Ангелы оберегают тебя, Дин

Дин Винчестер с большим порезом во весь лоб, смотрел усталыми и немного удивлёнными глазами на своего отца, не понимая, что от него хочет Джон и, не зная, что случится через несколько минут. — Я должен кое-что сказать тебе, Дин, — Джон нагнулся к уху сына, и стал шептать: — Я давно говорил о своих друзьях охотниках, которые, конечно же, забыли обо мне, как о страшном сне, но все же... Дин нахмурился, не понимая, о чём идёт речь, и снова стал впитывать слова отца, как губка жидкость. — Я говорил тебе, когда-то, об одном своём старом друге — Уильяме Рейкене. Найди его дочь. Веронику Рейкен. Сделай всё, чтобы она стала тем, кем должна. И если что-нибудь с ней случится — ты должен будешь спасти её. Любыми способами. Просто помоги ей. — Пап, объясни мне, пожалуйста, что-то случилось? Или случится? — Дин говорил тихо. — Нет, Дин. Ничего не случилось. Просто, я предупредил тебя. И да, я хочу сказать, ты замечательный сын. Ты всегда помогал мне, слушал мои приказы, старался быть похожим на меня. Спасибо тебе за это. Просто, спасибо. Отец посмотрел слезящимися глазами на сына и поднялся от его уха. Дин всё ещё смотрел нахмурено и удивлённо на своего отца, а тот грустно улыбнулся и похлопал его по плечу, после чего, развернулся, подавляя наступившие слёзы и, сглатывая комок в горле, быстрыми шагами ушёл из палаты сына, направляясь вперёд на прямую смерть.

***

Дин смотрел на пылающее в огне мёртвое тело своего отца и думал. Думал о своей и его жизни. Думал, почему не смог спасти его? Думал о его последних словах, которые он произнёс в их последнюю встречу и его слезящиеся глаза, при этом. Он тогда не понимал. А нужно было. Ведь он мог спасти его. Мог бы, но не спас. А почему? Потому что не догадался. Потому что глупый. Глупый, старший сынок, Дин Винчестер. Не любимый сынок. Тот, кто не был любимчиком. Тот, кто постоянно подражал своему отцу и был главным его фанатом. Тот, кто мог спасти его, но не спас. Потому что глупый. Потому что слабый. Ведь он не может без семьи. Без поддержки. Он не может работать один. Не может охотиться. Он чувствует одиночество, которое поглощает его изнутри, и дает знать о себе постоянно. Ведь он не может без отца. Без любимого отца. И Сэмми. — Он успел сказать тебе что-нибудь, перед смертью? Дин несколько секунд думал над ответом, но всё-таки сказал: — Он успел... — на языке вертится эта фраза о том, что сказал Джон, про самого Дина, делая намёк на прощание, но он произносит только часть слов: — Мы должны найти девушку. Веронику Рейкен. Сэм ещё несколько секунд смотрит на лицо брата, которое не передавало эмоций, а лишь показывало шрам на весь лоб и острый взгляд на тело его родного отца, горящего сильным пламенем. Поиски девушки не занимали огромного труда. Дин делал всё, чтобы найти её. Потому что отец попросил. Тем более, перед смертью. Он обязан сделать это. Только, что он должен дальше делать? Ну, найдёт он её, а дальше что? Как ей помочь? Что это вообще значит? Спасти её. Это всё странно. В голове охотника, всё запуталось. Он должен будет в любом случае спасти девушку. Кем она должна стать? Демоном? Оборотнем? Вампиром? — Привет, Бобби, можешь помочь с поиском одного человека? — Сэм сидел на пассажирском месте и прижимал трубку к уху. — Сейчас, я поставлю на громкую связь. Дин, расскажи о том охотнике и его дочери. Дин вздохнул и, смотря на шоссе, открыл рот и, облизнув губы, стал рассказывать. — Отец сказал, что... — Дин снова вспомнил про тело отца, которое горело, и сделал паузу, а Бобби терпеливо ждал, пока он скажет. — Он говорил об одном охотнике, Уильяме Рейкене, что он его старый друг охотник, и у него есть дочь... — Так, погоди, я знаю, что у него есть дочь, этих подробностей мне не надо. И я тоже знаю этого охотника. Он живёт в Канзасе. В... Лоуренсе. Дин снова сглотнул, но промолчал. Ему не хотелось вспоминать об этом городе, из-за мамы. Это место наводило жуть на него. А ведь раньше все было совсем не так. Он любил этот город, когда был маленьким. Они с мамой гуляли по их любимому парку с маленькой речкой и мостиком, а Сэмми тогда только родился, и мама возила его на коляске, а Дин шёл рядом и держал маму за руку. — Эй, Сэмми, смотри, это