Необыкновенная баскетбольная команда старшей школы Сейрин

С шумного происшествия на горячих источниках прошло несколько дней. Рико и Хьюга за это время перестали сердиться на Аяме и Хайди и даже с улыбкой участвовали в общем разговоре, если кто-то вдруг начинал хихикать, вспоминая осьминогов или кровавый душ. Обе же героини того памятного дня вели себя достаточно тихо, не устраивали подлянок учителям и ученикам, не бегали по школе, размахивая чьим-нибудь бельем и выкрикивая фразы заклинания по призыву Сатаны. В школе царили тишина и порядок, чему были рады абсолютно все. Ребята из баскетбольной команды, которые лучше многих других успели изучить характеры Рей и Хартманн, были на все сто уверены, что девушки готовят очередную массовую акцию. Они, конечно, допускали такую возможность, что Аяме и Хайди, сполна отыгравшись на команде Тоуо, немного успокоились и решили сделать перерыв в своих атаках на школу, но абсолютной уверенности не было ни у кого. После большого перерыва и у класса Хайди, и у класса Аяме должен был быть урок химии, поэтому девушки распрощались в коридоре за пять минут до окончания перемены, чтобы успеть занять самый укромный уголок в своей лаборатории. Рей прошмыгнула в лабораторию своего класса и сразу увидела Кисе, который занял два места с самого края кабинета и теперь, заметив девушку, активно махал ей рукой. – Спасибо, Кисе! – искренне поблагодарила блондина девушка, садясь на свое место. – А то мы с Хайди немного заболтались, и я боялась, что уже не успею занять нам места. – Я так и понял, – ухмыльнулся Рёта. – На самом деле я тоже чуть не опоздал. Сюда уже ладились трое ребят, но я бросил сумку, и они убежали. Рей засмеялась. – Ты хоть никого не убил? – Нет, разве что немного покалечил, – спокойно пожал плечами баскетболист, от чего Аяме засмеялась громче. Их одноклассники, толкаясь и ругаясь, громко спорили, кто, с кем и где будет сидеть. Аяме без интереса покосилась на них и отвернулась к окну. Школьные химические лаборатории были устроены по всем правилам. В центре одной стены висела большая школьная доска; чуть сбоку от нее находился стол учителя. Столы учеников представляли собой длинную конструкцию с высокой непрозрачной перегородкой посередине. С каждой из длинных сторон было оборудовано по четыре рабочих места с таким расчетом, чтобы даже самые неуклюжие ученики ничем не могли навредить соседу, если, конечно, сидели на своем стуле и специально никуда не отходили. С узкой же части стола, находящейся напротив стола учителя, была устроена небольшая площадка, куда учитель обычно ставил коробки с дополнительными материалами для лабораторных работ. Всего в лаборатории стояло четыре лабораторных стола, то есть туда спокойно могли поместиться тридцать два человека. В проходах между столами возле противоположной от доски стены были расположены раковины, где ученики обычно мыли руки или химическую посуду. На стенах висели таблицы с основными формулами и реакциями, таблица элементов Менделеева и правила поведения в лаборатории. Вдоль свободных стен стояли высокие вытяжные шкафы, в нижней части которых хранились реактивы и множество принадлежностей для лабораторных работ по органической и неорганической химии. Обычно ученики старались занимать места в центре лаборатории, где лучше всего было видно доску и учителя. Самые же ленивые забирались в дальние уголки, как Аяме и Кисе, где в течение всего урока занимались отличными от химии делами. Учителя обычно закрывали на это глаза: лишь бы все работы были сданы в срок, а на уроке стояла тишина. Из коридора донесся звонок. – Ая-я-яме! – вдруг прокричала Хайди, плюхнувшись рядом с девушкой на стул, с которого она спихнула мирно сидящего Кисе. – А? – Рей удивленно повернула голову. – Почему ты не у себя на уроке? Хартманн уже открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент учитель несколько раз хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание. – Мой коллега, Сасаки-сенсей, уехал на научное собрание, поэтому сегодня классы 1-А и 1-В будут заниматься вместе. Прошу вас всех побыстрее занять