Время
11 октября 2015 г., 18:49
Утро оказалось затянутым и слегка мрачноватым; за окном, как и вчера, шёл дождь. Снейп поспал совсем немного, впрочем, как и обычно. Проснувшись, он взглянул на часы, стоявшие на тумбочке, и устало вздохнул. Капли дождя так и норовили пробраться в его мрачную комнату, громко выстукивая свой ритм по тонкому прозрачному стеклу. Шесть утра. Прислушавшись к однообразной мелодии за окном, Северус ещё немного полежал, высматривая что-то на потолке, и встал. Быстро выпив утренний кофе, он накинул на себя свою вечно чёрную и длинную мантию и покинул свои покои. У раннего утра всё же были плюсы, например, в такое время в коридоре никого не был, лишь приятная и успокаивающая тишина. Не спеша, он брёл в свой кабинет, пытаясь не думать о том, что вскоре ему придётся, как всегда, тщетно вбивать в пустые головы своих учеников драгоценные знания, а те даже не попытаются уловить хотя бы капельку их важности и ценности. В коридоре никого не было, кроме картин, портреты на которых всё ещё спали, продолжая видеть свои красочные, а может и не очень, сны.
Но вдруг…шаги навстречу... силуэт. Новый профессор ЗОТИ?! Что он тут делает, да ещё и в столь ранний час?! Северус на секунду остановился…. Подозрительный тип…. Румпельштильцхен не спеша прошёлся мимо зельевара, а последний проводил его холодным взглядом.
"Нужно будет проследить за ним. Мало ли что он может сделать с Гарри" - подумал профессор, заходя в свой кабинет.
Первым урок был у Пуффиндуйцев. Не лучше Гриффиндорцев, такие же тупые и ничего не смыслящие в тонкой и важной науке зельеварения. Скорей бы уже всё это закончилось. А ведь день только начался...
Вскоре в кабинет начали приходить ученики, а примерно минут через двадцать пять в Хогвартсе начались уроки.
***
Румпельштильцхен, увидев Снейпа, растянул губы в своей загадочной и коварной улыбке. Как он и предполагал, мастер зелий всегда встаёт рано, а, возможно, и вовсе не спит. Вот только, из всех обитателей Хогвартса, только у Снейпа было сердце, полное любви и боли. И самое удивительное, оно было намного лучше сердца Спасительницы, которая была порождением истинной любви Белоснежки и Прекрасного. И поэтому, это утаенное от чужих лиц сердце скоро будет у Румпелштильцхена. Маг, как это всегда бывает, добьётся своего любой ценой. Ведь ничем таким драгоценным и неповторимым Тёмный уже пожертвовать не сможет: сын мёртв, любви нет…. Только лишь тьма, власть и вечная жизнь… По пути в свой класс, новый профессор Хогвартса заглянул к директору, поел лимонных долек, попил чай, заставил какого-то Пуффиндуйца, имени которого даже не спросил, почистить его сапог.... В итоге, мага не было на первой половине урока, так что, Гриффиндорцы имели полную свободу действий, которая продлилась до того момента, когда деревянная и скрипучая дверь класса резко распахнулась. И, естественно, это был Румпельштильцхен с собственной персоной. Он быстро добрался до места преподавателя и, присев на парту, сложил руки на груди. — Итак, дорогуши, - начал новый профессор ЗОТИ, — поднимите руку, кто не хочет учить Защиту от Тёмных Искусств? Гриффиндорцы недоверчиво переглянулись. — Давайте будем честными! За этим не последует...наказаний, или каких-либо снижений баллов. После нескольких секунд раздумья, добрая половина класса неуверенно подняли руки. — Какие вы все молодцы! - весело захлопал в ладоши Тёмный. — Я тоже считаю, что этот предмет вам совершенно не понадобится! Зачем вам защищаться от тьмы, когда она может даровать вам настолько мощную и великую силу, что вы даже сможете победить самого Волан-де-Морта! — Но Сами-знаете-кто и есть тьма.... Разве нет? - неуверенно спросила Джинни. — Душа моя, если ты действительно считаешь, что он порождение тьмы, то ты глубоко заблуждаешься, - засмеялся Румпельштильцхен, вспоминая все свои поступки, по сравнению с которыми истребление