птичка! Какая красивая! Жаль, её нельзя поймать и подарить маме, как цветы из соседнего сада дяди Роба, только ты маме не говори, а то она ругаться будет, что я взял чужое. Но мне для мамы не жалко. А ещё, мама всегда говорила, что ангелы оберегают меня. И тебя тоже. Она сказала запомнить это. И ты запомни. Дин попытался выкинуть это воспоминание из головы, но ничего не вышло. Да и вряд ли, он сможет когда-то забыть эти моменты. Да и не хочет. — Ангелы оберегают тебя, Дин. Ангелов нет. Потому что, если бы они существовали, то жизнь Дина и Сэма или других семей, не была бы такой. Но почему она верит? Даже после смерти. Она наверняка верит в это. Ангелов не существует, как и Рая или Бога. Дин не верит. Никогда не верил. А может, зря? — Дин, хочешь супа? — Конечно, мам! Он ведь у тебя самый вкусный. — Ты мой маленький Ангел. Дин закусывает губу и на несколько секунд просто поглощается в свои мысли, не следя за дорогой вообще, просто думая об этом. Вспоминая это. А слова матери, бьются о его душу, проделывая дыру, которую ничем не заполнить. Которая останется, на всю жизнь. — Что ещё, Бобби? — Дин вернул грубую нотку в голосе и продолжал следить за дорогой, как ни в чём не бывало. — Адрес я скину Сэму по смс. Будьте аккуратны с Биллом, он немного суров, и очень любит свою дочь, поэтому не даст вам с ней поговорить просто так. И будьте осторожны, не сломайте себе ничего. — Мы всегда осторожны, Бобби, — ответил за Дина Сэм, наконец-то входя в разговор. — Спасибо за информацию. Как сможем, так и приедем. — Естественно приедете, балбесы. Куда вы денетесь. Дин промолчал и просто ехал дальше, немного прибавив скорости и летя уже на 160 км\час. Сэм отключил трубку и со вздохом посмотрел на своего брата. — Ты в порядке? — Да, я в порядке, — на автомате отвечает парень. Нет, я не в порядке, Сэмми. — Уверен? — Да, уверен. Нет, Сэм, я снова не уверен в своих словах. Они молча ехали по шоссе, иногда Дин прибавлял скорости и обгонял старые джипы, показывая красоту и ещё очень хорошую форму его любимой детки, которая ему досталась от отца. Все напомнило ему отца. Сэмми, машина, музыка, кожаная куртка — всё это напоминало Дину отца. И будет напоминать ему всегда. Хотя со смерти отца, прошёл уже месяц. У Дина было странное чувство, будто отец умер из-за него. Ему совершенно не хотелось в это верить, но это чувство никогда не покидало Винчестера. Ему даже снились кошмары, в которых Джон обвинял Дина во всём; в смерти матери, в своей смерти. В смерти Джессики, хотя и за это винил себя Дин в реальности. Он винил его во всём. Во всём. Хоть Дин и не был виноват в смерти матери, это ему периодически снилось, что убивало парня окончательно. Но он, как всегда, нацепив маску весельчака, который радуется каждому дню, не упускает момента, чтобы сказать какую-то глупую шутку, подколов брата, или найти новую девушку лёгкого поведения с третьим размером и развлечься с ней в одном из грязных номеров мотеля. Всё это делало его “счастливым”. Но внутри Дин всегда знал — это не счастье. Счастье для Дина — это семья. От которой не осталось практически ничего. Лишь младший братец, за которым Дин будет следить всю жизнь, и оберегать. А ещё, на самом деле, Дин всегда мечтал не о куче проституток и двух девственницах, а о большом доме, со всеми удобствами, с покошенной лужайкой и верной, любимой девушкой, лежащей в одной постели с ним, и согревающей по ночам. О втором таком же доме через улицу с Сэмом и Джессикой, которую Винчестер младший любит всем сердцем. Он мечтает снова увидеть её красивые, глубокие глаза, в которых можно утонуть, мягкие, кудрявые волны из волос, в которых можно запутаться. Нет, для Дина скорее счастье — это счастливый Сэм и полная семья. Это для него всё. Но, увы, мы не сможем этого увидеть. Потому что Джессика мертва. Потому что все его родители мертвы. Потому что нет девушки, которая полюбит такого раздолбая, как Дин. Он ведь, пьёт, меняет девушек, как перчатки. Кто сможет полюбить такого? Да ещё и с тёмным прошлым. Охота не даст им счастливой жизни. Никогда. Но Дин не отчаивается, и продолжает нацеплять свою маску остряка, и смотрит вперёд дороге, думая об этой девушке и зачем отец послал братьев к ней.

