Until Dawn

      Уилл торопливым шагом покинул здание и направился к дороге, намереваясь срочно поймать попутку или вызвать такси. Мысли путались, всё вокруг было словно в тумане, а слова, сказанные Стивеном, эхом звучали в ушах. Им нужен был Ганнибал. Всё было задумано и спланировано с самого начала, скорее всего, даже преступления Кукольника были лишь одним из элементов плана, чтобы заставить его вернуться в Балтимор. Вернуться, но не в одиночестве. Неужели Виктор и Стивен знали, кто такой Ганнибал Лектер на самом деле? Неужели они хотели убить или поймать, или, что ещё хуже, подчинить себе вендиго?.. Это стоило жизни двух молодых девушек?..       Из размышлений Уилла вывел громкий звук трения шин об асфальт, как при резком торможении. Эмпат отскочил назад, и дорогу ему преградила тёмная машина, из окна которой, весело улыбаясь, выглядывала Беверли Катц. Грэм замер, недоумённо смотря на старую подругу и не находя слов для такой ситуации.       - Я подвезу! – объявила она. – Садись, не тормози!       Её привычный задор казался чем-то диким в этой ситуации: одна девушка была убита, вторая - пропала, маньяк не пойман, в полиции есть предатель, а она довольная и счастливая, как ни в чём не бывало. И это после всего того, что с ней случилось.       - Нет, спасибо, я сам доберусь, - попытался возразить Уилл и отступил на один шаг, готовясь к капитуляции.       - А если Кейт умрёт за это время? – перешла в контратаку Беверли.       Этой фразы оказалось достаточно, чтобы через некоторое время Беверли и Уилл ехали молча к загородному дому Стивена. Погода была отвратная, самая что ни на есть осенняя и мокрая. Моросил сильный дождь, тучи заволокли небо, а сильный ветер трепал голые деревья. Грэм смотрел в окно, не желая пересекаться взглядом с Катц, ведь так или иначе тогда будет затронут тот самый нежелательный разговор, к которому Уилл был не готов до сих пор. Прошло достаточно времени, чтобы взглянуть тому ужасу в глаза, но в то же время, его прошло слишком мало, чтобы говорить об этом вслух и приносить никому ненужные сожаления.       - Почему ты думаешь, что она там? – спросила Беверли, набирая скорость.       - Не она, а Виктор, - поправил Уилл, стараясь скрыть нервозность. – Виктор не дурак, и не стал оставлять улики в своих домах. А вот дом и квартира его близкого друга – совсем другое дело. Стивен с радостью прикрывал своего обожаемого приятеля, чтобы угодить ему и вызвать ответные чувства. И если Виктор творил свои злодеяния не у себя… то у кого? Если его нет дома… то он где? Уверен, он уже в курсе, что Стивен задержан, и его показания – лишь вопрос времени.       - И почему ты не сообщил Джеку? – удивлённо спросила Беверли, вскинув бровь. – Про свои догадки и разговор со Стивеном? Все должны знать.       - Алана сообщит, она всё слышала, - отмахнулся Уилл. – Это… моё дело. Теперь моё.       - После того, как он влез в твою голову? – уточнила девушка.       Уилл вздрогнул, но промолчал. Он до сих пор ощущал, как Алана вырывается из его хватки, но более того, он ощущал невероятно приятное желание убить её. Это было сладостное и тягучее предвкушение, всего парой секунд отделяемое от волшебного неземного удовольствия. Если бы он успел, если бы успел…       - Ты не поздравил меня с воскрешением, - Беверли бросила на Грэма весёлый взгляд.       Время для нежелательных разговоров всё же настало, а Уилл всё так же был к этому не готов. Сердце болезненно сжало в груди, на лбу проступила испарина от одних только воспоминаний о том самом дне, когда они нашли Беверли Катц в обсерватории.       – Меня, знаешь ли, задушили, лишили почек и распилили на части. По крайней мере, так мне рассказали, - пожала плечами девушка так, словно речь шла не о ней.       - Бессмертная… - задумчиво прошептал Уилл, глядя прямо на дорогу. – Та, чьё тело будет восстанавливаться из любого состояния, и чья душа навеки прикована к земле.       Грэм помнил об этом из рассказов Ганнибала. Долгими уютными вечерами они сидели у камина в родовом замке Лектера, и мужчина рассказывал Уиллу о всевозможных живущих и существующих расах и странностях в этом мире. Грэм тогда, изумлённо распахнув глаза, слушал своего наставника, с трудом осознавая, что всё это не выдумки.       - Именно так, - столь же радостно подтвердила девушка. – Теперь я не могу состариться, мои раны быстро заживают, я не меняюсь, не могу умереть, и что самое противное… - Беверли хитро глянула на Уилла.- Я вообще никак не могу умереть. Никак. Даже если меня перемелют в порошок.       Грэм неспешно повернул голову, смотря на подругу рассеяно и рассредоточено. Ощущал ли он свою вину за то, что почти год назад отправил своего единственного на тот момент друга в логово Ганнибала? Ощущал ли вину за то, что не смог спасти и отомстить? Ощущал ли вину за то, что теперь был крепче крепкого связан с её убийцей? Повернувшись обратно к дороге, Грэм выдохнул и прикрыл глаза.       - Ты хочешь от меня что-то конкретное услышать? – тихо спросил Уилл.       - Ты же догадываешься, что я знаю, кто сотворил со мной это, - произнесла Беверли уже более серьёзно. – Я помню, куда хотела пойти в день, после которого меня нашли мёртвой. Я шла к…       - Это ничего не значит, - выдохнул Грэм, потирая виски.       - Ты будешь защищать его во что бы то ни стало? – спросила Беверли. – Игнорируя все его преступления? Ты никогда не врал, но врёшь мне…ради него? Кто он такой, Уилл?       Она знала, что её убил Ганнибал Лектер. Знала и молчала, судя по тому, что Кроуфорд ещё не попытался всадить доктору пулю в лоб. Хотела ли отомстить сама или ждала ответы на свои вопросы?.. Сейчас вопрос был задан Уиллу.       - Он мой друг, - ответил Уилл после паузы. – Будешь мстить?       - Нет, - мотнула головой Беверли. – Бессмертные мыслят иначе. Теперь я наблюдаю. А ты знал, что бессмертных в мире всего шестеро? Они ещё не приходили ко мне, но скоро придут, мы обязаны познакомиться!       Уилл молчал, гадая, что это за превратности судьбы, что именно Беверли Катц суждено было умереть и воскреснуть одной из представителей самой редкой расы?..       Когда они подъехали к небольшому дому за городом, уже начало темнеть. Заморосил мелкий дождь, а Уилл и Беверли тихо покинули машину, приближаясь к заброшенному на вид жилищу. Половицы на ступенях предательски заскрипели, и Грэм тихо чертыхнулся, когда же Беверли сохранила довольную улыбку на губах. Старая деревянная дверь поддалась не сразу. Однако небольшого усилия хватило, чтобы отпереть её с противным треском.       Темнота и пыль в доме, свидетельствующие о том, что тут давно никого не было, послушно расступились перед гостями, а дождь на улице любезно заглушал каждый их шаг. Визитёры внимательно осматривались и прислушивались, но с каждой секундой им всё больше казалось, что они тут одни.       - Тут так всё заброшенно… - произнесла Беверли, опуская пистолет. – Смотри, в окне! Это сарай?       - Я проверю его, - бросил Уилл и покинул дом, спешно направляясь к соседнему зданию.       Выйдя под усилившийся дождь, молодой эмпат был даже рад, что струи воды охладят его и приведут в норму мысли. Нужно было найти следы Кейт и как можно скорее. Чувство вины, волнение и страхи – это всё могло подождать, а вот девочка, возможно, нет. Двери сарая были отперты, и Грэм без проблем проник внутрь, щурясь и пытаясь хоть что-то рассмотреть в темноте.       