Группа крови

      30 августа, 2009 год, 17:15       Грей Фуллбастер спокойно открыл дверь своей квартиры, которая находилась в центре города, буквально в трёх улицах от Покровителя. Он не мог поверить в свою удачу, когда налоговая инспекция назвала ему вместе с суммой долгов за коммунальные услуги, которую немедленно требовалось погасить, адрес квартиры. Отсюда он слышал зов крови, от стона в венах его иногда даже мутило… но это так невероятно! Первая группа не мешалась с его жалкой третьей, она выла и воззвала к хозяйке…       К Грею память не возвращалась. Всё, что он помнил помимо крови, это больничные койки. Сейчас он задумчиво и даже рассеянно высвобождался из плаща, в котором вернулся с улицы, и не обратил внимания на стоны отчаянья и боли из своей гостиной.       — П-пожалуйста… Отпустите… Отпустите меня…       Грей чуть улыбнулся и пошёл на кухню. Налил себе воды в стакан, а осушив его, выдвинул кухонный шкафчик и извлёк пару тонких хирургических перчаток, целый набор которых прикупил ещё неделю назад, когда убедился, что больничные работники перестали искать психически неуравновешенного пациента. Полиция также провалилась в этом деле и, будучи уверенной, что Грей способен только пускать слюни и кричать, предпочли посчитать его погибшим.       Но Грей не свалился по глупости в сточную канаву, не умер от голода и не попал под машину. Он просто отыскал свою квартиру и притворился законопослушным гражданином. Каждый день ходил в супермаркет, покупал молоко, хлеб, иногда даже суши. Уплатил все долги (парень обнаружил в одной из комнат сейф, доверху набитый деньгами, но понятия не имел, как при сознательной жизни мог столько накопить).       Он надел перчатки, не потрудившись снять широкий чёрный капюшон толстовки, и взял из того же приоткрытого шкафчика кухонный нож с большим лезвием в одну руку, напильник – в другую.       Брюнет, чуть улыбаясь, возник на пороге гостиной, и человек в центре комнаты, что был прикован к стулу, вздрогнул. Это был сорокапятилетний складного телосложения мужчина с выбившимися прядками жидких волос, то или иное место на теле у которого сильно кровоточило. Грей держал его у себя уже два дня, и зелёные, налитые страхом глаза мистера Горнора лихорадочно бегали с ножа в его руке на напильник.       — Н-н-н….       — Добрый день, — поздоровался Грей, чуть приблизившись, и тот задрожал, но отпрянуть не мог. Фуллбастер, испытующе улыбаясь, опустился на диван напротив него и, ещё раз поправив перчатки, принялся точить нож, глядя на лезвие. Кровь в его венах напоминала зверька, который нежился в лёгкой, покалывающей боли… Но Грей не хотел так быстро показаться Покровителю на глаза.       Сначала он немного поиграет и вдоволь изголодается.       — Ну что? — тихо подал голос Грей, так что мужчина сдавленно всхлипнул. — Вы расскажите мне, наконец, что-нибудь о своей очаровательной соседке?       — К-кто вы?.. Что вам от неё нужно?       — Я просто чувствую, что она живёт в той квартире, — туманно отозвался он, продолжая водить напильником из стороны в сторону. Его собеседник сглотнул: мистер Горнор понятия не имел, что он несёт. И его глаза… Они звериные. Ненормальные.       Сумасшедшие.       — Я чувствую, что это женщина… Моя Покровительница… Богиня… — Фуллбастер облизнул губы. — Это может быть только женщина, женщина с благородной кровью… Как её зовут?       — Джувия Локсар, — прохрипел тот.       Несколько минут они сидели в молчании. Грей повторял это имя в уме, придавал ему сладковато-металлический вкус и алые краски… Как прекрасно…       — Как она выглядит?       — О-она стройная. Высокая. Ей в-в-восемнадцать лет… — мистер Горнор сглотнул, чувствуя боль по всему телу… и решил, что лучше с этим юношей не шутить. Если покорно ответит на все вопросы, то может избежать смерти… — Большая г… Ну, грудь. Очень милая девушка. Синие волосы…       — Синие? — с неподдельным интересом переспросил Грей, и расплылся в безумной улыбке. — Ну да, синие. Необычные, ведь так? Необычные, синие… потому что она необычна... Её кровь, да, её кровь…. Она… Джувия Локсар необычна… Покровительница…       Вновь воцарилось непродолжительное молчание. Они смотрели друг другу в глаза, и взгляд этих безумных, синих глаз показался мистеру Горнону гипнотическим. Он был не в силах отвернуться, а кровь, тем временем стекающая по лицу, медленно огибала подбородок.       