Через тернии к счастью

      Изая теперь мотался между квартирой Шизуо в Икебукуро и своим офисом в Синдзюку. В какой-то степени он наконец пришёл в себя, начал нормально питаться, перебиваясь обедами или ужинами у блондина, а потом убегая по своим делам.       Шизуо не запрещал ему навещать себя, наоборот, с каждым разом ждал его возвращения.       Оба старались не напоминать о старой вражде, хотя часто делились веселыми воспоминаниями.       Но каждый раз, когда информатор уходил, Шизуо спрашивал себя, почему он не ненавидит блоху, как прежде. И почему так рад его приходам.       Если бы этого с ним не произошло и Шизуо вышел бы здоровым из больницы, он бы первым делом пошел искать информатора, чтобы убить.       А сейчас тот заходит к нему в гости, как ни в чём не бывало. Словно они, наконец, стали друзьями.       Впрочем…       Изая шёл по улице, размахивая пакетом, в котором лежали его любимые суши с тунцом. Сегодня была скидка, и он не выдержал и зашёл к Саймону. К тому же в том районе ему надо было сделать кое-какую работу, так что всё замечательно совместилось.       Он подошёл к невысокому дому, в котором находилась квартира Шизуо и поднялся на нужный этаж. Однако ещё в коридоре он заподозрил, что что-то не так, увидев выломанную дверь знакомой квартиры.       В руке моментально оказалось флик-лезвие, и информатор осторожно заглянул внутрь. Из квартиры доносились приглушенные голоса и грохот.       Изая зашёл внутрь и застыл в дверях. От открывшейся картины у него похолодела кровь в венах.       Шизуо лежал на полу, прижатый двумя амбалами. Его инвалидное кресло лежало перевёрнутым в углу. Окровавленные ладони были прибиты двумя ножами к полу, во рту тугой кляп из какой-то тряпки. Третий амбал сидел на корточках и крутил лезвие, пытаясь добавить побольше боли и страданий.       — Ну что, «Гроза Икебукуро»? Каково тебе теперь быть слабым и униженным?! — злобно шипел верзила в искаженное лицо Шизуо. Тот только промычал сквозь кляп.       Изая дёрнулся, и на его губах расцвела его фирменная улыбка.       — Оя, оя, кажется, я не вовремя? — издевательски протянул он, кошачьей походкой входя в комнату. Все взгляды устремились на него — три злых и один раздосадованный. Один амбал зарычал и бросился на него. Пару незаметных движений, и верзила свалился на пол, жадно хватая воздух и вцепившись в окровавленное горло. — Жив будешь, если, конечно, не будешь мне снова попадаться на глаза, — пообещал мстительно Изая, расправляясь со следующей жертвой. Последнему он исполосовал лицо так, что его мама родная бы не узнала.       Скуля и завывая громилы выскочили из квартиры.       Изая поспешно подошёл к Шизуо и вытащил кляп изо рта. Тот тут же стал жадно хватать воздух. Потом Изая вцепился в рукояти ножей, негромко предупредив:       — Сейчас будет больно, — и одним резким движением вытащил оба лезвия, закинув их в угол к поломанной коляске. Шизуо простонал, кровь хлынула из ран. Изая сбегал на кухню, достал бинты и аптечку. Потом вернулся, продезинфицировал раны и перевязал. Шизуо молча терпел, не в силах пошевелиться. — Кто это были?       — Какая разница? — хрипло прошептал Шизуо, уставившись в потолок. — Как будто я мало нажил врагов в Икебукуро.       Изая стиснул зубы и подхватил Шизуо подмышки, с трудом перетянув туловище на кровать. Потом туда же закинул безвольные ноги. Уселся на кровать и попытался отдышаться.       — То есть, ты их не знаешь? — уточнил Изая, проводя рукой по лбу и оставляя кровавую полосу на потной коже.       — Я их не помню, — ответил Шизуо. — Слишком многим я набивал морду. Да и какая разница? Не одни, так другие. Многие хотят мне отомстить и будут снова и снова приходить, зная в каком я состоянии. Так что…       — Значит, это не в первый раз? — прищурился Изая.       Шизуо прикусил язык, но было уже поздно. В глазах информатора разгоралась холодная ярость.       — Изая…       — Почему ты мне не сказал?       — Зачем? Тебе-то какое дело до этого?       Изая дёрнулся, вцепившись руками в простынь. Открыл было рот, чтобы что-то сказать, потом закрыл, встал и отошёл к окну, засунув руки в карманы куртки. Вытащил мобильный, набрал номер, переговорил на другом, кажется, русском языке с кем-то, потом отключился. Кинул презрительный взгляд на Шизуо, поднял брошенный у двери пакет и поставил на прикроватную тумбочку.       — Угощение от Саймона, — и вышел из квартиры.       Шизуо уставился на то место, где недавно был Изая, пораженный, что тот взял так и ушёл. Он до последнего надеялся, что тот останется с ним. Но оказалось, информатор обиделся и бросил его.       Шизуо стиснул зубы, подтянулся на локтях и придал себе более-менее сидячее положение.       Он вытянул руки, задумчиво глядя на окровавленные бинты. Мало того, что у него неподвижные ноги! Теперь и руками невозможно пользоваться.       Он попытался достать из пакета суши, но быстро отказался от этой идеи.       Значит, придётся ждать, когда кто-либо придёт и поможет ему.       Шизуо уставился в потолок, раздраженный болью и собственным бессилием.       Хотелось бить в стену руками, кидать холодильник, выть и рычать.       А в результате он мог только лежать и ждать помощи от каких-то третьих лиц, соседей или кого-то, кто захочет его проведать…       Только кому он нужен?       Вместо злости пришло уныние и опустошение.       В голове стали бродить мрачные мысли. Хотелось умереть.       Почему Изая не возьмёт и не убьёт его?       Сразу бы ушло столько проблем.       С такими невесёлыми мыслями Шизуо провалился в беспокойный сон.