Бумажный журавлик.

      Тони трясет. От злости… и досады… — Дубина! — робот дернулся и отъехал подальше от Старка, — какого черта ты мне привез ЭТО?!       На столе лежала записка, которую он отправил с роботом к Кэпу и которая вернулась бумажным журавликом. — На что он намекает! — прорычал мужчина и отпил виски из стакана.       Робот дернул своей клешней и отъехал в сторону к «братьям-товарищам». — Джарвис! Он еще здесь? — Да, мистер Старк. — Передай этому придурку в трико сообщение… — Записываю… — Капитан Сосулька, ты сколько планируешь находится в моем доме?! Мне тебя пинками выгнать отсюда?! — Что-нибудь добавить, сер? — Нет, — рявкнул Тони.       На несколько минут в мастерской была идиллия. Пока… — Мистер Роджерс прислал вам ответ. — Врубай, — слишком бодро сказал Энтони. — Старк, в твоем состоянии это не получится. Хотя, если ты наденешь свой костюм… Так что ты говорил насчет пинков? Надевай костюм, я жду…       Мужчина замер. Его лицо побагровело от злости. — Да как он смеет так… — Еще одно сообщение, мистер Старк. — Я пожалуй действительно пойду домой. Меня отпустило… Да и запах течной омеги немного выветрился из моего носа… До встречи, Тони.       В мастерской опять наступила тишина. Энтони и слова произнести не мог. А в голове, как на повторении, крутились только 3 слова: запах течной омеги…

***

— Ты идиот, Стив! Мы тебе такой шанс дали, а ты им не воспользовался?! — Я не такой… — Конечно… Я не такая, я жду трамвая! Это ж надо было такой шанс упустить… — Наташа, ты повторяешься, — хихикнула Пеппер.       Роджер покраснел и уткнулся в тарелку с блинчиками. Он до сих пор помнил запах Старка. И ощущение, что он запомнится надолго, не покидало бедного паренька. — Стивен, что произошло? Может он себя как-то не так повел? Или… — Ой, Потс, — перебила ген.директора агент Романова, — не надо говорить о Старке, как о ребенке… — Он и есть ребенок, — недовольно сказала Вирджиния, — большой ребенок, который не знает как себя вести в присутствии понравившегося альфы. К тому же, лишивший себя запаха… — Он очень вкусно пахнет, — обронил Роджерс.       Пеппер моргнула и поставила кружечку с коффе на столик. Наташа подавилась кусочком ветчины и закашляла. — Что? — ошарашено спросила ген.директор, — ты о чем? У Тони нет запаха… — Есть! — твердо сказал Кэп и опять покрылся лихорадочным румянцем. — И какой он? — встряла откашлявшаяся агент, — на что он похож? Он сладкий? Или может терпкий, как алкоголь? Или может он напоминает… — Наташа, — слишком спокойно сказала Вирджиния, — молчи, — и ледяной взгляд в сторону агента ЩИТа. — Я даже не знаю, как его описать, — неуверенно проговорил Стив, — но суть не в самом запахе, а в моей реакции…на него… — парень нервно сглотнул и посмотрел на Пеппер. — Невероятно, — прошептала девушка, — ты и правда его почувствовал… — Меня до сих пор внутренне трясет. Я когда учуял его запах, чуть не упал, не заметив стула… — девушки внимательно на него смотрели, — И я никогда так не разговаривал с омегами, и вел себя по-другому… С Пегги все было иначе… — Она тоже омега? — поинтересовалась Наташа. — Да, но она… -…была другой? Стив, ты сейчас в другом времени, — улыбнулась Пеппер. — Теперь к омегам относятся по другому. Другое время… -…другие взгляды на жизнь, — вздохнул Роджерс.

