Теперь мы в расчёте

Некоторое время спустя, солдаты, на их великое счастье, повстречали на своём пути заброшенную часовню. Микаса, не веря такому везению, ободрилась и поспешила направить лошадь к немного разрушенному зданию. Приблизившись к нему, она резво спрыгнула со скакуна. Ривай, лишившись её поддержки, беспомощно сполз влево, едва не упав на землю. Но девушка вовремя подхватила его, обхватив руками вокруг спины. Его голова оказалась у неё на плече, черные волосы слегка щекотали девичью шею. Аккерман лишь тихо фыркнула, оказавшись в таком неудобном и определённо неловком положении. Но долго раздумывать на этот счёт она не стала, ведь небо вновь рассекла яркая вспышка молнии, сопровождаемая грохотом грома. Брюнетка, волоча подле себя капрала, толкнула ногой обветшалую деревянную дверь, которая с противным скрипом отворилась, оставляя столб пыли. Микаса закашлялась, отмахиваясь от неё, а затем плотно закрыла дверь плечом. Темноволосая осмотрелась: места в помещении было не так много, пол был засыпан извёсткой вперемешку с соломой и кирпичной крошкой, у потолка виднелись «завесы» из паутины, единственное окно, без особой аккуратности, было заколочено длинными досками. Азиатка осторожно усадила мужчину на пол, прислоняя его спиной к кирпичной стене, одним движением кисти отстегнула своё УПМ, чтобы оно не мешалось, и стала глазами искать что-нибудь, чем можно было хоть немного осветить комнату. Под одной из фресок, уже выцветших с течением времени, ей удалось найти старый канделябр с практически целыми свечами. Вот только их было две, а ветвей у канделябра было три, но даже это уже было огромной удачей, и девушка, сдув со старинного предмета пыль, запустила руку во внешний карман сумки. Там оказался небольшой складной нож и коробок со спичками. Вернувшись к начальнику, Аккерман зажгла фитили и поставила подсвечник возле брюнета. Мягкий свет свечей озарил его бледное лицо, давая разглядеть царапину на лбу. Микаса аккуратно сняла с мужчины куртку и плащ, а затем расстегнула свой. Взяв также свою куртку, она соорудила что-то вроде подушки из вещей и уложила на неё голову капрала. Глубоко вздохнув, брюнетка провела рукой по своим влажным волосам, отводя их назад. Она потянулась кистью к груди Ривая и на мгновение неуверенно осеклась, но затем лишь тряхнула головой. Сомневаться нельзя. И медлить тоже. Поэтому азиатка принялась расстёгивать пуговицы на окровавленной рубашке. Стянув испачканную и порванную вещь с капрала, девушка невольно ахнула, восхищённо глядя на него. Немного нескладное, из-за небольшого роста, телосложение, Леви умело компенсировал великолепной мускулатурой. Темноволосая на секунду задумалась. «За годы, проведённые в Разведкорпусе, он достиг невероятных результатов. Или же… он и до вступления в него был таким?..» Микаса вдруг поняла, что её мысли утекли не в то русло, и сосредоточилась на ране брюнета. Она раскрыла сумку, расположив её рядом с собой, и достала оттуда крупную флягу с кипячёной водой и чистый платок. Тщательно вымыв руки, Аккерман смочила ткань и принялась стирать кровь вокруг ранения на его груди. Затем, сполоснув тряпочку, осторожно коснулась ею глубокой раны. С уст Ривая сорвался стон, похожий на рычание, и девушка резко отдёрнула руку. Мужчина медленно приоткрыл глаза, разглядывая сидящего перед собой человека. Расплывчатый образ вскоре собрался в чёткую картинку, и он увидел перед собой знакомое, немного испуганное лицо девушки. — Аккерман?.. — хриплым голосом произнёс капрал, чтобы удостовериться, что это действительно она. Он хотел приподняться, но азиатка легонько надавила на его плечо, возвращая начальнику лежачее положение. — Тише. Вам лучше пока не вставать, сэр. Леви покорно положил голову на самодельную подушку и огляделся. — Где мы? — В старой часовне, в лесу. Брюнет напряжённо сдвинул брови, вспоминая, что с ним произошло. — Ах, да. Мой привод был неисправен и я… — он краем глаза посмотрел себе на грудь — напоролся на крупную ветку. А потом рухнул на землю и отключился. Хорошо