***

Девушка на вид лет двадцати, шла по пустой дороге домой. Пустая и тёмная улица с одиноким фонарём, придавала этому месту немного устрашающий и холодный вид. Девушка поёжилась от нарастающего холода, и сильнее сжала края куртки, кутаясь сильнее в кожаную ткань. По телу девушки прошли мурашки, и она выдохнула пар изо рта. — Как же здесь холодно, — утвердила факт молодая особа. Она стучала каблучками по охладившемуся асфальту, и это был единственный звук, который доносился на этой улочке. Кроме тихого рыка за мусорным баком. Молодой оборотень, уже превратившись, выбрал себе очередную жертву, у которой сможет полакомиться сладкой кровью и ещё очень крепким сердцем, которое ещё многое переживёт. Девушка, естественно, не слышала этих звуков, и просто хотела быстрее уйти домой, так как чувствовала неладное, да и было жутко холодно, отчего можно было легко простудиться. Сзади девушки появился парень, быстро шагающий по направлению к ней, а оборотень, фыркнув, скрылся отсюда, нехотя привлекать больше внимания, и снова придумывая план действий на следующую попытку убийства. — Вероника! Стой! Подожди меня! Блин, Ника! Да стой же! — парень кричал вслед девушке, которая тяжело выдохнув, ускорила шаг от своего обидчика. — Отстань от меня! Я не хочу тебя видеть! Иди к своим подружкам, тебе же так нравится, быть любимым всеми девушками! Иди и дальше заигрывай со своей любимой, мне плевать! — девушка выплюнула эти слова, а парень догнал её, схватив за плечо, так как, он был в спортивной обуви, в отличие от её десятисантиметровых каблуков. — Ну, прости меня, Ника, я просто спросил у неё, не поможет ли она мне с подготовкой... — парень не успел сказать слова, как девушка замахнулась и нанесла хлёсткий удар по щеке парня. На его скуле остался красный след от удара, и парень поморщился от боли, потерев обожжённое место. — Это было больно... — парень всё ещё держал крепко девушку за плечо. — Я не собираюсь разговаривать с тобой, и вообще, отвали от меня! Мы расстаемся! — раздражённая Вероника вырвалась из крепкой хватки парня и пошла прочь с улицы, оставив юношу в недоумении.

