Звёздный Вавилон

      Несите чушь бережно, стараясь не расплескать.

Хороша только полная чушь!

С просторов Интернета

      Интерлюдия              В который раз за последние дни Шеридан ловил себя на мысли, что он… устал. Не просто устал, как бывает после долгого и трудного дня, насыщенного событиями и переживаниями, а устал как-то… вообще. Это состояние не покидало его, и последние события только добавляли «вишенку на торт» его состояния. Да, конфликт с Землёй прошёл по несколько более мягкому сценарию, чем он вначале опасался, всё благодаря очередному случаю альтруизма Лорда Баала, но это не значило, что всё прошло совсем уж гладко. Даже за столь скоротечный бой обе стороны конфликта понесли заметные потери. И теперь его долг, как их старшего офицера, отдать последние почести погибшим.       А он даже не может банально выспаться — закрывает глаза на несколько часов, проваливаясь в никуда, а просыпается точно таким же усталым, каким был прежде. Джон вздохнул, с силой проведя ладонями по лицу и наливая себе очередную чашку кофе. Он не был уверен, которой по счёту она была, как не был уверен и в том, стоит ли ему вообще продолжать пить кофе, которого за эти дни он выпил, кажется, уже слишком много, но так он хотя бы мог сохранять трезвость рассудка и не терять концентрацию. Он бы даже, пожалуй, перешёл на медикаментозные стимуляторы, но капитан слишком хорошо знал, насколько это коварная (хотя, глупо отрицать, весьма эффективная) химия…       — Капитан, — в кабинет заглянула Иванова, — мы всё подготовили — ждём только вас.       Женщина выглядела не менее вымотанной. Экипажу тоже не помешает отдых и эмоциональная разгрузка. Осталось только, чтобы им дали на этот самый отдых хотя бы немного времени… Кивнув коммандеру, мужчина поднялся, с некоторой неуверенностью покосившись на переброшенный через спинку кресла парадный китель. Нет, его личные моральные проблемы — его личное моральное дело, а на церемонии он должен быть капитаном, со всеми соответствующими званию атрибутами. Его экипаж должен видеть своего капитана. Накинув китель на плечи, Джон принялся тщательно застёгивать его, приводя свой внешний вид в соответствие с уставом.       — Идём, Иванова. — Наконец убедившись, что выглядит не настолько плохо, насколько он себя чувствует, Шеридан жестом предложил женщине идти вперёд, направляясь на одну из обзорных палуб станции.       На месте его уже ждал экипаж: выжившие пилоты, участвовавшие в сражении, старшие офицеры «Черчилля», некоторые из персонала рубки, сейчас не занятые своими непосредственными обязанностями, и, конечно же, Гарибальди и Франклин, тоже принимавшие участие в происходивших событиях. Он долго раздумывал, стоит ли пригласить сюда ещё и Баала, ведь именно появление его корабля фактически спасло их всех, но стоило ему только поймать взгляд инопланетянина в коридоре и сделать шаг навстречу, как тот просто молча покачал головой, а в голове Джона само собой всплыло понимание, как правильней будет поступить. Впрочем, Лорда Баала вместе с одной из ушастых помощниц он увидел на соседней обзорной палубе, когда проходил мимо, — хоть и не присутствуя лично, гоаулд всё же пришёл.       — Порвав с Землёй, — после недолгого молчания Джон, вышедший вперёд и повернувшийся к присутствующим, начал своё выступление, подбирая правильные слова, — мы вступили на нелёгкий путь. Никто из нас не может предсказать, куда он нас приведёт. Но я верю, что наш выбор верен, а наше дело — правое. Во имя него пали наши товарищи, они пожертвовали жизнями, чтобы мы могли продолжить начатое. Мы собрались сегодня, чтобы почтить их память и их имена.       Под негромкую команду «Кругом!» капитан со старшими офицерами развернулись на сто восемьдесят градусов, чётко, по-уставному, и выпрямился, глядя в обзорное окно. Буквально через несколько секунд в поле зрения присутствующих начали появляться серебристые прямоугольные контейнеры, выплывающие из одного из грузовых шлюзов станции. Один… второй… третий… Гробы с телами погибших в бою. Похороны в космосе — не столь простая вещь, как многим может казаться, но и в этом деле люди нашли «лазейку», воспользовавшись старой морской традицией, позволявшей хоронить погибших в открытом море, когда не было возможности сделать это по всем правилам на суше, на родине.       Вот и теперь, помещённые в специальные металлические гробы, помеченные всеми положенными символами и пометками, украшенные гербом Земного Содружества и военно-космического флота Земли, отдавшие свои жизни члены экипажа направлялись в свой последний путь — к звезде этой системы. В последний путь своих товарищей провожало звено истребителей, выстроившихся почётным ордером и летевших с той же скоростью.       