Голос из прошлого

Ты появилась в моей жизни, когда я был на волоске от смерти. Запутавшийся и растерянный, я бродил по кладбищу, в попытке собрать себя по кусочкам. После смерти жены и ребёнка в моей жизни осталась только пустота, её нельзя было заполнить, как бы я ни старался. Незаметно для себя, я вышел к обрыву холма, на котором располагалось кладбище. Я уже стоял на самом краю и размышлял, хватил ли у меня сил шагнуть вниз и прервать своё ненужное существование, но услышал твой голос зовущий меня. " Эй, мистер, неприятности?" Возвращения домой я не помнил. Я так никогда и не узнал, как ты нашла его. Или это я тебе показал? Впрочем, это неважно... С того самого дня ты поселилась в моём доме. И взяв на себя половину домашней работы, безжалостно взвалила на меня другую. Я сердился на тебя. Считал тебя чёрствой и бессердечной, не умеющей сопереживать чужому горю. Но ты, казалось, не слышала меня. "Из моей жизни ушли два близких человека, ты это понимаешь или нет?! - кричал я, - Что может быть важного в мытье посуды в такой момент?" "Когда эта истерика кончится, помой посуду, пожалуйста." Ты не позволяла мне сидеть на месте и придаваться своему горю. Ты тормошила, подгоняла и заставляла меня шевелиться, даже когда мне этого не хотелось. Заставляла ходить на работу, встречаться с друзьями и гулять по вечерам. Когда я снова вздумал "впасть в уныние", как ты это наименовала, ты взяла меня за руку и потащила гулять в парк. Я никогда не мог понять хода твоих мыслей. Твои поступки я никогда не смог бы повторить. И вот сейчас, когда ты, ненадолго оставив меня, отошла купить сладкой ваты, я смотрел на тебя, и пытался представить, какой ты была лет в четырнадцать-пятнадцать. Ты очень смеялась, узнав причину моего внимательного взгляда. "Многие говорят, что за десять лет я постарела. Как знать, быть может, не врут" - хмыкнула ты и принялась уплетать вату. На момент нашего знакомства тебе было всего двадцать четыре года. Я был поражен, точно так же, как и когда впервые пожал твою руку и подивился силе, скрытой в хрупкой и изящной ладошке. Зная твою не детскую систему взглядов, я никогда бы не подумал, что ты так молода. Незаметно для себя я стал заботиться о тебе. Волновался, когда ты уходила, и с нетерпением ждал твоего возвращения. Но однажды я не выдержал. И высказал тебе то, что раньше ни за что не произнёс бы вслух. А всё потому, что ты, не спросив меня, перекрасила крышу моего дома. Дома, где я жил вместе с Сарой. И где родился мой ребёнок. "Та часть жизни, в которой были живы твои близкие и крыша была красной закончилась, признай это и привыкай к новой жизни, в которой крыша будет синей" - сказала ты. Я назвал тебя холодной и безжалостной. Однако ты, ничуть не изменилась в лице и, взяв пилочку для ногтей, неожиданно рассказала мне о себе. Ты рассказала все: о родителях сдавших тебя в психушку, об опекуне, которого ты любила, как отца, о том, как он пытался заставить тебя стать более женственной и терпел неудачу, и про смерть твоего лучшего друга... Я не представлял, что ты носишь в себе столько горя. Что каждое моё слово выжигало рубцы на твоём сердце, точно раскалённой спицей. И я завидовал тебе. У меня никогда не было твоей силы и твоей выдержки. Я открыл было рот, чтобы пожалеть тебя, но, как всегда получил жесткий выговор. "Не надо жалеть меня. В жизни мало хеппи-эндов, а вот грязи предостаточно. И вообще, приучайся не сожалеть о прошлом. Каким бы оно ни было, оно уже твоё и его не отнять, а о том, отчего не избавиться и жалеть нечего". Ты покинула меня через три недели после этого разговора. Осёдлая жизнь на одном месте была не для тебя, это единственное, что я в тебе понял. "Я подошла к тебе в тот день, чтобы вырвать тебя из бездны, в которую ты падал. И я это сделала, хоть ты и считал мои методы жестокими. Возможно, они таковыми и были, но я должна была тебя спасти. Я настроила твой расшатанный внутренний компас, и ты теперь можешь идти вперёд, не сбиваясь. И я от всего сердца желаю тебе удачи. Только не прогляди правильный путь". И вот я, разбитый и измученный ужасными галлюцинациями, сижу на кровати. Рядом сидит Люцифер просит меня стать его сосудом. Вопреки всему, я чувствую, что он мне не лжёт. Я чувствую его злость. Я тоже злюсь. Тот хрупкий сбалансированный мир, который ты построила в моей душе разрушается. Я слаб. Я опустошен. Я хочу, чтобы всё кончилось. - Ник, соглашайся... - умоляюще просит Люцифер, глядя на меня глазами моей жены Сары. Обрывки воспоминаний в моей голове. Пустые детские качели. Кровь, стекающая по колыбели. Мертвая Сара. Твои серые глаза. "Я не справился. Прости меня, прости, Аджи..." - Я согласен...