Что делать, если режутся клыки?

      Первая неделя прошла со скоростью ленивой черепахи из самой медленной стаи этого класса пресмыкающихся. В основном так думала именно Эрза, а что об этом помышляли остальные её не шибко волновало и спрашивать она уж точно не собиралась. В первую среду (при том, что учёба началась с понедельника) им благополучно дали решать вступительный тест по «Чудознанию». Если говорить честно, один из горячо не полюбившихся ей сердцу предмету. Изначально благодаря обманчивому названию: она то наивная думала, что это про магию и волшебство или хотя бы что-то подобное, но не скучное похожее на человеческое «природоведение» недоразумение. А в довершении ударил этот самый тест, к которому Эрза, естественно, совершенно не была готова. Уж извините, что в обыкновенной земной школе они не обсуждали на уроках среду обитания фавнов, и любимые развлечения русалок в полнолуние.       Как и должно было быть — тест был безнадёжно провален. И сейчас в первый понедельник второй недели Эрза со смешанными чувствами рассматривала листок с результатами, висящий в холле рядом с дверью «чудесной» аудитории. С одной стороны так и должно быть — не знаешь, значит получай свои пятнадцать угаданных баллов из ста, но с другой стороны чертовски обидно! На земле она была отличницей, благодаря своей серьёзность, усидчивости и силе воли, а здесь сразу в пропасть скатилась. Вот в голове и рылись печальные мысли: бросить всё это и вернуться, но поезд ушёл, заперта она навечно в этом мире и оценки подтягивать придётся. А зная свой характер, Эрза могла с точностью сказать, что в лепёшку расшибётся, но желаемого добьётся любой ценой.       Но плохие результаты вступительного экзамена заглушали более неприятные новости, факультет Эрза выбрала очень удачно «Мифологические науки», чтобы пойти на профессию «Психолог». И можно с точностью сказать, что она ткнула пальцем в небо, ибо это единственное из всего написанного, что было ей знакомо. А как положено по закону подлости: практически все предметы её факультета удачно пересекались и постоянно контачили с группой чистокровных.       Особенно Эрзу раздражали насмешливые взгляды гордых вампиров, которые прожигали своими наглыми глазёнками её спину и затылок, а стоило ей повернуться — все сразу холодные и бесчувственные, без всякого интереса записывающие монотонную лекцию. Действовала на нервы это просто отменно. Настолько сильно, что у Эрзы иной раз кулак чесался, но самообладание она умело держала, всеми силами стараясь изобразить равнодушие к этим существам. Та самая Уртир выделялась среди других благородных: сразу напридумывала гадкую историй про полукровку, и слухи, как и на земле, с необыкновенной скорость накрыли каждого студента. Так что даже сокурсники, прежде лояльно относящиеся к дампирам избегали Эрзу, но это её особенно не беспокоило. Не хочется — не надо. У неё есть Мираджейн, которая каждый вечер посещает Эрзу, так что чувства одиночества её пока не беспокоили. Возможно всего лишь пока.       — О, думаешь, когда лучше начать упаковывать свои тряпки? — ехидно поинтересовалась подошедшая за результатами Уртир.       Взгляд Эрзы непроизвольно переместился с ей лица на список, где значилась фамилия Милкович. Брови медленно переместились на лоб, и Эрза поблагодарила свою чёлку за неоценимую помощь. Подумать только, такая деловая и гламурная, а заработала лучший результат — все сто баллов. Но видимо мозги у неё работают всё же лишь на сторону обучения, а в обычные дни улетают в отпуск на местные Кипры, Гавайи и всякие подобные курорты.       — Даже минимальный порог не перешла, хотя, что же ещё стоило ожидать от такой как ты, — продолжала напевать, совершенно поднимая этим способом настроение и самооценку, Уртир.       А Эрза правда старалась. Старалась из-за всех своих сил не убить брюнетку прямо здесь, желательно своей драгоценной рапирой. Проткнуть её мягкую ткань живота, а потом со зловещей улыбкой приняться за темноволосую голову, перерезая тонкую шею. Она не умрёт, правда Эрзу накажут, но зато некоторое время на вампирше за спиной будет висеть какая-нибудь обидная кличка вроде «безголовая леди» или «сломанная шейка».       — Что же ты сразу начинаешь, — пересилила слабость в руках Эрза и временно удалила из головы красочные картины несостоявшейся расправы. Она даже смогла выдавить из себя какое-то подобие улыбки, хотя ни сердце ни душе не горели желанием обнять ближнего своего, когда ближним была Уртир. Что сказать, умела эта вампирша вывести из себя уравновешенного и приличного человека. Будто её этому обучали с детства, а она, как прилежная ученица, всё зазубрила, так ещё и научилась на практике использовать полученные знания.       — Хочу, чтобы такие явные бездарности покинули стены столь престижного места обучения.       Как же надоело слушать одно и то же каждый божий день. Эрза сжала ладони в кулаки, что ногти впились в мягкую кожи, почти протыкая её. Больно, но немного отрезвляет. Вот чего привязалась? Пусть себе другого найдёт и с ним развлекается, что к ней пристаёт?       — Так давно бы забрала документы, зачем себя мучить? — спросила Эрза и параллельно этому заметила интересную деталь. Обычно рядом с брюнеткой скитаются Мереди, розоволосая девушка, которая была достаточно приятной и даже милой, но почему-то души не чаяла в Уртир, и синеволосый симпатичный вампир — Джерар. Упс, хотя ладно, она же только подумала об этом. Это её личные мысли, неужели ей запрещено назвать кого-то красивым? Эрза же на него не претендует — они элементарно не разговаривали, что такого-то. Многие ей тут понравились внешне, и это вовсе не значит, что в их холодной вампирской душе могут обитать светлые чувства. Скорее всего нет, и из-за этого Эрза иногда грустила: как в любовном романе у неё не выйдет — кругом чёрствые куски льда, половина из которых её избегают, да и неизвестно есть ли у них сердце, чтобы любить. Запутанно всё.       — Острый язык непокорного слуги по древним традициям моей семьи отрезают и скармливают мегерам.       — Языками, значит, завтракаешь? Палку не перегибаешь? Неужели не видишь, что я не попадаю в списки послушных и покорных? — поворачиваясь корпусом к Уртир, холодно подметила Эрза, прожигая собеседницу своим необыкновенно строгим взглядом. Ей стало капельку неприятно от недооценивания со стороны потенциального соперника или врага, чёрт его знает, что в голове у этой коварной брюнетки. - И где твои верные друзья-товарищи? Или они всего лишь ручные собачки?       Позади послышалось аккуратное деланное покашливание и у Эрзы не осталось сомнений, что позади стоят те самые «ручные собачки». Знаем, проходили, такое обычно в фильмах про неудачников показывают: как кто-то там говорит что-то на эмоциях, а позади обязательно оказывается человек, которого там видеть в данный момент совсем не хочется. В целом-то она не имела ничего против этих двоих.       Но обернуться всё же пришлось: этикет все дела, хотя о каком приличие может идти речь после таких слов? Пфф, да уж, их то обижать не хотелось, её — хотелось, а их — нет. Всё виновата Уртир, обстановка, вампирское родство, Миллианна, клубничный тортик и старый дуб около её прошлого места жительства на земле. В общем, это всё что движется и стоит на месте, но только не сама Эрза, стали причиной, почему такие слова соскользнули с губ. Да. Именно так. Только вот ни вампир, ни вампирша, которые смотрели на неё с холодным гневом и некой неприязнью, не разделяли её мнения.       Ну вот, теперь ночью Эрза не будет спать, а лишь ворочаться на перине и рассуждать о несправедливости всего белого света. Чувство вины у человека — страшная вещь, которая прокрадывается в самые потаённые места души и сидит там, скребёт себе по гладким стенкам острыми ногтями, пропитанными ядом вины и осуждения.       