Гарри Поттер и Волшебная Универсиада

      — А вот и наши следующие дуэлянты! — воскликнул Бэгмен. — Давайте поприветствуем мистера Грейстокка и очаровательную мисс да Фариас! Уверен, их сражение будет столь же непредсказуемым, как и предыдущие.       Под громкими аплодисментами названные чемпионы молча прошли к полю боя и встали напротив друг друга. Джонатан выглядел абсолютно спокойным. На его лице нельзя было прочитать ни одной эмоции. Джейза тоже старалась держать покерфейс, но ее выдавала сила метаморфа. Сильные эмоции заметно влияли на внешность бразильянки: постоянно менялись цвет волос и форма лица, рост то увеличивался, то уменьшался, несколько раз проявлялись откровенно животные черты.       Если вспомнить неуклюжесть Тонкс, причина которой заключалась как раз в таких вот спонтанных изменениях роста и телосложения под влиянием стресса, то нервозное состояние Джейзы станет для нее серьезной помехой в бою. Учитывая, что Джон и Тонкс были хорошими друзьями и не раз спаринговались друг с другом, Грейстокк точно знал об этом недостатке метаморфов и собирался воспользоваться преимуществом.       Едва Флитвик дал команду начинать, чемпион Салемского института тут же выпустил целую очередь заклинаний. Все они были нацелены на то, чтобы ошеломить, обезоружить, повалить и стреножить неуклюжего противника. К великому удивлению североамериканца, чемпионка Неблины неожиданно ловко увернулась от всех чар и перекинулась в небольшую и очень быструю птичку.       Видимо, вся эта нервозность и неспособность контролировать трансформации собственного тела, были одним большим блефом. Джейза отнюдь не зря называла себя гением метаморфизма. Свое тело она держала под абсолютным контролем, и сильные эмоции уже давно не доставляли проблем.       Стремительно пролетев над головой соперника, бразильянка прямо в полете перекинулась обратно в человека и скастовала собственную очередь заклинаний. После этого она снова превратилась в птицу и поспешила сменить дислокацию. Контратака Джона, успешно отразившего все чары противницы, поразила лишь пустоту.       Следующие пять минут прошли примерно также. Джейза порхала вокруг Грейстокка и эпизодически атаковала, на пару мгновений перекидываясь обратно в человека. Каждый раз она успевала улететь, прежде чем заклинания противника успели ее задеть. Оба чемпиона понимали, что так не может продолжаться вечно.       Бразильянка первая сделала свой ход. В очередной раз превратившись в человека, она не стала атаковать напрямую. Нет, в этот раз она обратилась к прославленному искусству южноамериканских волшебников — Иллюзиям!       Сперва из земли полезли ростки разнообразных растений. Часть из них начали расти ввысь, набираясь мощи, пока совсем не скрыли небо своими густыми кронами. Остальные начали разрастаться вширь, образуя густой-прегустой подлесок из разнообразных цветоносных кустарников. Поле боя за пару мгновений превратилось в густой тропический лес, яркий и прекрасный в своем диком великолепии. Но, к сожалению, совершенно пустой и безжизненный.       Джон, тем временем, провернул свой любимый трюк, сформировав из грязи пятерых «големов» человеческого роста и трансфигурировав их в собственных доппелей. Быстро перемешавшись, чтобы Джейза не смогла определить настоящего, Грейстокк мимоходом оценил «натуралистичность» насланной иллюзии.       Для глаз, ушей, кожи и даже носа, неожиданно возникшая тропическая сельва казалась абсолютно настоящей. Видимо, бразильянка не поскупилась и применила чары очень высокого уровня. Не те, что создают обычную голограмму местности, неважно насколько убедительную, а те, что влияли на само восприятие человека, заставляя его поверить в истинность наваждения.       При этом, на саму Джейзу эти чары, очевидно, не действовали. Она, конечно же, видела собственную иллюзию, но для нее она казалась полупрозрачной и абсолютно нематериальной. Ее птичье тело спокойно пролетало сквозь толстые стволы деревьев и их густые ветки.       