хоть, упал с небольшой высоты… Он замолчал и воцарилась щемящая пауза. Первой очнулась Микаса. — Капрал, нужно обработать вашу рану, — темноволосая без труда отыскала среди содержимого сумки антисептик, благо все бутылочки были подписаны, и промокнула ею кусок ваты — Я постараюсь сделать так, чтобы не щипало. Она начала аккуратно проводить по повреждённой груди начальника ваткой, скользя ей по коже вокруг ранения. — Вам невероятно повезло, — между делом вымолвила Микаса — Что я смогла найти вас до того, как… — она прервалась, не зная, как лучше продолжить. — До того, как меня сожрали бы гиганты?.. — холодно закончил за неё мужчина. Звучало несколько грубо, но всё-таки донельзя точно передавало суть. — Кажется, этих тварей больше тянет на живую плоть, на то, что движется и хоть как-то пытается им противиться. Их цель не столько съесть, сколько прикончить. Иначе, они бы не оставляли столько трупов… Возможно, пока ты не появилась, возле меня шатались гиганты, но видимо они решили, что я уже мёртв, а значит не пригоден для того, чтобы стать для них интересной целью. Брюнетка немного поразилась. Капрал говорил так… равнодушно, словно речь вовсе и не шла о его собственной жизни. Азиатка и не заметила, как полностью продезинфицировала его рану. Она отложила вату в сторонку и вновь стала копаться в сумке, и вскоре выудила оттуда шприц и маленький бутылёк с полупрозрачным содержимым. Увидев эти предметы, Ривай вопросительно изогнул бровь. — Вы хотите, чтобы я зашивала без обезболивающего? — спокойно вопросила Микаса, как бы поясняя свои действия. — Не думал, что ты в этом разбираешься… — сохраняя безразличное выражение лица, как бы невзначай проговорил брюнет. — Ну, я просто посещала все уроки оказания первой помощи, — без капли самодовольства проронила немного смутившаяся девушка. Она обработала иглу спиртом и набрала обезболивающую жидкость в шприц, затем осторожно сделала укол. Леви лишь украдкой стиснул зубы, когда тонкое металлическое остриё проткнуло кожу, и устремил взгляд своих стальных глаз на подчинённую. Он никогда не видел её такой… заботливой и чуткой. Разве что, когда она была с Эреном. Но сейчас он ощутил эту заботу на себе, и в который раз убедился, насколько же Джагер не ценит помощи своей сводной сестры, а та, будто не замечая, словно тень следует за ним повсюду, готовая в любой момент броситься его защищать при малейшей опасности. Как глупо. Азиатка уже начала зашивать рану, орудуя специальной иглой. В комнате вновь повисла тишина, на стенах лишь плясали тени от пламени свечей. — Знаешь, Аккерман, — нарушил образовавшуюся паузу Ривай — Я всегда удивлялся, насколько ты не ценишь себя и свою жизнь. Всё время лезешь на рожон, прикрывая задницу своего бесценного Эрена. Никогда не думала, что он может обойтись и без тебя? Ведь насколько я знаю, он проходил подготовку вместе с тобой, разве нет? Темноволосая замерла с иглой в руке и подняла глаза. — Я просто не хочу, чтобы он погиб. Без Эрена, моя жизнь не имеет смысла. — Ошибаешься. Твоя жизнь — во многом ценнее, чем некоторые остальные. С теми навыками и талантом, что у тебя есть, твоя жизнь будет иметь смысл всегда. Микаса задумчиво опустила взгляд. Она не ожидала от капрала столь лестных слов в свою сторону. В следующее мгновение, девушка осознала, что отвлеклась и снова вернулась к работе над чужой раной. — А сейчас ты кинулась спасать меня… Ты либо самая отважная из солдат, либо сумасшедшая. Брюнетка хмыкнула, а затем сделала последний стежок и отвернулась от мужчины, снова что-то ища в сумке. Он же медленно приподнялся, стараясь не делать резких движений, сел, подложив «рулет» из верхней одежды под спину, и стал наблюдать за движениями подчинённой. Она повернулась, держа в руках свежий бинт, и заправила непослушную прядь, что скатилась на лицо, за ухо. Капрал отстранился от стены, придвигаясь поближе к девушке. — Я ведь и сам могу… — произнёс он, намереваясь забрать из рук азиатки белоснежный рулончик. — Мне не трудно, сэр, — коротко проронила Аккерман, огибая