***

Через две недели Винчестеры приехали в Лоуренс, так как они часто путались, в каком именно городе может быть семья, а всё из-за Дина. Тот не хотел приезжать в этот город ни при каких условиях. Говорил, что Бобби ошибся, и этот Лоуренс не тот город, который им нужен. Но Сэма это достало, и он, всё же, заставил Дина развернуться в Лоуренс. Потому что Бобби им чётко сказал город, чтобы они ехали туда. Дин, припарковавшись у одной кафешки, вышел из машины и вдохнул запас слабого алкоголя и горячей выпечки, что вызвало у него не хилый аппетит, ещё больше, чем за время дороги. Он посмотрел на вывеску кафе и вспомнил время, когда он ещё с матерью ходил сюда, и ел вкусные пирожные с пудрой. Это кафе, до сих пор здесь. Воспоминания покалывали острыми иголками сердце Дина, и парень сглотнул. Дин и Сэм направились вперёд к кафе, и сели в конец зала, заказав лучшие гамбургеры и салат с пивом. Вероника за две недели уже смирилась с потерей своего парня, и больше не переживала насчёт расставания. Хотя, обычно, она всегда очень сильно себя напрягала и заставляла своё сердце страдать, будто ей нравилось это состояние. Девушка направилась в местное кафе, выпить и немного перекусить, так как её желудок уже около получаса просил кушать. Она открыла дверь кафешки и вдохнула запас горячей выпечки, от чего ей сильнее захотелось вкусить еду. Дин поднял глаза и увидел девушку перед своими глазами; на ней было чёрное платье, выше колен, немного коротковатое и показывающее её красивые ноги. Платье очень шло девушке. А на её шее висел маленький кулон, с красивым камнем. Волосы её, тёмно-каштанового цвета, были распущены и завиты в милые кудряшки, а глаза её, карие, с янтарным оттенком встретились с глубоким лесом в глазах Дина и застыли лишь на мгновение. Веронику окликнул знакомый ей официант и мило улыбнулся, отчего на её лице снова проступила улыбка и она присела за столик, заказав любимые спагетти с пастой. Дин всё не отводил глаз от девушки, которая больше не осмелилась поднять глаз на него. — Сэмми, — окликнул братца Дин. — Я, похоже, нашёл уже одну девушку. Сэм хмыкнул и посмотрел с лёгкой улыбкой на своего, уже как он заметил, окрепшего брата после аварии и потери отца, хотя это было совсем не так. — И кого же? — Вон, ту, — Дин кивнул головой в сторону девушки, а Сэм обернулся и оценивающе посмотрел на неё; Вероника даже по-своему виду показывала, что очень стеснительная и не очень-то доступная девушка, потому что всякий раз, как ей подмигивал какой-либо парень, она непроизвольно краснела от смущения. — Её? — Сэм повернулся к Дину и поднял правую бровь. — Ты и правду думаешь, что эта милая девушка поведется на твои подкаты? — Ну, знаешь, ещё никто не устоял перед моим обаянием, — Дин очаровательно улыбнулся. Откусив ещё кусок гамбургера, и взъерошив волосы ёжиком, Дин встал со стула, и направился в сторону девушки, присев напротив. — Ну, привет, красавица, — Дин снова улыбнулся и посмотрел ближе на лицо Вероники; он рассмотрел её аккуратные брови тёмной стрелкой, глубокие янтарные карие глаза, красивую форму розоватых, чуть припухлых губ. Вероника растерянно и в то же время возмущённо посмотрела на Дина, подняв брови, а на её щеках появился мало заметный румянец. — Эм, вы что-то хотели? — девушка посмотрела вопросительно на парня напротив. — Хотел узнать имя такой милой особы, — и вправду, девушку нельзя было назвать красавицей, вышедшей с обложки журнала, но милая — это именно описание её внешности и характера, который ещё не узнал Дин. — Секрет, — Вероника не собиралась ничего говорить парню. — Красивое имя, Секрет, — Дин всё ещё глупо улыбался девушке. — А меня зовут Дин. Не хотите провести этот вечер со мной, получив незабываемое удовольствие? — Что? — Вероника подавилась соком. — Нет. Отвали от меня, — девушка уже не казалась такой милой, а совсем наоборот, грубой. — Ну, ладно тебе, малышка, будет