Hold Me Down

На телефон приходит эсэмэс от Дживона. После вчерашнего разговора немного страшно открывать сообщение. Обычно он никогда не пишет текстовые сообщения – разве что, пожелать доброго утра, но не более. «Приходи». - Бобби, ты что-то задумчивый сегодня! – подшучивает ди-джей. Он только что выступил в клубе, и действительно смотрел на толпу не как на источник поддержки и энергии, а как на стог сена, в котором нужно отыскать иголку. Остальные одногруппники уже уехали в Японию, и, если бы не это выступление, он бы летел вместе с ними. Он несколько раз кланяется, и орет слова благодарности, после чего резко исчезает со сцены. Не пришла. Серые тучи, копившиеся на небе весь день, наконец дают о себе знать. К моменту, когда Бобби переступает порог общежития на улице стеной льет настоящий дождь. Настроение под стать погоде. Нужно собирать вещи и готовиться к очередному перелету. Мысли заполоняют голову, как назойливые мошки. Утрамбовав необходимое в чемодан, Бобби задумчиво вытаскивает его в коридор и садится сверху. Без ребят квартира выглядит пусто – кругом тишина, вместо привычной болтовни или пения. Скорей бы уже уехать отсюда и забыть обо всем. Он гасит свет, оставляя только небольшой светильник в коридоре. В темноте всегда лучше думается. Почему она его вообще называет Дживоном? Собственное имя звучит странно, будто он был рожден под псевдонимом. Из всех, кого он знал, настоящим именем его называли только родители и она, хотя ему самому больше нравился собственный вариант. Дживонов полно, а вот Бобби один. Стук в дверь прерывает мысли. Он не утруждается смотреть в глазок - не иначе, менеджер зашел за забытыми накануне очками. Но это не менеджер. Вымокшая до нитки, так еще и ревущая в три ручья Юна. Пауза затягивается слишком долго. В полной тишине она заходит в квартиру, то и дело всхлипывая, Бобби осторожно закрывает дверь. Она вымокла так, будто только что принимала душ в одежде. - Дживон, я не успела. Бобби, опустив голову, смотрит куда-то в пол. Юна аккуратно берет его лицо в свои ладони. - Дживон-и, ну прости меня. Пожалуйста. Бобби аккуратно убирает мокрую прядь с ее лба и медленно сокращает расстояние между их лицами. Ее холодные, мокрые губы встречаются с его, горячими и потрескавшимися. У Бобби как будто разом слетают все тормоза, и он углубляет поцелуй. Быстро расстегивает скользящие пуговицы на ее пальто, и оно летит куда подальше, а его руки находят ее бедра. Спина Юны ударяется о стенку – поцелуй с каждой секундой становится все более напористым, так, что они еле успевают вздохнуть. Вдруг Бобби останавливается. Он не отодвигает лица, и они соприкасаются лбами. Не легко и непринужденно, нет – напористо, будто бы вознамерившись проломить друг в друге дыру. - Юна… – хрипит Дживон. - Что? - она целует поочередно его нижнюю, а затем верхнюю губу. - Я тебя люблю, засранку. – он мило и нежно трется носом и ее щеку. Она закрывает глаза.