Раздели мою участь

Through dark and light I fight to be So close Shadows and lies mask you from me So close Bath my skin, the darkness within So close The war of our lives no one can win*

      Первым делом, что почувствовала Ева, было сильное жжение в груди. Было ощущение, словно ее сердце пронзают миллиарды осколков. Это были осколки прошлого, что составляли ее память. Они были надорваны, а теперь, просто отваливаются и падают. Падают с жутким свистом и царапают стенки. А некоторые, оседают на стенки, заставляя вопить от боли. Тысячи крошек впитываются внутрь органов, заставляя биться в агонии. Память - все, что было у девушки, а теперь и ее нет. Саднящая боль в горле. Создавалось представление, что Ева глотала деревяшки, на коих были ржавые гвозди. Вкус горечи на губах, что вмиг пересохли от адских ощущений.       Рейн открыла глаза. Лунный свет казался ослепляюще ярким. Она невольно сомкнула глаза. Осколок упал. Девушка кричит, выгибаясь в пояснице. Воздуха катастрофически мало. Легкие сжимаются, превращаются в одну тряпку. Тряпку, что исколота дырами. Горло сдавливает, словно она больна грудной жабой. Дрожащей рукой, Ева хватается за подоконник. Она ищет опору, главное держаться, главное не упасть.Охотница сжимает пальцами спасительную деревяшку. Пытается подняться, но нервы и каждая кровеносная нить натягивается до предела. Мгновение и они лопаются. Обрываются, как струны латвийской скрипки. Обжигающе ядовитая кровь разливается внутри. Заполняет каждую мышцу, каждую часть до отказа. Сердце тонет, тряпка, под названием «легкие«впитывает в себя весь яд. А душа.. Светлая и непоколебимая душа Евы захлебывается в этой щелочной жиже. Она кричит, но крики ее не слышны ни кому. Их глушит кислота и стены.       Попытка подняться, не увенчалась успехом. Рейн громко кричит, чувствуя, как кислота разъедает ее кости. Просто переламывает их пополам, как делают с ненужными карандашами дети. Только в данном случае: Ева-карандаш, Тьма- избалованный ребенок. Охотница разлепляет, вмиг потяжелевшие, веки. Пелена. Все плывет. Предметы потеряли свою форму и очертания. Они перестали быть материальными. Они словно расщепились на атомы и плавают в воздухе, как инородные тела. Ева устремляет взгляд в одну точку, пытаясь собрать утерянные частички рассудка. Ничего не выходит. Она потеряна. Она горит. -Видишь? Предать, не так уж и сложно. Я горжусь тобой, -слышит она голос Люцифера. Она снова разлепляет веки и видит Сатану. Его глаза горят красным пламенем. Кожа бледная, словно он мертвец, только, что восставший из холодной могилы. Его волосы темные, а руки и вся одежда пропитаны кровью. Только чья это кровь? Дьявол наступает голой стопой на шею девушки и громко смеется. -Глупая, наивная девочка. Нельзя слушать плохого Люцифера, Боженька накажет! -смеется Богохульник. Рейн, чувствует, как ее кожа плавится. Пальцы ноги сдавливают горло. Воздуха нет. Остановите. Остановите! -«Почему я дышу?! — спрашивает сама себя Ева. -Потому, что я так хочу! — Падший смеется, и девушка проникается этим смехом. Она видит, как кожа ее начинает воспламеняться. Боль. Крик. Смех сверху. -Ты горишь! Горишь! — хлопает в ладоши архангел. Люцифер берет охотницу за шкирку и тащит по полу, весело насвистывая песенку себе под нос. Деревянные щепки впиваются в ее нежную кожу. С каждым шагом становится все жарче и жарче. Создавалась ощущение, что девушка находится в духовке, которая постепенно разогревается. -Добро пожаловать в ад, милая! — говорит Светоносный и кидает ее вниз. Она горит. Она вопит. Она.....       Она просыпается. — Ева? Слава Богу! — не успевает девушка понять, где находится, как Винчестер-старший прижимает ее к своей груди. Ей ничего не остается, как уткнуться потным лбом в его сильное плечо, — Что случилось? Ты так кричала, мы не знали, что делать. — Это мои сны, — девушка потерла переносицу длинными пальцами, — Простите, что заставила вас переживать. А где Сэм? -Пошел за едой. Что за сны? — охотник внимательным взглядом изучает лицо девушки. Взгляд ее направлен в никуда. -Я не знаю, Дин. Мне сниться, как я горю. Огонь и только огонь. — Рейн облизывает губы и, все же, смотрит в орехово-травяные глаза мужчины. -У тебя есть с чем связать это? Может моменты из прошлого или какие-то