Первый поцелуй

Бывает так, что судьба ставит в пару двух совершенно противоположных во всем людей. Начиная от характера и заканчивая увлечениями. Раздумья подобного плана не раз посещали голову Енбэ, когда он в очередной раз бросал взгляд на свою судьбу — симпатичного омегу-тайца, которого все привыкли называть БэмБэм, потому что настоящее имя для корейцев было просто невыговариваемым. История того, как таец оказался в Корее, была наитривиальнейшей — родители пошли на поводу у капризного единственного сына-омеги и позволили уехать учиться в другую страну. А научиться он захотел кондитерскому мастерству. Все дело в том, что мальчишка был ярым обожателем шоколада и мечтал связать свою будущую карьеру с любимым лакомством. Родители не смогли отговорить единственного отпрыска, и поэтому сразу же после окончания школы он рванул в другую страну. Благо присмотреть было кому — отец вовремя вспомнил про брата, что проживал в Корее так же с юности. Поэтому, как только авиалайнер взлетел, последовал звонок старшему. Бэм нисколько не удивился, когда в аэропорту Инчхона увидел дядю. Знакомые нотки шафрана коснулись чувствительного носа, и Бэм почувствовал, как стало невероятно легко и спокойно. Мужчина сгреб подростка в объятия, стоило тому сойти с трапа. Но чуть позже он учуял другой знакомый запах. Шоколад. Обожаемый им с детства шоколад. Кое-как выкарабкавшись из плотных и цепких объятий дядюшки, Бэм огляделся в поисках хозяина столь манящего аромата. Карие глазки шустро оглядывали всех потенциальных альф на предмет соответствия запаху, но ничего такого не попадалось. Никкун с интересом наблюдал за ним. — Кого-то ищешь, малыш? — Он следил за направлением взгляда племянника и понял, что тот искал определенного человека. — Да. — Кого же? — Я не знаю, как он выглядит, но его запах… — Ты еще слишком юн, чтобы думать об этом, отвлекись. — Но как же…. — Говорю же тебе, рано об этом думать. Через годик-другой он сам тебя найдет, если вы действительно истинные. Старший омега почти сразу понял, что его племяннику «посчастливилось» учуять своего истинного прямо здесь в аэропорту. И его это напрягало. Ведь брат говорил, что парень летит в Корею только на время учебы, а истинный может сильно переменить планы мальчишки, он слишком юн, чтобы окунаться в омут любви. Мало ли каким окажется альфа, что предначертан судьбой. Ему самому достался такой, что ненависть возникла, стоило только увидеть. Он не хотел, чтобы это невинное наивное дитя наткнулось на такого же. Тем более что он предположительно понял, кто является хозяином обожаемого племянником аромата. И это ему не нравилось еще больше. Уж больно подозрительным был тот парень. Хотя бы тем, что около него вилось куча омежек, и он не упускал возможности потискать каждого из них. «Казанова» презрительно фыркнул он про себя, глядя на это. Он ведь даже не отозвался на запах своего истинного омеги, а спутать мягкий кисловато-сладкий мандариновый шлейф его невинного племянника было просто невозможно с чужими. Поэтому Никкун сделал вывод, что незнакомец просто игнорировал запах истинного. Что не прибавляло ему привлекательности в глазах старшего. И он старательно прикрывал обзор юного омеги на то место, где стоял альфа. И его усилия вроде бы принесли свой результат. До тех пор, пока тот не глянул в их сторону. Альфа удивленно дернул бровью, когда почуял смесь из шафрана и любимого им мандаринового запаха. Он пытался понять, кто им обладает. Высокий представительный мужчина в костюме или подросток, которому старательно мешали посмотреть в его сторону. В том, что оба были омегами не приходилось сомневаться — старший сильно глушил свой шафрановый аромат специальными таблетками, так как близился не самый приятный для любого омеги период. А младший.