Абсолютный тормоз

      Куроко обвёл взглядом всех собравшихся, мысленно вздрогнул и решил, что благоразумнее всего будет погрузиться в чтение книги. Стараниями тренеров нескольких баскетбольных команд старших школ все члены Поколения чудес вместе со своими одноклубниками расположились в одном тренировочном лагере и готовились к старту очередного турнира, улучшая свои навыки в ходе товарищеских матчей. Вечера баскетболисты чаще всего проводили вместе, располагавшись в просторном холле небольшого отеля, в котором они на данный момент являлись единственными постояльцами.       Парни занимались кто чем: играли в различные настольные игры, смотрели фильмы на DVD, кто-то даже брался за учебники. Периодически, разумеется, возникали жаркие споры, но до серьёзных конфликтов дело ни разу не доходило. И, тем не менее, ни один вечер не проходил спокойно. Именно поэтому Тецуе становилось не по себе. Ему нравилось, что бывшие сокомандники теперь снова общаются вполне дружно, напоминая о той душевной атмосфере, которая поначалу царила в Тейко, но кто и что отчудит на сей раз, и что за этим последует, всегда было сюрпризом.       В один из таких вечеров началось всё с того, что Аомине принялся ныть, как ему скучно и вообще нечем заняться. Настольные игры уже наскучили, все имеющиеся на дисках фильмы были пересмотрены, а журналы с моделями Момои куда-то запрятала. Многие разделяли настроение форварда: даже Мидорима отказался сыграть с Акаши в сёги, сославшись на то, что Оха Аса велела Ракам в этот день держаться подальше от Стрельцов. Поскольку несколькими часами ранее игроки Ракузан одолели Шутоку, настаивать Акаши не стал, лишь ухмыльнувшись.       - А давайте какой-нибудь матч по телеку посмотрим? – предложил Кагами приунывшей компании.       - Тебе что, наших тренировок мало? – отозвался Химуро.       - Нет, ну а что?       Несколько человек поддержали предложение, но Мидорима, поправив очки характерным жестом, напомнил:       - Не выйдет. Сейчас перерыв между сезонами во всех чемпионатах, никто не играет. Даже международных соревнований пока нет.       - А как же предсезонные сборы? – робко подал голос Сакурай, тут же добавив: - Извините!       Такао просиял и радостно потёр ладони:       - Молодец! Голова! Так-с, сейчас мы найдём в сети какую-нибудь трансляцию и подключим к большому экрану…       Притащив из своей комнаты ноутбук, разыгрывающий Шутоку принялся искать товарищеские матчи во всемирной паутине. Он даже высунул язык от усердия, а глаза были настолько полны энтузиазмом, что стало ясно: пока не добьётся своего, он ни за что не бросит эту затею.       Спустя четверть часа удалось, наконец, отыскать видеотрансляцию одного матча, и ещё через пару минут баскетболисты, а также присоединившиеся к ним Рико и Момои получили возможность лицезреть игру на экране телевизора.       - Ну-у-у, так неинтересно! Здесь же ничего не понятно! – расстроился Кисэ, услышав незнакомую речь.       - Звиняй, нашёлся только этот турецкий канал, - Такао развёл руками.       Развалившийся на диванчике Аомине лениво протянул:       - Какая разница, чего этот комментатор лопочет? Главное – что на площадке происходит. Играют, по-видимому, какие-то «ЧэСеКА Мосукува» и «Бешикуташу», фамилии у них на майках подписаны, а такие слова, как «аут», «фол», «подбор», «защита» и прочие – они ж международные, их и так понятно. А большего и не надо.       - Ого, даже от тебя можно услышать что-то умное! – поразился Кагами.       - Чё ты там вякнул?! – Дайки тут же оживился и принял вертикальное положение. – Бакагами!       - Ахомине! – не остался в долгу Тайга.       