Закон жизни

Заведя парня в ванную и усадив его на низкий деревянный табурет, Дерек аккуратным, но резким движением оторвал окровавленный и исполосованный когтями волчицы рукав рубашки Стайлза. - Эй, это была моя любимая рубашка, а ты её испортил, - печально взглянув на изорванный с одной стороны предмет одежды, возмутился Стилински. - Эрика ещё до меня её испортила, - резонно заметил Хейл, попутно доставая аптечку. Открыв небольшую белую коробочку с красным крестом на крышке и выудив оттуда антисептическое средство, Дерек присел на корточки рядом с замершим парнем, чтобы лучше рассмотреть рану. Аккуратно смыв влажным полотенцем с плеча местами уже подсохшую кровь, оборотень обработал порезы. Стайлз, не замечая окутывавшего всё его плечо неприятного зуда, вызванного лекарством, неотрывно наблюдал за каждым действием оборотня. Он словно загипнотизированный следил за тем, как, уже закончив обрабатывать его рану и выкинув в рядом стоящее мусорное ведро использованные, окровавленные ватки, Дерек достал из аптечки бинты. - Где ещё? – сосредоточенно перебинтовывая предплечье парня, спросил Хейл. - Больше ничего нет, только плечо, - попытался юлить Стилински, не желая так сильно раскрываться перед оборотнем. - Стайлз, - твердо произнёс Дерек, тем самым показывая, что не повёлся и отступать не собирается. - Я ещё немного приложился спиной о камень, когда Эрика меня повалила на землю, - через несколько долгих секунд, нехотя всё-таки сознался парень. Оборотень, не произнося лишних слов, развернул Стайлза к себе спиной и, особенно не церемонясь, когтями разорвал и так уже не пригодную для использования рубашку до конца. То, что открылось взору Дерека, Хейл никак не ожидал увидеть. Оборотень просто смотрел на бледно-розовые шрамы от когтей, так отчётливо видневшиеся на практически белой спине парня, и чувствовал, как внутри с каждой новой секундой всё больше и больше разгораются застилающий глаза гнев и жажда мести. - Кто? – невесомо проводя подушечками пальцев по неровным полосам, практически прорычал свой вопрос Хейл. - Он уже мёртв, - стараясь сделать голос как можно безразличнее и разворачиваясь к Дереку лицом, ответил Стилински. Мужчина громко выдохнул, приводя мысли в порядок, и, доставая из аптечки мазь, снова развернул парня к себе спиной. Круговыми движениями нанося лекарство на левую лопатку Стилински, на которой уже расцветал массивный тёмно-синий ушиб, оборотень до зубного скрежета сжал челюсть, не давая внутреннему зверю вырваться на свободу. - Ты их заработал у Дитона? Он и научил тебя так хорошо драться? – разорвал затянувшуюся тишину мужчина. - Дерек, мне льстит, что крутой и грозный Альфа местной стаи считает, что я хорошо дерусь, но давай не будем лезть в мои дела, окей? Я не собираюсь никому ничего рассказывать! Чёрт! Да я просто не готов снова всё это пережить! – подскочив на ноги, сорвался Стилински и, схватив из корзины для белья первую попавшуюся тряпку, которой оказалась чёрная футболка Дерека, и, чтобы скрыть шрамы, нацепив её на себя, парень нетвёрдой походкой направился к выходу из ванной комнаты. Стоило ему только взяться за ручку дверь, как парень почувствовал сильную руку, аккуратно удерживающую его за локоть. Стилински порывисто развернулся, ожидая дальнейших действий оборотня. - Стайлз, - в этот раз голос альфы был более мягким, можно было даже сказать успокаивающим. - Я не могу, Дерек, - уже более спокойно ответил шатен. – Мне нужно домой, отец с дежурства скоро вернётся. Хейл на это только медленно кивнул, показывая, что всё понимает, и отпустил руку парня. - И ты прав. Это Дитон научил меня драться. Ну, как научил – заставил научиться. У меня и выбора-то особенного не было, - невесело усмехнулся Стайлз и вышел из ванной. Спустившись вниз и приняв вид беззаботного парня, Стилински, сообщая на весь дом, что уходит, попрощался со всей стаей. Скотт, до этого непринуждённо общавшийся с Айзеком, тоже поспешил к выходу, ссылаясь на то, что с травмированной рукой Стайлзу будет тяжело вести припаркованный у дороги джип. - До завтра, мальчики, - улыбнулась