Глава 1. Джент
29 июня 2026 г., 21:02
Глава 1. Джент.
Война. Это слово было произнесено на конференции пятнадцать раз. Джент могла лишь смутно вообразить вооруженное столкновение двух планет, но, если бы ее спросили о собственных чувствах, у нее просто не нашлось бы слов. С момента вылета из веруанского космопорта она молчала, охваченная предчувствием чего-то неотвратимого. Это было похоже на ожидание разрушительного землетрясения или надвигающегося шторма - события, которое еще не произошло, но уже внушало дикий ужас. В первые сутки полета она не могла сомкнуть глаз. Воспоминание о том, как межпланетная научная конференция превратилась в обсуждение грядущей бойни, камнем ложилось на грудь, превращая ночь в бесконечное тревожное дежурство. Лишь спустя тридцать часов пути измученный переживаниями организм сдался. Сознание отключилось само, и Джент провалилась в тяжелое забытье. Она потеряла счет времени, прежде чем свет далекой звезды прогнал тьму каюты. Корабль вышел из гиперпространства и стремительно приближался к ее родной планете. Тело окончательно вернулось из сна в реальность. Досадный вздох нарушил звенящую тишину тесного помещения, и Джент резко поднялась с койки. В ушах тут же зашумело, а перед глазами поплыли черные пятна - опрометчивый рывок, тем более в условиях искусственной гравитации. Обувшись, она дождалась, пока легкие ботинки автоматически защелкнутся на ступнях, и привычным движением набросила куртку. Все же обновленные пассажирские лайнеры превосходили все ожидания: вспомнив приятное тепло мягкого одеяла, Джент блаженно потянулась, прогоняя остатки дремоты. На мгновение все тело напряглось, а дыхание перехватило – воспоминания о конференции вновь нахлынули удушливой волной. Проклятое «сегодня»! И проклятые 72 часа назад с их огромной аудиторией, напряженными лицами ученых и бесполезной, бессильной обеспокоенностью. Коллеги так судорожно сжимали подлокотники кресел и собственные кулаки, что Джент казалось, будто у них треснут кости или сидушки. От сгустившегося в зале напряжения становилось трудно дышать. Все это хотелось поскорее вычеркнуть из памяти, да как такое забудешь! Справив утренний туалет, девушка спустилась к просторной смотровой зоне капитанского мостика. Оба пилота, штурман, навигатор и инженер сидели на местах, не обращая внимания на вышедших из кают пассажиров. Звезда впереди сияла настолько ярко, что фронтальный иллюминатор корабля автоматически перекрыла защитная мембрана. Теперь Ти́нтер выглядел бледно светящимся диском на фоне космической черноты. Вслед за ним медленно показался Элу́р-Ти́нтер - второй диск, чуть меньшего диаметра. Завороженные этой величественной панорамой, пассажиры замерли в благоговейном молчании. Однако экипажу подобная картина была не в новинку: пилоты без лишних слов вели судно, сверяясь с показаниями и корректировками навигационной нейросети. Вскоре оба светила сместились к краю обзора, уступив место конечной точке маршрута — планете Аха́ртар. Джент уже бывала в космосе ребенком, но во время прошлых прибытий всегда спала, поэтому сейчас впервые видела родной мир из иллюминатора. Если бы ее попросили показать самое прекрасное зрелище во Вселенной, она без колебаний указала бы на это панорамное окно. Несмотря на обилие защитных фильтров, изображение потрясало реалистичностью. Свет двойной звезды смешивался с голубым сиянием планеты, опоясанной двумя перекрестными орбитальными кольцами. Они искрились драгоценным блеском, отбрасывая четкие тени на поверхность Ахартара. Когда-то эти кольца называли Дорогами Богов. Джент невольно вспомнила старые безумные истории: от древних сказок до вполне реальных, кровопролитных войн за право решать, какое из колец является истинной Дорогой. Она тихо вздохнула: к счастью все это