Приключения блонди в Кэртиане

*последняя глава и обещанный финальный алвадик в конце!* Прошла неделя. Программа для клиники, которой руководили Оскар и Рене, была наконец-то дописана, и Катце чувствовал удовольствие от хорошо сделанной работы. Такой навороченный медицинский софт он делал редко – в основном этими программами занимались специалисты другого профиля. Но он не мог устоять от соблазна поучаствовать в интересном деле. Тем более что на Хюррем-130 и платили неплохо. Он сделал себе чашку кофе со специями и удобно устроился в кресле, чтобы чуть-чуть спокойно отдохнуть, как вдруг раздался громкий звон мобильного. - Катце! У тебя еще остались дозы DSC-K7? – голос Аиши звучал взволнованно. «Какая дрянь и где проболталась о той партии наркоты, которую мы с Ясоном завезли нелегально?!» - выругался про себя рыжий. Врать Розену смысла не имело. - Есть, - со вздохом признался он. - Возьми сколько можешь, и рысью лети в Парфию. Можешь доехать до Апатии и там сесть на мой аэрокар, пароль от гаража и от самой техники я тебе сброшу. Время на внешний вид не трать, хоть в пижаме, но лети! - Что случилось? - Разговоры потом, когда приедешь. Отбой. Аиша отключил связь. Катце быстро выключил компьютер, достал из тайника коробочку с ампулами и инъектор, накинул куртку и стал обуваться. Мобильный запищал – видно, пришло сообщение. На байке, обходными путями покороче, минуя городские пробки, он доехал до дома Розена и там оставил в гараже свой «транспорт» и вылетел на аэрокаре. В Парфии его уже ждал сильвер, кажется, подчиненный Аиши. - Мистер Катце… Хорошо, что вы так быстро прилетели. Пойдемте. Они поднялись в небольшую гостиную, примыкавшую к залу переговоров. Там на диване полулежал Рауль. На его щеках горел лихорадочный, явно нездоровый, румянец. Взгляд блонди был туманный, как у больного или наркомана. - Привез препарат? – прошептал Аиша. Катце протянул инъектор и ампулу. Розен быстро закатил рукав сьюта нейрокорректора и сделал укол. - Теперь едем в Институт Генетики. DSC-K7 на время блокирует яды, теперь Рауль вне опасности, можно спокойно добраться. А там уже лечение как надо. Катце удивленно смотрел, как Аиша поднимает Рауля и на руках тащит в аэрокар. Вдвоем они уложили его на сиденье-диван в глубине салона. Сам же глава Танагуры устроился рядом с рыжим. - Не буду отвлекать тебя, если по дороге расскажу? - Наоборот, так даже будет лучше, а то я догадками себя извести могу. Аиша вздохнул: - Зря мы думали, что две конференции в один день будет удачным решением! Если бы Лагат не принимал послов с Везеры в Мистраль-Парке… Он бы, может, заметил такие штучки все и сразу. Орфей проверял всех, но… - Так что же случилось? - В Парфию прибыла делегация с Каммы. Специфическая цивилизация, и довольно много доказательств, правда, косвенных, что они выполняют поручения федералов, направленные против Амой. Поэтому Орфей проверил их чуть ли не до резинки от белья, и приказал на входе отобрать все коммы, браслеты, украшения, железные предметы и всё прочее. Но меня всё равно что-то беспокоило. Сильно уж одна дама издалека стреляла глазками на Ясона и Рауля, и пыталась подобраться поближе. Я остановил ее и стал сам с ней флиртовать. Затащил ее в укромный уголок и стал расплетать ее прическу, она забеспокоилась, но я всё равно шпильки вытянул. И как-то их кончики подозрительно выглядели, будто чем-то покрыты. Только зря я думал, что уладил дело, отобрав те иголки. На маникюр я внимания не обратил, а ногти тоже были заострены и покрыты ядом! - Фигасе… - присвистнул Катце. – Да, напоминает уловки синоби, когда-то книгу о чем-то подобном я господину Лагату привозил, это та еще редкость. - Я о синоби не читал, - устало ответил Аиша. – Просто почувствовал, что с этой дамочкой что-то не то. Но всё равно во время переговоров она умудрилась позаигрывать с Раулем и слегка оцарапать его руку. Когда он стал жаловаться на то, что в зале слишком жарко, я под пустяковым предлогом увел его в гостиную и сразу вызвал тебя. Ему было явно