протянутую ладонь начальника и разворачивая бинт. Она начала обматывать им грудь Ривая, пока не получилась плотная повязка. Завязав прочный узел, темноволосая облегчённо осмотрела результат своих трудов, пытаясь не глядеть мужчине в глаза, и начала собирать разложенные на полу медицинские предметы. — Слушай, несмотря на то, что ты поступила довольно безрассудно, ты всё-таки спасла мне жизнь… Спасибо. На щеках Микасы выступил румянец, который не укрылся от глаз Леви, как бы она не старалась спрятать его в складках своего излюбленного тёмно-красного шарфа, который почти никогда не снимала. — Я всего лишь… вернула вам долг, — смущённо проговорила она. Капрал вспомнил, как спас её, когда она пыталась убить Женскую Особь, не в силах сдержать свой пылкий нрав. — Долг, значит… Ну, тогда, ты ещё не до конца отплатила мне. Девушка потупила взгляд в пол. Слова начальника звучали несколько нахально, и это её немного возмутило, но перепалка сейчас была бы совсем некстати. А ведь он и впрямь сделал для неё довольно много, ещё и рискуя собой. И поэтому, как ни крути, имеет полное право ещё на одну просьбу. — Что… я могу для вас сделать? — спросила она. Взгляд капрала неторопливо скользил по подчинённой, уделяя особое внимание прекрасному лицу. Серые, совсем как у него самого, но всё-таки более живые, глаза, бледные щеки, на одной из которых виднелся маленький шрам, оставленный самым дорогим ей человеком, изящные губы, которых почти никогда не касалась улыбка. Губы, которые были ещё никем не тронуты, и всё время так манили Ривая. А он лишь тщетно пытался отгонять нелепое наваждение. При виде этой темноволосой девушки у него всегда закипала кровь, но она всё время уделяла своему сводному брату, будто он какой-то сопливый ребёнок, которому нужен постоянный присмотр. И это безумно раздражало. То, что такая, как Аккерман возится с этим жалким юнцом, не замечая тех жадных взглядов, что порой бросал на неё Леви. Он принуждал себя относиться к ней также бесстрастно, как и к остальным, чтобы ненароком не раскрыть другим свою слабость, которая охватывала его, когда он находился рядом с ней. С той, что заставляла его мысли путаться, а сердце учащённо биться. Вот и сейчас его разум затуманился, а в голове крутилось лишь одно желание. Скорее всего, он будет потом жалеть, но почему-то уверенность в этом, не могла его остановить. Другого шанса не будет. Или сейчас, или никогда. — Поцелуй меня… — без тени сомнения сказал Ривай, не отрываясь глядя на азиатку. Микаса неловко выронила из рук свёрток с ватой, замерев на несколько секунд с широко раскрытыми глазами, а потом вскочила на ноги. Она мгновенно потеряла дар речи, рот её медленно приоткрылся. Она сразу же ощутила, как щёки начинают пылать, заливаясь краской всё сильнее. Брюнетка оказалась в полном замешательстве от слов капрала. Что это? Последствие сильного удара головой? Или он сказал это… всерьёз? — Ч-что?.. — кое-как выдавила из себя темноволосая. Мужчина, с некоторым усилием, тоже поднялся с пола и неспешно шагал навстречу Аккерман. Она же стала робко пятиться назад, нервно дёргая кончик своего шарфа. Капрал медленно, но верно приближался к азиатке, не отрывая от неё серьёзного взгляда. — Ну же, Микаса. Всего один поцелуй… — он не и испытывал и сотую долю той умиротворённости, с которой произносил эти слова. В конце концов, девушка уперлась спиной в холодную стену. Она вытянула руки вдоль тела и прижалась к кирпичу дрожащими ладонями. Начальник, что стоял неприлично близко, опёрся руками на стену, на уровне её плеч, словно преграждая ей пути к отступлению. Он чуть вскинул голову и приблизился к лицу темноволосой. Она впервые ощутила на себе чужое, такое горячее, мужское дыхание, вздрогнула, когда почувствовала, как Леви коснулся кончиком носа основания её шеи, отодвигая шарф двумя пальцами. Микаса сжала губы в тонкую линию и испуганно мыкнула, ещё сильнее впечатываясь в стену, мечтая раствориться в ней. — Неужели, я настолько противен тебе? — тихо спросил Ривай, находясь всего в нескольких