Между Раем и Адом

В душный кабинет ворвался поток прохладного воздуха, поднимая ввысь многократный слой пыли и кружа её над полом. Обладатель красных, словно множество сверкающих рубинов волос, смотрел на результаты проделанной им работы. Вновь и вновь перелистывая составы его ядов и восприятие организма Цунаде на них, он словил себя на мысли, что не помешало бы в кабинете прибраться. Совсем недавно, час назад, Акасуна провел эксперимент на тело Сенджу и хотел выявить нечто новое для себя, то, чего ещё не знал. Однако ничего такого уж небывалого кареглазый не узнал. Всё по-старому: лишь малая информация, и та, ни о чем. Сасори задумчиво уставился в потолок. Он очень хотел помочь Цунаде, это желание было по-настоящему искренним, но что он мог сделать? Опорочить свое имя, не найдя противоядия на собственный же яд. Это все. Вдруг, где-то в потемках души парня зародился огонь дружеского долга и некая ответственность вперемешку с желанием помочь. Возрожденный новым неистовым желанием, Акасуна с небывалой яростью снова стал перелистывать надоевшую макулатуру. И вот оно! Промеж общей белизны бумаг, будто золотом, отлила нужная. Хоть информация на ней была мала и незначительна, но она уже была спасительным лучом света, среди потухших надежд. «Надо же… оказывается, хоть я и являюсь изготовителем этого яда, но за мной его повторил ещё один человек. Ха, да он, должно быть очень умный и смелый, раз смог повторить один из самых лучших ядов в мире». Но ещё хоть одной зацепки не было. «Мне нужно имя этого… гения». Помедлив немного, Акасуна стал бить по клавишам искусными, ловкими пальцами. Пустота. Сасори со злостью опустил кулак на стол так, что клавиатура даже немного подпрыгнула под грозным жестом. «Как? Как можно априори найти и изготовить противоядие? Я ведь даже элементарного не помню!» И именно из-за этого у парня создавалось какое-то чувство бесполезности, антипатия к самому себе. Если раньше у него в голове крутились мириады мыслей и планов, то сейчас нет даже основания, какой-либо зацепки. Однако позволить себе сдаться он тоже не мог. «Архив… Мне нужно в архив». Красноволосый хотел было уже встать из-за стола, но в кабинет влетел испуганный Наруто, пытаясь восстановить рваное дыхание. - Сакура… она пропала… *** «Просыпайся, иначе тебя убьют прямо здесь!» Постепенно нормализуется пульс. «Я сказала, вставай и посмотри с гордо поднятой головой на своих врагов. Прямо им в лицо!» Состояние из сонного стабилизуется в нормальное. «Харуно, ты испытываешь мое терпение!» До слуха стали доноситься какие-то голоса, но четко разобрать их было пока что нереально. «Ты с детства слабая, так покажи, что это не так!» Глаза постепенно открываются, но ещё не могут привыкнуть к темноте. «Очнись!» И, наконец, тело оживает от короткого, но насильного сна. Судорога пробегает по всей плоти, не пропуская ни одну конечность, и отдается резкой болью где-то в области пальцев ног. - Что? Она очнулась? Как так? Она должна была проспать ещё час, не меньше! Что пошло не так? – послышался голос девушки, что часто появлялся в голове у Харуно… Сакура, вспомнив все, испуганно отшатнулась назад, но ей помешала стена и связанные руки. - Что? Узнала меня? – оскалившись, спросила Таюя розоволосую, грубо беря ту за подбородок. - Что вам нужно? – стальным голосом провозгласила Сакура, начинавшая понимать, что к чему. Значит все, что говорил Сасори, было правдой. За ней и правда охотятся? - Полегче, Таюя, - из-за спины красноволосой прозвучал второй голос. - Кимимаро, не останавливай меня! Ты же знаешь, сколько я ждала… этого момента. Парень нахмурился. Хоть он и был в тысячи раз сильнее этой бестии, но он все равно не хотел умышлять войну. - Делай, что хочешь, но не убивай её. Ты же знаешь. Она нужна нам живой, - согласился Кимимаро, и хотел было уже выйти из просквозившей комнаты, как послышался смачный удар. Таюя, особо не выжидая, отвесила Сакуре достаточно сильный удар в живот. Сакура согнулась пополам от прилива боли и тихо застонала. Давно её так не «красили». Кимимаро лишь поджал губы и вышел, хлопнув дверью. - Неужели настолько слабая? – засмеялась Сакура, поднимая голову и с непробиваемым спокойствием смотря на девушку. – А слабо на равных? Развяжи руки и узнаешь свою силу, какой бы она не была. Таюя только усмехнулась, и следующий удар был переназначен уже в челюсть розоволосой. - Значит, это нет, - сейчас Харуно была настолько беспомощной, что не могла даже вытереть кровь из-за связанных рук. Похоже, на этот раз красноволосая на самом деле разозлилась: - Слушай ты, - начала она, схватив Сакуру за волосы и оттянув назад, тем самым заставляя посмотреть