Наконец, Грей поднялся на ноги, ухмыляясь.       — Это вся информация, которая была вам нужна?..       — Да, — тихо отозвался парень, убрав напильник. — Да, пожалуй.       — Н-ну тогда… вы отпустите меня? — чуть хрипло спросил мужчина… и в ужасе распахнул глаза.       Грей стал чудовищно схож с манекеном из какого-нибудь фильма ужасов. Весь он был бледным, лицо словно превратилось в маску, голова чуть наклонилась на бок… Глаза остекленели, а рука в хирургической перчатке поднялась, так что лезвие ножа блеснуло в слабом свете настольной лампы.       — Я… — мистер Горнор осип от ужаса, в лице не осталось ни кровинки.       — Я знал, что Джувия подумает, что я её разыгрываю, если не получит доказательств, — сказал Грей, поглядев на настенные часы, что показывали начало шестого и, безумно ухмыльнувшись, пропел: — Мой нож скользнёт по плоти твоего соседа, если оставишь ты мне письма без ответа. Тик-так – часы спешат к пяти, скажу я тебе так: ты лучше поспеши.       — Ч-что?..       — Тик-так… — прошептал Грей.       30 августа, 2009 год, 23:03       Леон и Джувия утирали слёзы, выступившие от смеха, когда на экране ноутбука уже показались титры комедии, которую они смотрели. Сейчас там показывали не получившиеся кадры на съёмках, и девушка потянулась за чипсами, всё ещё смеясь. Джу видела, с какой любовью Леон иной раз поглядывает на неё, но они твёрдо решили остаться друзьями. И так оно гораздо лучше.       — Итак, — Леон театрально поглядел на свои наручные часы. Джу закатила глаза, однако чуть пристыженно вздохнула. — Уже пошёл двенадцатый час. В новом послании было сказано, что тебе необходимо поспешить до пяти. Нас не бомбят пришельцы, не поглотило наводнение, мы даже чипсами не подавились! Ну, что я говорил?       — Ладно-ладно, — улыбнулась Локсар, свободно вздохнув. — Хорошо, признаю, ты был прав. Это просто глупый розыгрыш.       — Что-о? — протянул Леон, наигранно подставив ей ухо. — Я тебя не слышу.       — Ты был прав, — рассмеявшись, сказала Джу.       — Что-что? — хитро спросил Бастия.       — Ты прав!       — Я не слышу тебя, говори громче.       — ТЫ – БЫЛ – ПРАВ! — расхохоталась Джувия, закричав ему в самое ухо, и с силой ударила его подушкой в лицо. Леон не успел увернуться и рассмеялся вместе с ней, после чего потянулся к недоеденным чипсам.       — Ну вот, а ты переживала, — мягко улыбнулся он. — Глупенькая.       — Я не переживала, — упрямо скрестила руки на груди Джу.       — Переживала.       — А вот и нет.       — Да-да, переживала! Боялась…       — НУ ВСЁ! — весело смеясь, взвизгнула она и, взяв в руку целую горсть чипсов, впихнула ему в рот, так что тот поперхнулся, извиваясь под ней… как вдруг они замерли.       Послышался звонок в дверь.       Девушка подняла голову, посмотрев в сторону коридора, Леон притих, с трудом проглотив чипсы. Джувия неуверенно сглотнула, по телу пробежали мурашки.       — Кто там? — твёрдо крикнул Леон.       Ответа не последовало.       Они переглянулись, и Леон ободряюще улыбнулся, когда вновь увидел тень страха, что пробежала в её прекрасных, синих глазах.       — Это не шутник, — уверил Леон. — Я посмотрю, хорошо?       — Я… Я с тобой, — шепнула Джувия, и оба поднялись с дивана.       Они прошли по коридору и Бастия, нарочно громко топая, вздохнул. Ему не нравилось, что кто-то достаёт Локсар, которая сейчас испуганно стояла позади него.       В подъезде было тихо, и Леон, прикрыв один глаз, заглянул в глазок. По ту сторону двери никого не было…       — Но что-то лежит у порога, — неуверенно сказал Леон. Джу похолодела и, мягко отодвинув его, распахнула дверь, оглядевшись.       Подъезд абсолютно пуст, но что-то мягко стукнулось об дверь. Она нахмурилась, поглядев вниз, и взяла в руки белую обувную коробку, на крышке которой было написано:

Привет от мистера Горнора☺♥♥♥

      Она побелела, как мел, и торопливо занесла коробку в квартиру, опасливо положив на журнальный стол. Бастия вопросительно поглядел на неё и вспомнил строки вчерашнего письма… но отрицательно помотал головой, когда девушка обратила на него взгляд.       — Это глупо, Джу.       Она тоже так считала, но решила проверить, что внутри. В тишине потянулась к коробке, зацепила края крышки тоненькими пальцами, а когда отложила её в сторону…       По началу мозг Джувии просто отказывался воспринять это, и Джу какое-то время стояла, тупо хлопая ресницами… но с каждой секундой её глаза раскрывались всё шире, Леон белел, как простыня… И девушка, наконец, завопила, отскочив от коробки, как ошпаренная. Леон, не отрывая взгляда от ужасного зрелища, обхватил бьющуюся в истерике девушку, чтобы она не наделала глупостей.       В обувной коробке мирно лежало большое, самое настоящее аккуратно вырезанное человеческое сердце, по середине которого был огромный, глубокий разрез… а в разрез этот аккуратно вложен свёрнутый пополам, пропитавшийся кровью лист бумаги.       Девушка познала, наконец, что такое ужас. Она брыкалась в хватке Леона, не могла находиться в комнате с сердцем мистера Горнора, у которого не раз одалживала соль… и её обильно вырвало. Она упала бы в лужу собственной рвоты, если бы Леон не поддержал её трясущимися руками. Ему самому подводило желудок судорогой, но он сдерживал себя, как мог, и держал Джу до тех пор, пока она не обмякла.       Бастия повернул её лицом к себе и побледнел: такого безумного лица он ещё никогда у неё не видел. В лице ни кровинки, под глазами мгновенно залегли тени, посиневшие губы дрожат… и она захрипела, не заметив, как по щекам заструились слёзы:       — Он не шутит… Он убил мистера Г-Г-Г-Г-Горнора… Не шутит… убил… У-у-убил… Он будет играть со мной, и если я не буду отвечать… Если не отвечу…Убьёт… Убил… Он не шутит… Не шутит… Убил…       — Мы должны идти в полицию, — прошептал Бастия, но та тут же замотала головой:       — Как ты не понимаешь? Это не п-просто так… Он убьёт, если м-мы это сделаем… Но Леон, прошу тебя… Убери это чёртово сердце… Убери. Убери. Убери! УБЕРИ ЕГО!       — Л-ладно, я сделаю это, — мягко отпустил её Леон, а сам едва не пошатнулся от ужаса и отвращения.       Мужчина направился к коробке, и невольно вздрогнул, когда Джу, попятившись к стене, сдавленно шепнула:       — Только п-п-прошу тебя, вытащи послание. Письма нельзя игнорировать! Н-нельзя!!       Парень, прижав правый кулак ко рту, чтобы его случайно не вырвало, почти не глядя вынул из сердца послание, рефлекторно отбросив в сторону, и торопливо накрыл коробку крышкой. Его руки дрожали так, что он едва не уронил «посылку», но удержал её, зная, что если увидит, как сердце, которое остановилось буквально несколько часов назад, кровавым месивом прокатится по комнате, то они оба сойдут с ума.       Пока Бастия, превозмогая страх и отвращение, чуть не бегом понёсся скинуть отвратительную коробку в мусоропровод, Джувия, чувствуя, как тошнота грозит вернуться вновь, схватила с пола пропитавшееся кровью послание.

☺ ♥♥♥Ну зачем же, ведь я предупреждал… Его кончина лишь начало всех начал. Ах, мой милый Покровитель, Не заставляй же ждать, желанный мой мучитель! День за днём, за годом год Послание ещё не раз к тебе придёт. Я жажду нашей встречи, но сейчас идёт игра, С умом к ней отнестись тебе уже давно пора. Отдай же мне свой локон ангельских волос, Чтобы и завтра в жертву никого я не принёс. Если ночью не получу ответа – Готовься вновь ждать тёплого, сердечного привета♥♥♥

      С лестничной площадки раздавались отвратительные звуки: Леона-таки вывернуло на полпути к квартире. Джувия смяла послание и откинула голову, зарыдав. За несколько секунд её жизнь превратилась в какое-то сумасшествие. Леон сейчас хватался за перилла, чтобы перестать, наконец, блевать и подняться в квартиру, в мусоропровод полетело сердце её соседа, вина за смерть которого лежала на ней, и взлохмаченная, плачущая Джувия Локсар. Если она не согласится продолжить игру, то этот неизвестный, что почему-то называл её Покровителем, убьёт кого-то ещё… А потому тогда, когда Бастия, белее мела, вошёл в квартиру, с ужасом увидел девушку, когда та, стоя у зеркала, оттягивала клок блестящих, синих волос, вознеся ножницы.       В абсолютной тишине раздалось мягкое «шшхххрррр», с каким два заострённых лезвия ножниц отделили небольшой локон от головы девушки и она, дрожа с головы до пят, извлекла из выдвигаемого шкафчика лист бумаги, написав:       Кто ты такой? Я боюсь… Пожалуйста, не преследуй меня… Умоляю, кто бы ты ни был… Я не сдам тебя в полицию, я ничего никому не расскажу… Только пожалуйста, не преследуй меня!       И свернула нехитрое письмо пополам, вложив локон своих волос. Леон сглотнул, хотел что-то сказать… Но Джувия туманно прошла мимо него, выйдя на лестничную площадку, шепча себе под нос, как безумная: «Не надо… Не трогай меня… Не трогай близких людей… Господи, мистер Горнор, простите м-меня… Простите, я…»       С мягким шорохом Джувия опустила письмо в собственный почтовый ящик, нисколько не сомневаясь, что загадочный человек уже сегодня сменит его на очередное послание. Леон выглянул за дверь, чуть пристыженно глядя, как Джу туманно вытирает слёзы, переступая через содержимое его желудка, и сипло сказал:       — Нужно выследить его. Если выследим, то…       — Тс-с-с, — сказала Джу, захлёбываясь слезами, и скользнула в квартиру, прошептав: — Его глаза везде. «Если ночью не получу ответа – готовься вновь ждать тёплого, сердечного привета»…       Леон шумно сглотнул, глядя ей в глаза. Следующей жертвой вполне мог стать он сам.       Они совершенно не представляли, что делать дальше.