кануло в лету, и ахартариане наконец оставили жемчужину своей планеты в покое. Расстояние стремительно сокращалось. Теперь её родной мир полностью закрыл собой космос, и сквозь пелену атмосферы стали различимы белые нити облаков. Пассажиры потихоньку расходились по каютам, но Джент решила досмотреть финал приземления. Облокотившись о перила, она подалась вперед, с восторгом разглядывая очертания материков. Пилот что-то негромко говорил цифровому диспетчеру, регистрировавшему судно, но Джент пропустила это мимо ушей. Второй пилот и штурман были полностью сосредоточены на том, чтобы лайнер чисто прошел мимо орбитальных колец и столь же мягко вошел в плотные слои атмосферы. Джент напряглась. Она всегда рефлекторно поджимала пальцы во время посадки. Однако тряска, вопреки ее мрачным ожиданиям, оказалась едва заметной - не сильнее легкого, едва ощутимого подземного толчка. Джент тихо вздохнула, мысленно ругая себя. Ну как можно так параноить? Вспышка плазмы за бортом стала настолько яркой, что иллюминатор автоматически затемнился почти до черноты. Полностью пройдя верхние слои атмосферы, корабль начал плавное снижение. Удовлетворив любопытство, Джент направилась в каюту – собирать вещи и готовиться к выходу. Вообще, студентам эль-хо́р-сари́йского Института запрещалось покидать планету, но это правило не распространялось на тех, кто завершил третий цикл обучения. Джент справилась с программой гораздо раньше сокурсников и технически уже считалась полноценным специалистом, чью научную работу недавно высоко оценили на союзной планете. Все развитые цивилизации любили знания: как накапливать их, так и делиться ими с соседями. Было в этом что-то обнадеживающее. Если бы не одно «но» … Джент сжала край куртки похолодевшими пальцами. Война. Давно на Ахартаре всерьез не произносили этого слова - архаичного, пугающего, приправленного звериным оскалом и голодным напряжением. Нынешние поколения ахартариан сталкивались с этим проклятым понятием лишь в исторических хрониках, да на редких выставках, посвященных оборонным технологиям. Само по себе нападение врага на Ахартар считалось гипотетическим сценарием, уделом законченных параноиков. Ну или военных с их бесконечными учениями «на всякий случай». К этим маневрам обычные граждане никогда не относились серьезно, лишь понимающе кивали: не всем же иметь мирные таланты, кто-то должен уметь и стрелять, главное, чтобы при деле были. А некоторая часть общества и вовсе считала Министерство обороны рудиментом, где служат те, кто от природы чуть более агрессивен, чем остальные. Джент же так не считала. Она принадлежала к гордой когорте тех самых «тревожных параноиков», для которых выражение «Мы все непредсказуемы, несмотря на телепатию» имело колоссальный вес. Ничто не повторяется дважды, но нет ничего, что могло бы не повториться – так размышляла она временами. И сегодня подобные размышления терзали ее особенно рьяно. - Пятнадцать раз, - тихо пробубнила она в пустоту каюты. - Они произнесли это слово пятнадцать раз. Намного больше, чем кто-либо из нас слышал за всю свою жизнь. Выйдя в жилой коридор, Джент окинула взором попутчиков. Все ахартариане: стоят, беззаботно улыбаются, держа в руках легкую ручную кладь, вертят головами по сторонам и оживленно переговариваются. Такие расслабленные и до глупого беспечные. Корабль последний раз едва заметно вздрогнул, и низкий гул маршевых двигателей окончательно затих. Раздалось тихое шипение отъезжающей вверх двойной двери, и яркий свет залил шлюзовой отсек. Пассажиры не спеша потянулись по трапу вниз, наводняя одну из многочисленных платформ космопорта. Выйдя вперед, Джент огляделась. Народу на площади оказалось меньше, чем она думала, поэтому девушка отправилась прямиком к посадочному терминалу внутрипланетных