… Ну, просто глядя на него можно было понять, что перед наблюдателем именно юный невинный и возможно даже нецелованный омега. Мысль о том, что этот малыш именно его истинный грела душу альфе, чьи черные волосы были зачесаны в дерзкий короткий ирокез, а все остальное — выбрито. Стройный крепкий торс был прикрыт только черной кожаной жилеткой. В полную противоположность ему юный омега даже в такое теплое, если не жаркое лето был целомудренно укутан по самые уши. Альфа даже усмехнулся. Но после, поймав на себе внимательный взгляд старшего, наигранно притянул ближе очередного тощего паренька и поцеловал в губы. Когда тот с брезгливым фырком отвернулся, альфа тут же оттолкнул ничего не понимающего омегу и зашагал в сторону своей судьбы. Но остановил его довольно-таки строгий взгляд Никкуна. Брюнет не считал себя трусом, но этот взгляд не предвещал ничего хорошего. Поэтому остановился он всего в десятке метров от цели, поймав на секунду влюбленный взгляд второго омеги. Тогда то он и решил, что, во что бы то ни стало добиться того, чтобы младший омега был с ним. Енбэ был из разряда тех людей, что всегда добивались желанного. Особенно, когда чувствует и видит взаимность. К его счастью, парнишка поступил в один университет с его младшим братом Санбэ. И у альфы появилась отличная возможность видеть своего нареченного судьбой едва ли не каждый день просто потому, что отец не особо верил изворотливому младшему, и Енбэ постоянно приходилось его сопровождать, где бы то ни было. И не смотря на то, что тому было уже 18, встречали и провожали его как маленького. Чаще всего, а точнее говоря постоянно, это делал именно старший брат. И только благодаря новости о том, что симпатичный паренек с волосами цвета мёда и тонким едва уловимым ароматом его любимых мандаринов учится не просто в одном университета, а еще и на одном факультете и в одной группе с его младшим братом, он перестал воспринимать обязанность снова приглядывать за младшим как каторгу. И уж слишком подозрительно радостно для родителей мчался за мелким в университет. Лишь потом они узнают, что причиной тому скромный милый юноша, чей цитрусовый аромат уютно окутывал и переносил в тропики. А пока они наблюдали лишь за тем, как он каждый раз прихорашивался перед тем, как ехать за братом в университет. Санбэ с огромной радостью выдал родителям секрет брата, ибо он слишком ревниво относился ко всему этому. Ежедневно встречая брата, Енбэ по-прежнему шутливо душил его в своих объятиях, пока на горизонте не появлялся второй. Наблюдая за тем, как тот грациозно шагал по коридору словно по подиуму, альфа невольно любовался каждым его движением. Было видно, что омега полноценно осознавал свою неповторимую красоту. Поймав очередной влюбленный взгляд брата на омеге, Санбэ обреченно вздохнул. Он уже знал, что всю дорогу до дома эти двое снова проболтают друг с другом, совсем забыв про него. Так и произошло в очередной раз. После дежурного объятия с младшим Енбэ по привычке поднял взгляд на омегу. Тот приближался к ним так же стремительно, как и всегда. Все дело было в том, как на него поглядывали другие альфы. Мальчишка был не мечен и для свободных альф представлял лакомую добычу. А рядом со старшим братом друга было спокойнее. Тем более что еще в аэропорту парень понял, что этот альфа — его истинный. По привычке младший остановился в паре метров от них и поздоровался с альфой. Играющая на его губах смущенная улыбка ничуть не была наигранной. Он всегда немного смущался в присутствие Енбэ. Альфа считал это очень даже милым. А вот Санбэ всегда фыркал презрительно. Но ни альфа ни омега не обращали на это внимания, зная, что бету злил сам факт того, что другого времени и места для встреч у них просто не было. И в очередной раз Санбэ не выдержал: — Если он твой истинный, почему ты его до сих пор не пометил? Думаешь, я не знаю, как ты ждал этого дня, когда он, наконец, появится в твоей жизни? — Ты крышей двинулся? Его дядя меня съест и костей не выплюнет, если я его коснусь до совершеннолетия. — То есть ты хочешь сказать, что ты, взрослый альфа боишься зрелого омегу? — Поверь мне, этого стоит бояться. — Я не знал, что мой старший брат трус. — Бета развернулся на каблуках. Наблюдая эту сцену, БэмБэм был расстроен, что стал причиной их ссоры. Он догнал друга, что-то долго ему объяснял, активно жестикулируя. И его, по-видимому уговоры, сработали. С фырком бета вернулся к брату и попросил прощения за вспыльчивость. Чуть заметно кивнув омеге с благодарностью Енбэ смог поговорить с братом спокойно и простить его вспыльчивость. Именно