Жажда

Оставшись одни, Гарри и Снейп еще долго молчали. Наконец Снейп сказал: - Гарри, пойдем наверх. Настроение у нас с тобой не самое романтическое, но спать-то надо. Пойдем, с утра, на свежую голову, поговорим еще. Гарри неохотно поднялся с места. Настроение у него действительно не было романтическим. Разумеется, если Северус захочет, он… то, что называется "раздвинет ноги"… И даже постарается, чтобы супруг ничего не заметил. Но… Ему не хотелось секса. Хотя они были наедине. И только вчера поженились. Однако похоже, что настроения не было и у Снейпа. Как он, собственно, и сказал еще на кухне. Хотя это отвечало его собственным желаниям, точнее, отсутствию таковых, Гарри почему-то стало грустно. Неужели вот она, рутина семейной жизни? Снейп, видимо, почувствовал настроение супруга. - Гарри, у меня еще не было случая спросить… Как ты предпочитаешь спать? - В каком смысле – как? - Ну… В пижаме, в ночной рубашке, в трусах, вовсе без одежды? - Вообще-то я всегда сплю в пижаме… Когда не сплю с тобой… - А я в ночной рубашке. Тебя это не смутит? - Нет, конечно! - Ну, тогда… Снейп достал из кармана мантии небольшую коробочку. - Вчера было как-то не до того, я даже вещи еще не разложил… Увеличившись, коробочка оказалась средних размеров чемоданом. Снейп щелкнул замком. - Вот, смотри. Одобряешь? Мужчина держал за плечики длинную белую ночную рубашку с отложным воротничком. Гарри понял, что подсознательно ожидал увидеть скорее что-то черное. Снейп как будто прочитал его мысли. - Честно говоря, я… не люблю менять рубашку каждую ночь. Приятно надевать уже ношеную… А по белой рубашке сразу видно, когда ее все-таки пора менять! Оба рассмеялись. Гарри вспомнил, что тоже еще не разобрал собственные вещи. Собственно, а где они? - Кричер! Домовик появился сразу с чемоданом Гарри. - Кричер освежил одежду хозяина Гарри… Хозяину Гарри хорошо бы пополнить гардероб… Наследник старинного рода… - Кричер, мы с хозяином Гарри обязательно этим займемся, когда у нас будет возможность. А сейчас – спокойной ночи! Домовик исчез. Гарри достал засунутый в боковой карман чемодана футляр с зубной щеткой и вспомнил, что с утра даже зубы забыл почистить. - Северус, я в душ, ладно? - Конечно, я после тебя. Ванная комната была одна на этаже, как это обычно бывает в старинных домах. Гарри прихватил щетку и пижаму, полотенца, как он и предполагал, уже были приготовлены в ванной. Разумеется, они с Северусом пользовались очищающими заклинаниями после секса, но как же было приятно принять душ… Впрочем, зная, что Северус ждет своей очереди, Гарри постарался управиться побыстрее. Увидев Гарри в полосатой пижаме, Северус улыбнулся. - Тебе не нравится? - Да что ты! Очень нравится! У тебя в этой пижаме такой домашний вид! Мне очень нравится, что мы дома… У себя дома… Снейп потрепал Гарри по мокрым волосам, подхватил свою рубашку и тоже ушел в ванную. Гарри с удовольствием растянулся на свежих простынях (расстаравшийся Кричер, разумеется, перестелил постель). Секса все еще не хотелось, но разочарование в самом себе и в семейной жизни по этому поводу куда-то ушло. Юноша спокойно ждал супруга, если чего и желая, то только прикоснуться к волне черных волос, ощутить смесь запахов шампуня, дезодоранта и афтершейфа… Он знал, что Северус обязательно побреется перед сном. Им ведь и просыпаться вместе, а с утра… Посмотрим. Через некоторое время Снейп вернулся, лег рядом навзничь и сказал: "Нокс!" Свет погас. Через некоторое время мужчина заворочался. - Северус? - Гарри… Ничего, если я повернусь к тебе спиной? Неудобно на спине лежать… - Конечно! Снейп повернулся на правый бок, а Гарри прижался к нему сзади и уткнулся носом в волосы. Высушенные заклинанием, они еще пахли шампунем. Гарри чувствовал и еще какие-то приятные