челноков. Навалившаяся дневная жара заставила ее снять куртку и поежиться от дискомфорта. Джент остановилась и подняла голову: одно из планетарных колец уже подползало к Тинтеру, а значит, скоро город погрузится в прохладные дневные сумерки. «Нет смысла бежать сломя голову в Институт», - подумала она и опустилась на скамью неподалеку от городского фонтана, решив переждать зной. Джент откинулась на спинку, подставив лицо легким брызгам, и прислушалась к мерному журчанию воды. Таких фонтанов, как и узких искусственных каналов, прорезающих улицы Эль-Хор-Сари, в городе было великое множество. Чистые мостовые, безупречная инфраструктура, которую незаметно обслуживали автоматические роботы, — всего этого местные жители попросту не замечали, принимая как должное. Да и разве могло быть по-другому на планете, которая претендует на вступление в Союз Мортема? В конце концов это объединение оставалось главной целью многих столетий ахартарианской цивилизации, и теперь заветный рубеж был как никогда близок. Сильнейшие межпланетные альянсы всегда притягивали к себе все новые и новые миры. Между тем орбитальное кольцо окончательно закрыло оба светила. На улицах Эль-Хо́р-Сари́ один за другим зажглись мягкие огни иллюминации. В наступивших сумерках Джент наконец прикрыла глаза, чувствуя, как дорожная тревога медленно отступает перед лицом привычного, уютного уклада родного дома. Смех пробегающих мимо детей вывел ее из забытья как раз к тому времени, как кольцо сместилось ближе к горизонту, и обе звезды снова принялись согревать улицы. - Хохочут так, будто ничего не происходит, - угрюмо пробубнила Джент под нос - я словно единственная, кто видит огромного адара́ктора в пустой комнате. Или же он мне только мерещится? Эх!.. – Она поднялась со скамейки, окинув взглядом толпу. – Пойду домой, пока этот зверь меня не сожрал. Внутригородской челнок подлетел точно по расписанию и понес ее над улицами к жилому комплексу. Этот район совсем не походил на шумные кварталы, где Джент обитала в студенческие годы Комплекс славился обилием зелени, просторными зонами для прогулок и низкой плотностью застройки. Подобные тихие места составляли добрую половину Эль-Хор-Сари, но именно этот уголок девушка любила больше всего. Навязчивое чувство чуждости, преследовавшее её в дальней поездке, окончательно отступило, вернув жизнь в привычное русло. По прибытии домой она не стала ни разбирать вещи, ни принимать ванну - просто рухнула в постель от навалившейся тяжести. Все же межпланетный перелет изматывал до предела, даже несмотря на то, что в космосе удалось поспать.***
Джент даже не заметила, как проспала до утра следующего дня. Ощущения оторванности от дома и холодного космоса окончательно оставили ее, и пришло время отправиться в Институт. Этот архитектурный титан заметно выделялся на фоне города. Его главный корпус был высочайшим сооружением в Эль-Хор-Сари, чья вершина буквально терялась в облаках. За телескопическую форму и гигантскую иглу шпиля башни все называли его «Шприцом». Весь город словно спускался вниз от его подножия, как с вершины горы. Джент всегда гордилась тем, что она и ее семья работают внутри этого колосса - научного символа всей планеты. Мягкий воздушный поток из климатической системы челнока ласково коснулся её лица, слегка растрепав короткие верхние пряди. Это мимолётное прикосновение вдруг напомнило ей тёплую ладонь отца, которого она не видела вот уже десять лет. В детстве, когда Джент нездоровилось, Да́натан приходил к ней. Он часами сидел рядом, держа дочь за руку и согревая своим теплом. Под его тихий шепот она быстро засыпала, улетая в добрые сны, а к утру всякая боль исчезала, словно смытая водой. Теперь те дни навсегда остались в прошлом, подарив на память лишь хрупкое