опираясь на то, что паренек еще юн Енбэ не спешил переходить из френд-зоны во что-то более серьезное. Поэтому в авто Бэм без особой боязни сидел на переднем сиденье рядом с водителем, зная, что тот всегда сосредоточен на дороге и крайне редко поглядывает на него и то украдкой. Рядом с омегой он менялся. Наглость сменялась на нежность, надменная ухмылка сменялась на смущенную улыбку, превосходство во взгляде уступало место безграничному обожанию младшего. Енбэ становился совсем другим. Таким, каким его видел только БэмБэм. Даже Санбэ не в полной мере заставал преображение старшего брата. Потому что при брате Енбэ оставался еще чуть-чуть собой таким, каким его привыкли видеть все. А вот позже, когда младший брат был передан родителям и Енбэ возвращался в машину, чтобы отвезти омегу, живущего с дядей на другом конце города, домой, он становился таким, каким его видел только любимый. Омеге нравилось видеть его именно таким. Не грубым хамоватым альфой, который никого ни во что не ставит, а нежным заботливо и трепетно любящим. Решив все-таки последовать совету младшего брата, Енбэ стал выжидать удобного момента чтобы начать действовать. Он то и дело поглядывал на тонкую красивую шею омеги, уже представляя где и как расцветет сначала засос, а потом ниже его появится знак того, что этот красавчик не свободен. БэмБэм не догадывался о причине частых взглядов альфы в его сторону. Пока внезапно не почувствовал на шее его теплые губы, которые сначала порхающими движениями касались кожи, а затем слегка ее прихватили. Парнишка зашипел от боли, когда острые зубы альфы вгрызлись в кожу, ставя метку. Это было неприятно и Енбэ услышал едва различимый всхлип. Губы переместились обратно к уху. — Прости, малыш. Но брат прав, метка необходима… — А как же дядя? — Он ее не увидит. — Уверен? — Да. Я выбрал место, которое легко прикрывается твоими любимыми наушниками. Ты ведь дома с ними постоянно ходишь? — Ну да. — Ну так теперь они помогут тебе закрыть метку. — Рано или поздно дядя ее обнаружиит… — В твоих интересах сделать так, чтобы это произошло не скоро. — Енбэ осторожно коснулся губами нежной кожи уха. Он бы еще продолжил это интимное занятие, если бы не возмущенные сигналы других водителей. Раздраженно рыкнув, Енбэ резко рванул вперед, ловко обгоняя всех кто был на пути. Он вспомнил, что вез БэмБэма домой, и что его дядя не простит опоздания хотя бы на 5 минут. Поэтому ему пришлось нарушить едва ли не с десяток правил, рискуя попасться полиции, но гнев дяди своего возлюбленного для Енбэ был страшнее даже чем отцовский. Он не мог найти этому объяснения, но все было именно так. Омега с редким запахом шафрана для него был гораздо опаснее отца. Когда парни пересекли порог квартиры Никкуна, на часах было 22.00 ровно. Омега поднял на них взгляд. Младшего он без слов отправил в комнату, а сам подошел к альфе. — И как наглости только хватило заявиться в мой дом? То, что ты привез БэмБэма спасибо, но мог бы просто высадить его у подъезда. — Решил, что проводить до квартиры безопаснее. Мало ли. — Альфа не собирался сдаваться просто так и ответил. — Слишком самодоволен я смотрю. Последний раз предупреждаю — чтоб ноги твоей больше не было в моем доме. Ясно? — Яснее, чем белый день. Енбэ проявил благоразумие и не стал нарываться. Поэтому даже не попрощался с омегой. БэмБэм конечно это заметил, но рисковать и ругаться с дядей по этому поводу не стал. За последние несколько дней он нарушил много запретов дядюшки и поэтому нарываться лишний раз не рискнул. Мальчишка сидел тихо у себя в комнате, клацая клавиатурой ноутбука, готовя одно из заданий университета. Уже потом, когда Никкун заглянет в комнату, он увидит спящего за столом парня, а рядом как минимум 3-4 пустых обертки от шоколада и открытый ноутбук. На экране которого парнишка старательно печатал текст. Фрагмент текста попался старшему на глаза. Он вчитался в то, что там было. Этот бренд является самым продаваемым среди всех шоколадных продуктов. История его началась еще в 1824 году, когда Джон Кэдбери в Лондоне начал свою карьеру кондитера. Он открыл свое кафе в Бирмингеме. Через семь лет он уже начал выпускать какао и горячий