Все тайное должно оставаться таковым

POV Наруто. Эх… С чистой совестью могу сказать, что это был трудный день. Я отчитал всех за вранье, точнее, за недосказанность, а потом три раза перечитал все подробные отчеты, к сожалению, ничего не нашел. Хотя где-то был проблеск, но я просто вырубился. Сколько я до этого не спал, было не известно даже мне. За это мне влетело от Гаары. Одна из подопечных Цунаде следила за моей половиной и постоянно отчитывалась, четыре часа назад она оповестила меня о том, что Саске был выписан из больницы. Сейчас я в очередной раз капался в этой папке, пытаясь найти хоть что-то стоящее моего внимания. Хоть какую-нибудь зацепку… Но так ничего и не нашел. Тяжело вздохнув, я бросил надоевшие листы и вышел из дома, сразу же делая шаг в тень. Я хотел видеть моего брюнета. Сердце ныло, говоря, что что-то нехорошее должно случиться. А предчувствие меня редко подводило. Еще пара минут и я уже на месте. Мой оценивающий взгляд медленно прошелся по его телу. Что сказать? Я очень волновался… Одним быстрым движением я отослал девчонку, наблюдавшую за ним, и снова повернулся к нему. Стройный силуэт моей половинки скользнул в слабо освещенный переулок. Я тяжело вздохнул и направился следом. Путь занял примерно с минуту, но этого хватило! Какие-то сумасшедшие екаи решили наказать, а может просто поразвлечься со своим сородичем, а может, и нет. В критическом состоянии екаи очень мастерски притворяются людьми. Настолько мастерски, что могут умереть от простой на первый взгляд причины. Этот парень уже был мертв. Его смертный приговор явно был подписан. Кровь. Везде ярко алая субстанция, своим запахом будоражащая монстра внутри меня. На земле, прижатый чужим телом, лежал Саске. Один из этих смертников решил позабавиться… Внутри меня, будто что-то взорвалось. Миг - я оказываюсь перед ними. А потом - алая пелена. Давно я не выпускал полную силу. Настолько давно, что она вытеснила мое сознание из тела и сама принялась командовать. Когда мои глаза снова начали видеть, а немного дрожащее, от переизбытка адреналина тело - подчиняться, на земле вместо одного изуродованного тела, было четыре. Причем парень, которого они убили, не смотря на все старания его мучителей, выглядел значительно лучше этих отбросов. Теперь уже точно отбросов. За моей спиной, чуть подрагивая, и, глядя прямо перед собой, ничего не видящими глазами, лежал Саске. - Сила… - рыкнул я, осторожно поглаживая его по голове. Сейчас я ничего не мог сделать. Совсем ничего. Они использовали на нем свою силу. Я обернулся и зло рыкнул, понимая, что убить их еще раз просто не возможно. Эти придурки же должны знать, что, если направить силу демона в человека, то последний умрет мучительной смертью. Любой человек… - Наруто? – Тихий, чуть шипящий голос за спиной. Мои плечи напряглись. Неужели, судьба решила сжалиться надо мной? Одного взгляда хватило, чтобы понять, что да, вот оно! Это мой шанс! От стены медленно отделился бледнокожий, черноволосый мужчина. Его взгляд и мимика лица, - все делало его сходство со змеей почти полным. Хотя, это вполне предсказуемо. Ведь, Орочимару, а именно так звали этого екая, уже более тридцати лет является главой одного из сильнейших в отцовском легионе клана Хэби.* Я грустно улыбнулся. Где-то глубоко внутри меня расцвел небольшой цветок надежды. Орочимару был лучшим ученым в штате отца. Он очень много знал и умел. Может, и сейчас он знает, как выдавить из брюнета, лежащего у меня на руках, весь демонический яд. Еще пара минут понадобились Орочимару на осмотр. Вывод почти не отличался от моего. Единственное, что было разным - это уровень наших знаний. - Наруто… Я здесь сделать почти ничего не могу. Так как этот парень - человек, то он уже не жилец… - выдохнул Змей, странно косясь на меня. Мне захотелось завыть от отчаяния. - Вот, если бы он был екаем… хотя бы наполовину… - Такое невозможно! – Рыкнул я, понимая, что еще чуть-чуть и сорвусь. Еще пара слов, и я начну разрушать город. - Почему же? Я правильно понял: он подходит тебе. Полностью дополняет? – Я лишь обреченно кивнул. Нет смысла скрывать. Тем более, сейчас. - Так вот, я могу воздействовать на него и сделать…, как бы это сказать?.. Частично екаем. Павда частично. Силы не будет, но его жизнь будет не так легко оборвать. Только за ним нужно будет наблюдать… - Орочимару снова обернулся и кивнул, показывая, что