грязнокровок, вечная жизнь и тщетные попытки убить Поттера - сущие пустяки. Младшая Уизли непонимающе посмотрела на мага. — Но, что тогда для Вас настоящая тьма? - спросила она. — Это вам всем предстоит выяснить в течение ближайшего времени! - улыбнулся Румпель, театрально взмахнув рукой. Девушка устало вздохнула и смирилась с тем, что этот странный маг вечно говорит загадками. Правда, её всё равно продолжал интересовать один вопрос... — Дорогие волшебники, - заговорил профессор ЗОТИ, — если вы всё же не намерены учить мой предмет, то со мной можно договориться! - как будто прочитал мысли половины класса — А поподробнее? – прозвучал заинтересованный голос откуда-то с задних парт. — Я вам всем ставлю превосходно, а вы мне... — А мы вам? — А что вы мне можете предложить? Юные волшебники, молча, уставились на преподавателя, слегка задумавшись. Предложение было заманчивым…. Все снова обменялись неуверенными взглядами, и, через несколько минут раздумий, самый смелый Гриффиндорец отважился сказать за всех: — Всё, что Вы заходите, профессор! Румпельштильцхен радостно захлопал в ладоши. — Вы только что произнесли мою любимую фразу! – довольно прохихикал он.***
Северус был поражён. Как можно было перепутать два совершенно не похожих друг на друга ингредиента… это уже предел его понимания! В общем, первый урок у Пуффендуйцев обошёлся им в минус пятьдесят три балла. И благо этот урок уже был позади, ибо терпеть этих неучей больше не было сил. Им всем нужно в Гриффиндор! Там такие же идиоты, как и в Пуффиндуе, только девушки более привлекательные. Перемена выдалась, как это обычно бывает подле кабинета зелий, спокойной. До урока никто не решался заходить в класс грозного профессора зельеварения, ибо никто не желал потом по вечерам, в полном одиночестве, мыть грязные и ржавые котлы. Северус сидел за столом и устало смотрел в окно. Дождь уже прошёл, но на небе всё ещё виднелись серые тучи, закрывающие яркое и веселое солнце, которое так и норовило прорваться сквозь тёмный барьер, чтобы согреть и развеселить загрустившую от сырости и грязи холодную землю. Может, всё ещё слегка моросило едва заметными капельками, но их уже не было видно. И вот над такими нелепыми и ничего не значащими мыслями незаметно прошла целая перемена, и ученики, с недовольными лицами, начали наполнять класс. И вот оно настало - время учить очередных бездарей. Хотя, если подумать, всё было не так уж и плохо. Когтевранцы ведь самые умные? Снейп едва заметно хмыкнул. Неожиданная контрольная сейчас всё покажет…***
Спустя несколько часов выслушивания глупых и совсем не относящихся к теме высказываний, все уроки наконец-то закончились. Многие волшебники отправились по своим комнатам, чтобы сделать домашнее задание, а потом поиграть со своими друзьями или где-то тихо похихикать, обсуждая кого-либо, а бывало и такое, что нужно было попросить совет у подруги, чтобы та подсказала, как влюбить в себя мальчика, который понравился, а он совсем не желает тебя замечать. Это же молодость - самое яркое и насыщенное событиями время, пожалуй, за всю нашу жизнь. Северус не стал тратить остающееся на сегодня свободное время в своём кабинете, ибо ещё успеет там насидеться. Сегодня он решил сходить к могиле Лили, чтобы положить у надгробья две белые лилии. Зельевар помнил её имя, её запах, её белоснежную улыбку. Да он бы отдал весь этот мрачный и испорченный за многие века жестокий мир, лишь бы увидеть её ещё хотя бы один раз. Его Лили…. Он бы отдал свою жизнь, лишь бы она снова взглянула на него с той же теплотой и заботой, как делала это раньше, при жизни. Ему не хватало её тёплых и нежных объятий, которых он никогда не сможет забыть. Вот только, увы, время не повернуть обратно. Северус до сих пор казнит себя за тот выбор, который сделал, и за то слово, которое сказал ей… — Лили… - прозвучал тихий и глубокий голос с долькой хрипоты. Если бы у него был шанс, он бы точно сделал всё по-другому, но…. Всё что у него от Неё осталось – белая и одинокая лилия. Вот только этот прекрасный, как и сама Лили, цветок не сможет ничего исправить…. Очень трудно держать всю боль в себе, ибо в этом тёмном и жестоком мире нельзя открыться кому-либо.***