шоколад по собственным рецептам. Тогда в его работе основными инструментами были пестик и ступка. Интересно, что Джон Кэдбери являлся пожизненным членом Общества Трезвости. Свои сладкие продукты он рассматривал, как замену алкоголю, который нес разрушительные социальные функции. В 1913 году его наследники значительно изменили производимый продукт, сделав его намного более пористым. Гордость компании, молочный шоколад «Дэри Милк», выпускается еще с 1905 года. Сейчас бренд под своим именем выпускает также хлопья, молочные и фруктовые шоколадки и батончики и даже сухарики. Кэдбери является лакомым кусочком для большого бизнеса, недавно компания отклонила предложение о своей покупке концерном Kraft за 15 миллиардов долларов. Взгляд Никкуна упал на те обертки, что были около ноутбука. Улыбка коснулась губ старшего. Именно описываемый в этом отрывке шоколад чаще всего племянник и покупал. Глянув на часы, брюнет осторожно переложил племянника в заранее расстеленную постель и укрыл одеялом. И напоследок почти как его папа коснулся лба поцелуем. Парнишка поморщился во сне и что-то пробурчав недовольно повернул голову так, что яркие пятна засоса и метки на шее бросились в глаза. Нахмурившись, Никкун решил выяснить их происхождение утром, когда тот проснется. Сейчас рушить чуткий сон студента было рискованно. Поэтому он вышел из его комнаты, осторожно прикрыв дверь. Вспомнив последний взгляд альфы на малыша, Никкун поджал губы. Теперь он понял причину того взгляда. Хитрый альфа любовался своей «работой» на шее парнишки. Решив, что выскажет этому наглому альфе в следующий раз все, что о нем думает, старший отправился спать. На следующее утро БэмБэм даже не позавтракав смотался из дома, так как прекрасно понимал, что дядя уже увидел и засос и метку. А значит, за завтраком обязательно бы устроил допрос. А давать портить себе настроение с утра пораньше омега не планировал. Воротник рубашки не закрывал творчество альфы, поэтому БэмБэм заметил явное понижение внимания свободных альф к себе. Санбэ заметил явное изменение друга. И первое что бросилось в глаза — это как раз яркие пятна засоса и метки на шее. — Он все-таки решился? — Да. — Ну и как оно? — Больно. У твоего брата очень острые зубы. — То есть кроме боли ты ничего не почувствовал? — Ага. — Вот говорил же ему… — В смысле? — Омега непонимающе посмотрел на него. Санбэ огляделся, чтобы рядом никого не было и отогнул воротник водолазки. Шея беты пестрела укусами. — Он на мне тренировался. — Совсем больные? — То есть, по-твоему, он должен был на левых омегах это делать? — Нет. — Ну и все тогда, разговор окончен. Одногруппники альфы заметно потеряли интерес к БэмБэму и это ему значительно облегчило жизнь, потому что он предпочитал сосредотачиваться на учебе, а не крутить флирт с кем попало. Он очень отличался от других омег. Повадками, характером, стилем поведения и одежды, своим отношением к другим омегам. А еще своей реакцией на запах своего альфы. У каждого омеги она своя, но даже в этом Бэм был нетипичен. Потому что каждый раз реакция была разной. От простого лихорадочного блеска глаз и учащенного пульса до внезапных обмороков. Это очень беспокоило Санбэ и он решил поговорить с братом, поймав момент, когда Бэма пораньше с занятий забрал дядя. — О чем ты хотел со мной поговорить? — Енбэ был удивлен такому стремлению младшего пообщаться с ним. — О твоем омеге, БэмБэме. — Вот как. И что такого мегаважного ты хотел о нем мне сообщить? — Твой запах на него влияет сильно. Даже слишком. — В смысле? — В прямом. Каждый раз когда ты у нас в универе появляешься, его организм реагирует по-разному. От простого блеска в глазах до обмороков. — И что, мне теперь совсем не появляться что ли? — Я этого не говорил. — А что ты предлагаешь? — Ждать меня за территорией универа. — Чтоб ты смотаться от меня смог? Ну уж нет. — Дурак, я не о себе беспокоюсь, а о Бэме. А должен это делать ты вообще-то! Почему я беспокоюсь о твоем омеге больше чем ты сам? — А кто тебя знает… может влюбился в него. — Идиот, точно идиот. Доведешь его до комы будешь знать! — Что все так серьезно? — Наконец-то дошло! Да! Все так серьезно! — Может ты перестанешь на меня