ждет моего решения. - Правда? – Тихо спросил я. Орочимару кивнул и, медленно склонившись к бледной шее, впился в нее зубами. Тело Саске дернулось, отвергая смертельный змеиный яд. Орочимару отодвинулся в сторону, освобождая мне путь. - Лечь! – Бросил он, вытирая губы белым платком. Мои руки тут же легли на содрогающееся от боли тело. Саске стонал и метался. Организм не мог понять, чего от него хотят. Сейчас моя сила лечила, а сила того ублюдка наоборот разъедала. Яд Орочимару помогал мне, заодно перестраивая моего любимого изнутри. Я тяжело вздохнул, увидев, что Саске перестал метаться. Его глаза закатились. Орочимару пару раз провел над ним рукой и, неожиданно улыбнувшись, выдал: - Здоровый сон. Ты победил. Дай телу приспособиться и помни, что он теперь не человек… - сказав это, Орочимару снова растворился в кирпичной стене. Я осторожно прикоснулся печати. На шее у Саске там, куда укусил Змей, появился знак силы. Три черных запятых в круге из черного огня. Теперь я точно знал, что Саске будет жить! Я улыбнулся и, подхватив легкое тело любимого, кинулся бежать в больницу. Осмотр нормальных врачей ему бы не помешал. *** Я сидел на пластмассовом стуле рядом с застеленной белоснежными покрывалами кроватью. Грудь Саске медленно поднималась и опускалась, успокаивая меня. Прошло почти полдня, а он еще не проснулся. Благо врачи говорили, что теперь он просто спит. Мои мысли медленно блуждали где-то далеко. Сейчас меня больше всего волновала та фраза Орочимару: -… Больше не человек… Что это могло значить? Неужели, я снова допустил ошибку? Неужели, потерял его? Он, ведь, возненавидит меня теперь! Мое сердце билось в груди, не желая успокоиться. Я чувствовал связь… Я не хотел верить, но это была правда. Я отдал Саске часть своих сил. Я чувствовал это. Чувствовал его сон. Каждую эмоцию, не очень отчетливо, но все же… А так же знал ещё кое-что. Хоть Орочимару и не сказал этого, отчего-то я знал, что может помочь мне закрепить эту связь. Физическая близость. Секс. Боже, кто бы знал, как я это хотел! Но не мог… И сейчас не могу. Достаточно того, что я уже натворил, пытаясь помочь… Достаточно! Черные, как ночное небо глаза, медленно приоткрылись. Саске проснулся. Я молчал, и он тоже. Мы просто смотрели друг на друга… Интересно, он теперь тоже чувствует? - Ты спас меня… - выдохнул брюнет, наконец, решив нарушить это наше молчание. -Да, если бы ты знал, как часто я спасаю тебя. И как часто гублю этими своими спасениями. Вся твоя жизнь… Вся она теперь ничто! – Мне хотелось плакать от собственного бессилия. Правда, хотелось, но я уже не помнил как… - Сейчас я должен просить прощение, обещать никогда тебя больше не видеть! Сказать, что за такой поступок я готов умереть! Но я не могу! Вместо этого я думаю лишь о твоем теле… о том, каково это чувствовать тебя рядом, целовать тебя… заниматься с тобой любовью, - на последнем я замер, понимая, что проговорился. Сейчас меня точно выставят вон. Да еще и ударят чем-нибудь тяжелым, чтобы даже думать о подобном не мог. - Ладно. Я не против… - тихо прошептал Саске, медленно пытаясь подняться с кровати. А я стоял, прибывал в прострации. Пока я соображал, Саске, наконец, приподнялся и, немного, неуклюже потянул меня за кофту к себе. - Саске… - вырвалось у меня, когда он потянулся к моим губам. Я наблюдал как медленно, миллиметр за миллиметром расстояние между ними сокращалось. А потом поцелуй! Бледные, прохладные губы не смело коснулись моих, горячих и обветренных. Робко, в поистине детском подобии поцелуя. Просто прикосновение. Но даже оно казалось нереальным, чем-то волшебным. Меня целовали множество раз. Многие девушки и парни, но я был уверен, что этот поцелуй не забудется мною никогда… Это касание дало мне надежду. Мои руки медленно опустились вниз, скользнув по его плечам, и, поддерживая, застыли на его талии. Щеки брюнета немного порозовели, выдавая его смущение. Теперь уже я приблизил свое лицо к нему, медленно склоняясь к его губам. Саске не попытался сбежать. Тогда я стал еще увереннее и, наконец, накрыл его губы своими. Мой язык прошелся по бледным губам, лаская и несмело просясь внутрь. Через секунду я почувствовал, как на мое плечо опустилась холодная рука. Саске тихо вздохнул, приоткрывая губы, и сам потянулся ко мне. Теплое дыхание пробежало по моим губам, быстро превращаясь в мое. Рука брюнета ласково прошлась по