Девичник

Гермиона нервно перебирала колдофото свадебных нарядов в салоне мадам Малкин. Платья были представлены на моделях, манекенщицы, улыбаясь, шуршали многочисленными юбками, шлейфами, вуалями и прочим. Пока ей не попалось ничего примечательного. Или просто у нее плохое настроение? Утренняя ссора с Роном никак не шла у нее из головы. Хотя, это даже и не ссора была, наверное. Уходя, она слышала, что спросил Рон у Гарри. Он, похоже, даже не понял, в чем он был не прав! И с этим человеком она будет жить всю жизнь. По правде говоря, Гермионе было все равно, что они собирались в какой-то там клуб. У Рона могут быть свои интересы, свои компании, она не была против этого. Но тот факт, что Рон ничего ей не сказал, бесил. Значит, если бы Гарри не завел разговор на эту тему, она бы так ничего и не узнала. Или узнала, но уже после. Это как-то не вязалось с ее представлениями о семейной жизни. Разве супруги так должны относиться к друг другу? Мерлин, ну почему это случилось именно сегодня? Из-за этого у нее пропало всякое желание примерять километры тканей. А еще надо будет купить обувь, нижние белье, чулки…. Время медленно утекало, но то, за чем она пришла в этот магазин, так и не было выбрано. «Может быть, вот это платье? Нет, оно слишком вычурное, я не хочу привлекать к себе внимание. А вот на этом ужасно глупый шлейф!» Гермиона уже битый час пыталась найти себе подходящий наряд, в отличие от Джинни, которая определилась практически сразу же. Теперь она старательно поднимала руки, распрямляла спину, чтобы мадам Малкин было удобнее снимать мерки. - Ну что, подруга? Ты выбрала себе платье? - Джинни, освободившись, подсела к Мионе. - Нет, что-то мне ничего не нравится, - пробормотала та. - Да, брось! Ты расстроилась из-за моего братца. Не бери в голову. Ты же сама сказала, что мы устроим себе девичник похлеще, чем у них. - Ты действительно так думаешь? - девушка нервно закрутила локон на пальце. - А что нам мешает? Ну, ты сама подумай, - юная мисс Уизли мечтательно закинула ногу на ногу, откидываясь на спинку дивана. – Мы будем предоставлены сами себе. Рядом никого не будет, кто бы мог нас сдерживать, ставить какие-то рамки. Только мы с тобой. Знаешь, я, кажется, начинаю понимать наших парней. Это действительно здорово! И главное, не нужно будет все обязательно рассказывать женихам. Пусть это будет нашей с тобой тайной, подруга! - Звучит заманчиво, - Гермиона прищурила глаза. - Я как-то не думала об этом с такой стороны. Вы, Уизли, все одинаковы. Что ты, что твои братья-близнецы - в вас просто процветает дух авантюризма! - Грейнджер рассмеялась. Напряжение, копившееся в ней с утра, стало убывать. - Ну, не все, - протянула Джинни, копируя удивленный тон Рона, - А только я и наши близняшки. И потом, ты же слышала: рыжий - красный - черт опасный? Девушки засмеялись. - Все, давай-ка примерим вот это платье, а то ты тут до вечера просидишь, - Уизли решительно ткнула пальцем в одну из колдофото. **** Выбрав все, что нужно, девушки зашли еще в пару мест, после этого направились перекусить в «Сладкое королевство». За ланчем они пытались решить, где и как лучше всего будет провести последнюю ночь свободной жизни. Были предложены и отброшены различные варианты, в том числе: ночной клуб на побережье, девичьи посиделки в «Норе» или же посещение какого-нибудь новомодного спа-салона. Так и не придя к общему знаменателю, подруги собрались возвращаться домой. Выйдя на улицу, Джинни вспомнила, что забыла купить для мамы пару волшебных сковородок, и помчалась за покупкой. Гермиона в нерешительности осталась стоять на месте, она уже порядком устала от походов по магазинам. «Ничего, Джинни большая девочка, сама справится», - подумала Миона, оглядываясь по сторонам в поисках чего-нибудь интересного. Тут ей на глаза попалась вывеска, висевшая на противоположной стороне улицы. «Алхимическая лавка мастера зелий» значилось на большой светлой табличке. «Да ведь это же магазин Снейпа! Он пропал тогда так внезапно, с ним толком даже никто и не поговорил, кроме Гарри». Ноги сами понесли в нужном направлении. Все эти годы Гермиону не покидало чувство, что они упустили что-то важное по отношению к бывшему профессору зелий. Его заслуги были официально признаны, он был реабилитирован по всем пунктам. И все же…. Что-то было не сделано или не сказано тогда, семь лет назад. А ведь Гермиона всегда в тайне восхищалась его мастерством в зельеделии. После того, как стало ясно, кто такой Принц-полукровка, она выпросила учебник у Гарри. Читая, и просматривая записи Снейпа, Гермиона не переставала удивляться его знаниям. Профессор обладал поистине дьявольской интуицией в отношении различных зелий и заклинаний. Его цепкий ум и жалящий язык только добавляли остроты в общении с ним. Странно, что она не замечала этого раньше. Вспоминая его уроки, она с годами все больше признавала его правоту, когда он назначал кому-либо отработки или снимал баллы. Она поняла это, проходя педпрактику во Франции в одной магической школе, подобной Хогвартсу, где ей надо было прочесть несколько лекций. Большинство учащихся считали, что от них требуют непостижимых и невозможных результатов, в то время как это были всего лишь минимальные требования школьной программы. А нежелание включать мозги порой просто