И сейчас что-то подобное рвалось изнутри, хотелось закричать, громко-громко, чтобы стёкла в университете потрескались, и многочисленные осколки со звоном рассыпались на идеально чистый пол. Быть может от этого ей бы стало легче, но узнать об этом — не суждено. Остаётся просто слегка удивлённо и с виновато опущенной головой смотреть на выражения лиц двоих вампиров, пропуская сердечные удары. Тут самое время позавидовать холодности кровопийц. Вон как расплылась в ядовитой улыбке Уртир, аж в ладони так и просится холодное оружие, чтобы стереть всю высокомерность разом, одни точным ударом.       — Неужели так похожи? — С неким свистом в голосе спросила Миреди, для удобства располагая рука на талии. Сразу видно — обиделась, если не до скончания веков, то до следующей недели точно.       — Понимаете, — Вот чёрт! Как объяснить такое можно? Да и почему она вообще должна что-то говорить? Они ей никто, Эрза им тоже. Но всё же... — Это случайное недоразумение.       Подумав, что такое оправдание вовсе не является таковым, Эрза справедливо рассудила, что уйти сейчас самое время. Аккуратно развернуться к ним спиной и последовать домой по ежедневному маршруту, а там уже засесть за учебники и готовиться к пересдаче с чашкой чая и печеньями.       От столь сладких мыслей у Эрзы ощутимо поднялось настроение, и по губам пробежала едва заметная мимолётная улыбка. Совершенно случайно, секундная потеря самообладания. Во время себя отдёрнув, девушка не позволила полноценной радужной дуге появиться на своих устах; только вот кое-кто ещё заметил её случайное движение.       — Тебе смешно?       «Ну точно вампир. Его голос так и сочится холодом, разве его на самом деле могли задеть мои слова?» — поспешно пролетели мысли в голове Эрзы и напомнили ей этим стаю птиц, спешащих на юг в преддверие первых холодов. Они так же размахивая крыльями и заполняли своими пушистыми перьями весь здравый рассудок.       — Нет, это правда ошибка, — просто ответила Эрза, прямо смотря в оливковые, удивительно светлые глаза вампира; светлые, но такие же ледяные, как айсберг, потопивший Титаник. Эрзу предельно удивил такой цвет, ибо по книжкам и своим поверхностным знаниям о вампирах, она предполагала, что у них должны быть чёрные или красные зрачки. Но вовремя успела воздержаться от столь личного вопроса: подумают, что она совсем без запаса серого вещества в голове, да и толком разобраться в кровопийцах пока не удалось, может бред сейчас ляпнет. Многое тут совсем не так как на экранах кинотеатра. — Рада была встрече. До свидания.       — Мы же ещё не договорили, куда ты пошла? — приподнял бровь Джерар и преградил путь Эрзе своей рукой, облокотившись о стену.       — Не делай так больше. Никогда, — строго сказала она, хмуря тонкие алые брови.       Чему-чему, а вампирской скорости она немножечко завидовала. И убираться быстрее и готовить, в университет как по телепорту перемещаются; вернее сказать перемещались бы, ведь они ходят пешком. Подумать только! У них такая возможность не тратить время, а они тут на своих двоих рассекают воздух. Вот и Эрза даже Миру попросила не появляться неожиданно, нечего соль на рану сыпать.       — Если ты только объяснишься, — слегка улыбнулся Джерар, непроизвольно проводя рукой по своей завидной шевелюре. Странная полукровка, ему нравились неординарные личности; с такими игры проходили веселее и потраченного времени было практически не жаль.       «Нет, всё же жаль — глупо тратить время на девушек» — неоднократно повторял он Уртир и Мереди, когда на семейных торжествах и обще-вампирских праздниках не приглашал никого на медленный танец, а вампирши дружно насмехались и подтрунивали. Ну и чёрт с ними, сами-то ничем не лучше. Хотя пару раз действительно были исключения, собственно после которых Джерар и не хотел больше связываться с женским полом больше, чем на пару ночей. Только подстилки с высокими требованиями. Даже эту потребность он удовлетворял совсем не часто и исключительно с благородными девицами.       — Ага, конечно, — съязвила девушка, стараясь пройти с другой стороны. Не вышло, но она не из тех, кто сдаётся и проигрывает бой; пусть это вовсе и не бой.       