искусственные запахи, но не только – шея Северуса пахла чем-то особенным, северусовским, теплым и немножко сладким… Утреннее пробуждение было несколько неожиданным и очень приятным. Еще сонный Гарри проснулся от того, что между ягодиц тыкалось нечто горячее и скользкое. Следующее, что он понял, - он совершенно обнажен и лежит на боку, подставляя задницу тоже совершенно обнаженному мужу. Снейп хихикнул ему в ухо: - Все в порядке? Я проснулся и обнаружил, что ты не против… Еще бы. Гарри, не меняя положения, немного подался назад, и Северус легко вошел в него. Ощущения были потрясающими. Эта поза была более закрытой, чем обычно, и контакт между их телами был еще полнее. Северус двигался медленно, и Гарри очень нравился этот нежный трах, но через некоторое время он решил, что этого мало. - Северус… Можно я лягу на живот? - Конечно. Гарри потихоньку перекатился на живот, и Северус, не разрывая их соприкосновения, последовал за ним и оказался сверху. Гарри по-прежнему не раздвигал ног и только немного приподнял попу. - Гарри, тебе так удобно? - Да! Кажется, так было даже лучше. Потому что Северус перестал сдерживаться. - О-о-о… Сев, еще, еще! - "Сев"? Ах ты, развратный мальчишка… Ну, держись! Их обоих хватило всего на несколько минут. Когда Северус скатился с Гарри и они оба отдышались, Гарри сказал: - Ты знаешь, так, по-моему, лучше всего… - А ничего, что я тебя сначала не разбудил? - Ты меня разбудил! Ну, правда, не совсем с самого начала… Гарри снова прижался к груди Снейпа. - Ты же знаешь… Когда хочешь и сколько хочешь… Снейп приобнял юного энтузиаста. - Знаю, Гарри. Мне это очень приятно. Не то, что я могу утолить свою похоть, когда хочу, а то, что ты ко мне так относишься… Гарри знал, что так и есть. … Гарри, кажется, понял, зачем нужен "медовый месяц" и почему люди в это время обычно куда-нибудь уезжают, - им нужно было остаться только вдвоем, чтобы не то чтобы насытиться сексом, но хотя бы как-то успокоиться на эту тему. Секса было много, но между ними был не только секс, - индивидуальные занятия по зельям и Защите, долгие разговоры за вечерним чаем, просто чтение… Северус обычно читал сидя, а Гарри любил поваляться с книгой, - ну, так он валялся, перегнувшись через колени мужа, и с удовольствием работал пюпитром. Правда, такое чтение обычно заканчивалось либо ненавязчивым ерзаньем Гарри, либо легкими поглаживаниями Северуса, - ну, а дальше понятно, что следовало. В общем, семейная жизнь оказалась очень приятной. Ближе к концу каникул Гарри вспомнил про слова Гермионы, - интересно, какое заклятие она все-таки имела тогда в виду? Он послал ей письмо, и вскоре пришел ответ, - разумеется, к нему прилагалась книга. Правда, на этот раз совсем тоненькая, почти брошюрка. Сначала Гарри прочел письмо. "Дорогой Гарри. Мы с Роном не особенно рассчитывали на письма от тебя в эти каникулы, поэтому было особенно приятно, что ты все же написал нам. И что у тебя все хорошо. (На всякий случай они договорились не упоминать в переписке о браке Гарри, поэтому Гермиона написала "у тебя", а не "у вас".) Я тогда не имела в виду ничего определенного, но, наверное, тебе будет интересно прочесть эту книгу, - она, собственно, именно на эту тему. В Норе все по-прежнему, только снаружи очень холодно, поэтому мы почти не выходим и, слава Богу, в квиддич никому не приходит в голову поиграть. Рон передает привет. Гермиона". Гарри открыл книгу. Ого… Это оказалась пьеса древнегреческого драматурга Еврипида. "Алкеста". Пьеса была в стихах, и читать сначала было немного непривычно, - все-таки Гарри давно не читал стихов, большую часть времени было не до "постороннего" чтения, а в Хогвартсе литературу не изучали (по мнению Гермионы, очень зря). Но, продравшись через легко журчавшие ямбы, Гарри