нехорошо. - Господин Минк в безопасности? - Да. Я прислал дополнительную охрану, плюс еще люди Орфея следят за каждым движением делегатов. На всякий случай мы включили охраняющее излучение. Ясон, кажется, злится на меня, но… Пусть лучше обзывает параноиком и коброй, зато я знаю, что ему ничего не грозит. В Институте Генетики возле Рауля сразу засуетились медики, строго приказав Аише и Катце даже не пытаться заглянуть в палату, пока не закончится осмотр и процедуры. Блонди и дилер неловко потоптались в пустом коридоре, а затем сели на диван в углу холла. - Аиша, ты… я с тобой за такое никогда и ничем не рассчитаюсь, ни услугами, ни натурой… - тихо сказал Катце. – Ты спас жизнь Раулю, несмотря на то, что вы всегда были соперниками… - Мы сделали это вместе. Без тебя я бы не справился. И соперничество не имеет никакого значения. Что бы я ни думал об успехах Рауля в личных делах, но он ценен для Амой как специалист и как советник Ясона, а значит, я должен забыть о своих эмоциях. Катце прижал блонди к себе. - Ты такой сильный, даже для элиты. Аиша грустно посмотрел на него. - Сильный? Катце, ты слишком хорошего мнения обо мне. Наоборот, это непозволительная слабость с моей стороны. Я слишком боюсь потерять тех, кто много значит для меня. Сказать тебе, почему? - Да. Сжав ладонь любовника в своей, блонди ответил: - Я думаю, ты слышал сплетни о том, что мой генетический отец покончил с собой? Так вот, это правда. Когда Доминик Лагат погиб во время теракта в Мидасе, Амира не смог жить без него. «Черная Луна». Я вернулся из деловой поездки вечером, его кабинет был закрыт на код доступа, о котором знали только мы двое. Когда я открыл дверь и вошел, то увидел черный окурок и записку. Мне не хотелось, чтобы Амиру и Доминика обсуждали все, кому не лень, и поэтому я уничтожил доказательства самоубийства. Экспертизу проводил Родерик Ам, отец Рауля. Он, конечно, понял, в чем была причина, но я убедил его объявить, что Амира умер от сердечного приступа. Катце молчал. Он понимал, слова сейчас ни к чему. Аиша продолжил: - Вот так я потерял самых близких мне людей. И с того времени я боялся к кому-либо привязываться. Знаешь, когда я увидел «Черную Луну» в твоей пачке, старый страх начал снова преследовать меня. А тем более эта попытка покушения на Ясона и Рауля… Глаза Розена казались почти черными. - Я понимаю тебя, - сказал рыжий. - Блонди обычно не видят снов, но меня время от времени преследует кошмар, что я иду по коридору, иду долго, подхожу к двери кабинета, ввожу пароль, и вижу в кресле, с «Черной Луной» в руке, кого-то, кто мне небезразличен. И… Аиша хотел еще что-то сказать, но Катце закрыл ему рот поцелуем – нежным, осторожным, не похожим на их привычную немного жесткую прелюдию. Как будто хотел успокоить, утешить, облегчить накопившуюся боль. Они целовались, пока не начало перехватывать дыхание, и только тогда на миг оторвались друг от друга. И вернулись бы к этому занятию снова, если бы не послышались шаги по коридору. Ассистент-сапфир сказал, что они могут зайти в палату к Раулю. * Нейрокорректор полусидел на кровати, откинувшись на подушки. Увидев Катце, он улыбнулся. Не обычной свойственной элите светской улыбкой – искренне и радостно. Как тогда, в Кэртиане. Хотя и не с беззаботной легкостью того времени – скорее, так открывается после долгого времени заржавевшая дверь. И тут же улыбка исчезла, ведь Рауль увидел, что Розен держит дилера за руку. - Тебе уже лучше? – спросил Аиша. - Мне сказали, что через день-два я уже смогу вернуться к своим обязанностям. Вы вместе успели вовремя. - Да, нам с Катце повезло. Знаешь, я очень волновался за тебя. Аиша приблизился к Раулю, устроился на табуретке поближе к кровати нейрокорректора, и осторожно поправил его растрепавшиеся волосы, чуть погладил по шее. Рауль потянулся навстречу прикосновению, и в то же время тихо прошептал Катце: «подойди ко мне, пожалуйста». Рыжий приблизился к нему. Рауль поймал его за руку и притянул поближе к себе, заставляя сесть на кровать. - Я