Румпельштильцхен громко шагал по коридору Хогвартса, ибо кругом царила мёртвая тишина, как будто все вымерли из-за какой-нибудь страшной и смертельной эпидемии. Мужчина вышел из школы и зашагал в направлении дома, где раньше жили Поттеры, чтобы встретиться с одним магом...***
Когда наступило утро - юные волшебники не стали вставать с кроватей, ведь сегодня был выходной. День, когда можно было выспаться, не сидеть на уроках и, естественно, не загружать голову всякой магической ерундой. Но всё это никак не касалось Снейпа, ибо он ещё со вчерашнего дня хотел поговорить с Дамблдором насчёт нового профессора ЗОТИ. Вот только, словно бы по волшебству, он снова встретился с этим самым профессором, о котором и хотел поговорить с директором. — Доброе утро, - лукаво улыбнулся Тёмный. — Доброе, - совсем не по-доброму ответил Снейп, в недоверии нахмурив лоб. Он хотел уже было просто пройти мимо, но, видимо, не судьба… — Не бойтесь, я не трону парнишку, - не прекращая улыбаться, хмыкнул Румпель. Эти слова и заставили мастера зелий остановится. — Я не трону мальчишку, - повторил маг, хитро прищурившись, - можете не беспокоится. Мне он не нужен. Мальчик-который-выжил придёт умереть сам, по своей воле. — О чём это Вы, - обернувшись, хмуро спросил Снейп, и, после небольшой паузы, во время которой новый профессор просто, молча, его разглядывал, добавил: — Говорите! В ответ ему прозвучал лишь негромкий звук, похожий на своеобразный лукавый смешок. — Вы всё прекрасно понимаете, - театрально взмахнув рукой, ответил маг и подошёл к зельевару на два шага ближе. — Но просто не хотите в это верить, - каким-то загадочным голосом добавил он. — Какая Ваша истинная цель? – проигнорировав непонятное высказывание, поинтересовался Северус. — Вопрос задан не верно! - маг весело захихикал, продолжая странным образом жестикулировать своими костлявыми и длинными руками. — Спросите напрямую…сэр, - издевательски добавил он. Снейп недовольно фыркнул, пытаясь просверлить мужчину презрительным и, как всегда, мрачным взглядом. — Что Вы скрываете? – едко спросил он. Румпельштильцхен хлопнул в ладоши три раза и расплылся в широкой и довольной ухмылке.***
Вчерашний вечер Штильцхен подошёл к дому Поттеров, там его уже ждал Люциус Малфой. — Хм, ждёшь воскрешения своего господина? - поинтересовался Тёмный. — Что Вам надо? - испуганно произнёс Малфой, явно не ожидая незваных гостей. — Что мне надо? – задумчиво переспросил тот, приложив указательный палец к кубам. — Мне нужен ответ на мой вопрос! – на тонких губах растянулась широкая улыбка. — Д-да... - неуверенно произнёс Люциус, недоверчиво покосившись на странного типа. — Не надо мне лгать, дорогуша! - театрально замахал руками маг. — Я знаю о твоей "верности" Волан-де-Морту. Почему он стал твоим господином? Принцип запугивания и эта твоя читаемая по бледному и нездоровому лицу жажда власти, - в глазах засверкали искорки веселья. — Я же не запугиваю магов, чтобы, они подчинялись мне, не держу их в страхе…. И, в отличии от дорогого твоего Лорда, я даю им то, что обещаю! — Что Вы этим хотите сказать? - прошептал Малфой, словно боялся, что кто-то их услышит. — Ты хочешь получить такую силу, которая твоему Лорду даже и не снилась? – с блеском в глазах, спросил Тёмный. — Да… - уже более уверенно произнёс Пожиратель. — Тогда… - в тёмных и глубоких глазах загорелся недобрый огонёк, — …заключим сделку? – в голосе прозвучала явная насмешка, но Малфой, видимо, решил её проигнорировать, спросив: — Какую? — Я дам тебе безграничную силу, а ты мне… - маг