сантиметрах от подчинённой. Она смогла ответить не сразу, и лишь молча глядела вниз. — Сэр, я… — едва ли не всхлипывая, вымолвила Аккерман, не до конца осознающая происходящего. — Ты, должно быть, хотела бы, чтобы на моём месте был Эрен? — с некой усталостью, раздражённостью и сожалением одновременно перебил её капрал, чуть отстранившись. Несколько секунд потребовалось брюнетке, чтобы обдумать вопрос. Не то, чтобы она хотела, чтобы вместо него был Эрен, просто если бы это было так, то Микасе не было бы настолько… боязно. И такое смущение парень бы вряд-ли у неё вызвал… Да, с Эреном определённо было бы по-другому. Темноволосая могла бы ещё долго раздумывать на эту тему, но её неловкое положение этому не способствовало, да и мужчина ждал ответа. Азиатка молча, не веря в то, что делает, отрицательно покачала головой. Во взгляде Ривая она сразу смогла прочитать удивление, хотя он даже практически не дрогнул, оставаясь таким же серьёзным. — Ты боишься меня? — чуть слышно задал вопрос брюнет, находясь всё также близко. — В-вовсе нет… — попыталась взять себя в руки девушка, но получалось у неё откровенно плохо. — Боишься. Я же вижу, — спокойно парировал темноволосый, почти шепча подчинённой на ухо, вызывая у неё мелкие мурашки по всему телу — Но можешь успокоиться, я не сделаю ничего такого, о чём ты, возможно, уже успела подумать. — Я ничего такого и… — ещё одна ложь из её уст, так как она и впрямь уже представила самое страшное. Ведь капрал оказался слишком непредсказуемым. Брюнетка не договорила, да и слова всё равно сейчас были лишними. Обо всем говорил громкий стук её сердца и учащённое дыхание. Она почувствовала, как внутри неё разливается странный жар, незнакомый до этого момента. В какой-то миг она перестала так сильно прижиматься к стене, но по-прежнему не могла отойти из-за рук мужчины, да и, по правде говоря, даже не попыталась сделать этого. — Позволь мне лишь украсть у тебя поцелуй… — спокойно произнёс Леви, проводя кистью вдоль щеки азиатки и касаясь её волос. Микаса растерянно моргнула. Маска сурового воина уже давным-давно испарилась, обнажая невинность обычной девушки. Она уже не могла здраво оценивать ситуацию, в голове стояла полная каша. Поэтому она решила, будь, что будет. Ривай тем временем, видя, что Аккерман больше не сопротивляется, осторожно притянул её к себе, держась за любимый шарф брюнетки. Он нежно поцеловал её в щеку и стал постепенно опускаться к желанным губам. Капрал накрыл мягкие губы подчинённой своими, а свободной рукой обхватил за талию, проводя по ней пальцами и чувствуя тепло её идеального тела сквозь ткань рубашки. Прикосновения губ брюнета окончательно вскружили голову юной девушке, разгорячённая кровь стучала в висках. Поддаваясь нахлынувшей эйфории, она позволила себе положить руки ему на плечи, коснуться ладонью коротко стриженного затылка. Леви продолжал жадно целовать азиатку, высвобождая всю накопленную страсть. Он, так или иначе, уже пересёк черту дозволенного, и поэтому хотел насладиться этим сполна. Ослабив шарф, темноволосый неспешно провёл языком по шее Микасы, оставляя влажную дорожку, отчего из её груди вырвался дрожащий стон. Это было для капрала самой лучшей наградой. Он поднял глаза на раскрасневшееся лицо подчинённой, наблюдая за её дальнейшей реакцией. Она чуть закусила нижнюю губу, желая продолжения, хоть и решительно отказывая себе в этом признаваться. Ривай едва заметно ухмыльнулся и, продолжая череду поцелуев, оставил на бледной шее небольшую розоватую метку, которую девушка всё равно спрячет под шарфом. Порыв страсти стал понемногу спадать, и Леви с некоторой грустью завершил очередной поцелуй, отстраняясь от сладких губ Аккерман. Её грудь тяжело вздымалась и опускалась, пока она пыталась выровнять дыхание. — Теперь мы в расчёте, — взгляд мужчины вновь стал флегматичным. Микаса кончиками пальцев коснулась своих губ, на которых ещё ощущала тепло губ капрала, их страстные прикосновения. — Я в этом не уверена… — прошептала брюнетка, скрывая блестящие глаза за волосами.