Такой удивительный и загадочный Хибари Кёя

– Где Хибари?! Я привез экстремально отличное вино, я хочу выпить с ним по-мужски! – Сасагава-семпай, давно не виделись. Хибари у себя. Но разве ты не знаешь? Цуна запретил спаивать его. – Савада запретил? Почему? – Ты не помнишь, семпай? В прошлый раз, когда Хибари напился... – Сасагавы не было с нами в тот раз, идиот. – А-ха-ха, точно. Я и забыл. – Так что случилось? – Забавная была история. Кажется, он с пьяных глаз принял Цуну за кролика, силой усадил к себе на колени и отказывался отпускать. Пытался кормить его с рук и гладить. Цуна, конечно, был не рад, еле отбился и хотел поскорее убраться подальше, но Хибари все не отставал и чуть не схватил его снова. Цуна вышел из себя и вмазал ему. Ногой в лицо. Правда, Хибари это только умилило. Он сказал что-то вроде "Маленький зверек пытается атаковать меня своими маленькими задними лапками?", – и при этом улыбался, хотя крови было столько, что ему закапало всю рубашку. – Ненормальный ублюдок! Жаль, Десятый только повредил ему нос. Лучше бы сломал. – Да ладно тебе, Гокудера! Так вот, он все-таки поймал Цуну и, эмм, укусил его за щеку. У Цуны сделалось такое лицо... как будто ему вдруг захотелось убивать. Но тут Хибари отрубился. Прямо так, почти повиснув на Цуне. Которому пришлось тащить его в спальню, потому что Хибари не отпускал. Цуна потом еще жаловался, что для кого-то, кто выглядит таким худосочным, Хибари слишком тяжелый, ха-ха. На следующее утро Хибари ни черта не помнил, и был не рад, что кто-то разбил ему лицо. После всего этого Цуна и запретил давать ему алкоголь. – И правильно сделал. Решения Десятого безупречны. – Я экстремально так и не понял, почему Хибари нельзя пить! И с кем теперь пить мне? – Я могу присоединиться, семпай! – ... Я, пожалуй, с вами. Мне надо расслабиться: воспоминания о том ужасном случае вызвали у меня стресс. – Экстремально идем!