ностальгическое спокойствие. То было щемящее воспоминание о детстве - утраченное чувство гармонии и полной защищенности. Но любой сказке рано или поздно приходит конец, и далеко не всегда в подходящий момент. - Пожалуйста, при выходе будьте внимательны и не забывайте свои вещи, - синтезированный тембр управляющей кораблем нейросети прервал мысли Джент. Вслед за объявлением раздался красноречивый выкрик кого-то из пассажиров: - ДЕРЬМО!!! «Вот уж у кого-то утро не задалось», — подумала Джент и, не забивая голову лишним, вышла на остановку. В этот момент что-то больно ударило ее в плечо. - Простите! - раздалось вслед; говорила молодая девушка с акцентом. Джент только успела заметить копну светлых, почти белых волос и бегущую к дверям фигурку в студенческой форме. Совсем недавно она сама носила такую же, синеватую, с прямым геометрическим кроем - удобную настолько, что в ней хотелось спать. Вздохнув, Джент направилась дальше. Возле одного из многочисленных голографических экранов она заметила знакомую фигуру - смуглокожую женщину с толстой косой темных волос. Та внимательно изучала мерцающие строки, словно высматривая в расписании некую странность. - Добрый день, тари Эриха́й, - поздоровалась Джент, отчего женщина внезапно вздрогнула. - О, тари Тутэ́ль, вы вернулись! Как ваша первая конференция? - Лучше не спрашивайте, - вздохнула Джент, и собеседница тут же все поняла. Эрихай расхохоталась, словно девчонка, несмотря на то что была намного старше. - Да уж, могла бы и промолчать! Слухи о том, во что превратилось обсуждение научных проектов, уже облетели все кафедры. Если бы я знала, во что выльется эта поездка, то посоветовала бы вам захватить побольше еды. Хлеба и зрелищ! - Могли бы и не спрашивать, раз и так все знаете, - буркнула Джент. – Теперь весь Институт перейдет под жесткий контроль Министерства обороны. Лучше пристрелите меня сразу! - Ну не весь, - женщина ободряюще положила руку на плечо бывшей студентки, - Под гребенку попадут лишь те, кто напрямую занимается оборонными технологиями. Так что расслабьтесь, дорогая, ваше личное пространство не пострадает, как и нервы. - Если бы… Хонтаро обмолвился, что маршал при обращении к нему отдельно расспрашивал о проектах по усилению ментальных сил. Я не хочу, чтобы военные лезли в мой отдел и диктовали свои условия! - Серьезно? – Эрихай опустила взгляд, задумавшись. – Такеу́ни знает, куда бить… Реакция Эрихай Тадарэ заставила внутренности Джент похолодеть. Одна мысль о Хонта́ро Ри́ноне и Арина́о Такеу́ни внушала подсознательный страх. Первый возглавлял весь научный комплекс и по совместительству преподавал на кафедре высоких технологий, где она когда-то училась. Второй занимал пост маршала, и оба мужчины славились невыносимым, тяжелым характером. Но если грозный военачальник оставался лишь гипотетической фигурой, с которой ей только представляло взаимодействовать, то Хонта́ро вполне реально мог обрушиться на нее в любую минуту. Она не вспоминала о конференции целую ночь - без малого десять часов покоя, - но сейчас эти образы всплыли в голове, словно огромные тяжелые киты. Хонтаро тоже был там. Разумеется. Как же без него, без признанной легенды, без ахета, который открыл дорогу в большую науку множеству молодых специалистов. Вот только к Джент у профессора всегда было особое предвзятое отношение, из-за которого девушка частенько подумывала прострелить себе голову. С самого первого цикла обучения он относился к ней в разы строже, чем к остальным студентам. Все самые невыполнимые задания и самые ядовитые комментарии в адрес ошибок доставались именно ей. Иногда Джент казалось, что он попросту издевается над ней или втайне затаил какую-то непонятную личную злобу. Ментальное присутствие Эрихай внезапно ощутилось повсюду – оно было везде