Hot ride

Аомине припарковал машину где-то в отдалённой части парка, где, как ему казалось, ветки деревьев опущены настолько низко, чтобы надёжно скрыть под густыми листьями старенькую «хонду». За зрелищем, которое там будет происходить, стоило бы того, чтобы постоять на холоде и понаблюдать, но Аомине решил, что лишние зрители тут ни к чему. Ничего не подозревающий Кисе сидел на пассажирском сидении и листал в телефоне какой-то интернет-магазин. Аомине усмехнулся, ведь больше всего ему сейчас хотелось увидеть эту удивлённую физиономию, когда они впервые попробуют секс в машине. День затянулся больше обычного: они договорились пойти с Тецу и Кагами в кино, но после они каким-то образом попали в парк аттракционов. В том, что Кисе с Куроко затевали это с самого начала, не стоило и сомневаться. Не то, чтобы Аомине не понравилось на всей скорости катиться по закрученным путям американских горок, ощущая прилив адреналина в крови и свиста в ушах, но он просто не смог бы себе в этом признаться, не то, что Кисе. Рёта же своего восторга не скрывал, как и желания лишний раз потискать Тецу. Кагами, похоже, давно научился контролировать свою ревность, в отличие от Аомине, который то и дело выражал своё недовольство раздражённым вздохом. Но ничего, этот день позади, и сейчас, под покровом звёздной ночи он может вдоволь насладиться желанным телом, на которое он жадно смотрел в течение всего этого времени. Всё-таки, почти две недели воздержания дали о себе знать. В этом нет чей-то вины: их с Кисе загрузили на тренировках, плюс у Рёты была ещё работа, которую он просто боготворил и не упускал возможности о ней потрындеть. И вот, когда наступил долгожданный выходной, его, Аомине, вытянули в центр города, вместо того, чтобы подарить целый день секса, когда они торчали у кого-то из них дома и дарили друг другу блаженство до потери пульса. Но что Кисе, которому не сиделось на месте, что незапланированные выходные родителей — всё было против Аомине. Кисе наконец-то оторвался от своего телефона, заметив, что они уже давно остановились. Осмотрев местность через тонированные стёкла «хонды», до Кисе сразу дошло, чем для него обернулась сегодняшняя шалость с парком аттракционов. — Так уж невтерпёж? — усмехнулся он, словно мартовский кот, кладя руку на колено Дайки, — у нас же ещё есть завтрашний выходной. — Скажи спасибо, что я тебя на тех горках не трахнул, — слегка ухмыльнувшись Аомине на миг представил себе эту картину. Он откинул сидение, вовлекая Кисе сесть сверху, что он и сделал, начиная медленно расстёгивать свой красный кардиган. — Можно было остановиться в отеле, я как раз денег накопил. — Всегда хотел попробовать в машине, — Аомине мечтательно посмотрел на Кисе. Он и не ожидал, что тот так быстро согласится. Кисе наконец-то спустил этот чёртов кардиган, а после откинул его на заднее сидение. Теснота в машине не давала сделать лишних движений, отчего они постоянно тёрлись о друг друга. Аомине почувствовал, как начинает возбуждаться от этих неловких движений и вида восседающего на его бёдрах Кисе. До сих пор в голове мелькала мысль о том, что они сделают это в машине. Аомине всегда был не против секса в общественных местах, чего не скажешь о Кисе, который очень трепетно относился к своей репутации в сфере бизнеса. Дайки уже представил, как будет оправдываться перед отцом за белые пятна на сидении… но это всё пустяки, по сравнению с ощущениями всего экстрима секса вне дома. Пока Дайки находился где-то за пределами собственного сознания, Кисе снял с него пуловер и начал целовать шею, переходя на нежные покусывания. Он всегда считал несправедливостью тот факт, что на Дайки