очень здорово. Я. Ты. Ночь. И одно удовольствие с новыми ощущениями. Давай же, — Дин взял девушку за запястье, но оно было грубо вырвано из настойчивых рук мужчины, которые так и хотели изучить тело девушки своими пальчиками. — Я сказала тебе, чтобы ты отвалил и дал мне спокойно доесть здесь, — Вероника раздражённо смотрела на лицо парня. — Ну, раз уж, ты настолько наглый, что не можешь отстать от меня, то я сама уйду. Пока, Джейк! — Ника посмотрела на официанта, прощаясь, она положила деньги на стол и, развернувшись, вышла из кафе, снова направляясь домой. Дин был бы рад направиться за милой особой, но Сэм позвал Дина, и Винчестер, вздохнув, вернулся за стол к своему брату. — Ну как? Она сказала тебе хоть своё имя? — Сэм искренне засмеялся и, откинув голову, смотрел на брата. — Заткнись, — Дин шикнул на Сэма, отчего тот восстановил своё дыхание и вернулся в нормальное положение. — Что ты хотел от меня? — Ничего, просто, не хотел, чтобы ты испугал девушку своей настойчивостью. — Сэмми! — начал повышать голос Дин. — Ты, только что, оставил меня без секса на эту ночь! Это просто, наглость! — Наглость — это лезть к стесняющимся девушкам и разводить их на это, вот это наглость, Дин. Дин ещё раз фыркнул и отпил пива с горла, горячая жидкость пролилась по горлу и обожгла его стенки, что было совсем безобидным для его организма, после стольких доз алкоголя, которые он принимал. Дин и Сэм поднялись со своих пригретых мест и оставили деньги за ужин, снова залезая в свою родную Импалу, Дин провел ладонью по рулю. — Ох, Детка, одна ты мне никогда не откажешь, — Дин довольно улыбнулся и завёл машину. Сэм усмехнулся этим жестам и словам Дина, ведь это было так знакомо им обоим. Ведь эту Детку раньше так же обожал их отец. Он вечно говорил ласковые слова машине, следил за ней, постоянно чинил и корил себя за какие-либо царапины. Поэтому эта машина, действительно, их машина. Воспоминания, как и думал Дин, об отце, находятся повсюду. Даже Детка, часто напоминает об этом. А Джону она напоминала Мэри, потому что купил он её, когда ещё встречался с девушкой. И возил часто девушку в ней. Дин правильно думает, что детка, тоже член семьи. Ведь она напрямую связана со всем. И она, наверное, единственная Винчестер, которая выживет. Потому что, все девушки, которые носят, или должны носить фамилию Винчестер, как Джессика, умирают.

***

Дин и Сэм ехали по назначенному адресу в дом охотника. Им очень хотелось узнать, кто этот Уильям Рейкен, знаменитый и очень опытный среди охотников. Дин и Сэм подъехали к большому достаточно дому, с садом, и забором с красивыми решётками. Дин и Сэм осмотрели достаточно большой забор, через который трудно было бы войти. — Ну и как нам туда пройти? — Может, стоит позвонить? — Сэм указал ладонью на один из звонков, на котором мигал красный. — И что мы, скажем? “Здравствуйте, мы охотники Винчестеры. Наш отец, перед смертью, сказал прийти к вам, и как-то защитить вашу дочурку”. Так что ли? — всё ещё не прекращал ворчать Дин. — Именно так, — Сэм нажал на кнопку и камеры сразу стали просматривать лица братьев, микрофон включился. — Добрый день, мистер Рейкен. Меня зовут Сэм Винчестер, а это мой брат, Дин Винчестер. Просим Вас, впустить нас, наш отец... просил прийти к вам. Микрофон отключился, и больше Сэм не смог сказать ни слова, последовало молчание обоих братьев. — Я же говорил, никто не впустит нас! Это бред, Сэм! — не унимался старший Винчестер, как ворота сами по себе раскрылись, давая проход в этот маленький мир под названием “дом”. Сэм посмотрел на брата, а тот лишь фыркнув, вошёл в дом, идя по прямой дорожке к главной двери дома, затем повернулся назад к Сэму и начал своё ворчание снова. — Знаешь, мне уже кажется, что здесь живут не охотники, а ещё какие-нибудь богатенькие министры, купающиеся в деньгах, — Дин повернулся к двери лицом, и встретился с хмурым взглядом уже состоявшегося