Убедившись, что северянин ее не видит и не слышит, бразильянка снова превратилась в человека и выпустила очередь заклинаний в ближайшую копию соперника. Как она и ожидала, та оказалась всего лишь доппелем. Уклонившись от двух заклинаний, но не сумев избежать попадания третьего и четвертого, клон потерял человеческий облик и рассыпался кучей грязи.       Пока Грейстокк не успел восстановить поверженную копию, да Фариас решила ковать железо пока оно горячо. Она начала методично обстреливать всех пятерых оставшихся «Джонов», попутно пытаясь определить среди них настоящего. Девушка знала, что клоны не могут колдовать, поэтому ей нужно было лишь проследить за тем, кто будет пытаться восстановить доппеля.       К сожалению для бразильянки, Джон и не собирался попадаться на такую простую уловку. Использование клонов для него было уже привычной тактикой, поэтому абсолютно все копии имели в руках палочки и старательно делали вид, что колдуют. Трансфигурация в этом отношении была очень удобным искусством. Превращающие заклинания обычно не имели визуальных эффектов вроде сгустков света, вырывающихся из палочек.       Кроме того, все «Джоны» старались уклоняться от всех атак и не применять щитовых чар. Это не всегда получалось. Клоны иногда ловили какое-нибудь заклинание, но это не слишком им вредило. Все, что не нарушало их целостности, не представляло для них опасности. Ну, если не считать простейшей «Фините Инкантатем»…       Если же сам Грейстокк не успевал уклониться, то на такой случай у него было заготовлено простейшее обменивающее заклинание, меняющее местами два объекта сходного объема. Он просто менялся местами с одним из клонов и иногда проворачивал такой же трюк с парой других копий, чтобы его не вычислили. Ведь во время обмена оба объекта на мгновение мерцали, пропадая и мгновенно возникая в другом месте.       Бой снова застрял на месте. Джейза носилась по «лесу» и атаковала со всех ракурсов, но Грейстокк без особого труда успевал уклоняться от всех атак, «чинил» поверженные копии и даже пытался контратаковать. Последнее не очень-то получалось из-за густой «сельвы» вокруг…       Скастовав очередное заклинание, бразильянка задумалась. Она прекрасно осознавала, что бой снова зашел в тупик. Надо было как можно скорее определить настоящего Джона и нанести один сокрушающий удар. Но как это сделать?       Немного пораскинув мозгами, Джейза решила слегка изменить иллюзию, добавив в картину летающих насекомых и птиц. Их задачей было неожиданно напасть на все копии северянина и помочь вычислить настоящего.       Ведь на самом деле только он был способен видеть иллюзии. Копии, как и любые трансфигурированные живые организмы, не были по-настоящему живыми. Они лишь выполняли программу, заложенную их создателем. Клоны Джона не имели развитого сознания, и иллюзии высшего порядка, воздействующие на разум, на них просто не действовали…       План бразильянки вполне мог бы сработать, но к несчастью для нее Грейстокк уже имел готовый план контратаки. Благодаря довольно глубоким познаниям в окклюменции американец сумел значительно ослабить влияние иллюзии. Тропический лес стал для него практически прозрачным и ничего более не скрывал.       Едва Джейза снова вернула человеческий вид, как в нее врезались последовательно «Экспеллиармус», «Ступефай» и «Инкарцеро». Девушка была мгновенно обезоружена, лишена сознания и связана крепкими веревками.       — И у нас есть очередной полуфиналист! — воскликнул Бэгмен. — Давайте дружно поздравим мистера Грейстокка! Впечатляющий бой! Очень впечатляющий! Не правда ли, Ли?       — Ага, — согласился с боссом Джордан. — Правда я болел за Джейзу. Метаморфмагия рулит! В тебя кастуют ступефаи, а ты хоп и уворачиваешься от всего в виде птицы. А потом хоп — перекидываешься обратно и кастуешь уже свои заклинания… А эта иллюзия?! Крутота же! Так можно кого угодно обвести вокруг пальца и уйти безнаказанным! Вообще не пойму, как она умудрилась проиграть!       — Ну, метаморфмагия, конечно, очень впечатляющая и удобная способность, — ответил Людо. — Но я приведу пример из квиддича: ты можешь быть настоящим асом и летать как птица, но это почти ничего не значит, если противник превосходит тебя в тактике и стратегии. Я не говорю, что мисс да Фариас никудышный тактик и стратег, но мистер Грейстокк явно ее в этом превосходит. Именно это и показал прошедший бой. -…       — Ли, что с тобой? Что ты так на меня уставился? — спросил Бэгмен. — Что-то с моим лицом?       — Н-нееет… — проблеял все еще шокированный гриффиндорец. Тот никак не ожидал такой глубины мысли от собственного, откровенно говоря, недалекого начальника.       — Тогда в чем дело? — недоуменно спросил Людо.       — Да так… мысль кое-какая в голову пришла, — отговорился Ли.       — Хмм? — заинтересованно промычал Бэгмен. — Что-то интересное? Не хочешь поделиться с нашей аудиторией?       — Э-э-эм… Нет, не думаю… — ответил Джордан, и поспешил сменить тему: — А кто у нас там на очереди?       — Давай посмотрим… — предложил Людо и посмотрел на табло. На нем прекратили показывать избранные моменты из предыдущего поединка и высветили список дуэлянтов. — Хи Чанг и Шизука Ватанабэ! Нас ждет жаркое сражение, леди и джентльмены!       — Ага, — согласился Ли. — Если честно, я уже немного опасаюсь за здоровье Шизуки. Она, конечно, очень круто орудует своими веерами. Прям, ураганно круто! Но Моргана меня подери… Хи поджарил целого дракона! Да простит меня японская делегация, но у их чемпионки просто нет шансов.       - Хе-хе, — усмехнулся Бэгмен. — Эх, Ли, Ли. Неужели ты еще не понял, что сегодня день больших сюрпризов? Я абсолютно уверен, что мисс Ватанабэ имеет немало козырей в рукаве. Победитель отнюдь не предопределен! И сейчас мы в этом убедимся. Леди и Джентльмены! Давайте поприветствуем наших следующих дуэлянтов — мистера Чанга и мисс Ватанабэ!       Как и большинство чемпионов до них, представители дальневосточных школ вышли на арену с абсолютно каменными выражениями лица. Они также молча встали друг напротив друга и приготовились к бою, застыв в нужных позах с палочками в руках.       Едва Флитвик дал команду «Начали!», Чанг тут же взмахнул пустой рукой, без всякой палочки превратив поле боя в огненное инферно. Шизука еле успела наколдовать огромную птицеподобную конструкцию из больших вееров и взлететь на ней в воздух. Китаец попытался подпалить этот «летательный аппарат», но он оказался сделанным из металла, а не лакированной бумаги. Видимо, японка предполагала такое развитие событий и продумала все до мелочей.       Взлетев под самую верхушку куполообразного барьера, Ватанабэ принялась наворачивать круги и обстреливать противника разнообразными заклинаниями. Ураганные порывы ветра, воздушные ядра, сверкающие барьеры и различные боевые заклинания — Шизука использовала весь свой немаленький арсенал.       Чанг уворачивался как мог, демонстрируя потрясающую акробатику и мастерское владение огненной магией. Обычные, неэлементные, боевые заклинания, вроде тех что используют западные волшебники, он использовал очень редко и весьма неохотно. Сказывалась тенденция китайских волшебников в бою использовать элементы, а обычные чары применять в письменной форме, в виде различных талисманов и амулетов.       Со стороны могло показаться, что Хи и Шизука зашли в тупик, что их силы равны и сражение может затянуться весьма надолго. Большинство зрителей именно так и думало. Но некоторые отчетливо понимали, что положение китайца намного тяжелее, чем у его противницы. Ведь Ватанабэ имела пространство для маневра, в то время как Чангу приходилось уворачиваться от атак, стоя на маленьком пятачке земли посреди моря огня.       