свободные места и достать все необходимое для урока. Сегодня мы проведем лабораторную работу. Оба класса радостно зашумели, рассаживаясь и весело переговариваясь. – Так вот в чем дело! – Рей усмехнулась. – А я уж подумала, что ты решила прогулять свой урок, проведя его вместе с нами. – Не дождешься! – Хайди закинула в рот леденец. – Думаешь, я упущу целый урок, который могу посвятить издевательствам над красноволосым придурком?! – Красноволосый придурок – это кто? – грозно спросил Кагами, садясь рядом с Хайди. – Да так, есть тут один... – загадочно ответила девушка. Тайга хмыкнул, доставая из сумки учебники и тетради. Учитель в этот момент начал перекличку обоих классов, отмечая отсутствующих. В воздух то там, то сям взмывали руки учеников. После этого учитель подошел к доске и стал объяснять какую-то реакцию. В лаборатории стоял тихий гул из голосов перешептывающихся учеников. Хайди, Аяме, Кисе, Кагами и Куроко сидели с самого края, не видимые учителю за лабораторными столами. Это позволяло им совершенно откровенно страдать фигней, что они и делали. Куроко тихо и незаметно сидел возле окна и раковины, рядом с ним сидел Кагами, с другой стороны от которого расположилась Хайди, переговаривающаяся с сидящей рядом с ней Аяме. Кисе сидел ближе всех к учителю, но рядом с ним было еще одно место, которое пустовало. В общем, ребята постарались занять места, максимально удаленные от Сэцуны-сана. Хайди подхватила пенал Кагами и забросила его себе за спину. Тайга откинулся назад, ловя его, а все остальные в легком замешательстве наблюдали за происходящим. Пока они отвлеклись на летящий пенал, Хайди в тот момент потянулась к вещам Куроко, схватила что-то и уселась на место, явно довольная собой. Предмет был пойман и возвращен на законное место, и все пятеро успокоились, занявшись своими делами: Кисе листал очередной выпуск глянцевого журнала, где были напечатаны его фотографии; Кагами, стараясь не шуршать оберточной бумагой, поедал припасенные заранее бургеры; Куроко листал учебник; а Хайди, повернувшись к Аяме, помахала перед лицом девушки небольшой флешкой. – Смотри, смотри, что у меня есть! – Что это? – Рей с легким подозрением покосилась на флешку. – Компромат на тебя! – радостно заявила Хартманн. – Какой компромат? – осторожно поинтересовалась Аяме, все больше напрягаясь. – Тот, который заснял Куроко. На крыше и в кольце! – И что ты собираешься с этим делать? – Да ничего особенного. Просто дам кому-нибудь из одноклассников, пусть повеселятся. – Дай сюда! Аяме кинулась на Хайди, которая успела отшатнуться в сторону и бросить флешку в сторону противоположной стены лаборатории. – Ах ты ж стерва! – прошипела Рей, вставая со стула. – Ты собралась идти за ней? – усмехнулся Кагами, привлеченный разговором девушек. – Нет, блин, танцевать! – Танцевать? – оживился Кисе, отрываясь от журнала. – Кто собрался танцевать? – Никто. Просто одна сучка закинула одну важную вещь в противоположный конец лаборатории. – Хе-хе-хе, – ехидно проговорила Хайди, на что получила в ответ уничтожающий взгляд от Аяме. Рей, стараясь не привлекать внимания учителя, прошла мимо своих товарищей к окну, чуть нагнувшись, чтобы ее голова не торчала над лабораторным столом, и посмотрела в противоположную часть класса. Расстояние от лабораторных столов до стены было не очень большим, но девушке хватало места, чтобы проползти там. Аяме выпрямилась и чуть вытянула шею, глядя, где находится учитель. Оценив обстановку, Рей опустилась на пол и храбро поползла вдоль стены. Когда она ползла через проход, люди, сидевшие рядом и завидевшие эту картину, заржали в голос, чем и привлекли внимание Сэцуны-сана. – Что у вас там происходит? – Учитель направился в сторону шума. Аяме, успев бросить грозный взгляд на предателей, быстро-быстро поползла дальше, и учитель, к счастью, не заметил ее. Девушка не слышала, что ответили нарушители спокойствия, но решила, что ее они не выдали. Схватив флешку, Рей радостно двинулась в обратный путь, кое-как развернувшись. Осторожно высунув голову из-за стола и вызвав тем самым среди учеников повторный