им на прощание Эрика, смывая влажным полотенцем кровь со своих волос и лба. Стоило двум друзьям дойти до машины, как Скотт, отобрав ключи и пропуская мимо ушей возражения Стайлза, запрыгнул на водительское сидение. Шатену ничего не осталось, кроме как сесть рядом. - Друг, как плечо? – заводя мотор, обеспокоенно покосился на Стилински самопровозглашённый водитель. - Всё в порядке. Завтра буду, как новенький! – Уверил того парень, стараясь сильно не облокачиваться на спинку кресла. - Где ты так драться научился? Я никогда не видел, чтобы человек смог голыми руками победить разъярённого оборотня, - не унимался Скотт. - Чувак, у меня вообще-то дубинка была, - заговорщицки поиграв бровями, напомнил другу Стайлз. - И всё же… - Скотт, мне просто повезло. Не обращай на это внимания, - стараясь скрыть раздражение за напускным спокойствием, ответил Стилински. В ванной он говорил Дереку чистую правду: он не готов пока кому-то что-то рассказывать. Вот только почему-то где-то в глубине души, оставшись один на один с младшим Хейлом, он хотел бы поделиться с ним всем, что произошло с ним за последнее время. Готов был ему раскрыться. А сейчас, когда его лучший друг давал такую хорошую возможность всё ему рассказать, Стайлз просто не мог открыть рта, да и не хотел. Оставшийся путь до дома Стилински друзья доехали в молчании. Выйдя из машины, и попрощавшись друг с другом, Стайлз пошёл к своему крыльцу, а Скотт пешком направился в сторону дома своей девушки. - Пап, я дома, - переступая порог, оповестил родителя о своём приходе Стайлз. - Сын, нам нужно поговорить. Можешь, подойти ко мне? – тут же раздался из кухни голос отца. Шериф Стилински, уже переодевшись в простые синие джинсы и клетчатую красную рубашку, сидел за столом и, пролистывая сегодняшнюю газету, пил свой любимый чёрный чай. - Привет, пап. Что-то случилось? – садясь напротив отца, спросил парень. - Привет, сын. Нет, всё хорошо. Но мы с тобой так и не смогли нормально поговорить о твоих…эм, своеобразных друзьях, - ответил мужчина и, заметив, что парень хочет что-то возразить, поднял руку, прося этим жестом дать ему закончить. – Стайлз, честно признаюсь, мне тяжело это принять, но я знаю, что они твои друзья и ты от них ни за что не откажешься. Я бы так же поступил на твоём месте. И я прекрасно понимаю, что это значит, что ты ещё не раз подвергнешь свою жизнь опасности, защищая их. Сын, я просто хочу, чтобы ты знал, я благодарен тебе за то, что ты мне открылся. И ты теперь не один. - Пап, я никогда не был один, - чуть хриплым голосом ответил Стайлз. - Ты ведь понимаешь, о чём я. Ты был единственным человеком среди стаи оборотней, - на последнем слове Джон на доли секунды замялся, пытаясь свыкнуться с мыслью об их существовании, - и для тебя всё было сложнее, никто из твоих друзей не мог понять то, что ты испытывал. Но теперь я буду рядом и помогу. Только не скрывай от меня больше ничего. Если возникнут какие-то проблемы, обращайся. Я всё-таки шериф этого сумасшедшего города, у меня есть привилегии, которые вам могут пригодиться, - ободряюще улыбнулся сыну мужчина. - Спасибо, пап, - Стайлз, не скрывая подступавших к глазам слёз, встал из-за стола и обнял отца. Понимание и поддержка единственного родного человека для него были важнее всего. Джон крепко прижал к себе сына. Он был готов пойти на всё, чтобы уберечь Стайлза и его друзей от беды, и никому больше не позволить отобрать у него его ребёнка. Стайлз, крепко прижатый к широкой груди отца, метался из стороны в сторону, не решаясь рассказать тому о надвигающейся опасности. С одной стороны, он хотел, чтобы папа не ввязывался в наступающую на пятки жестокую войну, а, с другой стороны, понимал, что должен предупредить его, чтобы тот, расследуя очередное убийство, не попал прямо в лапы оборотням. - Пап, - неохотно отстранившись от отца, тихо позвал его Стайлз. – ты тут только что говорил о проблемах… - Да, - уверенно кивнул старший Стилински, а у самого сердце пропустило удар, ожидая самого худшего. - Думаю, они у нас скоро появятся, - тяжело вздохнул Стайлз.