С каждой секундой Хи двигался чуточку медленнее и еле успевал уклониться от очередного заклинания Шизуки. Та же, чувствуя слабину, все увеличивала свой напор. Вскоре это стало очевидным для всех зрителей, и фанаты Ватанабэ начали скандировать ее имя, как болельщики на стадионе. Практически никто уже не сомневался, что японка победит в этом сражении.       В какой-то момент Чанг вдруг остановился на месте и принял заклинание Ватанабэ «на грудь». Фанаты Шизуки немедленно взорвались овациями, справедливо ожидая, что это конец, что китаец как минимум упадет на землю и будет не способен сражаться далее. Но этого почему-то не произошло…       Под недоумевающими взглядами японки и ее болельщиков, Чанг почему-то и не думал падать, теряя сознание. Наоборот! Немного переведя дух, он выпрямился во весь рост и принял расслабленную боевую стойку. Задорно улыбнувшись своей противнице, он лукаво ей подмигнул, жестом руки предложив атаковать.       С абсолютно каменным выражением лица Шизука скастовала несколько заклинаний. Все они попали Чангу прямо в грудь и не оказали абсолютно никакого эффекта. Даже «ветряной дракон», пущенный в самую последнюю очередь, лишь взлохматил ему волосы…       Приглядевшись, японка увидела едва заметный иероглиф «Неразрушимость» под ногами Чанга. Он был в два метра шириной и лишь слегка отличался по цвету от остальной земли. Скорее всего Хи нарисовал его, пока уклонялся от атак Ватанабэ. Каждый акробатический прием, каждое касание почвы добавляло очередную черточку и напитывало ее, чтобы в готовом виде наделить кого-то абсолютной неуязвимостью.       Стойко выдержав все атаки, китаец улыбнулся еще шире и снова предложил сопернице атаковать, явно насмехаясь над ней. Слегка красная от гнева Шизука тут же ринулась вниз, намереваясь проучить наглеца с помощью рукопашного боя. У нее была надежда, что если как-то вытолкнуть Чанга из зачарованной зоны, то эффект неразрушимости пропадет.       У самой земли японка неожиданно прямо в воздухе сделала сальто вперед, схватила свою «птицу» за туловище, приземлилась на ноги и запустила конструкцию в противника. Легко уклонившись от этого снаряда, Хи сумел его поймать и использовать как щит от молниеносных ударов девушки. После этого ему пришлось срочно выкинуть его, дабы не стать жертвой небольшого светошумового взрыва — японка заранее приготовила сюрприз в виде специально зачарованной бумаги, прилепленной к спине «птицы»…       Следующие три минуты чемпионы увлеченно избивали друг друга, стараясь выкинуть противника из зачарованного круга. В то время как Чанг полагался больше на силовые приемы кунг-фу и акробатику, Шизука использовала смесь айкидо и каратэ и великолепное знание болевых точек. Не забывали они и о магии — во все стороны летели потоки огня и порывы ветра, лучи света и разнообразные путы. Оба соперника бились в полную силу, всецело полагаясь на неуязвимость, дарованную иероглифом.       Сказать, что битва выглядела впечатляющей было бы большим преуменьшением. Зрители сидели открыв и рты и затаив дыхание. На данный момент это было самым зрелищным сражением из всех. Китаец и японка показывали великолепное боевое мастерство, большую магическую выносливость и завидную изобретательность в использовании одних и тех же заклинаний.       Больше всего всех удивляло то, что чемпионы с далекого Востока сражались в ближнем бою. Для западных волшебников, привыкших к битвам на дальних и средних дистанциях, это казалось полнейшим нонсенсом. Ведь с тех пор как в 1839 году изобрели трансгрессию это потеряло всякий смысл: зачем рисковать в ближнем бою, если можно скастовать издалека несколько атакующих заклинаний, мгновенно переместиться в другую точку и продолжить обстрел, изредка выставляя щит, когда противник угадывал или вычислял, куда будет осуществлен следующий перенос?       