I s l a n d s

Когда Тэхен дает ей какую-то дурь - Сучжон не отказывается и глотает таблетку сразу. Впервые полчаса она ничего не чувствует, даже жалуется, что друг дал ей просрочку. А потом ее уносит. Она чувствует воздушную легкость в теле, хочет взлететь и прыгает со стулов и столов, чтобы хоть на мгновение ощутить себя птицей, что безусердно парят под облаками. Голова кружится так, что кажется еще чуть-чуть - и она упадет, но Тэхен этого не допускает. Ловит почти у самого пола, тянет на себя и прижимает к своему крепкому телу, сжимая в теплых объятиях. Заставляет дрожать от удовольствия, потому что да, черт возьми, ей слишком приятно, слишком кайфово - быть рядом и чувствовать, как широкие ладони проходятся по ее позвоночнику и задевают ту полоску голой кожи, которую не скрывает задравшаяся майка. А потом у нее начинается ломка. Сучжон впервые балуется наркотиками - и не может сопротивляться. Хочет еще, но Тэхен, зараза, не дает. Только смеется громко, да так, что уши закладывает и голова нещадно трещит. Будто кто-то надел на нее кастрюлю и начал стучать по ней поварешкой. Она кричит, плачет, взывает к совести парня, которой попросту нет. А потом предлагает себя - свое тело, свою душу, свою жизнь. А он в ответ ухмыляется по-дьявольски и тащит за собой на крышу. Потому что туда больше никто не посмеет пойти. Потому что там никто им не помешает. Сучжон встает на парапет и смотрит вниз, туда, где никого нет. Ночь на дворе, дороги освещаются тусклыми фонарями, машины проезжает на огромной скорости, а люди боятся подходить к старому заброшенному зданию многоэтажки, которую окуппировали отбившиеся от рук подростки и в которой часто устраиваются пьяные вечеринки. Всем плевать, если честно. На подростков, на наркотики, на выпивку и прочую хрень. Лишь бы это не мешало повседневности, монотонности. - Ты там прыгать собралась? - спрашивает Тэхен, становясь позади. Он же видит, как ее трясет, но не подходит ближе, не собирается хватать ее за руки и стягивать на землю. Ему и так хорошо. - Хочу полетать, - скулит Сучжон, спрыгивает обратно и едва не валится с ног, потому что сил больше нет - хочется закинуть в рот еще одну таблеточку и снова унестись в блаженство. - Так ты мне дашь или нет? - А ты мне дашь? - шепчет Тэ охрипшим голосом и приятгивает к себе, облизывая губы. - За все ведь надо платить. Его холодные пальцы пробираются под майку, задевают бока и очерчивают линию груди, а Сучжон думает, что такие касания даже лучше таблетки. От таких касаний тоже сносит крышу. - Я могу заставить тебя полетать, - обольстительно улыбается Тэхен, наклоняется и чувственно обводит губами крылья девичьих ключиц, заставляя ту невольно задохнуться от ощущений. - Сделаю так, чтобы ты коснулась звезд. Ты ведь хочешь? - Хочу, - шепчет Сучжон. Здесь, на крыше старого дома, под завывания ветра и еле слышные биты музыки, что доносится снизу - она готова дать Тэхену все, что тот только попросит. Она на все согласна, лишь бы в груди снова взрывались фейерверки чертовски приятных ощущений.