И тут произошло то, чего не ожидали не только вампиры, но и сама Эрза. Её сумка завибрировала и оттуда послышалось громкое пение. Она поспешно расстегнула молнию и полезла в тёмное пространство под растянутые от удивления лица трёх вампиров. И, о чудо! Её телефон действительно звонил! Все прочитала на дисплее «Миллианна» и Эрза приняла вызов, чувствую себя учёным, который показывает своим ученикам что-то новое и необыкновенное.       — Эрзи? Это ты? Боже, боже! Где ты пропадаешь? Мы с ног сбились тебя искать! Соседи ничего не знают, в университете документом нету, а твоя тётя говорит, что нету у неё никакой племянницы! — голос девушки сорвался и Эрзе показалось, что её подруга заплакала. Послышались громкие всхлипы и какая-то возня.       — Миллианна... — растерянно пробормотала Эрза, с замиранием сердца вслушиваясь в каждый шорох по ту сторону трубки.       Мереди и Уртир отошли от прежнего шока и стояли рядом, нагло прослушивая разговор Эрзы. Впрочем сейчас это её совсем не волновало, она не знала чему удивляться больше, что в университете почему-то есть связь, или что она слышит осипший и полный радости голос своей подруги.       — Подожди Эрзи! Пожалуйста только не бросай трубку, я написала ребятам они сейчас прибегут! Мы так давно не слышали тебя — они безумно скучают! Что с тобой? Тебя похитители? Что с твоей сумасшедшей тётей?       — Со мной всё хорошо. Понимаешь, Миллианна, — Эрза замялась и потеряла дар речи. И что она может сказать? Ко мне пришла вампирша, сказала, что я тоже вампирша, но на половину, и теперь я учусь в университете по обучению кровопийц, получая за тесты самые низкие баллы. К слову, скорее всего, если подруга вдруг ей поверит, то в последнее, где говориться про оценки — никогда. Чтоб Эрза, да двойки? Нет, ложь чистой воды. — Я должна была срочно поехать заграницу, тётя совсем ослабла, память потеряла и я улетела за лекарством для неё. Помнишь, она зимой упала на катке? Вот и последствия.       Стоящая позади Милкович картинно захлопала, изображая на лице поразительное удивление сочинительским мастерством Эрзы. Скарлетт нахмурилась и махнула рукой, чтобы та перестала играть театральную сценку.       — Какой ужас! Эрзи, почему ты не сказала ничего нам? Мы бы тебе помогли, Си-м-мон бы всё для тебя сделал...сам-м-мое лучшее лекарство нашёл, — рыдала в трубку девушка, периодически всхлипывая и прерываясь на то, чтобы успокоить срывающийся голос. — Надо же, а ведь на твой день рождения она помнила. Прости, что не поздрави-и-и-ла, мы хотели сделать сюрприз — полететь вместе в Токио, но рейсы отменила из-за плохих погодных условий. Пришлось менять билеты и переносить торжество с этим замотались и совсем забыли, что день рождения не по билетам смотрят.       — Ничего страшного, — дрогнувшим голос сказала Эрза, облокачиваясь о ближайшею стену. Значит её не забывали? Что же тогда получается?       Уртир отметила смешанные чувства на лице Эрзы и без зазрения совести сделала самое грустное лицо на которое только была способна и облокотилась о стену, опустив голову. Эрза никак не отреагировало, а только растерянно рассматривала то доску, то обувь Джерара, то наряд Меледи, уплывая в небытие собственного опустошённого минутой ранее мира.       В этот раз Джерар покачал головой, он не разобрался в магических способностях этой штуки в руках Эрзы, и решил не говорить вслух — вдруг что-то пойдёт не так, строгим взглядом заставив Милкович перестать дурачиться. Та неохотно, но всё же послушалась и снова прислушалась к чужому разговору. Всем было интересно посмотреть на что-то столь необычное и как оно работает.       — Эрза! Эрза! Это правда ты? — из трубки доносилось множество голосов, а вместе с тем возня и шум. Видимо ребята старались отобрать у Миллианны телефон, чтобы как можно лучше услышать подругу, но та так просто не отдавала.       — Привет, ребята, — Эрза улыбнулась и мысленно попросила высшие силы, чтобы друзья смогли ощутить её счастье и безграничную радость, через невидимую по связи улыбку.       А затем её телефон сказал ей пока и со спокойной душой разрядился, заглатывая в темноту пламенную речь Симона и Сё, которые говорили на перебой и расслышать их было очень сложно.       Эрза ошарашенно уставилась на телефон и около нескольких минут стояла, рассматривая его белый корпус. И где теперь его заряжать? В чём дело, где именно она зашла на нескончаемую тёмную полосу?       — Эй, всё в порядке? — спросил Джерар, касаясь её оголённого плеча холодной ладонью. Она вздрогнула и подняла на него полный грусти взгляд. В первые за всю свою жизнь вампир видел перед собой столь печальное лицо: кругом чёрствые вампиры, как и он сам, эмоции — редкое и ценное удовольствие в этом мире. Он не смог сдержать своего некоторого удивления перед столько редкой мимикой.       — Ты не знаешь, где тут можно зарядить телефон? — прямо спросила девушка, скидывая его руку. Он задумчиво отступил на шаг назад, а Уртир странно нахмурилась. Эрза сделала два шага навстречу и положила руки на его плечи, сжимая их практически всей своей силой. Джерар настолько был поглощён чем-то у себя в голове, что молчал. — Знаешь? Мне это важно. Очень.       Она смотрела так, что язык не поворачивался отказать. Надежда, кажется так люди называют чувство затаённого ожидания чего-то сокровенного и до боли желанного. А он просто не знал, что ей ответить. Он даже не знал что такое «телефон» и что значит «зарядить». Ничем не мог помочь.       — Я не знаю, — честно и правильно, вот только ей от этого хуже. Она отпустила его плечи и будто снова стала той холодной неприступной получеловеческой девушкой, отступила назад и что-то пробормотав напоследок, скрылась в тени тёмных коридоров.

***

      Дома как и несколько веков назад стало чисто и уютно. Мираджейн сдержала своё обещание и всё было вычищено, вымыто и починено. Особняк теперь имел вид поистине благородного дома, где проживали вампиры с высокой репутацией и пугающей славой.       Теперь Эрзе совсем не хотелось спать под деревцем в лесу, и в тёплую ванну с душистой пеной её так же не тянуло. Всё мебель из прежней квартиры переместили в этот мир, заполняя комнаты и залы. Конечно, некоторую переместили за зря, при взгляде на телевизор сердце девушки обливалось кровью. Ни фильм тебе теперь, ни сериалов — учебники, какие-то старинные книги предков и разряженный телефон их заменили весьма плохо.       Но были и случаи её обрадовавшие. Например её личный горячий источник, в котором она всю прошлую неделю нежилась до покраснения кожи. Еду закупала в специальном магазине для дампиров, единственной сети продуктов «Вкусно!» во всём вампирском мире. Таких как Эрза было немного, около 200-250, и все разных возрастов, одногодок было и того меньше и то все из-за разной степени благородства семьи учились в других заведениях.       Вернувшись домой, Эрза только и делала, что сосредоточенно искала причину наличия связи в университете. За всё время своего хождения туда, она ни разу не доставала сотовый, только дома играла и музыку слушала, а выносить не было надобности. И в день, когда ей позвонила подруга, он покинул её. Предатель.       Особых выводов по этому поводу Эрза не сделала и решила поинтересоваться об этом у Мираджейн, которая должна была прийти завтра, или подняться к декану своего курса, прямо спросив об этом по-подробнее.       Спасть хотелось жутко, но вспомнив о своих успехах по «любимому» предмету, она засела за стол, пытаясь вчитаться в подробную информацию о постоянной среде обитания древесных фей. Так и заснула с раскрытой книгой, наблюдая во сне злую фею брюнетку, которая летала и всё портила, а фея с алыми волосами ей в отместку срывала все злые планы и в тайне летала к зеленоглазому принцу этих летающих существ, чтобы зарядить у него сотовый телефон...       К сожалению, во сне она не смогла заметить незваного гостя, пробравшегося к ней в дом через окно.