мужчины. — Ну, если не считать того, что этот дом принадлежит моей семье уже несколько веков, то всё так, как ты и сказал, только я, обычный охотник и агент FBI, необычное сочетание, верно? Зато документы подделывать не нужно, — Уильям слегка улыбнулся. — Дин и Сэм Винчестеры... Наслышан про вас, отец гордится вами. Итак, я Уильям. Но для вас, можно и Билл. Ближе к делу. С чего бы Джон отправил вас сюда? Что-то произошло, или он на таком важном деле, что я должен последовать за ним, а вы, должны будете приглядеть, за моей, очень шустрой и немного скромной дочерью? Повисло молчание. Уильям несколько раз посмотрел то на Дина, то на Сэма, и через мгновение, всё понял сам. Уголки губ мужчины опустились, и он подавил комок в горле, оставляя лишь грусть в душе и полные понимания, глаза. — Ох, я сожалею... простите, что надавил на больное... — Биллу было не себе, но он яро скрывал эмоции, потому что знал, как должны себя вести охотники в таких ситуациях. Просто минута молчания, а потом, снова нацепить на лицо суровую маску, проходя дальше, на следующий бой, не на жизнь, а на смерть. — Ничего, всё в порядке, — грустно отозвался Сэм, смотря на лицо мужчины, полное сочувствия. — Как это случилось? — Билл всмотрелся в лица парней, слушая внимательно каждый их выдох и вдох. Дин лишь продолжал молчать, вслушиваясь в голоса разума. — Демон, — одно слово, вызвало у Билла понимание всей ситуации. Билл только сейчас заметил уже заживающую рану на лбу Дина, парень поднял взгляд, и зеленые глаза встретились с тёплыми, карими и уже повидавшими многое, глазами. Билл будто сразу понял, по взгляду Дина, каким образом, умер его отец, они молча смотрели на друг друга. — Тот самый... — это не был вопрос, а лишь утверждение факта. — Я помню, как мы с Джоном искали его. Он насолил не только вам, но и многим семьям, включая мою... — тут Билл замолчал и через пару секунд, отошёл с порога, давая пройти внутрь дома парням, что они в тот же момент и сделали. Дин и Сэм оглянулись. Прихожая с гостиной были отделены только аркой, и были очень даже уютными. Посередине стоял большой и мягкий диван, что сразу понял Дин, уже плюхнувшись на мягкую поверхность. Рядом с диваном был журнальный столик, на котором лежали различные бумаги, наверняка, отчёты о каких-то делах. По гостиной были расставлены кресла, а вся комната была вычищена почти до блеска, ни единого слоя пыли даже не наблюдалось. Около стены, стоял красивый, белый стеллаж с кучей древних книг, перемешанных со школьными учебниками и словарями разных языков, включая древнюю латынь. Стены были приятного бежевого цвета, показывая спокойствие этого места. С кухни шёл приятный аромат в гостиную, и Дин сразу же учуял этот запах, определив его, как пирог. — Уютненько тут у вас, и достаточно вкусно пахнет, — намекал Дин на запах пирога, уже облизываясь от приступающего желания почувствовать внутри своего желудка эту еду. — Я знаю, есть хочешь? Это всё моя дочь готовит, у матери своей научилась, подожди пару минут. — Просто умираю от ожидания, — по лестнице побежали босые ножки милой дамы, и она опустилась на чуть прохладный пол в гостиной, наступая одной ногой на мягкий ковёр. Вероника смотрела немного возмущёнными глазами, на уже знакомого парня, который пытался заигрывать с ней в кафе. Дин обернулся и посмотрел на девушку сверху вниз, разделяя её удивление, и нацепляя на своё лицо довольную улыбку. Винчестер, буквально, застал девушку врасплох; её волосы, были заплетены в одну косу, которая лежала на правом плече, и из которой вылезали маленькие волны. На девушке была белая футболка и джинсовые шорты, которые показывали её красивые ноги, а янтарно-карие глаза, вспыхнули огнём, и разъярённо смотрели на довольно улыбающегося Дина. Дин, всё ещё хочу эту девчонку, Винчестер, был очень удивлён её появлению и тому факту, что именно она та девушка, которую просил найти Джон. — Пап, что