i love u;

— Чонгукши! Только Чонгук успевает открыть дверь, как в его квартиру врывается Тэхен, держа в руках двух маленьких котят. — Им срочно нужно покушать. Где молоко? — Ким плетется на кухню и, кладя котят на теплую плитку в кухне, открывает холодильник. Чонгуковская собачка, учуяв новых гостей в доме, прибегает на кухню. Она осторожно подходит к маленьким мягким комочкам и обнюхивает их, а после начинает вертеть хвостиком. Ну а кто не устоит перед этими малышами? Сам хозяин квартиры, ничего не соображая, садится на стул и зевая трет глаза. Он краем глаза поглядывает на висящие в форме облака часы и бьется лбом о стол. — Тэхен, сейчас только полвосьмого, — бурчит в стол младший. Сам Тэ, конечно же, этого не слышит: он одалживает у Миэли, чонгуковской собаки, мисочку и наливает туда подогретое молоко. Котята осторожно подходят к плошке и легонечко начинают черпать. Тэхен, присев на корточки, поглаживает одного котенка за ушком. — Где ты их нашел? — Возле моста. Они такие милые, правда? — он берет одного котенка и поднимает на уровне лица. Тот начинает скрестись и проситься обратно к молочку. — Прости, малыш, — говорит Ким котенку и ставит его обратно на пол. Тэхен поднимается, слегка потягиваясь, и идет обратно к холодильнику. — Будешь завтракать? — Самый тупой вопрос, который мне задавали. Конечно же, буду. Тэ мило улыбается и достает из холодильника нужную еду. Чонгук моментально взбадривается, когда чует запах отбивной с мясом и разноцветного риса. Тэхен три раза спрашивает, вкусно ли, на что получает в первый раз «очень вкусно», во второй «да, очень вкусно, хен», в третий «я же уже отвечал на этот вопрос». Чонгук смотрит на Кима глазами по пять копеек, когда тот переворачивает его шкаф вверх дном, подбирая нужную одежду. — Куда ты меня на сей раз потянешь? — К небу. У Чонгука было много вариантов, куда его потянет непутевый хен: прыгнуть с парашютом, полетать на воздушном шаре, прокатиться на колесе обозрения, но на то, что они полдня будут взбираться на вершину горы, он не подписывался. — Я сейчас умру, — приземляясь на какой-то пенек, хнычет Чонгук. — Давай, вставай, мы почти пришли, — у Тэхена энергии хоть отбавляй: она, наверное, никогда не заканчивается. Даже если Чон умирает от усталости, то его хен всегда остается бодрым, словно он двадцать пять чашек кофе выпивает по три раза в день. Чонгуку кажется, если бы была воля Тэхена, то тот бы летал в небе днями, словно птица. Они кое-как взбираются на вершину, и у Чона глаза округляются. Это самое красивое, что он видел за свою жизнь, после Тэхена, конечно же. — Тут красиво, правда? — Тэхен мило улыбается, расставив руки в стороны и поднеся лицо к солнцу. — Невероятно. Чонгук достает телефон и фотографирует пейзаж. Горы плавно покрыты яркой зеленой травой, виднеются маленькие деревья, которые можно сосчитать на пальцах двух рук. Небо голубое, чистое, без единого облачка, но в глаза бьет еле заметный туман, покрывающий вершину гор. Тэхен пинает Чонгука в бок, и тот, улыбаясь, бежит за убегающим от него хеном. Тэ смеется, прячась и выглядывая из-за деревьев, запутывая Чона. Младший ловит его у березки, выкрикивая громкое «бу», отчего Ким пугается, а после еще больше смеется, показывая Гуку язык. Чонгук обнимает Тэхена и целует легко, мягко и вообще еле прикасаясь, а потом утыкается своим лбом в лоб хена и слегка касается губами родинки на кончике носа старшего. — I love you. Они усталые еле до дома доходят. Чонгук, три раза роняя ключи, все-таки открывает дверь, и его оглушает писк умиления Тэхена. В углу коридора спят три комочка: один большой, и возле мордочки этого комочка лежат еще два сереньких, мило сопя во сне.