много думал о том, что ты сказал мне тогда… - И?.. – выдохнул Катце. Никогда еще, ни при каких напряженных переговорах и опасных приключениях он не чувствовал себя настолько близким к какой-то неведомой, страшной грани. Адреналин. Волнение. Как будто куда-то летишь на самой высокой возможной скорости в аэрокаре, которым уже не можешь управлять. Как между двух огней. Аиша нежно поглаживает Рауля по плечу, улыбается спокойно и даже ласково, но в глазах – напряжение, страх, невысказанный вопрос: «кого из нас ты выберешь?». Если бы юному фурнитуру, впервые переступившему порог Эос, сказали, что блонди тоже не всё могут и не над всем властны, он бы не поверил. Да и до нынешних дней не мог себе представить такое. - Я… меня тянет к тебе, Катце… - тихо сказал Рауль. – Не знаю, любовь это или еще нет, я еще не могу забыть Эмиля, наверное, правду говорили на Терре, что первая любовь не забывается… Но… мы могли бы быть вместе, правда же? Катце прикоснулся губами к кончикам его пальцев. - Вместе – только если втроем, - ответил он. – Я люблю тебя, Рауль, и ты уже знаешь, что давно, и что всего, чего я достиг, я добивался только ради возможности быть поближе к тебе. Но и Аишу я тоже люблю и не могу оставить после всего, что было. - Я и не буду требовать от тебя, чтобы ты был с кем-то одним. Это же не дипломатические переговоры, чтобы диктовать условия, - улыбнулся Рауль. Во взгляде Розена было торжество, смешанное с грустью. Он будто хотел сказать: «Ты, Катце, тоже не будешь обладать любимым человеком полностью. Но с тобой буду я, а это немало значит». - Если третий не лишний, - привычно-язвительно ухмыльнулся Глава Танагуры, - можно считать, что всё решено. Самые главные испытания мы уже прошли. * Талиг, Оллария -через несколько дней после того, как Рокэ узнал правду о своем «проклятии» - Тихими, крадущимися шагами, напоминающими походку кошки, Рокэ вошел в комнату оруженосца. Юноша сидел на широком подоконнике, глядя в окно, и был похож на сердитую взъерошенную птицу. Неудивительно – в последние дни они почти не разговаривали друг с другом, а если и разговаривали, то спорили, и это было более похоже на ссоры двух подростков, чем на беседы эра и подопечного. - Дикон… - позвал Ворон. Окделл чуть дернулся, услышав его голос, но тут же холодно сказал: - А вы наконец-то вспомнили, как меня зовут, а то всё «юноша», «юноша». Господин Первый Маршал… - Дикон, я был неправ, в последнее время мы ссорились совершенно зря. Мне не стоило говорить тебе многое из того, что я наговорил. Дик удивленно смотрел на него. Чего, чего, а таких слов от своего эра он не ждал. Рокэ продолжил: - Я должен был понять тебя. Тебе одиноко в столице, а эти придворные ызарги не упускают возможности подшутить над твоим положением как моего оруженосца и ткнуть шпилькой по твоей гордости. Хотя кое в чем эти сплетники правы. - Что?! - Дик, я действительно люблю тебя. Юноша прикрыл лицо руками, будто пытаясь спрятаться от неожиданного известия. Рокэ подошел к нему ближе, обнял его, прижал к себе. – Я давно это понял, но не хотел говорить, не хотел даже перед самим собой признавать свои чувства. Потому что верил, будто надо мной висит проклятие, и если я позволю себе любить тебя, то либо погублю тебя этим, либо переживу предательство. - Проклятие? – удивленно переспросил Дик. Рокэ рассказал ему обо всем. Покушение на Винной Улице. Спаситель, которого измученное телесной и душевной болью сознание приняло за Леворукого. Годы страха – не столько быть преданным снова, сколько погубить своими чувствами близких людей. - Пока я не встретил Рене снова и не понял, что он такой же человек, просто из другого мира, я не мог спокойно жить. Дик обнял его, ласково провел рукой по его волосам. - Рокэ, но почему же ты мне-то не позволял любить тебя?.. Почему отталкивал? На мне же и так нет никакого проклятия… - Кроме твоей наивности и эра Августа, - ухмыльнулся Ворон. – Хотя… теперь ты у меня точно забудешь о Великой Талигойе! И он страстно поцеловал юношу. HAPPY-END