моим волосам. Я в очередной раз вознес хвалу Итачи. Он снова помог мне, не дав опутать своего брата различными проводами. Если бы не он, то мы бы уже давно запутались в совершенно ненужном медицинском оборудовании. Я улыбнулся. Саске только что разрешил мне перейти границу. Всего шаг навстречу человеку… в конце концов, я всегда могу вернуться. Сбежать. Растаять, как дым. Стать лишь видением для него. И я решился. Мой язык медленно проник в чужой рот, прошелся по ровным зубам и ласково подтолкнул брюнета к действиям. Черные, чуть затуманенные глаза прикрылись, а ловкий язычок игриво прошелся по моим приоткрытым губам. Мои руки дрогнули, разжимая кольцо, в которое зажали чужую талию. Одна осталась на месте, а другая поднялась вверх, пальцами зарываясь в мягкие, чернильно-черные волосы на его затылке, прижимая еще ближе так, что наши тела соприкоснулись. Саске потерся грудью о мой живот, медленно отвечая на поцелуй. Ему как будто нравилось мучить меня медленными, неторопливыми движениями языка. Я не выдержал и грубовато дернул его за смоляную прядь. Брюнет немного отодвинулся, чтобы наполнить легкие воздухом и чуть хрипло рассмеялся, его глаза сверкнули задором. Он играет со мной! Но вместо того чтобы разозлиться, я тоже засмеялся, а потом снова, потянув его голову на себя, вовлек в поцелуй. На этот раз он получился диким и страстным. В голове у меня зашумело. Я почувствовал, как внутри меня начала раскручиваться спираль долго сдерживаемой силы. Я не мог ее контролировать. Впервые не мог. Я чувствовал, что, для того чтобы поддерживать брюнета, мне больше не нужны руки. Все девять моих, напоминающих лисьи, хвостов в собственническом жесте обвились вокруг его талии. Клыки удлинились, и я, не успев оторваться от Саске, поцарапал его. Из уголка бледных губ потекла кровь. В попытке извиниться за свою неосторожность я принялся слизывать красную дорожку. Кровь немного отрезвила меня. Клыки вернулись в прежнее состояние, а когти, уже готовые удлиниться, так и не появились. Моя теперь уже свободная рука поползла вверх, медленно начиная стягивать с увлеченно целующегося парня футболку. Пальцами я нежно, едва ощутимо ласкал его грудь, иногда задевая, уже начинающие твердеть соски. Когда я двумя пальцами сжал один из них, Саске сдавленно застонал мне в рот. По моему телу пробежала дрожь возбуждения. - Еще… - тихо выдохнул я. Щеки Саске порозовели еще больше. Мои руки снова начали гулять по почти обнаженному торсу, а губы, наконец, оторвались от уже ярко-алых щек, принадлежащих брюнету, давая ему вздохнуть, и принялись путешествовать дальше. Влажной дорожкой поцелуев, я пробежался по бледному подбородку и спустился к тонкой шее. Во мне снова всколыхнулась моя демоническая сила, призывая впиться в нее зубами и окрасить эту безупречную кожу в ярко-алый. Заставить человека кричать и извиваться подо мной в предсмертной агонии. Жажда убийства начала застилать мои глаза. - Нет! – Вскрикнул я, понимая, что еще немного и мои клыки погрузятся в его тело. - Хотя бы один маленький укус… - шептал кровавый туман у меня в голове: - Один… Я чувствовал, как мои длинные клыки легонько царапали мраморную кожу, оставляя на ней красные полосы порезов, и слышал как стонал Саске, с силой впиваясь пальцами в мои волосы. А следом мой язык медленно слизывал маленькие, соленые капельки рубинового цвета. Иногда мои губы останавливались, чтобы через некоторое время на этом месте расцвел яркий засос. Они как будто говорили: он мой! Какой же я собственник! Мои руки медленно гладили его бока, спускаясь все ниже, и очень скоро скользнули в черные штаны, начиная стягивать их со стройных ног. Саске нервно вздохнул, моя рука тут же успокаивающе погладила бледное бедро. Мои губы спустились вниз, начиная медленно вылизывать его ключицы. Я вздрогнул, когда бледные руки легли мне на плечи, пытаясь оттолкнуть. Неужели, он понял, что сделал, согласившись на близость со мной, и решил отказаться? Я оторвался от уже покрасневшей от поцелуев кожи и заглянул Саске в глаза. Всего секунда, и я начал тонуть, быстро летя вниз в черную, затягивающую бездну. - Делай уже что-нибудь, - прошептал он, отчаянно покраснев. Я улыбнулся и кивнул, начиная поглаживать импульсивно сжимающийся анус своего партнера. Саске снова немного испуганно вздрогнул. Я прекрасно понимал, что подобная близость пугает его, заставляет дрожать