Исповедь

      Мальчик-который-опять-выжил сидел на подоконнике в доме своих магловских родственников и смотрел в окно. По стеклу скатывались капли дождя, идущего уже который день, и складывались в причудливый узор. На юношу накатывало глухое отчаяние, из-за него опять погиб человек. Сначала родители, потом Седрик, теперь вот крестный. Самое главное, что это его вина, если бы он изучал нормально окклюменцию... Но ведь он герой, он может спасти людей, если будет знать планы Волдеморта. Три раза ха. Глупый, самоуверенный и эгоистичный мальчишка. Снейп прав, что его ненавидит. Зачем он потащился в министерство? Ах его туда любезно пригласили? Зато обыватели поверили в возрождение Темного Лорда. Правда для того чтобы магический мир принял это, его должен был увидеть сам Фадж. Да будь этот мир проклят, если его близкие будут гибнуть в этой жестокой войне, когда остальные маги отсиживаются по домам и упорно закрывают на все глаза.       Надо перестать думать об этом. Ни к чему хорошему самобичевание не приведет. И необходимо лечь спать, только кошмары навряд ли дадут, они преследуют его каждый раз как его голова касается подушки. Это невыносимо. Лица погибших с немым укором смотрят на него. Сотни сценариев, как можно было сделать по другому, прокручиваются в его голове когда он спит. Но финал всегда один, они умирают.       Гарри уже давно старался не смотреть на себя в зеркало, его можно хоть сейчас в кунсткамеру, бледный аж до синевы, вены просвечивают сквозь кожу даже на лице, синяки под глазами уходящие в черноту, полопавшиеся сосуды в глазах обрамляли радужку, висящие сосульками волосы. Последние несколько дней он стал за собой замечать провалы в памяти, бывало шел чем-то заниматься с утра, а потом ловил себя на мысли, что уже вечер. Память об этих отрезках времени отсутствовала абсолютно.       Все пора в постельку. Свесив ноги с подоконника чтобы встать, Гарри покачнулся, но устоял на ногах. Вдруг мир закружился и стал отдаляться, ноги задрожали, по нервам ударил адреналин, накатила паника, мышцы стали конвульсивно сокращаться. Тело прошила боль, заваливаясь на пол, мальчик увидел ИХ, Квиррел, Седрик и Сириус. Они смотрели на него с исследовательским интересом. Гарри забился в ужасе. - Они мертвы, их здесь не может быть. Мысли метались, разум говорил, что это невозможно, но все чувства и ощущения, словно взбесившись, утверждали обратное. Они здесь, реальны, из плоти и крови. Паническая атака отключала любой контроль и здравый смысл. Нестрашная в целом галлюцинация почти довела его до сердечного приступа. Наконец, через несколько секунд мозг, не выдержав перегрузки, отключился. Приходил в себя Гарри долго, очнулся, уже когда было темно. Осмотрев комнату, горько усмехнулся. - Кажется я все таки сошел с ума, как и писали в газетах, только несколько запоздало. Что ж все к тому и шло. Ладно, обморок это конечно хорошо, но нужно дойти до кровати и досмотреть очередную порцию кошмаров.       Утро началось с пронзительного крика тети Петуньи и влажных от холодного пота простыней. -Вставай и иди готовить завтрак, тунеядец, -Гарри, кряхтя, с трудом встал со своей узкой кровати, больше смахивающей на (койку? больничную, тюремную, топчан?), и поплелся в ванную. -Смотри чтобы бекон не подгорел, -смерив его презрительным взглядом, тетка прошла мимо, - и чтоб в ванной не больше двух минут был, только зря воду льешь. -Да, тетя Петунья,- сил спорить просто не было.       Через десять минут, во время завтрака, дядя Вернон, сердито фыркнув и отложив прочитанную газету, в упор посмотрел на Гарри. -Чтоб духу твоего здесь не было с пяти и до одиннадцати вечера, к нам в гости приезжают мои партнеры с семьями. Не хватало еще твоих ненормальных уродских штучек. -Вернон, но он должен постричь газон и закончить с клумбами. Мы не можем пригласить их с таким садом, что они о нас подумают? -тетя Петунья поджала губы и выжидательно посмотрела на мужа, тот смешно подергав своими моржовыми усами, раздраженно сказал: -Тогда к пяти пострижешь лужайку и сделаешь, что там надо, с клумбами, а потом вон и не появляйся. Закончив разговор, дядя встал и отправился собираться на работу, все остальные потянулись за ним.       