быстро увлекся и даже пожалел, что книжка такая короткая. Сюжет был несложный: царь Адмет когда-то в качестве благодарности за гостеприимство получил от богов подарок, – когда ему предстояло умереть, его мог заменить кто-то другой. Жена царя, Алкеста, согласилась заменить царя, - в примечании было сказано, что жизнь вдовы в те времена была незавидной, а если бы она, овдовев, снова вышла замуж, то незавидной стала бы жизнь ее детей от Адмета. Но, по счастью, в гости к Адмету как раз пришел его друг, знаменитый герой (то есть полубог) Геракл. Адмет сначала не признавался другу, что у него в доме такое горе, но когда Геракл все-таки выяснил правду, то отправился за богом смерти, Танатосом, сразился с ним и привел Алкесту обратно в мир живых. Гарри очень понравилось, как Еврипид с помощью одних диалогов и монологов описывает характеры действующих лиц. Адмет, правда, выходил полным дерьмом, - как только Алкеста согласилась заменить его на смертном одре, он только и делал, что сокрушался и объявлял, как он несчастен, теряя такую супругу. Кто ж его просил? Зато сама Алкеста вызывала невольное уважение, - правда, она тоже расплакалась, но только один раз, при виде их супружеского ложа. А еще Гарри понравилась финальная сцена. Геракл привел Алкесту с покрытой головой, так что Адмет не мог сразу ее узнать, и попросил приютить якобы свою знакомую. Адмет сначала отнекивался, однако очевидно, что сам в это время разглядывал гостью, - дескать, фигура у нее похожа на Алкесту… Нехорошо, я же обещал не вводить другую женщину в дом… Ну, ладно, так и быть… В конце концов выяснилось, что это и есть Алкеста, только она некоторое время не сможет говорить, поскольку побывала в царстве смерти. Чем-то эта история напомнила Гарри то, что произошло со вторым братом из сказки, - правда, там вернувшаяся с того света невеста и жить по-настоящему не смогла… Но Гарри так и не понял, что имеет в виду Гермиона. Никто из героев пьесы, вроде бы, никаких заклятий не произносил… Пришлось ждать возвращения в школу, чтобы поговорить с Гермионой. В последний день каникул Снейп навел порядок в лаборатории (ха, как будто раньше там был беспорядок) и снова на всякий случай ее запечатал, они собрали вещи, в том числе ту самую пижаму и ту самую ночную рубашку… Кстати, тем самым утром, на следующий день после разговора с Дамблдором, Гарри поинтересовался, куда делись их ночные одеяния, - оказалось, что Снейп, проснувшись и обнаружив молодого мужа еще спящим, но уже вполне возбужденным, просто раздел их обоих с помощью заклинания, которое обычно не использовал, поскольку раздевать друг друга – это же так приятно… Гарри было немного грустно. Неизвестно, вернутся ли они еще на Гриммо, останутся ли живы… Но они не могли позволить себе отсиживаться в своем гнездышке. Да, угрюмый дом на Гриммо стал настоящим семейным домом. По крайней мере, им было куда возвращаться. Как они и договаривались с директором, Гарри не стал официально переезжать к Снейпу, ведь их брак все еще был тайной. Поэтому, когда они вышли из камина в директорском кабинете, Снейп задержался там, а Гарри пошел в гриффиндорскую башню. Рон и Гермиона уже были там. Не дожидаясь ужина, Гарри увел друзей в ближайший пустой класс. Они, разумеется, не стали расспрашивать его про медовый месяц, - все-таки на это хватило бы такта даже совсем не деликатному Рону. Гарри только рассказал им про найденную лабораторию, вернул Гермионе Еврипида и спросил, что же она все-таки имела в виду. - Гарри, я точно не знаю… Но в этой пьесе совершенно определенно подразумевается какой-то ритуал. Ведь Алкеста каким-то образом заменила Адмета, и он не умер, и она тоже не умерла. И все это – благодаря любви… - Любви? Что-то я не заметил, что Адмет ее очень любил! Как