он тут делает? Девушка смотрела на него отстранённо, а потом, перевела свой взгляд на Сэма, и легко улыбнулась милому парню, сменяя гнев, на милость, парень улыбнулся в ответ девушке, а она подавила смешок из-за его лохматой причёски. — Это сыновья Джона Винчестера. Дин и Сэм Винчестеры. Дин, Сэм, это моя дочь, её зовут Вероника. Коротко, называйте Никой. Или Верой, как будет удобнее. — Приятно, наконец, узнать твоё имя, Вероника. Очень красивое имя, — Дин улыбнулся шире и подмигнул девушке, отчего она фыркнула. Отец посмотрел одновременно на Винчестера и Веронику, подняв брови. — Вы разве знакомы? — Да! — воскликнул всё ещё с улыбкой Дин. — Нет! — в тот же момент вскрикнула девушка. — Всё с вами ясно... ладно. Милая, иди, накорми гостей. А я пока, проверю камеры, — Билл ушёл из комнаты. Вероника мигом убежала на кухню, скрывшись с глаз братьев, запах горячего усилился. — Сэмми, мне кажется, я уже люблю её, — он с наслаждённым выражением лица, вдохнул запах еды. — Это пирог, Сэмми. Это точно та, с которой я должен провести выходные. Ты видел её задний вид? — Дин хитро улыбался, а Сэм закатил глаза на брата. Вечер прошёл немного напряжённо для Вероники. Дин пытался заговорить с юной особой, а та, огрызалась и что-то недовольно говорила самой себе. Сам Билл, оживлённо болтал с Винчестерами об охоте, и снова посочувствовал им, на что Дин глубоко вздохнул, когда это очень тяжёлое воспоминание ударило по сердцу острым лезвием, проникая в самые глубины и задевая ещё старые раны. Сама же юная мисс Рейкен, очень хорошо подружилась с Сэмом, что ещё больше подпортило настроение Дину, но своё недовольство, он как мог, пытался скрыть. Ему было неприятно, что с ним, девушка не особо хочет общаться во всех смыслах, нежели с Сэмом. Хотя, старший Винчестер не видел между ними флирта, или любовных взглядов. Таких как, я хочу тебя, или, о, боже, ты такой сексуальный. Просто Дин, не любил, когда забирают его девчонок. Вероника к концу ужина, ушла в свою комнату, потому что было уже поздно, а девушке, нужно было сделать все свои дела. — Мистер Рейкен, — начал Дин, но его перебили. — Билл, я же просил, просто Билл, — поправил его мистер Рейкен. — Хорошо, Билл, мы ведь говорили, что отец... он просил, чтобы мы, если нужно, спасли вашу дочь, и помогли ей стать тем — кем ей суждено стать. Он ведь имел ввиду охотницу, верно? Уильям нахмурился, и установил свой взгляд на лице старшего Винчестера. — Я не думаю, что это хорошая идея. Я прекрасно понимаю, что это, последние слова, которые сказал тебе отец, но я не хочу, чтобы она стала охотницей. Да, она умеет драться. Да, она охотилась со мной. Это всё было. Но я больше не хочу, впутывать её в эту жизнь. Я хочу для неё лучшего, чтобы она стала журналисткой, чтобы писала книги, чтобы стала воплощать свои мечты в реальность. Чтобы нашла себе хорошего мужа, родила детей, и стала счастливой. Это всё, что я хочу от этой жизни. Билл выдержал паузу и отвёл взгляд от Дина, а тот, лишь понимающе смотрел на него. — Я вас понимаю, но её уже невозможно уберечь. За ней придут, потому что она ваша дочь. За ней придут, потому что она охотница. Пускай не такая, как вы, или я и Сэм, но охотница. И ей всё равно, нужно будет жить в этой жизни. Потому что она знает правду о том, что прячется в темноте. И теперь, от этого не убежишь. Я не знаю, как она об этом узнала, но думаю, что не самым лучшим способом. Возможно, она сможет найти своё счастье и создать семью и карьеру. Но об этом, она будет помнить всегда. Я думаю, вы поняли меня. И если, вы хотите, чтобы мы помогли вам с этим, звоните сразу же. И да, отец бы не стал перед смертью, говорить о чём-то незначительном. Если так нужно, то мы должны сделать всё, чтобы помочь ей стать охотницей. Стать ещё сильнее, и быть готовой к бою. — А это уже, не тебе решать, Винчестер, — послышался недовольный голос Ники, позади Дина, и тот обернулся.