практически не видно засосов и ссадин. Доходило до того, что он просто прокусывал кожу до крови, как бы в месть за засосы на собственной шее. Аомине не приходилось жаловаться, ведь Кисе в этот момент будто снимал с себя маску пай-мальчика и показывал свою тёмную сторону, что очень возбуждало. Внезапно Аомине почувствовал сквозь джинсы, что в него упирается возбуждение Кисе, на что он легко усмехнулся: — И кто тут хотел этого не меньше меня? — Может даже больше. — Тут же ответил Кисе, заглядывая в изучающий взгляд Дайки. Рёта резко впился в чужие губы, проталкивая свой язык, вкладывая в этот поцелуй все накопившиеся за день грешные мыслишки. Да, определённо, в воздержании был свой плюс. Дайки отлично помнил, как они с Кисе не виделись чуть больше месяца, а наконец-то встретившись, трахались так, будто это был последний раз в их жизни. Кисе попятился назад, чтобы снять с себя штаны, но неожиданно упёрся задницой в руль и уселся на него, и машина громко засигналила противным гулом по всей округе. — Тише, идиот. Нам не нужны лишние зрители. — Ты стесняешься, Дай-чи? — хихикнул Кисе, сняв с себя нижнюю часть одежды вместе с бельём, которые так же полетели на заднее сидение. — Мне всё равно. А вот на твою задницу пусть попробует кто-то попялиться — тут же урою. Такое откровение вызвало у Кисе ухмылку, и он вновь потянулся за новым поцелуем. Воспользовавшись моментом, Аомине собственнически стиснул в ладонях идеальную задницу, получив в ответ короткий выдох в губы. Лапать Кисе уже давно вошло в привычку, порой Дайки даже забывал, где дом, а где общественное место, что очень злило Рёту. Аомине, вдоволь налаповшись, шлёпнул Кисе по ягодицам, а после развёл их, проталкивая в промежность сразу два пальца. Кисе заёрзал на чужих коленях и вздохнул. Внутри он был узкий, даже слишком. Пусть они и не виделись долгое время, это всё равно казалось странным. Аомине растягивал упругие стенки, разводя пальцы в разные стороны и слыша, как Кисе скулит ему над ухом. Член Кисе тёрся об натянутую ткань джинс, что приносило далеко не самые яркие ощущения. — Подожди минутку. — Аомине вынул пальцы, а Кисе расстегнул ему ширинку и, немного приподнявшись, опустил джинсы вниз вместе с семейными трусами с нян-кэтом, которые подарил Аомине на прошлое Рождество. Аомине не смог сдержать стона, когда Кисе опустился к его губам, и их члены соприкоснулись. Кисе уже давно помахал своему рассудку ручкой и начал кусать чужие губы и тихо постанывать. Он удивлённо вскрикнул, когда почувствовал, как в него протолкнули что-то твёрдое, холодное, как сталь… — Прикуриватель? Долго думал? — Скажи спасибо, что он не горячий. — Хмыкнул Аомине, проталкивая новую игрушку вглубь, слегка покручивая в разные стороны. Кисе простонал, поддаваясь назад, навстречу движениям. Второй рукой Аомине обхватил их члены и начал обрывисто надрачивать. Кисе не находил себе места: его обхватило жаром, стоны становились всё громче и приятно резали ухо, он то и дело ударялся локтём об стекло окна. Рёта принялся судорожно покусывать шею Дайки, вызывая у того фейерверк эмоций. Температура в машине понемногу накалялась. Их тела покрылись каплями пота, которые Кисе с удовольствием слизывал с острых и хорошо выраженных ключиц. Прикуриватель внутри отлично ощущался за счёт своеобразной формы. Он приятно натирал стенки, отчего Кисе непроизвольно, но тихо сопел. Аомине наблюдал сквозь полуприкрытые веки, как тот сдерживал собственную похоть. Но Аомине-то знал, что Кисе всегда хотел большего. Даже сейчас, когда он трахает его прикуривателем. Они оба не сдерживали сдавленных стонов, всякий раз, когда рука Аомине проходилась по их