Оптимальной дистанцией для боя считались 30-40 метров. На более близких расстояниях сражались только те, кто не умел трансгрессировать. Европейцы и американцы придерживались этой доктрины уже больше века и искренне не понимали своих коллег из Азии, что не гнушались бить друг другу морды, как последние магглы. Да, у господствующей доктрины были и идеологические причины помимо чисто прагматических.       Впрочем, глядя на бой Чанга и Ватанабэ, ни у одного чистокровного сноба не повернулся бы язык, чтобы обвинить их в уподоблении маглам. Чемпионы сражались с такой искусностью и грацией, что назвать происходящее обычным мордобоем было бы сущим кощунством. Невольно вспоминались легенды о великих чародеях прошлого, что помимо палочки всегда носили боевой меч или другое оружие, и отнюдь не гнушались использовать кулаки или ноги, закованные в прочную броню.       Здесь и сейчас чемпионы Китая и Японии устраивали небольшую революцию в головах британских зрителей. Каждый второй школьник заимел мечту когда-нибудь сражаться не хуже. Слабый интерес к боевым искусствам, возникший после просмотра магловских боевиков в Общей Гостиной, превратился в горячее желание научиться им и вернуть боевую славу предков. Магическая Британия никогда не будет прежней…       Хи и Шизука, тем временем, и не догадывались какой эффект их сражение оказывает на будущее целого государства. Они самозабвенно бились друг с другом и ждали когда противник совершит фатальную ошибку, которой можно воспользоваться. Оба понимали, что их тела может и неразрушимы, но усталость это не отменяет. Каждый из них использовал уже столько мощных заклинаний, что в обычных условиях уже давно бы привело к полнейшему изнеможению. Только зачарованная печать позволяла им игнорировать накапливающуюся боль в мышцах и магических каналах.       Но последняя неотвратимо подтачивала их концентрацию. Ментальная усталость сказывалась все сильнее и сильнее. И Чанг и Ватанабэ начали все чаще пропускать удары. Еще немного и один из них будет точно выкинут из зачарованного круга. И тогда ничего не будет препятствовать боли… Гарантированный проигрыш!       Момент истины наступил довольно скоро. После очередного «обмена любезностями» с помощью кулаков и ног, Шизука применила широкий порыв ветра и Хи просто не сумел вовремя увернуться, пригнувшись к земле. Мощный поток воздуха ударил парня прямо в грудь и выкинул его за пределы зачарованного круга.       Чанг тут же закричал от боли. Его перетруженное тело начало сводить судорогой и выгибаться дугой. Флитвик в ту же секунду опустил барьер и к китайцу подбежала пара колдомедиков…       — И у нас есть еще один победитель!!! — провозгласил Бэгмен на всю арену. — Давайте поздравим мисс Ватанабэ! И скажем ей и мистеру Чангу огромное спасибо за такой прекрасный бой!       Трибуны взорвались аплодисментами. Многие зрители даже встали, дабы показать свое уважение. Некоторые студенты что-то кричали. Группа старшекурсников наколдовала в воздухе над ареной большую светящуюся надпись «Десять из десяти». Их примеру последовали многие другие студенты и скоро все трибуны пестрели разноцветными десятками.       Польщенная японка в ответ поклонилась, а затем легла на наколдованные колдомедиками носилки. На нее тут же наложили анестезирующие чары и понесли в медпункт, разбираться с перетруженными магическими каналами…       — Босс, — обратился к своему начальнику Джордан. — А что мы будем делать с полуфиналом? Шизука же явно не сможет участвовать. Переутомление не лечится за пару минут.       — Не знаю, Ли, — ответил Людо. — Я сейчас присоединюсь к своим коллегам из жюри и мы вместе придумаем что-нибудь. Заодно выясню, что это была за чертовщина с неуязвимостью.       — Удачи! — пожелал гриффиндорец удаляющемуся Бэгмену. — А я пока анонсирую наших следующих дуэлянтов… Ииии… Это конечно же Флер Делакур и Эрика Шервуд!!! — зрители снова разразились аплодисментами. — Если мне не изменяет память, эту дуэль ждали ничуть не меньше чем бои Крама и Булгакова и Ватанабэ с Чангом. Всем хотелось узнать, кто же сильнее — австралийская полурусалка или французская «полувейла»*…       С трибун донеслись крики в поддержку той или иной чемпионки. Причем парни в основном болели за француженку, тогда как девушки были за австралийку.       — Через несколько минут мы сможем, наконец, узнать ответ на этот весьма занимательный вопрос, — продолжил тарахтеть Джордан. — Надо только подождать немного, пока профессор Флитвик закончит играться с «кругом неуязвимости» и подготовит поле боя.       Миниатюрный преподаватель при этих словах лишь улыбнулся. Он действительно немного увлекся, изучая выжженный на земле китайский иероглиф и его эффекты на разные предметы, помещенные внутрь круга. Решив отложить исследование на потом, полугоблин вырезал зачарованную землю и отлевитировал ее прочь, после чего несколькими взмахами палочки привел поле боя в первозданный вид.       — Еще раз приветствую всех зрителей. Я вернулся, — сказал Бэгмен, вернувшись в комментаторское кресло. — Но, к сожалению, у меня плохие новости — дуэль мисс Делакур и мисс Шервуд будет последней на сегодня. Полуфинал и финал придется провести завтра… — с трибун послышались разочарованные возгласы.       — Но ведь в этом есть и один большой плюс! — неожиданно сказал младший комментатор. — Чемпионы будут отдохнувшими и нас будут ждать еще более впечатляющие сражения, чем сегодня!       — Абсолютно верно подмечено! Спасибо, Ли, — от печального настроения Людо не осталось и следа. — Дорогие зрители! Давайте отбросим уныние и закончим этот день с хорошим настроением! Думаю, наши следующие дуэлянты в этом нам помогут! Поприветствуем наших последних Чемпионов: прекрасную мисс Делакур и не менее очаровательную мисс Шервуд!!!       Девушки вышли на поле боя под громогласные аплодисменты зрителей. Флер абсолютно не сдерживала свою ауру и шла так плавно, что казалось будто она плывет по воздуху. Она улыбалась и держалась уверенно, не показывая ни единого намека на слабость или сомнение в собственных силах. Мужская часть зрителей просто обезумела и клялась ей в вечной любви, что очень раздражало их подруг. Всего лишь несколько парней сумели устоять перед наваждением.       Эрика шла с гораздо меньшей помпой. Она выглядела не менее уверенной в своих силах и совершенно не скрывала своего презрения к полувейле, купающейся во внимании очарованных мальчишек. Женская часть зрителей поприветствовала ее криками поддержки и советами как лучше всего расправиться с соперницей. Прозвучало даже предложение обрить француженку налысо, что вызвало у австралийки широкую ухмылку.       Пока Флитвик поднимал вокруг поля боя барьер, девушки молча стояли и прожигали друг друга взглядами. Едва им дали сигнал начинать, как воздух между ними тут же заполнился разнообразными заклинаниями. Мелькали сгустки и лучи света, сверкали щиты. Волшебницы показывали достойный классический поединок магов, используя стандартные латинские боевые заклинания.       Но с каждой минутой становились все изобретательней. Делакур начала использовать трансфигурацию, создавая из воздуха небольшие фортификации вроде стен с амбразурами. Укрываясь за ними можно было не бояться большинства заклинаний и относительно спокойно наколдовывать анимированных птиц. Они носились по всему полю боя, стремясь клюнуть, поцарапать или изгадить одежду и волосы австралийки.       Эрика быстро уничтожала и птиц и стены с помощью обычного «Фините», но француженка без особого труда клепала новые. В какой-то момент Шервуд плюнула на это дело и тоже создала небольшую крепость. Но свою она сделала изо льда.       