ощущения? — охотник не прерывает зрительного контакта. -Соври, -слышит она над ухом. Сатана шепчет прямо в уши. Да, это не выражение, а действительность, — Скажи, что ты однажды видела пожар. Давай, Ева, ты умная, придумай что-нибудь. -Это закат, — вдруг произносит она, отвечая на вопрос Дина, — Кроваво-огненный закат, который я видела не так давно. Думаю, он-и есть причина моего ночного кошмара. -Молодец, -поощрительной шепчет Падший. Его голос обжигает левую часть лица. Мурашки пробегают по бледной, сплошь усыпано синяками, коже девушки. Каждый хриплый звук, сорвавшийся с его уст, запечатляется в ее дворце памяти, которая она строит на протяжении всей своей жизни. Дворец, что в ночных кошмарах, потерпел свое крушение. -Кошмар больше не повторится. Уж я по себе знаю. — Винчестер улыбается. Рейн кивает и понимает, что слова его не дарят никакой надежды. Этот кошмар, Ева видела во снах, когда ей не было шести. Девушка не понимала, что за мужчина смеется так громко и злобно. Но теперь, она знала, что это — Дьявол. Сэм заходит в номер. Вид у него слегка помятый, будто он не спал всю ночь, а читал вырезки статей или же развлекался порнушкой. Никто не чист, да. -Доброе утро, Ева. Как ты? — начал было Сэм расспрос, но Дин прервал его тираду, — Слушай, Сэмми, вот не надо играть в «Что? Где? Когда?», идет? Я уже спросил. Все хорошо. -Это было чисто из вежливости, Дин, — младший прошел ближе и поставил на прикроватную тумбочку кофе, пончики и йогурт. -Спасибо, Сэм.- Рейн улыбнулась и взяла стаканчик с кофе. Глотнув этот Божественный напиток, она ощутила, как горячая жидкость согревает горло и пробирается внутрь, поставляя диапазоны тепла по всему телу особы. Но все расплывается. Кошмар становится реальностью. Пластмассовый стакан, с его содержимым, с глухим стуком падает на пол. Брызги замедляются. Время останавливается. Кто-то его тормозит.Перед полным погружением в темноту, Ева видит, но не слышит, как кричат Винчестеры… -Соняяя, -сладко напевает Люцифер, -Ну и долго ты будешь спать? Я, можно сказать, уже все сделал, а она лежит пластом? Не порядок. Рейн открывает глаза. Ей уже надоело просыпаться так тысячный раз за день. Сэм и Дин застыли во времени. В их глазах читается испуг, вперемешку со злостью. Кто стал причиной их злости? -Что ты сделал с ними? — взволнованно спрашивает девушка, смотря на парней, заставших, словно бронзовая статуя. -Просто выключил кнопочку «работать» на время, — архангел осматривает комнату, — кольца должны быть здесь. Ищи, чего лежишь? Поднявшись с кровати, Ева на ватных ногах принялась искать эти четыре чертовых кольца. Проверив все, девушка решила посмотреть в сумке Дина. Достав из-под кровати большую, черную, дорожную сумку, она звякнула замком. Порыскав во внутренних карманах, Рейн нащупала сверток, где ощущались какие-то предметы. -Это они? -спросила охотница, показывая мешочек Светоносному. -Бинго! — щелкнул и цокнул языком одновременно архангел. Взяв кольца в ладонь, Сатана довольно улыбнулся, блаженно прикрывая глаза. -Скажи мне, Ева, кто на свете всех умнее, всех хитрее и всех злее? — Раскрыв ладонь, Люцифер вытряхнул в нее кольца. Каждое из четырех, он одел на длинные и тонкие пальцы, а мешочек безжалостно выкинул. -Что мне делать, нельзя, чтобы они увидели во мне предателя..- девушка закусила губу, смотря на братьев. -Сыграем? — дьявольская улыбка на лице мужчины, просто обезоружила девушку. Подхватив ее на руки, архангел улыбнулся,-Сыграй бессознательную, у тебя это прекрасно выходит. Послушавшись его, Рейн обмякла в сильных руках. Руках, что держали ее уже не в первый раз.Время снова пошло своим ходом. -Сукин сын! Люцифер, отпусти ее! — Дин достал кольт и нацелился на падшего. -Динни, это никогда не устареет. Меня нельзя убить из кольта. Мне кажется, или у тебя склероз? Я вроде бы уже говорил…Ладно, до встречи, парни. -А ну, сто…-Сэм ничего не успел сказать, как Люцифер и Ева исчезли. -Черт! Этот ублюдок убьет ее! — Винчестер-старший злостно откинул кольт в сторону кровати и тот, с безупречным везением, упал на нее, — Звони, Касу. Нам надо найти его. The missing piece I yearn to find So close Please clear the anguish from my mind So close But when truth of you comes clear So close I wish my life had never come here So close**