орать? Да, я не прав в некоторых аспектах, но это не дает тебе права повышать на меня голос! — Ну и что вы мне тут за разборки устроили? — От этого голоса вздрогнули оба брата. И синхронно повернули головы на звук. На сыновей грозно взирал альфа, от чьего взгляда обоих бросало в дрожь. — Так что за разборки у вас тут? — Старший повторил свой вопрос. — Он своего омегу губит и не понимает этого. — Первым взял слово младший, бета. Скромный худенький паренек не испугался говорить первым, едва ли не перехватывая право слова у старшего брата. Енбэ возмутился такой наглостью младшего брата, но говорить ничего не стал — не смотря на свой наглый характер, отца он боялся не меньше младшего. Даже немного больше. — Омегу? И кто же этот счастливчик? — Его… — Енбэ! — К брюнету подлетел стройный миниатюрный паренек, по хрупкости которого можно было определить, что это омега. БэмБэм издалека увидел Енбэ и какого-то мужчину. Инстинкт спасения любимого сработал за пару километров отсюда. Мальчишка бежал, не оглядываясь на дядю. Обняв альфу, тот прижался, всем своим видом показывая, что это его альфа. Енбэ обнял его за плечи, отвечая на хотя бы такое проявление нежности от омеги. Ткнувшись лицом в его грудь Бэм почувствовал нежное поглаживание ниже спины. Он брыкнулся и услышал смешок над ухом. Подняв взгляд, наткнулся на взгляд полный любви. — Вот ты где, несносный мальчишка! А ну иди сюда, живо! От этих слов вздрогнул уже Бэм. Лишь теплые руки альфы на плечах давали понять, что он не один и дяде в обиду его никто не даст. Енбэ действительно явно не собирался просто так допускать того, чтобы с его омегой так обращались. Задвинув Бэма себе за спину, он спокойно, но угрожающе смотрел на старшего. К нему присоединился и старший альфа, только взгляд был заинтересованным. Ибо не каждый день можно встретить омегу с таким редким запахом шафрана. Никкун заметно растерялся под пристальными взглядами альф. Избранника племянника он уже видел и с его сводящим с ума запахом шоколада уже знаком. А вот второй… Его терпкий кофейный запах приятно обволакивал. Как и пленительный взгляд глаз цвета крепкого черного кофе. Близко подойти к племяннику ему так и не дали, Бэм прятался за альфой, разве что длинная челка цвета меда выглядывала из-под локтя. Все дело было в том, что непосредственная близость с источником любимого шоколадного запаха довела омегу до полуобморочного состояния и только держась за его талию Бэм еще не упал. Мельком глянув на дядю слабым голоском попросил: — Енбэ, дядя Тэкён, не смотрите на него так пристально, вы пугаете его. Енбэ, обернувшись обнаружил Бэма практически на полу. Встрепенувшись, он подхватил паренька на руки. Полуприкрытые глаза и слабое дыхание говорили о полуобморочном состоянии. Практически сразу Дону пришло в голову выбежать на улицу на свежий воздух. Уложив омегу на скамью, Енбэ присел на корточки возле него. Взгляд старшего был полон тревоги. Он не отводил глаз от личика омеги, пока парнишка не открыл глаза. Стоилу БэмБэму открыть глаза и приподняться на локтях, как он оказался в цепких любящих объятиях альфы. Брюнет обнимал своего омегу так словно боялся отпускать хоть на секундочку. БэмБэм уткнулся лицом в его грудь, чувствуя теплые крепкие, но в то же время нежные объятия. — Как же ты меня напугал, малыш. — Глуховатый мягкий голос заставил омегу немного расслабиться. Он поудобнее устроился на коленях альфы, обнимая его широкие плечи и кладя голову поближе к шее. Как раз туда, где обожаемый запах сильнее всего. — Не только вас, молодой человек. — Романтическую идиллию нарушил голос Никкуна. — Шшш, не мешай им. — На плечи старшего омеги легли ладони Тэкёна. Он отвлек его внимание на себя. — Видишь как им хорошо вместе? Неужели ты ради своего упрямства лишишь племянника взаимной любви с истинным альфой? Не у всех ведь бывает как у тебя. Да и был ли тот альфа истинным, если тебе хорошо со мной? — Этот доверчивый шепот на ушко невольно сближал их. Изначально настроенный сбросить его руки с плеч Никкун вдруг стал покладистым. То насколько непозволительно близко к нему был альфа заставляло сердце биться чаще, разгоняя кровь по телу и особенно к щекам. Будучи