сделал небольшую паузу, для пущего эффекта, во время которой длинноволосый блондин заинтересовано навострил уши, — …свою верность. — Я… - теперь уже тот сделал небольшую паузу, погрузившись в раздумья, — …согласен... – всё же решив долго не думать, произнёс он. В одной тощей и странного цвета руке Тёмный маг держал, уже всем давно известный, пергамент, на котором заключал свои драгоценные контракты, из-за которых потом и случилось столько различным и непоправимых бед. А во второй, аналогичной первой, руке, находилась чернильница с изящным и белоснежным, как снег, пером. — Подпиши тут, - он сунул пергамент в руки блондина и ткнул пальцем куда-то между строк, — и тут, - опустил палец к низу контракта, — дорогуша! – на тонких губах всё ещё сияла лукавая ухмылка. — И считай, что всё уже в твоих руках!***
Продолжения разговора Северуса и Румпеля в коридоре — Что я скрываю? – задумчиво протянул маг. — Ничего, - как-то слишком просто и совсем “неподозрительно” добавил он, небрежно взмахнув рукой. — Я, в отличии от Вас, не смотрю на цветок, чтобы на время забыть свою боль! – в голосе прозвучали ощутимые нотки издевки. Брови зельевара грозно сошлись на переносице, а в глазах заблестели искры раздражения и злости. Откуда тот узнал о цветке? Рука мага уже было потянулась к волшебной палочке, но вовремя остановилась. Магический дуэли между преподавателями стал бы хорошей сенсацией завтрашней газеты. — Я не позволю вам, - прошипел он, сверля мага уничтожающим взглядом. Правда на того такой взгляд никак не действовал. — Ох, нет, я не хотел ранить Ваши чувства, - тонкие брови изогнулись дугой, словно бы в извинении, но в тёмных глазах всё так же продолжали искриться весёлый огонёк. — Что ж…я не хочу чтобы за мной гнался обиженный зельевар по всему Хогвартсу, - издевательски протянул маг. — Так что, я пожалуй пойду! В коридоре прозвучало громкое и раздражительное хихиканье, после чего один из стоящих в коридоре профессоров исчез в фиолетовой дымке. Снейп ещё пару минут постоял на месте, раздумывая над загадочными и непонятными словами учителя ЗОТИ, после чего снова зашагал вдоль завешанных картинами стен, прямиком к кабинету директора, которого, как потом оказалось, нет на месте. Вот прям как чувствовал, что к нему идёт очень злой Северус...***
Румпель появился у выхода из Хогвартса. Выйдя за пределы школы, маг, сложив руки за спиной замком, медленными шагами направился туда, куда глаза глядят, то бишь вперёд, дабы подышать свежим воздухом и развеяться. Но, не успел он пройти и двухсот ярдов, как за его спиной, вот прям из неоткуда, словно бы прятался где-то за кустом, поджидая его, возник Люциус Малфой с небольшой весточкой: — Люциус, что-то не так? - поинтересовался Тёмный, не дав тому заговорить первым. Он отрывался от своего дела, то бишь бродить то тут, то там, и развернулся к своему новому подчинённому. — Нет, всё так, мой господин, - с чрезмерной вежливостью поспешил заверить его блондин. — Просто… ещё несколько пожирателей хотят присоединится к вам... В тёмных глазах вспыхнул заинтересованный огонёк. — Несколько? – переспросил маг, слегка растягивая слоги. — Ну, почти все Упивающиеся, которые ещё живы... — Даже те, что в Азкабане? – тонкие брови медленно поползли вверх. — Даже те, для которых Волан-де-Морт был кумиром... – с какой-то едва заметной грустью добавил Малфой. — Отлично! – Румпель аж подпрыгнул от радости, от чего стоящий рядом мужчина испуганно сделал шаг назад. — И кого же не хватает, дорогуша? — Северуса Снейпа... – прозвучал мгновенный ответ. — И всё? — И всё.... Но те, что в Азкабане, просят добавить один небольшой пунктик, где планируется их освобождение… — Да освобожу я их, освобожу. Это как нечего делать! - небрежно отмахнулся Румпель, растягивать губы в самодовольной улыбке. Всё шло по плану. Всё шло именно так, как он запланировал с самого начала...