в глаза, - Жаль, что я не могу тебя убить, но зато я могу сделать кое-что другое. Завтра ты окажешься в инвалидной коляске, и ещё будешь жалеть, что не вылизывала мне ноги, моля о пощаде. Харуно лишь улыбнулась на такие вот слова и, выжидав немного времени, плюнула Таюе прямо в глаз. - Дрянь! Звук пощечины и Сакура, опьяненная огромным количеством боли, рухнула на пол, но все ещё не потеряла свою незыблемую решительность и стойкость. Можно было посчитать её за психически больную: лежит в собственной крови, не плачет, а улыбается чему-то… Но это было далеко не так. Когда разум окутывает пелена веры и решимости, забывается такое понятие, как боль. Красноволосая несдержанно схватила её за руку и Сакура сразу поняла, что девушка собирается сделать. Харуно, мысленно уже попрощавшись с костью левой руки, зажмурилась и закусила губу, пытаясь сдержать будущий срывающийся с губ крик, но за тишиной не последовало, ни единого звука. - Я не имел в виду такое множество насильных способов. – Безмолвие, грядущее в эти минуты, пополам разрезал соразмерный голос, не терпящий ничего, кроме своей же правоты. Сакура облегченно вздохнула, но позиции сдавать не стала, готовясь принять следующий удар. Однако вместо этого завязался спор между двумя врагами, чего Кимимаро старался избежать. - Ты хочешь драку? Я могу её тебе обеспечить! Я только разогрелась, ты не смеешь мне мешать, особенно здесь! – кричала Таюя. - Успокойся. - Ты сволочь, Кимимаро… Не обращая внимания на пререкания парня и девушки, Сакура сфокусировала свой взгляд на лежащем неподалеку ноже. Это был её единственный способ спасения, хоть она и знала, что дотянуться до ножа все равно не получится из-за связанных рук и достаточного расстояния. Сощурив глаза, Сакура с упором уставилась на острый предмет и стала думать о том, как бы хотела почувствовать его в своих руках. Прошла секунда… две… три. Вдруг, совсем неожиданно, ножик сам по себе двинулся. Сакура опешила от такого. Хотя, этот день не перестает её удивлять и шокировать, так что движущиеся сами по себе ножи – это были ещё мелочи. Харуно опять сосредоточилась на ноже, это получалось как-то спонтанно, не неся за собой особого смысла. На этот раз нож уже прямо-таки полетел в сторону розоволосой. «Что за…» Но девушка не стала долго думать в такой ситуации и, перевернувшись на другой бок, молниеносно схватила нож. Пока никто не видел этого, Сакура стала неаккуратно развязывать толстые веревки, при этом сильно раня кожу на руках. «Ну развязывайся же ты!» Веревки оказались слишком толстыми, чтобы их можно было легко и быстро порвать, нож был не таким уж и острым, а дрожь и волнение не хотел уходить, очень сильно мешая. Да и кровь, лившаяся из порезанных рук, действовала как какое-то масло, руки то прилипали друг к другу из-за большого её количества, то наоборот скользили. В конечном итоге девушка, было, сдалась, но, почувствовав долгожданную свободу, задержала дыхание. «Что же делать? Одна я с ними точно не справлюсь… надо бежать!» «Ты уверена, что бежать это выход? - раздался внутренний голос. – И почему это не справишься? Не делай выводы, пока сама не проверишь!» Харуно закусила губу. «Кто бы ты ни было, но ты гонишь меня прямиком в гроб!» - Эй! – окликнула двух соперников Сакура. Оба обернулись на нее, и она уже сто раз пожалела, что приняла такое решение. - Как ты смогла… - Наверное, - хмыкнул Кимимаро проникновенно смотря на зеленоглазую, - В ней просыпаются силы. Красноволосая издала угрожающий рык. Вот-вот и она кинется на Сакуру, разорвав ту в клочья. - Ты не получишь эти силы! – взвизгнула она и уже хотела было наброситься на девушку, как между ней и Сакурой встал какой-то силуэт. - Сасори? – ахнула Харуно. Все ещё не веря в происходящее. Акасуна повернул голову в сторону девушки, улыбнулся и снова стал смотреть на Таюю. - Какие люди, - красноволосая прыгнула назад и коварно улыбнулась, - Я ждала тебя. - Вы так просто её не получите, - холодно высказался Акасуна, доставай свитки. - Не вижу смысла драться, - дернулся Кимимаро, - Всё равно мы не на равных, а это будет не честно. Таюя, отступаем. - Чтоб ты сдох, тварь! - выплюнула прямо в лицо беловолосому эти слова девушка, - Хотя ты прав. Ещё увидимся, Сасори. Враги растворились в воздухе, как будто их и не было. Однако следы от недавнего мелкого побоища остались. Красноволосый посмотрел на Сакуру: - Сильно они тебя, - нахмурился он. - Не так сильно, чтобы волноваться. Идем отсюда. Удивительно. Столько всего произошло, а она даже не шелохнулась, приняла все как есть. Вот что значит, прибывать в шоковом состоянии. Но первые ли это её раны? А самое главное… Последние ли?