась. Ньют зажмурился от внезапной боли. -Я не могу, - приглушенно прохрипел тот. Пару секунд Томас колебался, не зная, что делать. -Стоять, сукин сын! - неистово заорал Галли и пошел на них, заставив Томаса принять решение. Он бросился к светловолосому, и, закинув левую руку Ньюта к себе на плечи, Томас потянул того вперед. Поддаваясь бушующему в крови адреналину, он рывками бежал к единственной двери, до которой осталось пару метров, тянув второго за собой. Сердце Томаса бешено колотилось, пока он пытался открыть плечом дверь. Спустя несколько мучительных секунд, дверь, наконец, подалась. Томас втолкнул Ньюта в дверной проем и вбежал следом, закрывая за собой дверь. Едва замок поддался, в дверь бешено заколотил Галли. -Открой гребанную дверь! Томас резко отпрянул от двери, шумно выдохнув. «Теперь мы в безопасности», - подумал он и огляделся. Они были в пустом школьном кабинете, заставленным каким-то хламом. Светловолосый парень сидел, прислонившись к стене, с закрытыми глазами. Откинув голову, он хрипло вдыхал воздух, приглушенно постанывая. Рука Ньюта лежала на его левой ноге. Томас ждал. Через минуты две дыхание Ньюта пришло в норму. Он хрипло сказал, не открывая глаз. -Увлекательное зрелище, да? Томас смутился. -Ты в порядке? - спросил он и сразу же осознал, насколько глупо это звучит. По одному виду парня можно было понять, что он ни черта не в порядке. Ньют зашелся хриплым смехом, перешедший в кашель. -Я Ньют, - сказал он после короткой паузы. -Я зн... - Томас запнулся, - Я Томас. Светловолосый открыл глаза и смерил того оценивающим взглядом. -Ну что, ты думаешь, что я кинусь тебе на шею и начну плакать? - сказал Ньют, ухмыльнувшись, - Лучше помоги встать. Томас подошел и взял протянутую тем руку. Ньют аккуратно поднялся на ноги, стараясь не ступать на больную. Он закрыл глаза и сжал губы, пытаясь не выдать мучившей его боли. -Что... - начал Томас, - С твоей ногой? Ньют окинул того слегка враждебным взглядом, и на несколько секунд их глаза встретились. У Томаса возникли противоречивые чувства, словно светловолосый не хотел довериться ему. Ньют отвел взгляд и сказал: -Твою мать, - лицо парня преобразилось, будто он что-то вспомнил, - Мой скейт! Мне надо за ним вернуться. Томас на секунду впал в ступор. «Ты идиот?!» - хотелось заорать ему. -Я не думаю, что это хорошая идея... -Да мне срать, что ты думаешь, - воскликнул Ньют, - Я иду за своим скейтом. Он уверенно схватился за ручку двери. Томас вскипел. -Да что с тобой?! - недоуменно вскрикнул Томас, захлопывая дверь рукой, - Этот парень, он может быть все еще там. -Эй, остынь, - примирительно подняв руки вверх проговорил Ньют и улыбнулся уголком рта, - Ты же защитишь меня, правда? Томас отвел глаза, немного покраснев, заставив второго глухо засмеяться. -Вообще, я думаю, что он уже ушел, - посерьезнев, сказал светловолосый и открыл дверь. Ньют уверенно направился по коридору, в то время, как Томас беспокойно оглядывался по сторонам. Он видел, как Ньют взял скейт, лежавший на том же месте, и обернулся. -Почему именно скейт? - заботливо рассматривая трещину на доске, спросил Ньют. Томас явно не ожидал вопроса. Ньют посмотрел на Томаса непринужденным взглядом, как будто не этим скейтом парень огрел Галли, избивавшего светловолосого несколько минут назад. -Ну, еще увидимся, - сказал Ньют и, ухмыльнувшись, добавил, - Томми. Томас застыл, глядя вслед удаляющемуся парню. Он смотрел на хромающего Ньюта, только сейчас осознавая, что случилось. Томас не мог поверить, что это он с такой силой зарядил Галли по голове, что он помог Ньюту дойти до кабинета, он спас светловолосого парня, а хотя шел все лишь на... "Твою мать! Физика!» - едва эта мысль проскользнула в голове Томаса, он уже был в паре шагов от двери. Он взглянул в щель, приоткрывающую обзор и облегченно выдохнул. Учителя не было в классе. Быстро проскользну среди парт, Томас уселся на свое место, тяжело дыша. Его милая соседка одарила Томаса лучезарной улыбкой, но шок все еще не отпускал его, так что в ответ девушка не получила ничего. На экране шел какой-то фильм, но Томас его почти не видел. Его взгляд вдруг пал на Минхо. -Ты в порядке? – одними губами прошептал тот. Томас неуверенно кивнул. Оставшиеся десять минут урока пролетели мгновенно, Томас даже не успел понять, что прозвенел звонок. Все его мысли занимало совсем другое. -Томас, все хорошо? Тебя долго не было – послышался голос Терезы за спиной. -Да, и, чувак, ты бледный – добавил появившийся рядом Минхо. Томас улыбнулся и как можно убедительнее сказал: -Все хорошо. Мне стало…немного плохо, но сейчас все в порядке. Правда. Больше ничего не спрашивая, ребята пошли на следующий урок. Английского и биологии для Томаса словно не было вообще. Он не слушал, и совсем ничего не писал. Он даже не пытался, все его мысли были заняты совершенно другим. В сознании то и дело всплывало разъярённое лицо Галли, плечи Ньюта, врезающиеся в бетонную стену, его лицо, искаженное гримасой боли, при воспоминании о котором, сердце Томаса вновь ускорялось. По окончанию последнего урока Томас попрощался с ребятами и быстрым шагом направился к дому. Все, чего ему сейчас хотелось – просто отдохнуть. Дома, к счастью Томаса, родителей не оказалось. Так что, быстро скинув с себя рюкзак, он пошел по направлению к лестнице. Поднявшись на несколько ступенек, Томас остановился, краем глаза заметив на кухне Софию. Девушка сидела за столом, держа в руках книгу. Что-то больно кольнуло Томаса в грудь, при воспоминании об утренней сцене. Но сейчас он слишком устал, чтобы думать об этом. Зайдя в свою комнату, Томас, не раздумывая упал на кровать и закрыл глаза. Картинки сменяли одна другую, слишком много мыслей… Томас закрыл глаза, и последнее, что он увидел, было ухмыляющиеся лицо Ньюта. «Еще увидимся, Томми…»