Куроко устало вздохнул: именно этого он и опасался. Однако грозный взгляд Акаши вынудил форвардов хотя бы на время заключить перемирие.       Просмотр матча проходил в целом спокойно. Иногда раздавались возгласы «Ну кто ж так бросает?!» или «Да моя бабушка и то мяч не потеряла бы!», а временами действия профессиональных европейских баскетболистов вызывали неподдельное восхищение. Так, например, Кисэ взял на заметку несколько финтов и планировал уже на следующий день применить их на практике.       На болтовню турецкого комментатора никто почти не обращал внимания, но одна его фраза не осталась незамеченной. Мужчина воодушевлённо вёл репортаж и в числе прочего о действиях одного игрока произнёс:       - Павел Коробков акаши…       Повисло молчание. Все, как по команде, повернули головы на капитана Поколения чудес. Тот тоже был весьма озадачен.       - Что он сейчас сказал? – уточнил Сейджуро, понадеявшись, видимо, что ему послышалось.       - Так ты тоже это слышал? – обрадовался Хаяма. – Значит, точно было «акаши»!       - Интересно, что это могло бы значить, - призадумался Изуки, уже схватившись за свой блокнот для каламбуров и карандаш.       - Сейчас загуглим! – мгновенно сориентировалась Момои. – Так, «турецкий алфавит»…       Девушка взялась за телефон и стала искать ответ. Поначалу радостное выражение лица постепенно сменялось расстроенным: в тех турецко-японских словарях, которые ей попадались, нужной информации не находилось.       - Остаётся последнее средство, - решила Сацуки. – Гугл-переводчик!       Помогло: такое слово Гугл знал и выдал перевод.       - «Замирание», «угасание», «затухание», - озвучила менеджер Тоо.       Акаши, немного расслабившись, откинулся на спинку стула и вновь устремил взор в экран телевизора:       - Значит, имелось в виду, что тот Павел Коробков просто замер с мячом. Точно, он тогда как раз остановился, - припомнил он.       - Получается, что по-турецки Ака-чин – просто тормоз, - произнёс Мурасакибара без тени улыбки и флегматично отправил в рот очередной ломтик хрустящего картофеля.       Остальные испуганно притихли, прекрасно зная, насколько Акаши опасен в гневе. Но… тот откровенно растерялся. Вместо человека, готового убивать, он сейчас напоминал маленького ребёнка, которому только что сообщили, что Санта Клауса не существует.       - Моя фамилия… В одном из языков мира означает «тормоз»?.. – потерянно спросил Сейджуро. – Но я же абсолютен!       Увидев, что конец света в лице Акаши пока не предвидится, кое-кто уже начал потихоньку посмеиваться, а Такао внезапно поднялся со своего места и, сохраняя полную серьёзность, подошёл к четвёртому номеру Ракузан. Положив ладонь ему на плечо, Казунари твёрдо и с уверенностью произнёс:       - Не переживай. Хоть ты и тормоз, но ты по-прежнему абсолютный.       Акаши с благодарностью посмотрел на него и слегка улыбнулся:       - Такао…       Но тут вся серьёзность обладателя ястребиного глаза куда-то улетучилась, и он прыснул:       - Абсолютный тормоз!       Теперь уже никто не сдерживал смех. Аомине ржал так, что из глаз потекли слёзы, Такао от хохота согнулся пополам и бил рукой по коленке. Акаши растерялся ещё больше: казалось, словно его мировоззрение рухнуло в одну секунду, и он попросту не знал, как реагировать. Сейджуро вмиг потерял дар речи и даже вызывал немного жалости своим потерянным видом.       И всё же Мидорима очень хорошо знал своего бывшего капитана, поэтому, стараясь скрыть сдержанную улыбку, на всякий случай шепнул на ухо Сакураю:       - Пока он не успел опомниться, нужно спрятать все колюще-режущие предметы.       В глазах защитника отразилась паника, и он поспешил выполнить это поручение.       Смех в тот вечер не утихал ещё долго.