Цветущая Вишня

***

      Махнув рукой на прощание блондину, который уже тоже собирался уходить по личным и неотложным делам, Сакура с улыбкой на лице вдохнула аромат цветов, что так любезно преподнес для нее Наруто. — Мои любимые, — произнесла знаменитость, рассматривая каждый яркий бутончик, каждый зеленый листочек, что так весело и задорно вздрагивали при каждом ее шаге. — Знает же, что мне дарить и… какие цветы я предпочитаю.       Взявшись левой рукой за перила лестницы, Харуно начала медленно спускаться вниз, чтобы ненароком не оступиться и не упасть, а в худшем случае себе что — нибудь не сломать. Да, у девушки был самый настоящий страх, который она, увы, ни никак не могла побороть. Сакура боялась высоты, боялась ходить по высоким и на вид неустойчивым лестницам (особенно, если это были лестницы, сделанные из прочного, как уверяют производители, стекла), по навесным мостам и другим постройкам, которые не приносят своим внешним видом полную безопасность.       Уже спускаясь по лестнице, Харуно случайно заметила Хатаке, что стоял у основания и который мило беседовал с неизвестной ей девушкой. Как заметила сама певица, собеседница была довольно хороша, а так же очень красива и женственна. — Не то, что я… — уныло прошептала Харуно, остановившись на ступени и печально начала рассматривать воркующую пару. — Я даже ей в подметки не гожусь… «Не падай духом, Сакура! — вдруг в ее сознании раздался твердый голос уверенной девушки, который как раз и привел певицу в чувства. — Иди вперед! Не сдавайся раньше времени!» — Правильно, — прошептала она, а потом, собравшись духом, продолжила спускаться вниз.       Да, признаться, тяжело было сдерживать свои эмоции и чувства, которые, кстати, она все это время скрывала глубоко в себе, но все же ей прекрасно удалось справиться с ними и вновь закрыть их за семью замками и печатями.       Не вовремя задумавшись о чувствах, которые она испытывала к этому мужчине, который, кстати, на четырнадцать лет был старше ее самой, певица не заметила на своем пути преграду в виде забытой швабры уборщиком, что так некстати лежала на лестнице и мешала проходу. А так же она не обратила внимания на то, что девушка, которая так весело до этого общалась с Какаши, исчезла с поля зрения, оставив мужчину совсем одного.       Не заметив преграду на своем пути, Сакура споткнулась о злосчастную и забытую вещь, и, тут же попытавшись выровнять равновесие, чтобы не полететь кубарем вниз, она, размахивая руками, при этом выронив подаренные блондином букет, всеми силами старалась ухватиться за перила, но… … ничего у нее не вышло.       От осознания того, что «полет вниз» все же осуществится, она сделала единственное, что могла совершить в данный момент. За секунду (а может и меньше) отыскав своим взглядом спину уходящего мужчину, певица прокричала из всех сил: — Какаши! — пальцы так и не успевают ухватиться за перила, а тело по инерции поддается дальше… вниз.       В ту же секунду жуткий страх сковал все ее тело. Девушка прекрасно ощущала то, как кровь в ее организме словно застыла, как дыхание стало прерывистым и учащенным, а потом как сердце замерло от столь сильных эмоций. «И что же он сможет сделать за столь короткий промежуток времени? Что? Ведь он не успеет! Не успеет…» — размышляла она во время своего полета.       Чисто на интуитивной волне, Харуно удалось сгруппироваться: голова в одно мгновение втянулась в плечи, руки оказались выставленными вперед, тем самым девушка пыталась защитить жизненно важные органы от последующих повреждений. Зажмурив глаза так сильно, как только она могла в данный момент, знаменитость молилась всем известным и неизвестным ей Богам. — Сакура!       Слыша только свое колотящее сердце в груди, Харуно не могла уловить громкий и обеспокоенный крик мужчины за секунду до падения.       Проходит секунда… другая… А боли певица так и не ощущала, хотя, по всем законом физики… «Странно…»       Это первое, что пришло ей в голову в данный момент. «Почему я не чувствую дикой и ноющей боли во всем теле после падения?» — С… Сакура? — вдруг над ее ухом раздался сбивчивый, но такой приятный и в тоже время обеспокоенный голос мужчины, что в самый последний момент сумел поймать летящую (в прямом смысле этого слова) Богиню.       