и нигде одновременно. От неожиданности Джент вздрогнула, но прислушалась к внутренним переменам: легкое покалывание в области лба переходило в затылок прохладным, едва уловимым ветерком. Женщина нагло и бесцеремонно проникала в ее мысли, взламывая чужие секреты, словно хрупкий электронный замок. - Тари Эрихай! – возмутилась Джент столь бестактным ментальным вторжением. - А-ха-ха, простите, - отозвалась женщина, кокетливо прикрыв рот ладонью. Она посмотрела на собеседницу самым кротким видом, на какой только была способна — снизу вверх, ведь Джент была выше неё на целую голову. – Вы до сих пор не в ладах с господином Хонтаро? - Разумеется. Я потому и вернулась позже, что не желала лететь с ним на одном корабле. Тадарэ ничего не ответила, лишь окинула её лукавым взором, каким обычно смотрят на капризных детей. Но Джент считала, что имеет полное право избегать всеми возможными способами. От одних лишь мыслей о Хонтаро во рту появился дурной привкус. «Когда-нибудь он точно доведет меня до язвы желудка», - мрачно подумала девушка и быстро зашагала вперед, от досады совершенно не глядя под ноги. На очередном повороте она во что-то с размаху врезалась. Первой панической мыслью было, что перед ней вырос тот самый вредный Ринон, однако взгляд сразу зацепился за глубокий темно-синий отблеск дорогой ткани и расшитые мудреным узором туфли. - Я извиньяюсь, - раздался незнакомый голос с мягким акцентом. - О нет, это вы прос…тите… Джент подняла глаза и встретилась с каре-красным взглядом незнакомого мужчины. Разрез и необычный цвет радужки безошибочно выдавали в нем жителя планеты Ильмарон. Медная кожа, смоляные волосы – да, он определенно был ильмаром, причем довольно высокопоставленным. Представители этой расы обожали подчеркивать свой статус трилоновыми вышивками, и тончайшие сияющие узоры сейчас украшали весь длинный, безупречно скроенный костюм незнакомца. - Вы что-то хотели? – спросила Тадарэ, мягко шагнув навстречу незнакомцу. - Хи, я хотьеть видьеть господин Хонтаро Ринон, — ответил тот на ломаном ахартарианском. - Минья посьлать его колльега с Ильмарон. Вспомнив главную прошедшего съезда ученых, Джент почувствовала, как по спине пробежала ледяная дрожь — будто чужак приставил нож к её горлу. Однако гость вел себя подчеркнуто спокойно. Его прямые смоляные волосы, отливавшие на свету красноватыми бликами, слегка прикрывали высокий воротник рубашки, густо обшитой светло-синей трилоновой нитью. Голову мужчины обхватывал обруч нейропсихического преобразователя, синий индикатор на котором выдавал в нем новичка: ильмар раньше не посещал Ахартар и еще не успел синхронизировать языковые базы. На вид ему было около тридцати лет. Джент невольно коснулась собственного лба, на котором красовалось точно такое же устройство. «Почему он не связался с директором напрямую? Или через ИЦК?» - мысленно возмутилась Джент. Ильмар, словно прочитав ее мыли, повернул голову и добавил: - Господьин Оддеман Хаттейхине в цельях безопасьности посьлать именьно минья. - Хорошо, но господина Хонтаро сейчас нет на этаже, поэтому вам придется подождать его здесь. - Эрихай жестом указала на мягкие кресла в холле. - Можете присесть, я передам, что вы пришли. А сейчас, прошу меня извинить, работа ждет. Тадарэ вежливо поклонилась и отправилась дальше по коридору, не оборачиваясь ни на посланника, ни на застывшую Джент. Ильмар неловко склонил голову в знак благодарности и вежливо устремил взор на убранство холла. Выбрав скамью неподалеку, он опустился на нее, задумчиво замерев. Прямо перед ним Джент изучала информацию на табло - по крайней мере, старательно делала вид. Внимательный прищур чужака словно прожигал в её спине дыру, действуя как мощный промышленный лазер. «Какого черта он пялится на меня?!» - злилась