бесило. В те дни она все чаще вспоминала профессора зелий. И вот сейчас, возможно, ей представился шанс пообщаться со Снейпом. Все неурядицы с Роном враз были забыты. Подойдя ко входу, Гермиона толкнула дверь. Где-то над головой тихо звякнул колокольчик, извещая хозяина о новом посетителе. Кругом царили полумрак и тишина. Внутри было прохладно, приятно пахло какими-то травами. Практически все пространство занимали огромные стеллажи с разложенными и тщательно упакованными ингредиентами для зелий, мазями, различными настойками, эликсирами и прочим, прочим. Между полками висели указатели, помогающие покупателю быстро найти нужные товары. Гермиона узнала витиеватый почерк Снейпа. Но где же сам хозяин? Пройдя немного дальше, она услышала хрипловатый, но по-прежнему глубокий голос. Он доносился прямо из-за очередного стеллажа, заставленного различными книгами по алхимии и зельям, так что его обладателя не было видно. Став возле самого угла, Гермиона осторожно выглянула из своего укрытия. Чуть дальше, возле стены находилась стойка продавца. На большой крышке стола стояла пара флаконов с зельями. Мастер зелий был тут же и что-то объяснял очередной покупательнице. Гермиона прислушалась. - Миссис Ротссон, вам необходимо принимать эти настойки ежедневно, иначе вы не получите нужного эффекта. Что? Да, действует как зелье от лихорадки. Однако подобных составов вы больше нигде не найдете, даю вам слово. С вас 70 галлеонов. Возле стойки было довольно светло, магические светильники под потолком давали много света, так что у Гермионы была прекрасная возможность рассмотреть Снейпа. Он практически не изменился за это время, разве только складка между бровей стала глубже, а волосы выглядели более ухоженными. Все тот же черный сюртук, застегнутый наглухо под самое горло, манжеты белоснежной рубашки. Не хватало только мантии и интерьера Слизеринских подземелий. Правда, выражение лица с презрительно-ненавидящего сменилось на холодно-безразличное. Так смотрит человек, повидавший многое на своем веку и переставший чему-либо удивляться. Одна маска сменила другую, только и всего. Расплатившись, покупательница ушла. Снейп наклонился над столом и стал делать какие-то пометки на большом пергаменте. Нахмуренные брови, прищуренные глаза выдавали крайнюю степень сосредоточенности. Точно так же он писал на своих уроках в Хогвартсе, изредка прерываясь, чтобы проверить работу учеников. Черные, как вороново крыло, волосы скользнули на лицо, и Снейп знакомым движением откинул их назад. Воспоминание из детства накрыло Гермиону приятной волной. Как же давно это было! Гермиона словно вновь стала школьницей, и сейчас присутствует на уроке зелий. Жаль только, сам учитель вызывал в памяти далеко не приятные картинки. Или, может быть, он только тогда был таким? Война и его двойное положение не располагали к любезностям. Возможно, сейчас, по прошествии семи лет его характер стал чуточку терпимее? А если нет? Надо подойти и поговорить с ним. И что же она ему сейчас скажет? «Вы так хорошо выглядите, профессор» или «Спасибо вам, что помогли Гарри»? Можно представить, что ей ответить на это Снейп. «Мерлин, зачем же ты тогда сюда пришла?!» Как ни стыдно ей было признаться в этом самой себе, но Гермиона трусила. Пожалуй, впервые за семь лет она испытывала чувство, совершенно неприемлемое для гриффиндорки. Вздох разочарования вырвался из девичьей груди. В тишине пустого магазина он прозвучал так же громко, как звон разбитого стакана. Снейп, прервав свое занятие, резко распрямился. Бросив перо на стол, он обвел взглядом окружавшие его стеллажи, и без ошибки остановился на том месте, где стояла девушка. Гермиона быстро спряталась в свое укрытие, однако она успела встретиться с взглядом черных, как сама ночь, глаз. - Мисс что-нибудь желает? «О Мерлин, он меня заметил!» - Гермиона Грейнджер отпрянула назад, глотая тяжелый ком в горле. Боясь, что ей придется столкнуться с мастером зелий нос к носу, девушка побежала к выходу. Она так спешила покинуть это место, что даже не заметила, как обронила на ходу свою сумочку. Услышав, как хлопнула входная дверь за посетительницей, профессор зелий устало вздохнул. Северус опустился на стул и закрыл руками лицо. Прошлое снова дало о себе знать. Как он ни старался его забыть, оно вновь и вновь возвращалось к нему. Миссис Ротссон очень привередливая клиентка, и за разговором с ней он не услышал, как звякнул колокольчик над дверью. О том, что кроме нее в магазине есть кто-то еще, он понял по аромату. Не даром же он был зельеваром. Его чуткое обоняние сразу уловило эту новую нотку. Среди знакомых ему запахов зелий и трав, этот аромат был словно порыв свежего ветра в душной, закрытой комнате. Терпкий, дразнящий. Аромат из его прошлой жизни. Впервые он почувствовал его в последний год в Хогвартсе. Среди дешевых и ультра-дорогих ароматов старшекурсниц, этот запах выделялся своей необычностью. И самое главное, он безумно шел своей обладательнице, дразнил воображение зельевара, заставляя просыпаться по ночам от жарких, соблазнительных снов. Аромат был похож на запах хвои, но не такой резкий. Напоминал можжевельник, но не был таким ярким. Так пахла белая хризантема, цветущая под первым снегом в саду его детства. Так пахла только одна из его учениц - Гермиона Грейнджер.