Стоило только первой из похоронных капсул показаться, Иванова, как заместитель капитана, на чью долю и выпала эта обязанность, принялась размеренно называть фамилии:       — Гамильнтон… Родригез… Спинелли…       Сьюзан перечисляла фамилию за фамилией, и с каждой из произнесённых Шеридан становился всё мрачнее. Да, разумеется, он был в курсе понесённых потерь — доктор Франклин, стоявший сейчас по правую руку от него, первым делом передал ему соответствующий список, дополненный через пару часов ещё несколькими именами, теми, кто не выкарабкался. Да, можно было считать, что отделались они малой кровью — всего двенадцать трупов, когда их вполне могло быть в разы больше, решись корабли Кларка проигнорировать появление «Воли Императора» Баала и продолжить атаку станции… Но от этого Джону было ничуть не легче.       — Со звёзд мы пришли, — негромко произнёс капитан, когда Иванова замолчала, — и на звёзды вернёмся. Отныне и до скончания времён предаём мы тела усопших бездне космоса.       На обзорной палубе воцарилась тишина — все присутствующие провожали покидающие станцию тела взглядом, каждый думая о своём. Шеридан просто стоял в прежней позе, бездумно глядя перед собой, на звёзды, почти скрывшиеся из вида гробы и истребители… Церемония была, в общем-то, окончена, он сказал и сделал всё, что мог и должен был сделать для своих людей, но на душе капитана всё ещё царила какая-то серая хмарь.       Словно мало ему было зловещих предзнаменований минбарцев и ворлонцев, вываленных на него Деленн с Кошем, обернувшихся на деле угрозой галактической войны с превосходящим противником, в которой он не был уверен, что они смогут победить, как бы ни старались. Теперь ещё и противостояние с Землёй, грозящее вылиться в гражданскую войну, если дела в колониях будут и дальше развиваться так же… Шеридан невольно перевёл взгляд на золотую громадину корабля Баала, которую можно было увидеть, казалось, из любого конца этой системы. Кажется, посол гоаулдов приглашал его на чай? Быть может, полчаса-час за незамысловатой беседой будут не лишними?       — Капитан? — повернулась к всё так же задумчиво стоявшему Джону Сьюзан. — Все уже разошлись…       — Что… — Джон удивлённо моргнул, оборачиваясь и замечая, что в зале и в самом деле, кроме него и Ивановой, не было больше никого.       Сколько же он так простоял, глядя на звёзды?       — Кажется, вам стоит взять отгул на пару дней, — понимающе покачала головой женщина.       — Возможно, вы правы, коммандер, — хмыкнул мужчина. — В таком случае оставляю командование на вас. Если не случится ничего… катастрофического — меня нет.       — Есть, капитан, — кивнула Иванова. — Если на станцию не прилетит флот инопланетных чудовищ-людоедов, я вас не потревожу…       — Ну тебя, Иванова…       Махнув рукой, Шеридан бросил последний взгляд на золотой корабль на фоне звёздного неба и кусочка планеты под станцией и неспешно направился на выход с обзорной палубы. Во-первых, ему стоит снять с себя буквально жгущий кожу даже через рубашку китель, а то и вовсе переодеться в гражданское… А во-вторых, если у посла гоаулдов будет свободное время, Джон не тянул его за язык с приглашением на чашку чая и беседу.                     Похороны погибших во время столкновения с кораблями, подчиняющимися президенту Кларку, прошли так, как и должны происходить такие мероприятия. Мне в чём-то было даже немного жаль капитана Шеридана — на его лице и безо всякой телепатии можно было совершенно ясно прочитать, какой именно «букет» эмоций он испытывает на этот счёт. Мужик видел, что его дом катится по наклонной, видел, что стоящий во главе государства человек совершенно явственно занят чем угодно, но только не благом Земного Содружества, и… по большому счёту ничего не мог с этим поделать.       Да, он, скорее всего, предполагал, если уж не мог быть уверен на все сто процентов, что корни проблем дома растут из того же места, что и эти самые проблемы у всей прочей галактики, то есть с замечательной планеты под названием За’ха’дум, но это знание не делало его жизнь легче. Вот и выглядел сегодня Шеридан, увиденный мной в коридоре, как несвежий зомби, которого нерадивый некромант поднял из могилы, но забыл сказать тому, что он теперь почти живой. Кхм… Нет, всё, конечно, было не настолько плохо, но состояние крайней затраханности жизнью в глазах капитана читалось легко.       В любом случае у него есть все шансы на небольшую передышку — пока я не отгоню «Волю Императора» обратно на свою территорию, вряд ли к станции вообще сунется кто бы то ни было с агрессивными намерениями, а присутствие на «Вавилоне-5» фелинидов будет успешно остужать любые горячие головы местечкового разлива. Нет, разумеется, какие-то эксцессы будут происходить, особенно в тех секторах станции, в которых исторически обретается не самая социально-положительная публика, но Ррау и его подчинённые были мной заинструктированы в полный рост не доводить до кровопролития и по возможности обходиться более мирными способами решения конфликтов. Ну, сломанные руки и выбитые зубы не в счёт. Равно как и мистер Гарибальди был предупреждён, что некоторые из кошаков будут разгуливать по станции, помогая его людям и нарнам-добровольцам Г’Кара присматривать за порядком.       