членам, размазывая выступившую смазку. Однако на пике наслаждения всё внезапно прекратилось: Аомине через силу убрал свою руку и резко вытащил прикуриватель. Кисе вскрикнул от неожиданности и разочарованно вздохнул, когда ему так и не удалось кончить. —Я тебя когда-нибудь убью, — пообещал он. — Теперь твоя очередь работать, — Аомине максимально откинул сидение и как настоящий зритель обнадёживающе посмотрел на Кисе, который теперь слегка приподнялся над его членом. Просто идеальный вид! Кисе, немного придя в себя, лукаво улыбнулся, ведь теперь парадом руководит он. Он принял удобную позу… насколько это вообще было возможно, и сам насадился на член Аомине, тут же выпуская из своих уст сладостный стон. Дайки хрипло застонал, тут же сжимая до синяков белоснежные бёдра. — Блядь, Кисе… — Рёта начал прерывисто двигаться, подбирая нужный темп. Пару раз он стукнулся головой об потолок, несколько раз он задел локтём дверцу, будь она неладна! — Арх… Как хорошо, Дай-чи… — простонал Кисе, чувствуя, как внутри него пульсирует член, как сносит крышу движения по простате, заставляя окунуться в мир содома и позволить своему голосу излиться в сладостную мелодию наслаждения. — Ещё… быстрее… — командовал Аомине, желая получить больше, впиваясь короткими ногтями в светлую кожу. Кисе ускорился, а машина наполнилась хлюпающими звуками. Аомине, решив, что лучше сделать всё самому, резко ухватил Кисе за талию и рывком поднялся, даря короткий поцелуй, а после вышел из Кисе и перевернул его под себя, слыша удивлённый писк. Кисе не успел преобразовать своё недовольство в слова, как в него снова резко вошли, задевая простату. Перед глазами поплыли звёзды, и он забыл про все обиды, полностью отдаваясь порыву небеспричинной страсти. Аомине не любил церемониться: он полностью выходил, а затем вновь засаживал член до основания, шлёпая яйцами, заставляя Кисе стонать до срыва голоса. Он целовал жадно, он злился, когда сам ударялся об дверцу, когда слишком отступал назад и сигналил машиной. Дайки вновь примостил свою руку на члене Кисе. Тот уже давно чувствовал, что вот-вот придёт разрядка. Пара коротких выдохов — и Кисе кончил на их животы, и, как и предполагал Аомине, на сидение. Аомине вгрызся в столь нежную шею. Ну как у парня может быть такой идеальный изгиб и чёткий контур? Аомине желал оставить как можно больше своих следов, он просто обожал яркие засосы на этой светлой коже. Все они говорили, Кисе принадлежит ему. Последующие возмущения стоили того, чтобы полюбоваться результатом после. Аомине кончил глубоко, чувствуя, как его собственное семя заполняет и без того тугое пространство вокруг его члена, и удовлетворённо навалился на Кисе, приводя дыхание в порядок. Кисе гладил его по спине и для вида возмущался немалым весом Аомине. — Чёрт, это было офигенно. — очередное откровение от Аомине за сегодня. Короткий поцелуй перерос в более страстный. — Ещё по одной? — улыбнулся Кисе. Аомине многообещающе на него посмотрел и вновь прильнул к губам рваным поцелуем. Однако счастье длилось недолго. — Эй! Тут нельзя парковаться! Это газон! От голоса за пределом машины обоих тут же перетряхнуло. Аомине вскочил, сильно ударившись об потолок и зашипев, то ли от боли, то ли от раздражения. Кисе сполз на заднее сидение, пытаясь разобрать, где чья одежда. Дайки завёл машину и дал газом задний ход, увидев впереди местного старожилу. Крупного такого. После их «хонда» скрылась за пределами злосчастного парка. — Вот будет здорово, если нас тормознёт дорожный инспектор! — заржал Кисе, косясь на нагой вид Аомине. — Заткнись, Кисе, просто заткнись! Больше они сексом в машине не занимались… без особых причин.