Джент, поглядывая краем глаза на него через плечо. – «Мне неспокойно…» Ильмарон не подавал заявок на участие в съезде ученых, но тем не менее именно эта планета оказалась второй по важности темой кулуарных обсуждений. За последние годы производство вооружения там увеличилось в разы, а риторика правящей жрицы приобретала все более агрессивный характер по отношению к Ахартару. Неудивительно, что поползли слухи о неизбежном столкновении. Впрочем, находились и те, кто в это не верил, оправдывая воинственные лозунги непростым периодом в истории Ильмарона. Но Джент всеми фибрами души ощущала неладное. И если сам маршал Такеуни интересовался проектами по усилению ментальных сил, то этот посланник наверняка знал, кто в Институте заведует нужным отделом. При таком раскладе его подозрительное внимание к её персоне становилось вполне объяснимым. Между тем ильмар все же перевел взор куда-то под потолок, словно отыскал на стыке стен нечто любопытное. Вел он себя спокойно, даже несколько равнодушно. Трилон на его одежде сиял мягким небесным светом, отчего гость казался принцем или молодым императором со страниц старинных хроник. Ильмары в принципе питали слабость к величественной вычурности в нарядах. Миновало десять минут напряженного ожидания, прежде чем в мысли Джент червячком закралось сомнение. Она попыталась воскресить в памяти то мимолётное ощущение, которое уловила при столкновении с ильмаром, но внутренний компас молчал. «Нет, я выгляжу сейчас максимально глупо, - мысленно отчитала она себя. - Увидь я себя со стороны, сгорела бы со стыда. Любой прохожий может случайно засмотреться на незнакомца!» Джент вздохнула и уже повернулась к лифтовым платформам как вдруг увидела неподалеку две знакомые фигуры. Один был ее давним приятелем, а вот от второго стоило бы рвать когти без оглядки. Сбежать она не успела — громкий голос ильмара заставил её замереть. - Господин Хонтаро! – Трилоновый незнакомец сорвался со скамьи и подбежал к новоприбывшим, почтительно склонив голову. – Я Син Сейнахине, у минья для вас сообщенье от Оддеман Хаттейхине. - В самом деле? – отозвался Хонтаро с таким видом, будто ничего особенного не произошло. – Что ж, Нэйл, вы на сегодня свободны. Можете идти. Старый приятель кивнул и, отделившись от директора и посла, зашагал в сторону Джент. Хонтаро же вместе с гостем отправились к подъемникам. Джент шумно выдохнула – пронесло, ее не заметили. Зато заметил друг. - И что мы тут мнемся? - весело спросил он вместо приветствия. - Тебя жду, чтобы услышать очередной глупый вопрос, - в тон ему подколола Джент. - О-о-о, ты так меня любишь, аж приятно! - Люблю? Что это вообще за архаизм? - Это не архаизм, это глубокая эмоциональная и духовная привязанность, Джент. Примерно как у тебя к этой штуке, - Нэйл шутливо постучал пальцем по нейропсихическому преобразователю на ее лбу. – Глянь-ка, он у тебя скоро расплавит мозги. Не нужно так разгонять нейроны, подруга, чтобы понять, что такое любовь! - И это мне говорит тот, у кого с самого детства не выветрилась нежная страсть к военным дредноутам? Нэйл картинно выпучил глаза, но уже через секунду оба дружно расхохотались на весь холл. - Лучше скажи мне, что это за ильмар? – спросила Джент. - Ты его знаешь? Кто такой Одеман Хатэйхине? Если он коллега нашего «господина гениальности», то почему я впервые слышу это имя? Нэйл комично закатил глаза и, доверительно положив руку на плечо подруги, проворчал: - Не, Джент, это хамство. Натуральное хамство, знаешь ли. Ты только прилетела и сразу устроила мне допрос. Тебя там, на конференции, укусил секретный агент Департамента безопасности? - А тебя укусил Хонтаро, раз ты увиливаешь от ответа? Я серьезно, Нэйл. Кто они? - Понятия не имею. Такое лучше спрашивать у самого Ринона. Только он, скорее