Певица все еще боялась открыть свои испуганные глаза, она все еще боялась глотнуть новую порцию такого живительного и спасительного воздуха, она… боялась…       Девушка только могла ощущать, как сильные и теплые руки спасителя крепко, но в тоже время нежно, обнимали ее; как часто вздымалась и опускалась грудь мужчины; как быстро колотилось сердце под его ребрами, словно оно готово было выскочить из груди, пробив путь через крепкие кости. — Сакура, — над ухом в очередной раз тихий голос с хрипотцой, который все это время звал ее, который пытался достучаться до певицы, но из-за пережитого страха, Харуно так и не отвечала на столь приятный, такой ласкающий и бархатный зов. — Сакура!       И пересилив себя, она резко распахивает свои изумрудные глаза, в которых легко читался страх, даже дикий ужас, от пережитого. Замерев на месте, даже затаив дыхание, он и она смотрели друг на друга, не прерывая взглядов. Какаши смотрел в ее бездонные зеленые глаза, застеленные пеленой. Почти физически ощущал мятную прохладу, улавливал тонкий запах ее духов или… все это ему только мерещилось?       Она вновь оказалась в его власти, хотя, если уже быть честной, девушка любила чувствовать в его крепких объятиях беспомощной. Темный взгляд его очей потемнел и одновременно затягивал, парализуя на месте. Его глаза не давали ей возможности пошевелиться, моргнуть, даже сосредоточиться на чем — то более важном, чем он.       А потом…       Сакура приложила свою дрожащую ладошку к его щеке. Мужчина не мог понять, что именно пыталась сказать знаменитость этим жестом, то ли она старалась утешить его, то ли успокоить. Но, ему было очень приятно ощущать ее нежную и мягкую кожу на своем лице. — Какаши, — чуть улыбнувшись, произнесла его имя певица таким нежным и чарующим голосом, что по его телу невольно прошелся табун мурашек. — Т-ты как? — запинаясь, поинтересовался он у нее, когда более-менее она пришла в норму. — Теперь… все хорошо, — с теми же нотками нежности в голосе, ответила она, а потом прикрыла свои глаза, наслаждаясь его прикосновением.       Выдохнув воздух из своей груди, мужчина, наконец – то, нашел в себе силы расслабиться. «Все обошлось. Все…обошлось…»       Не отдавая отчет своим действиям, Хатаке крепче прижал к себе хрупкое тело девушки, прильнув лицом к ее уже горячей ладони. — Я рад, — прошептал он.       Приоткрыв свои глаза, певица взглянула на своего возлюбленного, чуть улыбнувшись. Увы, но рассказать о своих потаенных чувствах, которые она испытывает к нему уже довольно долгое время, она никак не могла.       Да. Такая жестокая, правда, жизни. Внимательно осмотрев его лицо, она застыла, а все из-за того, что ее взгляд остановился на его губах. Они были так соблазнительно приоткрыты, что внутри нее зародилось то давнее, но и запретное, чувство… Ей хотелось поцеловать его, хотя бы коснуться губами его шершавых губ. «Я хочу их коснуться… Хочу…»       Сердце вновь набирало обороты тем самым, заставляя застывшую до этого времени кровь, разноситься по всему организму. Прерывистое дыхание Сакура неосознанно задержала, дабы ненароком не спугнуть мужчину, который потерял бдительность от столь приятных ощущений. И когда расстояние между их лицами сократилось до пары сантиметром, Харуно, помахав платочком разуму, на свой страх и риск, слегка коснулась губ любимого человека. «Будь что будет…»       Вздрогнув от новых и необъяснимых ощущений, Хатаке распахнул свои очи. От удивления его темные глаза расширились до невероятных размеров, а вдоль позвоночника, будто разряд электрического тока прошелся. «Что?»       От неожиданности разомкнув свои объятия, Какаши чуть отпрянул от девушки, внимательно всматриваясь в такое знакомое и любимое лицо.       Когда понимание совершенного ею действия начало пробиваться сквозь призму, певица мгновенно вывернулась из «оков» мужчины, словно ее окатили холодной водой из ведра, и, подобрав свое длинное и прекрасное платье, оказалась на свободе. «Черт! Что же я наделала? Что?!» — И-извини… Какаши, — в поклоне произнесла она, а потом, резко развернувшись, скрылась в темных коридорах. — И что это только что было сейчас? — удивленно прошептал Хатаке, смотря вслед убегающей звезды.