зрелым, повидавшим многое омегой, Никкун чувствовал себя невинным неопытным юнцом в руках искусителя. Тэкён своим чарующим спокойным голосом внушал доверие. Поэтому уже через несколько минут старшая пара покинула младших. Не чувствуя угнетающей тяжелой ауры отца, Енбэ поднял взгляд. Старших не было рядом. Облегченно вздохнув, он пересел так чтобы омега мог расположить ноги так как ему удобно. Бэм воспользовался этим и коленками обхватил его бока. Прижавшись теснее к любимому, омега уткнулся носом в сгиб между шеей и плечом, случайно мазнув по коже губами. Енбэ вздрогнул от неожиданности этого прикосновения. Поняв, что он только что сделал, БэмБэм тут же отстранился, пунцовея. Альфа ласково улыбнулся на это смущение. Он притянул его к себе, легким поцелуем коснувшись макушки. А затем приблизил губы к самому уху. — Не смущайся ты так. Любое твое прикосновение приятно для меня, даже если оно непреднамеренное. Цепочкой коротких невесомых поцелуев дошел до уголка губ. Он замер, зная что БэмБэм еще ни с кем не целовался. Поэтому не спешил. Насильно воровать первый поцелуй он не собирался. Омега заметил это замешательство. Взгляд карих глаз переместился на его губы. Сдув с глаз челку цвета меда, омега решился сделать это за альфу. Чуть приоткрытые губы коснулись губ Енбэ, который явно не ожидал такой решительности от скромного парнишки. Но затем перехватил инициативу. Длинные унизанные кольцами пальцы вплелись в волосы Бэма на затылке, не давая отстраниться. Омега почувствовал как кончик языка альфы требовательно размыкает его губы сильнее и наконец сдается, впуская его в себя. Позволяя невесомому привкусу шоколада проникнуть в их поцелуй. Это потом он узнает, что альфа специально незадолго до их встречи решится попробовать тот самый шоколад, обертки от которого регулярно попадались ему на глаза в вещах омеги. Яркая, фиолетово-белая, с надписью DAIRY MILK, бросалась в глаза. И однажды, не смотря на то, что сластеной Енбэ не был, он решился попробовать. Чтобы понять, что так привлекает его малыша в этой сладости. А сейчас парнишка чувствовал мягкие теплые губы альфы на своих. Енбэ действовал осторожно, стараясь не причинить неумышленно боль. Он старался передать всю свою нежность и любовь посредством этого долгого и сладкого поцелуя. Естественно, БэмБэм старался отвечать ему как мог, учась на его же примере. Прикрыв глаза, оба погрузились в этот процесс, совершенно забыв где находятся. Да и им не было дела до того, что на них кто-то мог смотреть. Они просто находились в состоянии нирваны от такой близости друг к другу. Им совсем не мешал пристальный взгляд Санбэ, который подошел чуть позже, так как объяснял причину резкой пропажи друга преподавателю. Того как отец очаровывал дядю его друга он так же не застал, да ему и не было интересно. Сейчас все его внимание приковывала пара на скамейке, что совершенно не замечала чужого присутствия. То, как альфа заботливо придерживал свою пару вызывало зависть. Он не сжимал грубо пальцы на затылке, показывая свое превосходство, а осторожно поддерживал голову парня кончиками пальцев, стараясь не причинить лишней боли. Вторая рука обнимала спину омеги в районе лопаток, оказывая дополнительную поддержку. Сам БэмБэм обнимал его за шею. Это длилось достаточно долго, пока оба не взяли перерыв на то, чтобы отдышаться. Они по-прежнему никого не замечали, потому что были увлечены друг другом. Оторвавшись от его губ, БэмБэм прошептал в полголоса: — Это был самый прекрасный первый поцелуй. — Ты прав, мой сладкий. Это был самый сладкий первый поцелуй. Который я сорвал с губ омеги. — Айщ, такой момент испортил. — БэмБэм в шутку обиделся на альфу не к месту вспомнившего свои похождения до него. — Эй, я шучу же. — Енбэ насмешливо посмотрел на омегу. — На самом деле для меня этот поцелуй тоже как первый. Потому что подарен очень дорогому для меня человеку. Чего Санбэ точно не ожидал, так это того, что услышит такие откровения от старшего брата. Ведь альфа целовался со всеми омегами подряд, заигрывая. О том, что они не были восприняты им самим всерьез никто не догадывался. И для этих двоих поцелуй был действительно первым. Во всех смыслах.