и теряться, но уже распаленное, просто горящее от возбуждения тело требует разрядки. Он просто потерялся между этими противоречивыми чувствами. Я снова поднялся вверх, с новой силой нападая на ярко-алые губы и одновременно медленно вводя в Саске первый палец. Парень выгнулся, пытаясь уйти от неприятных ощущений. Второй рукой я потянулся к его груди, начиная ласкать уже полностью затвердевшие соски, осторожно двигая пальцем внутри него. Саске извернулся, уходя в сторону от моих губ, чтобы снова набрать в легкие воздуха. Брюнет громко вскрикнул, когда я укусил его за мочку уха и одновременно вошел в него уже двумя пальцами. Я начал зализывать место укуса. Периодически посасывая беззащитное, покрасневшее ушко. Саске вздрагивал, отвечая тихими хриплыми постанываниями на каждое движение моих пальцев внутри. Я тяжело вздохнул, пытаясь еще на какое-то время забыть о собственном, просто пылающем от возбуждения теле. - Саске… - моляще выдохнул я, понимая, что у меня больше нет сил терпеть. Брюнет извернулся так, чтобы наши глаза встретились, и кивнул, улыбнувшись уголками своих нежных губ. - Ммм… - протянул он, зажмуриваясь, когда я осторожно начал вытягивать из него свои пальцы. Я хрипло выдохнул, наконец-то, выбираясь из мешающей одежды, и одним плавным толчком вошел в парня, распростертого подо мной. Саске вскрикнул, по его щёкам покатились непрошеные слезы боли. Очень осторожно подушечками своих пальцев я смахнул эту влагу. Мое тело дрожало, дыхание перемешивалось с хрипами. Неизвестно кому из нас сейчас было тяжелее: Саске, привыкающему к новым для него ощущениям или мне, пытающемуся сдержать себя. Не выдержав, я осторожно двинулся назад, заставляя брюнета в моих объятиях выгнуться и застонать. Я снова двинулся, пытаясь понять, что значил этот стон. Это была боль или наслаждение? Саске снова застонал, на этот раз, двигаясь вместе со мной. Его черные глаз медленно закрылись, а пальцы сильно впились мне в плечи, как будто искали поддержки. Еще один толчок и снова стон. Только на этот раз я тоже… А потом я снова и снова толкался в прекрасное, содрогающееся от удовольствия тело и чувствовал, как внутри меня возбуждение скручивается в тугой комок, настолько сильно, что это начинало приносить боль. Моя рука медленно скользила по члену Саске, заставляя его задыхаться и мотать головой в попытке поймать мои все время ускользающие губы. А потом был самый лучший оргазм в моей жизни, именно в том момент, когда я почувствовал, как из меня начинает выплескиваться сперма, наши губы, наконец, встретились, чтобы слиться в один единственный, последний, страстный поцелуй. Это было не реально хорошо! Мои руки медленно скользнули по уставшему бледному телу, накрывая его одеялом. Саске приоткрыл глаза, с немного рассеянной улыбкой, рассматривая мое лицо. - Почему ты поверил мне? – Тихо спросил я, пытаясь прийти в себя. - Мне казалось, что… Что-то подсказало, что ты хочешь помочь, что я могу не бояться тебя. Ты такой теплый… - прошептал парень, медленно опуская голову. Он заснул. Устал. Наверное, я его сильно вымотал… Моя рука осторожно потрепала его по волосам, я делился силой, восстанавливая свою половину. Неспешно соскользнув с больничной койки, я оделся и тихо вышел. Сейчас ему нужен отдых, очень нужен, а я пока подожду. Почему-то мне кажется, что скоро он просто забросает меня различными вопросами, и мне придется ответить на все… *** В мире мертвых, в том самом зале, где хранилось самое дорогое, самое ценное… На деревянной подставке, за закрытыми огромными деревянными дверями, окруженная огромным количеством различных охранных заклинаний, лежала ОНА! Книга Жизни. Раздался хлопок, и книга медленно открылась на первой странице. От нее исходил нежный белый свет. Его тепло согрело бы любого, кто находился бы здесь. Но, к сожалению, никто не спешил ослушаться властителя мертвых. Тонкие немного желтоватые листы быстро начали сменять друг друга. Но скоро это прекратилось. Страницы застыли, оставляя книгу открытой где-то на середине. Подставку, находящуюся под книгой, мелко затрясло. Надпись на одной из страниц начала меняться. Изменение жизни. Имение судьбы. «Учиха Саске Смерть не предвидеться. Путь этого существа только начинается…» Свет внезапно стал просто невыносимо ярким, и Книга Жизни с тихим хлопком закрылась. «Пути жизни неисповедимы, не знаем мы каким путем пойдем».