Кроме этого, австралийка разбавила свой довольно обширный арсенал различных сглазов и заклятий виртуозным применением артиллерийских чар. Она поднимала крупные куски мягкой глины, превращала их в большие снежки, и с помощью особого заклинания запускала их в противницу по замысловатым траекториям, в обход всех фортификаций. Таких снежных снарядов было много, поэтому француженке не всегда удавалось увернуться или поставить защитный барьер. Иногда ей приходилось жертвовать одной из птиц, используя ее как живой щит…       Первой не выдержала Эрика. Устав от этой позиционной войны, она решилась, наконец, использовать свои русалочьи способности. Неожиданно превратив несколько стен противницы в воду, австралийка тут же заковала ее в не очень толстую глыбу льда. Флер даже вскрикнуть не успела.       Девушки на трибунах взорвались аплодисментами и криками триумфа. Шервуд победно подняла руки и развернулась к зрителям, оставив замороженную француженку за спиной. Фанаты стали поздравлять ее пуще прежнего, но вскоре в разных местах начали издаваться испуганные возгласы. Эрика обернулась, и тут же отпрыгнула, пытаясь увернуться от крупного огненного шара…       Попав в ловушку, Флер отнюдь не сдалась. Ледяной плен лишь разозлил ее, а ликование женской части зрителей и вовсе привело в бешенство. Последнее запустило процесс превращения в птичью форму и послужило топливом для выделения огромного количества тепла. Лед начал очень быстро таять…       Едва лед достаточно истончился, француженка тут же вырвалась из ловушки и немедленно бросила в противницу огненный шар. Он был не настолько горячий чтобы убить, но обжечь мог весьма болезненно. Австралийка в самый последний момент попыталась увернуться, но было уже поздно — снаряд попал ей в левый бок и опалил немного волосы за спиной.       Шервуд вскрикнула от боли, но на ногах все же устояла и даже нырнула обратно в свое ледяное укрытие. Делакур, впрочем, и не подумала останавливать свой натиск и продолжила кидаться фаерболами. При столкновении со льдом те с грохотом взрывались, разбрасывая вокруг крупные осколки и капли воды.       К счастью, первые Эрику не задели, а вторые были даже неопасны. Морщась от боли в обожжённом боку, австралийка превратила почти весь лед в воду, закрутила его в один огромный шар, и затем направила в сторону француженки. Флер даже опомниться не успела, как была затянута внутрь этого подобия стиральной машинки.       Прополоскав противницу несколько секунд, Шервуд грохнула водяную сферу об землю. Удар был столь силен, что поднявшиеся грязные брызги окатили стены барьера, на пару секунд сделав его практически непроницаемым для взора. Когда вся грязь, наконец, стекла вниз, зрители увидели отплевывающуюся от воды француженку и стоящую над ней австралийку.       Эрика что-то говорила своей сопернице, и всем оставалось лишь гадать, о чем именно. Ясно было только одно — слова Шервуд были крайне обидными для полувейлы. Та попыталась резко встать и кинуть очередной огненный шар, но австралийка просто скастовала «Ступефай», ударивший француженке прямо в лицо, и связала ее «Инкарцерусом».       — А вот и наш последний полуфиналист!!! — прогремел на всю арену Бэгмен. — Давайте поздравим мисс Шервуд с победой! — предложил он, несмотря на то что женская часть зрителей уже давно рукоплескала и скандировала имя австралийской чемпионки.       — Мне одному кажется, что Эрика слишком брутально обошлась с Флер? — спросил Джордан.       — Запомни, Ли — драка между женщинами всегда крайне жестока! — ответил своему помощнику Людо. — Особенно если они имеют что поделить, или между ними есть давние разногласия.       - … — Джордан снова не знал что сказать, удивленный очередным мудрым изречением своего очень легкомысленного начальника.       — К сожалению, на этом мы сегодня заканчиваем, — продолжил, между тем, Бэгмен. — Наши чемпионы показали высший класс и просто потрясли наше воображение! Они наверняка очень устали… Но я абсолютно уверен, что завтра, со свежими силами, они продолжат творить на поле боя совершенно невероятные вещи и ОКОНЧАТЕЛЬНО ВЗОРВУТ НАШИ МОЗГИ!!!