Горько-сладкий

Гинджи не любил чёрное кофе. Да, и вообще, кофе в целом. Этот напиток был горек, перчил, да и его цвет… Гинджи не любил чёрный цвет — цвет темноты. В темноте страшно. В темноте таится неизвестность. А неизвестность пугает больше всего, даже самых смелых. Тьму стоит опасаться, избегать, ибо она затягивает так, как не затянет даже самый яркий луч света. Бан-чан тоже не любил кофе. Он любил пиво. Вот ведь парадокс. То тоже горькое и насколько Амано мог судить, намного противнее по вкусу. Правда, он и пробовал его всего раз. Но Бан-чан говорил, что он просто ничего не понимает и ещё совсем ребёнок. Амано любил газировку. В основном, классическую — грушевую. Однако мог выпить любую, лишь бы сладкую. Но всё равно покупал кофе. Чёрный горький кофе. С недавнего времени он постоянно покупал этот напиток. Даже в кафе заказывал. Друзья удивлялись переменам его вкуса. А бывший Повелитель молний только отмахивался и говорил, что просто хочет быстрее повзрослеть, как Бан-чан. Но с пива начинать был не готов. В тот день было холодно, и моросил противный дождь. Самая отвратительная погода, по мнению светловолосого юноши. Он не любил дождь. Тот нагонял тоску и уныние. Хотелось зарыться с головой в тёплое одеяло и не вылезать, пока он не закончится и не выглянет солнце, освещая мрачный пейзаж за окном. Но планам не суждено было сбыться, так как у Бана заглох его драндулет посреди шоссе. Матерясь и угрожая всем и вся, его темпераментный друг потащил тачку на прокачку. То бишь, к ближайшей бензоколонке. Как нельзя кстати тут пришлась его сверхчеловеческая сила. Протащил тарантас, словно мешок риса за спиной. Амано вслед только охал, желая удачи. Он остался на шоссе в одиночестве, через полчаса дотащившись до придорожного кафе. Ему жутко хотелось пить. Поэтому, торговый автомат, который он приметил у стены, возле входа в кафе, был как раз кстати. Порыскав в кармане в поисках скудной мелочи, он с довольным видом прошествовал к автомату и, уже хотел было закинуть монету, как его опередила чья-то рука. Гинджи замер с так и недонесённой до окошка приёма мелочи ладонью. Сглотнул. Он узнал этого человека. — Неожиданная встреча, Гинджи-кун. Как тесен мир, не правда ли? Этот негромкий тембр. До жути вежливая манера речи. Но что самое важное, эта убийственная, нет, скорее ужасающая аура. Не перепутать ни с кем. Акабане Куродо!! — Акабане-сан! Гинджи повернул голову, встречаясь с вежливо-растянутыми в улыбке тонкими губами и с прищуренным взглядом тёмно-фиолетовых глаз. Акабане склонил голову слегка вбок, в знак приветствия, и закинул деньги в автомат. — Что будешь пить, Гинджи-кун? — учтиво поинтересовался мужчина, практически придавливая посиневшего от страха беднягу к автомату. — Ко-ко-кофе! — наконец пропищал он нечленораздельно, до сих пор не пришедший в себя от неожиданной встречи. Что Акабане тут забыл?! — Чёрный? — Так точно! — По тебе не скажешь, что ты любитель чёрного кофе. Куродо достал напиток, протягивая его Гинджи. Тот сконфуженно кивнул, принимая стакан из чужих рук. — Любишь его? — продолжил допрос Кровавый доктор, покупая напиток и себе. — К-кого? — Кофе, Гинджи-кун. — Не люблю. Оно горчит. — Зачем тогда пьёшь? — Я бы и сам хотел узнать ответ на этот вопрос. — Интересно. Ты как всегда полон сюрпризов. Куродо достал из автомата свой напиток, и Амано не был бы собой, если бы любопытно не вытянул лицо, рассматривая, что же там купил такой жуткий человек. Брови поползли вверх от удивления. — Кофе со сливками? — Мм. Что-то не так? — Н-нет, я просто… Просто подумал, что Вы не тот человек, который любит сливки. — А я и не люблю. — А? Но зачем тогда пьете? — Затем же, зачем и ты пьёшь чёрный кофе, — улыбнувшись, ответил Шакал, протягивая руку и слегка ударяясь картонным стаканчиком о стакан Гинджи. — Хотели бы узнать ответ? — слабо улыбнулся юноша, смущённо топчась на месте. — Разумеется. — Вы тоже полны сюрпризов, Акабане-сан. — Кто бы спорил, Гинджи-кун.