приступ хохота, который на этот раз был практически бесшумным, девушка заметила удаляющуюся спину Сэцуны-сана и быстро поползла через проход, негромко шепнув корчившимся от смеха ребятам: – Спасибо. Отпихнув в сторону своих товарищей, которые с огромным интересом наблюдали за ее "вылазкой", Аяме отдала флешку Куроко, погрозив ему пальцем, и стала отряхиваться, при этом бормоча: – Даже пять минут нельзя посидеть спокойно. То один что-то сделает, то вторая, то эти придурки заржут на весь класс так, что ты еле успеваешь унести свою задницу от злого учителя... – Прекрати бурчать, старушка, – хмыкнула Хайди. – Кстати о заднице. Знаешь, ты ползла вполне неплохо, но мне не хватило артистизма... Да и технику я оцениваю на девять баллов из десяти. – Хартманн! – грозно начала Рей. – Все, все, девчонки, достаточно, – встрял Кисе. – Хотя в чем-то я с Хайди согласен... Мне тоже чего-то не хватило. – Вот это ты зря сказал... – протянул Кагами. – Мир праху твоему. Ты был неплохим противником и товарищем. Но ты не беспокойся, я буду приходить на твою могилу. – Если будет, куда приходить. – Аяме смешала какие-то реагенты в пробирке, от чего получившееся вещество задымило, и повернулась к Рёте. – Боюсь, после этой штуки от тебя останется лишь крошечное мокрое пятнышко. – Что это? – не на шутку испугавшись, спросил Кисе. – Это? – Рей посмотрела на пробирку и повертела ее в пальцах. – Ах, это... О-о-о, это замечательная кислота, которая легко разъедает человеческие тела. Так что у тебя есть секунд двадцать, чтобы со всеми попрощаться. – Аяме, подожди... – Кисе вместе со стулом стал тихонько отодвигаться от приближающейся к нему дымящейся пробирки. – Я же просто пошутил! – А я просто растворю тебя, – мило улыбнулась Рей. – Ладно, это я погорячилась... Такой пробирочкой всего тебя не растворю, конечно, но шкурку попорчу. – Помогите! – как-то тонко пискнул Кисе. Пока Аяме смешивала реактивы и запугивала бедного Рёту "опасной кислотой", у Хайди и Кагами завязался очередной спор. Тайга пытался вразумить девушку: – Ты же девушка, так и веди себя подобающе! Перестань страдать ерундой, начни учиться... – Сказал тот, кто грубо нарушает правила лаборатории, пожирая бургеры, – прервала его нотацию Хайди. – Мы сейчас не о еде говорим, а о твоем поведении! – рявкнул Кагами. – Так и я тоже говорю о поведении, – надулась девушка. – О твоем. – А еще что-нибудь скажи о тех двоих, – добавил внезапно высунувшийся из-за широкой спины Тайги Куроко. Хартманн посмотрела через плечо на подругу, держащую наполненную чем-то пробирку над головой Рёты. – Это обычное дело, – махнула она рукой. – Это нарушение правил техники безопасности! – горячо возразил Кагами. – Все равно она ничего Кисе не сделает. Во-первых, в пробирке нет того опасного вещества, о котором упомянула Аяме. Во-вторых, в наших школьных лабораториях даже при огромном желании такого не создать, и все из-за той же техники безопасности. В-третьих, Рей не настолько глупа, чтобы выливать эту фигню на Рёту. И прекрати ржать! – повысила она голос на засмеявшегося от третьего пункта Тайгу. – Просто небольшое психологическое давление, не более того. – Небольшое? – с сарказмом спросил Тецуя, внимательно слушавший спор. – Да на Кисе лица нет. Выглядит так, будто вот-вот умрет от ужаса. – Не умрет, – снова махнула рукой Хайди. – А теперь, Кагами, вернемся к нашему разговору о твоем поведении в лаборатории. – Тема закрыта, – отрезал тот. – Ничего подобного! А еще я хочу поговорить с тобой о вреде фастфуда. – Не обращая внимания на стон, вырвавшийся из груди красноволосого, Хайди продолжила: – Ты ешь слишком много бургеров, Кагами. Мало того, что ты просто портишь себе желудок, так еще и с легкостью потолстеть можешь! И даже не возражай, – заткнула она Кагами, который только открыл рот, чтобы что-то сказать. – Ты приехал из Америки, где каждый третий страдает лишним весом, о чем ты не можешь не знать. Ты спортсмен, так что будь любезен нормально питаться. Уяснил? – Просто умри, – с холодной яростью в голосе произнес Кагами, выделив каждое слово. – Ты тут, понимаете ли, стараешься