Блажь

Лес хочет уснуть. Все эльфы чувствуют, как потихоньку покидают его жизненные силы. Близится зима, и скоро деревья укроются в снежные шубы, а земля спрячется под сверкающим пушистым одеялом. Лес хочет уснуть сном живительным, целебным. Но он не может уснуть. Лес болен, его опутывают полупрозрачные сети паутины, удушая, не позволяя жить по привычным законам. Тьма проникает в каждую щель, лишая надежд на то, что, когда наступит зима, лес сможет исцелиться и с новыми силами пробудиться весной. Лес не может уснуть, и его владыка вместе с ним. В изысканных, величественных чертогах ищет Трандуил свой покой. Но покоя нет - есть лишь тьма, которая вот-вот подберется к его дворцу, погребая под собой все, что у него есть. Он почти не чувствует связи с лесом, со своей землей, и пока его дети борются с тьмой за каждый клочок королевства, все, что он может делать - это снова и снова взывать к силам природы, отдавая свои собственные, дабы хоть как-то поддерживать жизнь в страдающем лесу. Душа Трандуила тоже неспокойна. Он знает, что скоро в лес придут чужаки, те, кого он не звал и не позвал бы никогда. Хотя назвать одного из них чужим Трандуил не может, ведь сердцу он милее целого мира - за исключением, конечно же, его народа, ведь эльфийский народ - его дети, как и все жители леса. Торин Дубощит... Одно лишь имя заставляет задержать дыхание на миг. Трандуил помнит, как был очарован, впервые встретив Торина - еще юного принца - в день, когда против собственной гордости пришел на поклон к Трору - и оказался оскорблен, унижен перед своим народом. И кем? Презренными, недостойными гномами, кому блеск бездушных камней дороже света звезд - памяти предков. Но Торин... Торин таким не был. Он смотрел на Трандуила с затаенным восхищением, с почтением, как мог смотреть лишь благороднейший из принцев на короля эльфов. Трандуил вспоминает, как его синие глаза загорелись яростным непониманием, когда шкатулка с камнями захлопнулась, стоило Трандуилу протянуть руку. Несомненно, этот гном отличается от всех представителей своего народа. Трандуил понимает уже тогда, что сердце его покорено. Но гномы смертны, говорит он себе вот уже много лет подряд, их жизнь - лишь песчинка в бесконечной жизни эльфа. Это блажь, повторяет про себя Трандуил, желая когда-нибудь искренне в это поверить. Обида на Трора ядовитой змеей сворачивается в душе, а страх за своих - и без того немногочисленных - детей, воинов оказывается сильнее той вспышки чувств, когда он видит Торина во второй раз - вытаскивающего на себе короля из захваченной драконом горы, отчаявшегося - и вдруг воспрянувшего духом при виде войска эльфов. Это блажь, в очередной раз говорит себе Трандуил и поворачивает обратно. Душа Трандуила мечется, а сердце обливается кровью, стоит ему встретиться с Торином в третий раз. К тому времени он успевает уже несколько раз пожалеть о решении, принятом в тот роковой день. Перед ним совсем другой Торин: сильный, возмужавший, видевший смерть и огонь воин, честный и добросовестный работник - и истинный король, отец своего народа. Но обида, смертельная обида, что Трандуил читает в его глазах, заставляет всколыхнуться гордыню, и он прогоняет гномов со своих владений, вновь убеждая себя, что это просто блажь. Годы - всего лишь миг для эльфа, но в этот миг может измениться все, что угодно. Трандуил помнит все, до самых мельчайших подробностей, а душа его все сильнее болит. Он знает, зачем Торин идет по его лесу сейчас, и понимает, чем это может обернуться. Но теперь страх за собственных детей не так силен, как страшная, чудовищная тоска, окутавшая его владения. Трандуил знает: Торин сможет справиться со всеми препятствиями, ведь он настоящий король и он достоин. И сердце владыки снова и снова молит Торина о прощении, о разрешении остаться с ним, пройти весь его путь от начала и до самого конца, который уже не так далек... Но Трандуил, слыша тяжелые шаги по переходам дворца и поднимаясь с трона, понимает, что в очередной раз не прислушается к сердцу, как бы сильно оно не болело. Это блажь, а на блажь король не имеет права.