Приглушённый стук капель о крышу казался теперь далёким и чужим. Сам сарай выглядел таким же заброшенным, как и дом, но что-то словно тянуло Уилла вперёд. Грэм неспешно прошёл вглубь, изучая инструменты, стены и пол, пока не наткнулся на дверцу от люка подвала. Схватившись за ручку и резко дёрнув, мужчина откинул крышку и увидел ведущую вниз лестницу. Недолго думая, Грэм направился вниз, сжав в зубах карманный фонарик.       Достигнув дна, Уилл ощупал стену, пока не нашёл выключатель. Свет постепенно озарил длинный каменный коридорчик, и эмпат двинулся вперёд, стараясь не думать о том, что он безоружен. Влажный запах гнили и сырости неприятно бил в нос, заставляя мужчину морщиться.       Первая дверь, показавшаяся по правую руку от Уилла, скрипнула, когда мужчина толкнул её. Увереннее сжав фонарик, Грэм нажал на кнопку, освещая всё помещение и внимательно всматриваясь в самые тёмные углы. Брошенные на полу миски для корма собаки и пятна крови на стенах привели мужчину в состояние противного ужаса, и он ощутил, как у него на голове зашевелились волосы. Потому что держали и кормили тут вовсе не собак. Недалеко валялась крепкая окровавленная верёвка, один конец которой был привязан к кольцу в стене: можно было догадаться, для каких целей она была тут.       На мгновение Уиллу показалось, что он услышал крик. Душераздирающий и громкий, настолько, что заложило уши. Выскочив из комнаты-камеры, эмпат упёрся спиной в стену и постарался отдышаться, прогоняя неприятные галлюцинации.       Немного придя в себя, Уилл вновь двинулся вперёд, понимая, что нужно исследовать подвал до конца. Одного вида широкой крупной дыбы в конце коридора хватило для того, чтобы множество голосов и криков оглушило Грэма, от чего он упал на колени и сжал голову руками. Крики заполняли его сознание, и мужчина, вскочив на ноги, стремительно побежал прочь.       Пробежав по длинному коридору обратно к лестнице, Грэм выскочил на воздух и обхватил себя руками, стараясь отдышаться. Его трясло, даже ледяной дождь не мог успокоить или отрезвить его. Внезапно со стороны дома раздался выстрел, и мужчина, одними губами прошептав имя подруги, побежал на звук.       Вбежав в дом, Грэм замер на пороге, увидев на полу тело Беверли Катц. Опустившись рядом с подругой, Уилл бережно потряс её за плечи, но вовремя вспомнил, что та не может умереть, несмотря на кровоточащую рану. Где-то наверху раздался скрип половиц, и Грэм поднял взгляд, яростно смотря на молодого мужчину, который спускался со второго этажа с пистолетом в руках и с довольной улыбкой на губах.       - Мистер Грэм! – поприветствовал гостя Виктор. – Как я рад вас видеть! Я так долго ждал этой встречи.       - Хотелось бы узнать зачем, - ответил Уилл с презрением и, подняв с пола пистолет подруги, встал на ноги.       Виктор, довольно приятной наружности мужчина, спустился вниз и вскинул голову, внимательно рассматривая лицо Уилла.       - Расскажите мне, мистер Грэм, как вы приручили вендиго, - попросил Виктор, и Уилл на мгновение даже перестал дышать.       Однако вскоре он поднял голову и его суровый взгляд пренебрежительно скользнул по лицу оппонента. Сдаваться или теряться он не собирался, пусть даже его тут ждали. Ганнибал был далеко и не мог попасть в беду именно сейчас, а потому следовало отложить переживания в сторону.       - Как я приручил вендиго? Я позволил ему себя убить, - неспешно и решительно ответил Грэм, сурово сжав губы.       - Убить? – Виктор чуть вскинул брови. – Серьёзно? Это метафора такая, ты же жив?       - Едва ли, - усмехнулся эмпат. – Я бы на твоём месте больше переживал за то, что ты влез в мою голову и атаковал моими руками мою подругу. Как бы не пришлось отвечать за всё сразу.       - Мне очень жаль, что так вышло мистер Грэм, - улыбнулся Виктор. – Но я уж очень хотел показать вам, что случилось с той юной леди…       Уилл резко поднял пистолет, но Виктор оказался более ловким: перехватив руки эмпата крепкой хваткой, он отбросил его в сторону, вырывая пистолет. Уилл упал на пол, но тут же вскочил и вбежал на кухню, ровно за секунду до того, как раздался звук двух выстрелов. Грэм подбежал к столу, схватил нож и метнул его в сторону дверного проёма, и клинок угодил прямиком в ладонь Виктора, вбежавшего следом и успевшего прикрыть лицо. Раздался громкий крик, и Уилл, воспользовавшись этой заминкой, бросился на мужчину, заваливая его на пол. Раздался звук падения и лязг металла – пистолет отлетел в сторону. Виктор разъярённо посмотрел на Грэма и сжал его горло руками, но Уилл, отчаянно глотая воздух, нащупал на полу нож и вогнал его в ногу убийцы. Раздался очередной крик, и Грэма отбросило в сторону, когда Виктор с силой пнул его ногой в живот, скидывая с себя.       Эмпат угодил спиной прямо в кухонный шкаф и ощутимо приложился головой, что на мгновение даже отключился. Резкая боль в плече, когда в него вонзили нож, вернула Грэма в чувства, и он, яростно глянув на довольное и безумное лицо Виктора, увернулся от летящего в его лицо кулака, и ответил ударом в челюсть убийцы. Того повело в сторону, и Уилл, ловко выдернув нож из плеча, со всего маху вогнал его в руку Виктора, пригвождая того к полу. Мужчина вновь душераздирающе закричал, и на глаза его навернулись слёзы. Он скулил и ныл, от боли вне себя, когда как Грэм спокойно возвышался над ним. Взяв второй нож, он равнодушно пригвоздил и вторую руку маньяка.       - Психопат! – закричал Виктор. – Грёбанный психопат! Садист, мать твою, ты что совсем не ощущаешь боли, падла?! Долбанутый на всю голову ублюдок! Где ты этого нахватался?!       Сквозь поток криков и брани Уилл постепенно осознал, что где-то в нём пульсирует боль. Ярость отступила, сознание прояснилось, он пошатнулся и, застонав, сжал кровоточащее плечо. Было чертовски больно, только Виктор был прав: изначально Грэм этого даже не заметил. Взглянув на результат своих трудов: на разбитую челюсть, разрезанную руку, кровоточащую ногу и нож, пригвоздивший убийцу к полу, Уилл даже на мгновение испугался. Он не мог всего этого сделать.       Однако раскаяние вовремя было сбито словами Виктора.       - Ты всё равно никогда её не найдёшь… - прошептал он. – Никогда…       Уилл опустился на колени и стремительно дёрнул убийцу за волосы, говоря прямо в его лицо.       - Где она? – яростно спросил он. – Где, подонок?!       - Она уже мертва, - губы Виктора растянулись в безумной улыбке и он рассмеялся. – Её больше нет! Под землёй твоя красавица, но ты её никогда не найдёшь.       Словно в тумане Уилл осознавал всё, что происходило дальше. Вот на кухню, пошатываясь, вошла Беверли, а следом вбежали Джек и агенты ФБР. Было много голосов, шума, вопросов, его с трудом оттащили от Виктора, а тот кричал, когда извлекали ножи. Уилла вывели на улицу, и кто-то бережно обнял его за плечи. Голос Ганнибала успокаивал, но не сильно. Всё внимание Грэма сосредоточилось на заплаканной женщине и грустном мужчине – он знал, что это родители Кейт. И случилось что-то ещё помимо того, что девочку не нашли. Что-то случилось, и это читалось по довольной улыбке Виктора.