Кстати, к слову о Ррау и прочих фелинидах. Идея о выделении им собственного мира для последующего заселения в качестве полноценного разумного вида продолжала упорно держаться на поверхности моего сознания. Я даже подобрал вполне комфортную звёздную систему среди множества исследованных моими разведчиками во время картографирования Галактики и поисков источников нейтрония.       Это была в некоторой степени копия Солнечной системы, имевшая в качестве звезды такой же жёлтый карлик, каким было Солнце, и россыпь планет различного «калибра». В качестве различий можно было упомянуть меньшее их количество (семь против девяти) и всего две планеты «земной группы», представляющие собой два небесных тела сравнимого с Землёй размера и расположенные на пригодных для жизни орбитах. В наличии был и свой собственный газовый гигант, в отличие от Юпитера обладавший целыми двумя пылевыми кольцами, располагавшимися под углом друг от друга. Ну и, разумеется, пояс астероидов также присутствовал.       Если обобщать, то система могла послужить достаточно комфортной и практичной «стартовой точкой» для нового вида, находясь на достаточном удалении от территорий других обнаруженных мной видов, в свою очередь обладая запасом полезных ископаемых и пространством для экспансии. Когда придёт время, именно туда можно будет отправить фелинидов — останется только сообразить корабль-ковчег и продумать начальный набор ресурсов и технологий. Это может показаться нечестным по отношению к другим обитателям галактики, но оставлять своих «детей» с голым задом посреди огромной галактики я не собирался. Даже если из неё уйдёт две основные проблемы в лице ворлонцев и теней…       Сигнал от входной двери вызвал невольную улыбку на моём лице — капитан Шеридан решил воспользоваться моим щедрым приглашением и поспособствовать уменьшению запасов чая на станции ещё больше, чем это делают Коронэ с Юки, которые как раз сейчас осаждали своё любимое кафе в парковой зоне станции… кхм… да.       — Капитан Шеридан, — открывая дверь, выхожу навстречу гостю, окидывая мужчину взглядом, — прошу вас, проходите.       — Прошу прощения за неожиданный визит, Лорд Баал, — помялся на пороге офицер.       — Пустое, капитан, — жестом приглашаю его садиться в одно из кресел у чайного столика. — Я сам предлагал вам приходить в любое время. И как я и предлагал, не желаете ли выпить чашечку чая? Или, быть может, чего-то покрепче? Судя по тому, что вы не в форменной одежде, сейчас вы не на дежурстве?       — Капитан «Вавилона-5» всегда на дежурстве. — С тяжким вздохом Джон устало опустился в кресло, демонстрируя мне коммуникатор на руке, с которым он расставался только на время сна. — Но пожалуй, сегодня я соглашусь на оба ваших предложения… К чёрту всё…       — Тяжёлый день? — качаю головой, неспешно проходя к кухонному уголку каюты. — Понимаю. В таком случае могу порекомендовать вам немного вашего, земного, виски. А я пока заварю зелёный чай.       — Виски? — удивлённо посмотрел на меня Шеридан. — Не знал, что вы разбираетесь в алкогольных напитках Земли…       — Насколько это возможно на «Вавилоне-5», — пожимаю плечами, с улыбкой вынимая из бара бутылку весьма дорогого напитка, каюсь, без всякого стеснения изъятую у одного из контрабандистов, чью «заначку» я как-то нашёл на станции, прогуливаясь возле грузовых ярусов… кхм, — где достать качественный, настоящий алкоголь — та ещё задачка.       — Это…       Вчитавшись в этикетку, Шеридан «завис»: это был один из элитных сортов, сейчас продававшихся на Земле за чудовищные деньги, — хорошо, если получится найти такую бутылку тысяч за двадцать пять кредитов. По крайней мере, когда я проверял информацию в Сети, одна такая была выставлена на продажу коллекционером. И похоже, несмотря на общепринятый «обет трезвости» офицеров космофлота Земли, капитан прекрасно понимал, сколько это добро должно стоить. По крайней мере, догадывался.       — Лорд Баал, я не могу… Это же…       — Не переживайте, капитан, — с улыбкой откупориваю бутылку, наливая немного янтарного напитка в стакан и протягивая его мужчине, — в бытности послом межгалактической империи есть свои… бонусы. И хоть для меня самого ваш алкоголь является просто источником новых вкусовых переживаний, доступные мне средства вполне позволяют проводить… эксперименты. К тому же, — пожимаю плечами, — вам это сейчас не помешает.       После недолгого раздумья Джон всё же берёт стакан, устало принюхиваясь к напитку. Да… кажется, у капитана всё совсем «хорошо»… Залпом опрокинув в себя виски, Шеридан откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза, — губы офицера дрогнули, намечая лёгкую улыбку.       — Спасибо, Лорд Баал… Кажется, это было как раз то, что мне нужно…       — Всегда пожалуйста, капитан. Если нужно — не стесняйтесь налить себе ещё…       — Нет… — Шеридан открыл глаза, с сомнением посмотрев на бутылку, и покачал головой. — Пожалуй, я не буду злоупотреблять… Лорд Баал… Я должен ещё раз вас поблагодарить… Без вашего корабля и вашей гвардии, — он вздохнул, — я не хочу даже представлять, как могла повернуться битва…       — Как я уже говорил, — киваю, аккуратными движениями расставляя на небольшом подносе чайный сервиз, — это не стоило мне ровным счётом никаких усилий — лишь грамотное и своевременное использование доступных ресурсов… К тому же, буду с вами откровенным, — поднимаю на ставшего серьёзным капитана свой взгляд, — смена руководства «Вавилона-5», вполне вероятная в случае победы людей президента Кларка, не отвечает интересам Империи гоаулдов… в моём лице, скажем так.       — Не могли бы вы пояснить? — после недолгого молчания спросил Шеридан.       — Легко, капитан. — Пройдя к столику, опускаюсь во второе кресло и принимаюсь расставлять посуду. — Полагаю, вы в курсе, что я имел возможность пообщаться с его предшественником, президентом Сантьяго, во время визита последнего на «Вавилон-5».       — Да, я бегло ознакомился с протоколами официальных встреч, оставленными мне командором Синклером перед его переводом, — кивнул мужчина, всё ещё находясь в некотором недоумении.       — В ходе беседы президент Сантьяго высказал весьма разумную и заслуживающую всяческого одобрения мысль о необходимости налаживания добрососедских отношений между представителями разных цивилизаций, ради чего, помимо прочего, он и прилетал на «Вавилон-5». И это выглядело весьма многообещающе, с моей точки зрения. Опуская детали, скажу, — повожу пальцами в воздухе, — что поступки его преемника совершенно очевидным образом говорят об обратных намерениях… Скажу вам даже больше: если текущий политический курс вашего государства продолжит развиваться в том же направлении, станция рискует полностью утратить своё первоначальное назначение, а значит… Достаточно сказать, что я получил из метрополии весьма чёткое указание, как действовать в случае признания местных культур бесперспективными с точки зрения взаимодействия с Империей гоаулдов.       — Вы…       На лице капитана явственно дёрнулось нижнее веко, — похоже, мой собеседник сделал какие-то свои выводы из услышанного и теперь чувствовал себя крайне… неуютно? Любопытно… Нет, разумеется, мою фразу вполне можно было воспринять как готовность к открытой конфронтации с «неразумными папуасами», что не раз было продемонстрировано в истории Земли — взять хотя бы тех же индейцев и испанских конкистадоров… Но мне казалось, до сих пор я не давал поводов подозревать себя в таком подходе к решению проблем. Кажется, день у капитана был несколько более утомительным, чем выглядело на первый взгляд?       — Капитан, — укоризненно качаю головой, улыбаясь и наливая гостю чай, — судя по выражению вашего лица, вы явно успели вообразить какую-нибудь чудовищную глупость из тех, в которые входят флоты вторжения, массовый геноцид и прочие «замечательные» вещи?       — Кхе… — Джон принял переданную ему чашку и с некоторой долей вины пожал плечами. — Прошу прощения…       — Мы же не варвары, капитан. Всё куда проще и прозаичнее: в случае исчерпания интереса со стороны Империи гоаулдов в ваш адрес и признания галактики бесперспективной меня просто отзовут на родину.       — Кажется, в ваших глазах варвары как раз мы, — невесело ухмыльнулся мужчина, прикладываясь к чашке.       — Не всё так плохо, как вам кажется. К тому же у всех бывают тяжёлые дни и многие увиденные мной цивилизации выглядят… — с улыбкой салютую Шеридану собственной чашкой чая, — небезнадёжными.       — Приятно слышать, — ответно улыбнулся Джон, — хотя порой я начинаю думать, что эту Галактику спасёт только тотальное уничтожение… К слову… Лорд Баал, полагаю, далеко не мне одному патологически любопытно, кто такие фелиниды? Чудесные существа, но… почему они столь похожи на наших земных кошек? Ну… если бы кошки вдруг решили ходить на задних лапах.       — Занятный факт, — широко улыбаюсь, огладив пальцами бородку. — Полагаю, это одна из необъяснимых загадок вселенной, почему в совершенно различных её уголках вдруг возникают столь похожие формы жизни. Я могу ошибаться, но, насколько я помню историю Империи, фелинидов обнаружили около пяти сотен лет назад, если пользоваться привычной вам терминологией. Это была уже достаточно развитая цивилизация, успешно освоившая всё пространство собственной системы и даже начавшая осторожную экспансию. Разумные прямоходящие коты — Feline Sapiens, если использовать вашу классификацию. Удивительно, но это был один из редких видов, сумевших победить внутренние распри до выхода в космос, — развожу руками. — Полное единство в государстве, религии и социуме. Как итог, они с радостью приняли предложение войти в состав Империи, как только оно последовало.       — После ваших слов я начинаю чувствовать себя как представителя человечества почти ущербным, — покачал головой Шеридан, улыбкой показывая, что шутит.       — А что вы хотели, капитан? — отвечаю с точно такой же широкой улыбкой, разводя руками. — Кошки — почти совершенные существа. Спросите любого из гвардейцев, они вам подтвердят.       Шеридан только снова покачал головой, но по лицу капитана было заметно, что того начало потихоньку отпускать. Добрая доза виски, хороший чай и незамысловатая беседа с ответами на интересующие вопросы творят чудеса. Возможно, изначально он хотел задать какие-то другие вопросы, но сейчас просто наслаждался неспешной беседой, утоляя собственное любопытство.              Интерлюдия              На лице Лондо Моллари застыло весьма необычное для него выражение — странное сочетание мрачной решимости, затаённого торжества и тоски. На протяжении долгого времени после провалившейся попытки лорда Рифы атаковать Нарн при помощи оружия массового поражения, чуть не обернувшейся чудовищной катастрофой, посол Центавра пытался понять, как же он умудрился провалиться в столь глубокую яму, в которую его занёс его гнев. А главное — как ему из этой ямы выбраться.       Он прокручивал все события с самой первой встречи с мистером Морденом, приставшим к нему в столь тщательно подобранный момент, до событий последних дней. Лондо вчитывался в новости из дома, в такие же сводки с Нарна, добытые ценой огромных усилий и расходов, следил за событиями в галактике и… и только сейчас начинал понимать, насколько всё становится серьёзно. Да, в их противостоянии с Нарном царило затишье: лорд Рифа, придя в себя после провала, явно готовил очередной «гениальный план», мистер Морден, которого Лондо уже пару недель не видел на «Вавилоне» даже мельком, явно обхаживал своего нового «лучшего друга», а сами нарны просто… затаились. Н-да… Если бы все проблемы ограничивались только нарнами.       Пока он читал сводки, полученные по собственным каналам, у него начинало складываться впечатление, что Император и все министры просто потеряли рассудок! Повсюду вокруг территории Республики Центавра разгорались конфликты — где-то мелкие и незначительные, а где-то уже более весомые, грозящие втянуть в себя не только непосредственных участников, но и просто «случайных соседей». До ушей и глаз Лондо доходили тревожные слухи, что так или иначе, но воевать готовится вся Лига неприсоединившихся миров, и готовятся они воевать с ними! С Центавром!       И это при всём внешнем благополучии, царящем на станции. Моллари был готов заложить весь свой бар, что за происходящим чувствовалась рука его «покровителей», все отношения с которыми он разорвал не так давно. Какой же он был слепец! А теперь Рифа и Картажья наступают на те же самые грабли, рискуя ввергнуть всю Республику в пучину хаоса. Нет… Он должен это предотвратить… Ну хотя бы попытаться!       — Лондо? — в каюту вошёл Вир, окинувший начальника обеспокоенным взглядом.       — Что тебе, Вир?       — Вы просили сообщить, когда прибудет лорд Рифа, — его корабль выйдет из гиперпространства через полчаса. Учитывая обломки вокруг станции, которые задержат процесс посадки, думаю, на «Вавилоне-5» он будет минут через сорок…       — Наконец-то, — проворчал Моллари. — Спасибо, Вир. Как только Рифа будет на станции — встреть его и проводи сюда.       — Конечно. — Атташе кивнул. — Но… по правде говоря, я не понимаю, чего вы хотите добиться этой встречей…       — Спасения нашего народа, Вир. — От взгляда, каким его наградил посол, Котто невольно вздрогнул. — Если ещё не слишком поздно.       — Я сделаю, Лондо… Приведу его…       Центаврианин с поклоном вышел из каюты, отправляясь в доки, а Лондо вздохнул — только бы не было слишком поздно… Сделав над собой усилие, центаврианин поднялся с дивана, пройдя в спальню, — пока гость не прибыл, у него было немного времени, чтобы подготовиться. Руки Моллари действовали сами, уверенными движениями открывая один из ящиков прикроватной тумбы и нашаривая тщательно скрытую кнопку, открывающую потайное отделение. Вытянув на свет небольшой пузырёк с бесцветной жидкостью, Лондо покатал его между пальцами. Он сделает то, что нужно.       Нахмурившись, Моллари прислушался к звукам, доносящимся из коридора, убеждаясь, что никто не станет неожиданным гостем его каюты, а затем направился к бару. Лорд Рифа любил вино, а у него как раз была бутылка нужного сорта в запасах. Жаль будет потратить напиток впустую, но чего только не сделаешь ради великой цели, правда?       — Моллари…       Как и предполагал Вир, корабль лорда Рифа прибыл на станцию через сорок две минуты — Лондо успел не только подготовиться к встрече, сервировав небольшой стол с закусками и напитками, но и немного поскучать, по третьему разу пробежав глазами последний полученный от осведомителей отчёт с Центаури-прайм, освежая в памяти некоторые мелкие детали. Вошёл в каюту Рифа, как и всегда, без приглашения и считая себя в полном праве. Была бы такая возможность, Лондо уверен, он бы и дверь распахнул резко, порывисто, как выразился как-то Гарибальди, «с ноги». Вот только двери на станции открывались вбок и делали это весьма тихо.       — Лорд Рифа! — С добродушной улыбкой посол отложил в сторону документы, которые читал, и поднялся на ноги. — Как прошёл ваш полёт? Он должен был утомить вас…       — Да, — кивнул центаврианин, чуть прищурившись, — сейчас добираться с Центавра сюда уже не столь комфортно и приятно, как раньше.       — Я сглажу ваше недовольство! У меня как раз осталась бутылочка вашего любимого вина! — Моллари принёс сервированный закусками поднос, поставив его на столик у дивана.       — Вы всегда умели находить подход к собеседнику. — Рифа хмыкнул, опускаясь на предложенное хозяином каюты место. — Но скажите, с чего вы вообще вызвали меня сюда? Могли и сами прилететь домой, на Центаури-прайм.       — Я частенько бывал дома в последнее время, — махнул рукой Лондо, — полезно и вам растрястись немного. К тому же так я мог упустить из виду важные события, происходящие здесь, на «Вавилоне-5». К слову о важных событиях, — с улыбкой Моллари протянул гостю один из бокалов, наполненный рубиновым напитком, сам взяв второй, — я ознакомился со сводками с фронтов… Заметьте, именно во множественном числе, — скептически посмотрел на Рифу посол. — Мы воюем со всеми сразу?       На лице лорда Рифа, за мимикой которого Моллари следил особенно внимательно, проступила досада, а сам центаврианин даже дёрнул щекой, машинально отпивая вино из бокала. Было очевидно, что вопрос посла, хоть и был вполне ожидаем, не слишком радовал сановника, особенно в свете того, что на него нужно было отвечать, причём желательно так, чтобы спрашивающий остался доволен. Несмотря на все преференции, которыми обладал род Рифа, у рода Моллари было ещё достаточно власти и влияния, чтобы обеспечить крайне неприятные события в политической жизни собеседника.       — Не всё столь безрадостно, как вы озвучили, Моллари, — наконец протянул Рифа. — Рассматривайте происходящее как инвестиции в будущее Республики Центавр. Они принесут нам как пространство для жизни, так и влияние на галактической арене…       — Только идиот будет сражаться на два фронта, — теперь пришла очередь Лондо дёрнуть щекой, — но именно коронованный дегенерат будет сражаться на двенадцать одновременно! Рифа, вы не понимаете, что император Картажья загоняет нас в глубокую яму такими решениями?! Яму, из которой будет очень трудно выбраться в случае неблагоприятного исхода событий.       — Мы справимся. Наши возможности больше, чем вы думаете. — Теперь центаврианин почти расслабился, похоже придя к каким-то своим выводам.       — О! Полагаю, вы говорите о союзе с нашим общим знакомым, мистером Морденом, да?       — Не понимаю, что вы имеете в виду, Моллари…       — Да ладно вам, Рифа! Хотите выглядеть глупо — ваше право, — поморщился Лондо, не скрывая своего отношения к услышанному, — но не пытайтесь сделать дураком меня. У меня не только отличная память, но и качественные камеры для ведения деловых встреч. — Посол демонстративно положил на столик небольшой голографический проектор, после короткого нажатия на кнопку которого над столешницей появилась фигура Мордена, вещавшего о новых договорённостях с Рифой, раз уж сам Моллари решил выйти из игры.       Посол Центавра давно имел полезную привычку записывать все важные беседы. До сих пор эта привычка никогда его не подводила… Ну, если не вспоминать о крайне неловком моменте с техномагом… Кхм.       — Ладно… Вы меня раскрыли! — развёл руками Рифа, делая ещё один глоток. — И?       — Меня беспокоит мистер Морден и его… наниматели. И мне совершенно не понятно, откуда в вас, лорд Рифа, взялась такая наивность на этот счёт! Мало вам было политических последствий после неудавшейся атаки на Нарн? Теперь вы хотите того же самого со стороны всей Лиги? И ладно бы только это. — Моллари махнул рукой, откидываясь на спинку дивана, но в следующую же секунду подаваясь вперёд, ближе к гостю, и понижая голос. — Рифа, я чувствую: те, кто за ним стоят, преследуют совсем не наши интересы! И я больше чем уверен: если что-то пойдёт не так, все, кто доверятся им, провалятся в чёрную дыру первыми!       — Не знаю, откуда вы взяли эту ерунду, Моллари, — хмыкнул центаврианин, — но этого никогда не случится. Вы просто не представляете, насколько они сильны.       — О-о-о, нет! Совсем наоборот! Я прекрасно представляю, Рифа! Именно поэтому меня и беспокоит эта агрессия против всех вокруг! Разве вы не понимаете, что мы просто распыляем силы?! И окажемся совершенно беззащитными перед нападением!       — Мы партнёры, Лондо! С чего им нападать на Центавр? Они этого не сделают…       — Разумеется не сделают… — Моллари тяжко вздохнул, покачав головой, словно окончательно разочаровавшись в ходе беседы. — Потому что вы этого не допустите. Вы прервёте все отношения с мистером Морденом.       — Что? — рассмеялся Рифа. — Лондо! Вы в своём уме?! Если вы по собственной воле отказались от величайшей власти, это не значит, что все вокруг такие же дураки! Они мой ключ к трону, Моллари! Так с чего же мне портить собственное будущее?!       — Ну, раз уж вы спросили, — оскалился посол, проследив взглядом, как Рифа залпом допил своё вино, чтобы смочить горло после столь экспрессивной речи. — То вы сделаете это потому, что я вас об этом попросил. — Рифа скептически хмыкнул. — И потому что патриотизм должен быть важнее личных амбиций… — Теперь центаврианин явно чуть не засмеялся в лицо собеседнику, удержавшись только в последний момент. — И потому, — невинно пожал плечами Моллари, — что вы только что выпили яд, лорд Рифа.       — Ч-что?! Кха… — выпучил глаза побледневший сановник.       — Да-да… Чудесный яд, лорд Рифа! Интересный… изобретательный… Его создатель — просто душка. Представляете, он состоит из двух частей. — Лондо демонстративно поднял свои ладони на манер весов. — Каждая из них совершенно безвредна, так… простая бесцветная жидкость без вкуса и запаха. Первая попадает в ваш организм, разносится с кровью по органам и внедряется в стенки кишечника. Годами может не происходить ничего, Рифа, — вы даже несварения из-за этого не получите, уверяю вас! Но стоит только в организм попасть второй части… — Посол покачал головой. — Празднование их встречи вы почувствуете по всей сердечно-сосудистой системе! Думаю, мне не нужно пояснять, к чему это приведёт?       — Молла… ри, — выдавил из себя Рифа.       — Да-да, Рифа. Меня зовут Лондо Моллари. Как вы уже поняли, в вашем вине был первый компонент этого чудесного дуэта. — Лондо с довольным видом отпил из своего бокала.       — Зачем вы это сделали?       — Чтобы вы были сговорчивее, Рифа. И потом… — На лицо посла выплыла кровожадная улыбка. — Рано или поздно вы бы сделали то же самое, разве нет? Я просто опередил вас в восстановлении этого славного древнего обычая нашего народа. Вы же знаете, что я по своей натуре консерватор.       — Что я должен сделать?       — Вы убедили дурака на троне развязать кучу новых войн, не закончив первой. Так разубедите его! Укрепите оборону Центавра и прекратите заигрывать с мистером Морденом, — резко рубанул рукой по воздуху Лондо. — Порвите все взаимоотношения с ним и его нанимателями! Если же благоразумие откажет вам, — посол пожал плечами, — мой человек в вашем окружении скормит вам вторую половину яда. Когда-нибудь. Как-нибудь. Внезапно. Ваше здоровье, лорд Рифа!       Широко улыбаясь, Моллари отсалютовал бокалом, залпом допивая вино. На лицо его собеседника было приятно смотреть — бледный, с выступившими каплями пота… Совершенно ничего общего с тем самоуверенным и гордым центаврианином, каким он был пару минут назад, только войдя в каюту. Раздражённым движением поставив бокал на столик, чуть не разбив его, Рифа поднялся на ноги и быстрым шагом покинул каюту, оставляя Моллари одного.       — Лондо… — осторожно заглянул в каюту Вир. — Вы уверены, что это стоило сделать? Лорду Рифа благоволит император. Если…       — Никаких «если», Вир! — покачал головой Моллари. — Есть вещи, которые должны быть сделаны вне зависимости от своей цены. И это — одна из таких. Я слишком долго позволял себе быть слепым глупцом. Больше не могу.       — В таком случае я приготовлю ваш любимый десерт…       С улыбкой проводив демонстративно вздохнувшего Вира взглядом, Моллари плеснул себе ещё вина в бокал. Одну проблему он хотя бы начал решать, но надеяться, что этого будет достаточно, нельзя. Для исправления некоторых ошибок необходимо очень постараться. И эта — одна из таких.       — Вир, — окликнул он помощника, — как закончишь с десертом, направь запрос на две встречи для меня.       — Конечно, Лондо! Кому?       — Г’Кару, — мрачно произнёс посол, поднимая взгляд на атташе. — И Лорду Баалу.                     Уходил от меня Шеридан вполне довольным жизнью. Ну, насколько можно быть довольным жизнью, когда вокруг происходит такой бардак. Но капитану определённо было куда лучше, по крайней мере как он сам сказал, теперь он собирался завалиться в кровать и проспать столько, сколько получится, пока его не разбудит кто-то из подчинённых. Быть психоаналитиком было… странно, скажу я вам.       Особенно с учётом того, что параллельно расслабленному чаепитию я всё ещё пытался надругаться над законами физики и подготовить презент для Лориена на случай новой личной встречи. Да, именно тортик. Энергетический. По сети репликаторов я чувствовал неодобрение, пришедшее от Коронэ, но вслух девушка это не комментировала, поэтому я продолжал свои эксперименты. И они начали приносить совершенно неожиданные плоды.       