он-то согласился на такую замену? - Ну, может быть, он и не любил. Но у Еврипида всегда женщины – главные героини, наверное, он прежде всего имел в виду описать именно Алкесту. - А разве Алкеста согласилась из-за любви? Там в примечании написано… - Да, но прагматические соображения вряд ли подошли бы для ритуала. - Но там нет ни слова про ритуал! - Разумеется, ни слова про ритуал там нет. Статут о секретности! - Который был принят… - В 1689 году, гораздо позже. Но я уверена, что и у древнегреческих магов было представление о том, что стоит рассказывать магглам, а что не стоит. - Но в пьесе даже не упоминаются маги! - А Геракл? - Разве Геракл – маг? - Геракл – неизвестно, был ли он вообще, считается, что это мифологическая фигура, вроде Гильгамеша. Хотя как раз Гильгамеш действительно существовал… - Гермиона… - Хорошо, без лекций. Короче, маги прямо, конечно, не упоминаются, но герои явно совершают магические действия. Этот обряд очищения, да и само то, что Алкеста СМОГЛА заменить мужа… И что Геракл СМОГ ее вернуть… Гарри, я не знаю, какой там был ритуал. Но явно какой-то охранный, раз они оба остались живы, при этом благодаря любви, при этом будучи не кровными родственниками, как вы с… - Мы с моей мамой. - Да. Будучи не кровными родственниками, а мужем и женой. Когда ты сказал, что вы с профессором Снейпом собираетесь заключить брак, я подумала, что это не может быть просто так. То есть влюбиться-то друг в друга вы могли и просто так, но чтобы заключать брак до твоего совершеннолетия, да еще с ведома директора… Я подумала, что это дело в каком-то охранном заклятии. - Это не совсем так… Но почти. Но мне все-таки хотелось бы больше узнать про тот ритуал. - Хм. Боюсь, что текст того самого ритуала не сохранился. Но если речь идет о греческой мифологии… Может быть, и не было определенного текста. Они просто обращались к богам, то есть к силам природы, и говорили, чего хотят. Еще жертву какую-нибудь приносили – иногда овцу, иногда корову, иногда собаку… Иногда даже сто быков. - И где я возьму сто быков?.. - Гарри, ты хочешь?.. - Да. По решительному виду Гарри друзья поняли, что отговаривать его бесполезно. Ему не обязательно было произносить громких фраз, вроде "Я жить без него не могу", и тому подобного. Зная Гарри, они и сами догадались. Гермиона обещала подумать. Еще раз появившись в гостиной, Гарри незаметно ушел в кабинет директора, и уже оттуда, через камин, - в их теперь общие со Снейпом комнаты. Через несколько дней Гермиона передала Гарри клочок пергамента, на котором латинскими буквами с проставленными ударениями было написано "заклинание", и предупредила: - Гарри, это все-таки не заклинание. Я не знаю, сработает это или нет. Просто… Ты можешь это сказать. По-гречески… На всякий случай. - А жертва? - Я думаю, что имеется в виду… - Что жертва – это я и есть. Да, пожалуй. Спасибо… Гарри почему-то показалось правильным подождать до такой ночи, когда они не будут заниматься любовью. Чтобы не показалось, что он делает это под влиянием страсти или из благодарности за доставленное наслаждение. Кому не показалось? Наверное, ему самому. И вот, через пару дней, когда ему не нужно было принимать "лекарство", а Снейп так замотался, что даже читать перед сном не стал, а сразу отправился в спальню, Гарри тоже переоделся, лег, поцеловал мужа и сказал: - Давай спать! - Гарри, ты… - Я тоже устал, Северус. Нокс! Снейп быстро заснул. Почувствовав, что он спит, Гарри зажег слабенький Люмос, достал из книжки заложенный туда листок, подождал немного, чтобы сосредоточиться, и прочитал: "O Aphrodíte, túton ándra agapó. Psyhé pro psyhés*." Гарри уничтожил листок, погасил Люмос и лег обратно в постель. Надеясь, что в этом импровизированном "ритуале" все-таки есть какой-то смысл.