Как давно он здесь не был. Эта детская площадка раньше часто была для него убежищем от Дадли с компанией. Встав с качелей, Гарри не спеша направился в сторону дома. Уже пора возвращаться, партнеры должны были свалить, и тетя Петунья сейчас будет перемывать им кости, одновременно распекая его за нерасторопность при мытье посуды. Еще бы, у него сегодня целый день двоится и темнеет перед глазами. Сказывалась отвратительная ночь. Выйдя на освещенную дорогу, парень услышал пьяный гогот и увидел компанию. Любимый кузен и со товарищи, черт, как невовремя. Только собравшись развернуться и бежать, Гарри почувствовал, дикую слабость и планы пришлось отложить, замерев около фонарного столба, он посмотрел на приближающуюся компанию. -Ба, да тут у нас шрамоголовый придурок, и даже не убегаешь... -Дадли, посмотрел на своих дружков, и пихнув Гарри на землю, пнул его в бок. -Что даже сопротивляться не будешь? Хей ребят, да тут можно оторваться, - парни начали окружать, лежащего на земле Поттера. А он уже просто не мог сопротивляться, сознание погружалось во тьму. -А помнишь, нам на борьбе добивающий прием показывали... Пирс, покажи, а то я не понял. - Один из группы опустился на колено рядом, - вот смотрите бить надо вот сюда,- и ударил кулаком в солнечное сплетение. То что последовало, никто из них не ожидал, Поттер резко дернувшись и захрипев, начал биться всем телом, вдруг немыслимо извернувшись, встал на четвереньки и с животным рыком бросился на ближайшего к нему человека. Тот инстинктивно лягнул его ногой. -Поттер, да ты что, с дуба рухнул? - Дадли испуганно разглядывал, рычащего и бросающегося на всех, парня, - да вырубите его уже кто-нибудь. Ловкий пинок по голове и Гарри падает как подкошенный. -Пошлите отсюда, от греха подальше.       Первый проблеск чувствительности, как их стал называть Гарри, случился, когда его грузили в скорую. В больнице ему диагностировали кому, хотя внятных причин для этого не было, сотрясение мозга и несколько ушибов не тянут на повреждения характерные для такого результата. Однако очнуться он не мог, находился в какой-то чернильной темноте, в которой абсолютно не действовало чувство времени. Следить за окружающим миром мог только благодаря посетителям, врачам, медсестрам, один раз даже Дурсли приходили. Как он понял, эти проблески случались, когда рядом с ним кто-то был, не сразу, постепенно, он как бы выныривал со дна темного болота и тогда уже мог все слышать, чувствовать и понимать. Было чрезвычайно скучно, из разговоров медсестер он понял что уже середина августа, а о нем никто так и не вспомнил. Зато было время подумать. Мысли были не особо радостные, каких-то откровений он за это время тоже не надумал. Главным своим выводом Гарри считал утверждение, что магический мир ничем не отличается от магловского. Люди везде одинаковые, многие волшебники дальше программы Хогвартса не заглядывают, простые обыватели, им это не нужно, они не считаю магию чудом, для них это обыденность. Да он и сам такой, когда он последний раз читал книгу по магии просто так, а не потому что Гермиона сказала, или ее задали. Лежа сейчас на жесткой больничной койке, герой спрашивал себя, когда же он стал считать магию инструментом, а главное, почему тогда воспринимает волшебников как сказочных персонажей? Получается магия - инструмент, а маги не люди и все поголовно делятся на темных и светлых, как в сказках. Так не бывает. Нет добрых и злых, плохих и хороших, люди полосатые везде. А магия, как он читал в одной книге на Гриммо, разумна, и маги древности поклонялись ей. Мысли скакали с одной темы на другую. Интересно, почему в Хогвартсе не проходят традиции. Кстати потом он эту книжку так и не смог найти. Почувствовав, как его тянет наверх, Гарри сосредоточился на происходящем. -Вот он, мистер Поттер поступил к нам в середине июня, и до вас его никто не навещал. Могу я еще чем-нибудь вам помочь? -Нет спасибо, нам хотелось бы побыть с ним наедине. -Хорошо, тогда я вас оставлю. По ощущениям в палату зашло несколько человек, резко хлопнула, закрывшись, дверь. -Альбус, как же так, почему никто не знал, что Гарри лежит здесь уже два месяца? Его надо обязательно забрать, кома это ужасно, и эти маглы, Поппи обязательно его вылечит. -Минерва, он не отвечал друзьям, но ведь ты знаешь как он переживал о Сириусе. Вот я и подумал, что он просто хочет побыть в одиночестве. Только когда его приехали забирать Грюм и Тонкс, чтобы переправить в Нору, мы узнали, что он в больнице. Конечно мы его прямо сейчас и заберем. Отсоединив все проводки директор, направил палочку на подушку. -Портус. Минерва, перемещайся вместе с Гарри, я настроил портал на границу защитных чар Хогвартса, дальше я надеюсь ты справишься. -Конечно Альбус, а как же ты? -Мне еще нужно разобраться с маглами, перемещайтесь скорее. Его надо быстрее доставить к Поппи. Последнее, что услышал Гарри, это щелчок двери и властно произнесенное: -Империо, -вот тебе и великий светлый волшебник. А дальше были только противное ощущение протягивание, за крюк в животе, через узкий шланг и темнота.