***

— Да как такое возможно? Это же нереально, — прохрипел Тони, — Джарвис, ты все внимательно проверил?       Старк рассматривал анализы и кусал губы, еле сдерживая стон разочарования. — Да, сер. Этот вид брони не подойдет для новой версии МАРКа. Может используете другой сплав? — Я всегда использовал этот. И все было нормально, — возмущенно воскликнул мужчина и оттолкнул голограмму. — Сер, к вам пришли. — Кто? — Хей, Старк! Опять окопался в своей мастерской, скоро плесенью покроешься… — агент Романова уселась на один из свободных стульев, — А вообще, я к тебе по делу. — И тебе привет, — пробурчал Энтони. — Ты ведь омега? — мужчина замер, — просто я не ощущаю никаких запахов с твоей стороны, — Наташа подъехала к Старку и принюхалась, — Эх… А Стив сказал, что у тебя такой заманчивый и вкусный запах… Или он солгал? Хотя, какая ложь — это же капитан Америка…       Айрон-мэн напряженно глянул на альфу, которая приблизилась к нему почти вплотную и вдохнула запах его кожи. Романова недовольно выдохнула и продолжила: — И еще он так мило краснел, когда говорил о тебе, — девушка встала с кресла и подошла к столу, который был завален всевозможными чертежами, проектами и железными конструкциями непонятного назначения. — Видел бы ты, как у него краснеют ушки… — Замолчи… — А что такого? — удивленно приподняла бровь альфа, взяв в руки один из клочков бумаги и автоматически начала его разглаживать. — Ничего… — раздраженно проговорил Старк и начал изображать сильную занятость. — Эм… Тони… — Чего тебе? — спросил мужчина, разглядывая и проверяя очередную голограмму. — Это что? Журавлик?! — со стороны альфы послышался грохот, затем — громкий смех.       Айрон-мэн развернулся и застал Наташу сидящую на полу в окружении листов и железных предметов обихода. Она сжимала в пальчиках бумажного журавлика и, хохоча, обливалась слезами. — Ты чего? Оригами увлекаешься, Старк? — икая от смеха и пытаясь подняться с пола, спросила скалящаяся Наташа. — Нет. Это… — Неужто, кэп тебе подарил? Ну, это объяснимо… — хрюкнула девушка и приземлилась в кресло рядом с гением. — Роджерс какое-то время разрабатывал моторику рук, пальцев. Создавал из цветной бумаги всевозможных зверушек и выставлял на полочке, прямо над своей кроватью… — Дай сюда! — рявкнул Тони, выхватил из загребущих ручек альфы журавлика и засунул его в одну из нишь на своем рабочем столе. — Кстати… — мужчина настороженно посмотрел на альфу, — а ты знаешь, что означает такой подарок, если его альфа омеге преподносит? — И что же? — недовольно оскалился Старк. — Будь моим навсегда! — довольно воскликнула Наташа и вскинула руки в сторону Айрон-мэна.       Со стороны главного входа в мастерскую послышался грохот, за ним разъярённый рык и в помещение ворвался капитан Америка. Он злобным взглядом сверлил «скульптуру „Признание в любви“» и метал молнии в сторону Агента Романовой. Тони Эдвард Старк сидел в прострации и смотрел на Роджерса не отрываясь. — Наташа. Уходи, — чеканя каждое слово, проговорил Стив. — Э? Почему? Я же только что… — Уходи… — прошипел Роджерс и подошел к Тони. Резко поднял его со стула и прижал к своей груди, продолжая с яростью смотреть на агента, — он мой. — Оу… Я… — Наташа нервно сглотнула, ощутив сильную волну феромонов, которую капитан распространил в избытке, затем встала, обошла парочку по большому кругу и, хихикнув, быстро дошла до выхода. — Удачи, Стиви… — и была такова.       За этот промежуток времени Старк понял, что он горит. И внутри, и снаружи. И такое с ним впервые за 10 лет. Стив же не понимал, что с ним происходит. Он никогда не жил по инстинктам и своей животной сущности. Всегда все взвешивал и старался действовать по разумному. Но, как видно, у него случился сбой. — Стив, — послышался хрип Энтони, — задушишь…       Капитан вздрогнул и ослабил хватку. Старк вдохнул и поднял голову. На него, дико сверкая расширившимися зрачками и с судорожным румянцем щек, смотрел Роджерс. Смотрел не отрываясь и дыша через раз. Руки кэпа опустились по спине вниз и, обхватив за поясницу, притянули Энтони чуть ближе. — Что ты делаешь, капитан Сосулька? — нервно спросил Тони и попытался дрожащими руками отодвинутся от юного исследователя. — Мой… — прохрипел Стив и притянул мужчину еще ближе, прервав его жалкие потуги к сопротивлению. Зарылся носом в волосы Старка и начал судорожно вдыхать запах, — только мой…       Сын основателя компании Старк Индастриз только сейчас понял, как крупно попал…