всего, пошлет тебя куда подальше. - Это ясно, как день, вздохнула девушка. - А о чем вы беседовали до этого, если не секрет? У тебя было такое восторженное лицо! - Мне поручили проектирование новых силовых полей для «Несущих смерть»! – ответил Нэйл с выражением чистейшего, поистине райского восторга. – Всегда об этом мечтал! Представляешь, пришел официальный запрос от Министерства обороны, и даже Департамент безопасности Эль-Хор-Сари в деле! Джент почувствовала, как внутри всё рухнуло с оглушительным грохотом. Ладони мгновенно покрылись холодным потом, а под ложечкой противно засосало. - Значит, это правда? - её голос едва заметно дрогнул - Мы действительно на пороге войны? - Ну, военные ничего такого не говорили. - пожал плечами Нэйл, удивленный её реакцией. - Просто заказали расчеты для гипотетического сценария. В конце концов, в случае конфликта броня - это главное: у кого она крепче, тот и побеждает! Да и обновлять защитные системы боевых крейсеров время от времени полезно. - Нэйл, - лицо Джент приобрело настолько серьезный и суровый вид, что парень сразу понял: привычная веселая беседа окончена. – Сколько оборотов Ахартар не знал войн? - Я не историк, но точно знаю, что очень давно. Ни при нас, ни при жизнях двух прошлых поколениях ничего подобного не случалось. Столетий пять минимум. - И ты до сих пор не сомневаешься в актуальности наших представлений о боевых действиях? - Я ученый и ни в чем не могу быть убежден без твердых доказательств. – он остановился на стыке коридоров. – Но вот твои разработки вполне могут совершить революцию в оборонном деле. - Или погубить всех, если окажутся в руках у врага. - А вот это уже оголтелый пессимизм. Не надо так, Тутэль Джент. Ты изводишь себя мыслями о том, чего еще не произошло. Какая разница, кто что болтает на конференциях? - А ты как всегда излишне оптимистичен. Но именно это мне в тебе и нравится. Ты вытаскиваешь меня из уныния, а я возвращаю тебя с небес на землю. - И ты не представляешь, как я это ценю! - белозубо улыбнулся парень. - Ладно, пора за работу. Увидимся через пять часов, я сегодня надолго. Смотри, не думай об ильмарах, а то будут сниться целую неделю! Махнув рукой, он зашел на платформу подъемника, которая с тихим жужжанием умчала его вверх. Джент осталась стоять внизу, провожая друга взглядом. Не думать об ильмарах? Проще рассчитать самое сложное уравнение во вселенной, чем выполнить эту просьбу. Джент как никто другой ощущала фальшь и в экстренном заказе Министерства и в странной встрече с послом в холле. Если кто-то в этом здании и знал больше Нэйла, то только Хонтаро. Вот только проще было проглотить осколок кремния, чем расспросить директора об истинном положении дел.***
- Тари Тутэль, вы опоздали. Взгляд Ги́вона строгим или укоризненным - он скорее отражал искреннее изумление. Вечно пунктуальная начальница впервые на его памяти пришла позже обычного. - Споткнулась о трилоновый плащ, - попыталась отшутиться Джент. – Что-нибудь произошло, пока меня не было? - М-мм, только господин Хонтаро спрашивал, почему вы до сих пор не в лаборатории. Я соврал, будто вы решили навестить по пути двоюродного дядюшку, но похоже, он не поверил ни единому слову. Молодой сэти почесал затылок и иронично улыбнулся. Не то чтобы его тяготила необходимость постоянно покрывать бегство Джент от директора, но в последнее время Гивону искренне хотелось приносить отделу больше реальной пользы и меньше выкручиваться перед руководством. - Да кто же поверит в такую чушь? – вздохнула девушка. – Великий разум, я с ума сойду если сюда припрутся эти двое. - Двое? - Такеуни и Хонтаро… - она тяжело рухнула в рабочее кресло, запрокинув голову и прикрыв веки. – Гивон, скажи, ты чувствуешь запах войны в воздухе? - Нет. Но я совершенно отчетливо