помочь, а он... Ну и ладно, – обиделась Хартманн. – Эх, умирать, так умирать! – С этими словами девушка схватила мирно лежавший на столе нож и размашистым движением провела лезвием по руке от запястья до сгиба локтя. На коже выступила кровь, и пара капель упала на пол. Хайди спокойно положила нож на место и сидела, равнодушно рассматривая раненую руку. – Ты совсем сдурела?! – громко воскликнул Тайга. От его голоса Аяме вздрогнула, и несколько капель раствора из пробирки попали прямо на руку Кисе. Рёта, почувствовав это, заверещал от ужаса. Куроко, не зная, кому помогать и что вообще делать, побледнел и разлегся на полу, притворившись трупиком. Аяме повернулась, чтобы узнать причину возгласа Кагами. Увидев руку Хайди, девушка сначала побледнела, но потом присмотрелась внимательнее и усмехнулась. Хартманн как раз отвлеклась на упавшего Куроко, и Аяме вытащила из своей сумки какой-то пузырек, высыпала из него себе на ладонь небольшое количество белого порошка, после чего аккуратно посыпала им рану Хайди. Оставшиеся крупицы девушка стряхнула в пробирку, с которой вновь повернулась к Кисе, сделав вид, что ни к чему никакого отношения не имеет. Рука Хартманн начала громко шипеть и пениться. Девушка, заметив это, взвизгнула и огромными глазами уставилась на шипящую конечность. Кагами, еще не отошедший от увиденного ранее процесса хладнокровного разрезания руки, подпрыгнул от неожиданности после возгласа Хайди и чуть было не навернулся со стула, но в последний момент он все-таки успел схватиться за край столешницы. Один лишь Тецуя остался лежать в прежнем положении. – Да что там у вас происходит?! – завопил разозлившийся учитель. Подойдя к крайнему ряду, он увидел такую картину: Кисе практически лежал на спине и в ужасе смотрел на свою руку, на которой было несколько прозрачных капель; над ним нависла истерично хохочушая Аяме с пробиркой; следом сидела Хайди с перекошенным лицом, а по ее руке текла кровь, которая почему-то жутко пенилась и шипела; рядом с ней сидел Кагами и в ужасе смотрел на Хартманн; пятый стул по какой-то причине был пуст, но потом учитель заметил лежащего на полу Куроко с закрытыми глазами и сложенными на груди руками. Увиденное повергло Сэцуну-сана в глубокий шок, и он какое-то время молча смотрел на учеников, пытаясь вникнуть в происходящее. В лаборатории наступила практически гробовая тишина: всем стало безумно интересно, что же произойдет дальше. И это самое "дальше" не заставило себя долго ждать. Буквально через минуту все ученики оглохли от гневных воплей учителя. Что именно прокричал Сэцуна-сан, никто не расслышал, но общий смысл был понятен – все пятеро прямым указанием были направлены к директору. Урок продолжился лишь после того, как за Кисе, выходившим последним, захлопнулась дверь. – Весело... – пробурчал Кагами. – Что теперь делать будем? – Пойдем в кабинет директора, куда же еще, – фыркнула Хайди. – Лично тебе, Олень, надо немедленно идти в медпункт. – Бакагами, вот только тебя я и забыла спросить. Не нужен мне никакой медпункт. – Сказал Олень, истекающий кровью, в которую еще и добавили что-то. Потрясающе. – Кагами развел руки в стороны. – Ей не медицинская помощь нужна, а ближайшая раковина, – сказала Аяме. – Хайди не резала себя. – Да? А это что?! – Тайга указал на руку Хартманн. – Продукты офигенной химической реакции. – Какой реакции? – поинтересовался Куроко. – Взаимодействие роданида калия с нитратом железа (III)*, – с умным видом ответила ему Рей. – Ага, – кивнула Хайди. – При их смешивании получается вещество кроваво-красного цвета. Здорово, да? – Ну ты и Олень все-таки, – буркнул Кагами, легонько стукнув Хартманн кулаком по макушке. – Эй! – Хайди злобно посмотрела на него. – Ребят, нам к директору пора, – вклинилась между ними Аяме. – Может, не пойдем? – предложил Кисе. – Ага, а потом получим еще больше. Нет уж. – У меня есть план... Миссию под названием "Атака на кабинет директора" объявляю начатой! Пойдемте! – Хайди, изображая полководца, уверенно зашагала по коридору. Все остальные непонимающе переглянулись и двинулись следом за ней.