Несмотря на то что привычные и классические техника и наука, доступные репликаторам, не давали нужного ответа, неопробованным был ещё один… путь. Техномагия теней, доставшаяся мне «по наследству» от Элрика, с которым я имел столь живописную беседу за, вот совпадение, чашечкой чая в этой самой каюте. Ещё только начав разбираться с этой технологией, я понял, что по своей сути она представляет собой некое подобие «программирования реальности», когда вживлённый тенями модуль рассчитывал простые и совершенно научные действия, которые требовались для получения нужного техномагу эффекта «здесь и сейчас», а потом реализовывал их.       Можно было отвесить себе фигуральный подзатыльник, но, полагаю, как только мои выводы появились в сети репликаторов, с этим отлично справилась и Коронэ, даром что сделав это молча. Внеся структуру модуля в схемы платформ репликаторов «чтобы было», я просто успокоился, ведь в текущих условиях способность метнуть огненный шар, сделать красочную иллюзию или сотворить органическую материю из неорганической была просто… фокусом. Но ведь сама суть этой технологии была как раз в другом! Это была та самая легендарная эвристическая машина «внутре которой неонка», как известно.       Поэтому, проигнорировав очередной образ-эмоцию, схожий с прикладыванием ладони к лицу и пришедший на этот раз уже одновременно от Коронэ и Юки, я загрузил модуль техномагии задачей создания объекта, который «выглядит как тортик, пахнет как тортик, имеет вкус тортика, но при этом состоит из чистой энергии», и… получил ответ! Перед моим внутренним взором развернулась сложная ажурная конструкция, напоминающая спутанную шерстяную пряжу, каждая нить которой состоит из множества мелких и разнообразных символов, принадлежащих всем известным репликаторам языкам сразу. И вместе с картинкой пришёл звук — невероятная какофония звуков, выстраивающаяся в одно длинное и непроизносимое обычным живым существом слово. Интересно…       На первый взгляд это выглядело полнейшим бредом, но, если смотреть на конструкцию с точки зрения техномага, внутри содержался сложный набор из многочисленных манипуляций с базовыми физическими явлениями, результатом выполнения которых должен был стать требуемый мне результат. Энергетический тортик. При том что репликаторы, хоть и могли проанализировать каждое действие в отдельности, выдавали полный абсурд, если пытались просчитать результат, основываясь на собственной базе данных. Как это, чёрт побери, работает?       — Лорд Баал, — с сомнением передала по сети Коронэ, — я настойчиво не рекомендую воплощать данную структуру в реальность… В данной схеме присутствует четыре узла, которые в случае некорректной реализации могут привести к планетарной катастрофе… И меня пугает, что я только что это сказала.       — Тебя смущают возможные последствия или сам факт того, что длинное, зубодробительно-невыговариваемое слово должно сотворить из ничего невозможный с точки зрения науки объект?       — Да…       — Здравствуйте, посол Кош, позовите, пожалуйста, к телефону Коронэ, — не удержался я, буквально всем телом почувствовав, что девушка чуть ли не буквально зависла от такого диалога. Хотя в чём-то нэка была права — предлагаемые техномагией воздействия в самом деле выходили далеко за пределы безопасных. Не по своей силе, нет, но по своей сути. Насчёт планетарной катастрофы Коронэ, конечно, перегибала палку, но проводить натурные испытания в основном лабораторном комплексе или даже в той же планетарной системе я, пожалуй, не рискну.       Следуя череде команд, с моей планеты поднялся небольшой модуль, собранный из репликаторов и несущий в себе все необходимые элементы для техномагического воздействия. Только выйдя на орбиту, корабль ускорился, уходя в гиперпространственный переход, и вышел на расстоянии трёх парсеков, в практически пустой и мёртвой системе с перешедшей в стадию коричневого карлика звездой в центре и насчитывающей ровно одну планету в своей «семье».       Испытательный модуль замедлился, опускаясь на голую каменистую поверхность планетоида, трансформируясь в закрытую область пространства с размещёнными по всей площади периметра датчиками, призванными отследить весь процесс техномагии, насколько это было возможно для репликаторов. Что же… поехали?       Для «заклинания» техномагов не было особенной разницы, произносится конструкция в звуковом диапазоне или же просто излучается в пространство набором информационных импульсов. Поэтому, сфокусировав передающую антенну на возвышенность в центре лабораторного бокса, я отдал команду на воспроизведение предложенной структуры. Посреди выделенной области вспыхнула миниатюрная искра энергии…