улавливаю запах вашего страха, тари Тутэль. Расскажете, что случилось? Он опустился на стул по противоположную сторону широкого стола, приготовившись внимательно выслушать её опасения. По меркам Ахартара Джент была слишком юной, чтобы занимать столь высокую должность главного разработчика, но, видит космос, у этой девочки был редкий, неоспоримый талант. Где-то на границе реальности и самой мысли Джент услышала далёкий зов. Легкое покалывание в области лба и странное накатывающее волной чувство чужого присутствия заставили прервать разговор. - Гивон, можете оставить меня ненадолго? - Конечно. Я приготовлю нам чай, как освободитесь - дайте знать, - отозвался помощник и тихо вышел за дверь. - Джент? Ты меня слышишь? – повторил голос. - Да, мама. - Отлично. Связь сегодня держится с трудом. Как прошла твоя конференция? Джент открыла глаза. В кабинете по-прежнему никого не было - весь диалог разворачивался прямо у неё в голове. Подобный способ общения был вполне привычным для ахартариан, даже если собеседник находился на другом конце галактики. Уроки ментальной концентрации Джент в детстве усваивала на лету, поэтому к своим двадцати пяти годам научилась безупречно улавливать волны. И в отличие от бесцеремонного вторжения Эрихай, этот импульс был удивительно тёплым и родным. - Она превратилась в нудный политический диспут, - ответила Джент. - Я думала, что усну прямо в зале. - Я слышала, что отношения между Ильмароном и нашей планетой накалились, но ты не переживай. Сосредоточься лучше на своих исследованиях. Голос Селины практически не изменился за те десять лет, что её не было рядом. Джент провожала родителей в дальнюю экспедицию еще подростком, но порой ей казалось, будто это случилось вчера. - Как папа? - Уснул сразу как вернулся в каюту. А ведь обещал тоже с тобой поговорить. Но что поделаешь, сегодня Данатан скрипел мозгами особенно рьяно. - Тяжело быть дочерью ученых, - искренне рассмеялась Джент. - Не тяжелее, чем родителями ученого, - с мягкой улыбкой отозвалась Селина. Они замолчали. Нематериальное, но столь явное присутствие матери, согрело и успокоило Джент. В своих мыслях она ласково прижалась к плечу Селины, остро осознавая, как сильно скучала по ней все эти десять лет. Длительные научные командировки на дальние рубежи галактики были обычным делом для их семьи, но сейчас девушке больше всего на свете хотелось, чтобы этих бесконечных экспедиций стало меньше. Пауза затянулась почти на три минуты, однако собеседниц она нисколько не тяготила. Мать и дочь просто фиксировали присутствие друг друга, понимая, что им есть, разделить эту тишину. Так продолжалось еще какое-то время, пока Селина вновь не подала голос: - Джент, что бы с тобой ни случилось дальше, никогда не изменяй себе. Мне пора. Связь оборвалась, прежде чем дочь успела вымолвить хоть слово. Стройный ментальный мост растаял, оставив после себя лишь звенящую пустоту и горькое недоумение. Что это было? Неловкая попытка сделать комплимент? Или завуалированное предупреждение об опасности? Внезапным ответом на её догадки стало слабое, едва уловимое ощущение еще чьего-то чужого присутствия в сознании. Рефлекторно Джент вздрогнула и резко вскочила на ноги, судорожно озираясь по сторонам. Адреналин мгновенно ударил в кровь, активируя первобытную команду «бей или беги». Этот древнейший импульс, как вынуждена была признать девушка, сейчас оказался абсолютно бесполезен: ни в кабинете, ни в её собственной голове никого не было. - Ты слишком много времени проводишь на тренировках по боевому а́йсолу, - тяжело вздохнула она, пытаясь унять дрожь в руках. – Ладно. Нет никаких причин для паники. Джент решительно открыла дверь и позвала обратно секретаря, который к тому моменту как раз успел заварить свежий ароматный чай.
