Ты знаешь, кто я

Arm yourself because no-one else here will save you The odds will betray you And I will replace you You can't deny the prize it may never fulfill you It longs to kill you Are you willing to die? The coldest blood runs through my veins You know my name Ты знаешь, кто я. Меня зовут Гарри Поттер, Золотой Мальчик, Мальчик-Который-Выжил, Надежда Волшебного Мира и предполагаемый Победитель Волан-де-Морта. На самом деле я просто Гарри. Так же как и ты на самом деле просто Драко. Не Малфой, не Слизеринский Гаденыш, даже не Серебряный Принц. Знаешь, я придумал для тебя множество имен. Про себя я называл тебя Дрэй или Дрэйк, а чаще всего – Ангел. Мой Ангел… Я иду по длинному, темному коридору Азкабана. Знаешь, я физически ощущаю запах страха и отчаяния, проходя мимо камер, слыша стоны и крики узников. Но мне нет до них дела. Меня интересует один единственный заключенный, и это ты. Я стараюсь не обращать внимания на всплывающие в памяти слова Сириуса. Знаешь, он не любил вспоминать об Азкабане и ни разу не рассказывал об ужасах заключения. Только сказал однажды, что такого не заслуживает никто. Но я уже тогда ему не поверил. Вы все это заслужили, а ты – больше всех. Ты преступник. Ты жестокий и хладнокровный убийца. Ты в Азкабане, ты приговорен к Поцелую. Знаешь, часть меня, та, которую зовут «просто Гарри» - она до сих пор не может с этим смириться. И не сможет никогда. Но ты же знаешь, кто я. Я – Гарри Поттер. Я тебя ненавижу. Ангел мой, у меня есть море причин ненавидеть тебя. Твой отец, Пожиратель, чуть не отправил моего друга в Азкабан. Твоя тетка собственноручно толкнула Сириуса в обьятия смерти. Ты служишь Темному Лорду, который убил моих родителей и лишил меня детства. Темному Лорду, который убил Седрика, возложив на меня бремя вины, которую некому простить. Темному Лорду, из-за которого я обречен быть Гарри Поттером, Золотым Мальчиком, тогда как мне так хочется быть просто Гарри. Как ты считаешь, у меня достаточно причин, чтобы ненавидеть тебя, Дрэйк? Но есть еще одна, самая важная причина. Ты убил Дамблдора. Я мог бы простить тебе все что угодно, но это убийство – не смогу. Именно поэтому я медленно иду по темному коридору к твоей камере. Чтобы убить тебя. Я хочу убить тебя сам. Ты не представляешь, как тяжело мне далось это решение. Часть меня до сих пор не верит, что я смогу это сделать. Сделать это с тобой. Часть меня умоляет о пощаде, но, Дрэйк, ты приговорен к Поцелую. Я не смог бы спасти тебя, даже если бы захотел. А я не хочу. Не могу хотеть. Убить тебя… Меня никто об этом не просит, но я знаю, все будут рады. Это красиво, Ангел мой. Убийцу самого Великого Светлого Мага современности покарает духовный наследник этого Мага. Это акт возмездия. Люди ждут, что я разберусь с тобой, а потом займусь Волан-де-Мортом. Знаешь… я так и сделаю. Я должен делать то, чего они от меня ждут, ведь я – их Герой. Ты же знаешь, кто я… Я подхожу к твоей камере и останавливаюсь. Позвякиваю ключами. Ты услышишь меня. В Азкабане не предусмотрена звукоизоляция, ведь узники сходили бы с ума гораздо медленнее, не слыша стонов своих соседей. Если ты в сознании и в здравом уме, ты услышишь меня… Я делаю глубокий вдох, поворачиваю ключ в замке и вхожу. О, Мерлин… Драко… Ангел мой, я помню тебя совсем другим. Я помню твои золотистые волосы тщательно уложенными, а не грязными, как попало рассыпанными по плечам. Я помню тебя в дорогой одежде, а не в тюремной робе. Я помню тебя высокомерным, самодовольным, презрительно улыбающимся. Я никогда не видел тебя таким изможденным. Ты лежишь на соломе в углу камеры. Твои глаза закрыты. Ты спишь? Или ты без сознания? Или ты… только не это, Дрэйк… - Поттер, - констатируешь ты, не открывая глаз. На несколько мгновений меня затопляет безумное счастье. Ты жив, ты не сошел с ума… Дрэйк… Затем моя радость меркнет. Все это не имеет значения, ведь я пришел сюда, чтобы тебя убить. - Как ты узнал? – бормочу я. - Унюхал, - язвишь ты и открываешь глаза. – От тебя за версту разит нищетой и грязной кровью. Явился ко мне прямо от Грэйнджер и Уизли? Ты разговариваешь со мной совсем как раньше, оскорбляешь моих друзей и насмехаешься, а я, как и прежде, ничего не могу тебе ответить. Я смотрю на тебя, просто смотрю… Знаешь, Ангел мой, твои глаза остались прежними. Твой взгляд как всегда презрителен и высокомерен, словно ты в собственном огромном поместье, а не в камере смертников. Твои глаза… глубокие, серые и холодные… Мерлин, я и забыл, какие у тебя невероятные глаза, Драко… - Зачем ты пришел, - твой голос ослаб и дрожит, но манера речи осталась прежней. Ты как и раньше лениво растягиваешь гласные. - Ты оглох? Зачем явился, Поттер? Пытаюсь проглотить комок в горле. - Я пришел убить тебя. - Я так и думал, - закрываешь глаза, чтобы я не увидел мелькнувшего в них… сожаления?... - Сожаление. Верно, - черт, я что, вслух это сказал? – Не путай с раскаянием, Поттер. Я не жалею о том, что убил Дамблдора. Глупо об этом жалеть. У меня не было выбора. У меня никогда не было ни единого шанса. - О чем ты? - Поттер… Ты же знаешь, кто я, - вздрагиваю от созвучности наших мыслей. – Меня зовут Драко Малфой. Мой отец – Пожиратель Смерти. Я с самого детства знал, что у меня есть только два пути. Я мог бы быть среднестатистическим Малфоем, представителем древнего рода и наследником огромного состояния. Мог бы прожить совершенно обычную жизнь, если бы Темный Лорд был уничтожен. Но, как мы оба знаем, этого не случилось, - ты едва слышно вздыхаешь. – С тех пор, как Лорд возродился, я был обречен. Я должен был стать Пожирателем Смерти. Это данность. - Все можно было изменить, Дра… Малфой, - бормочу я. - Неужели? – ты невесело улыбаешься. – Странно, что это говоришь именно ты, Поттер. Ведь ты тоже обречен и тоже ничего не можешь изменить. Знаешь, - ты пытаешься поудобнее устроиться на куче соломы. – Ведь ты стал знаменитостью только потому, что выжил. И не просто знаменитостью – Героем. Только потому, что остался жив. - Ты же не знаешь, почему… - Не знаю, - ты лениво щуришься. – Да мне и не интересно. Однако, думаю, твоей заслуги в этом не было. Но с тех пор ты обречен быть Героем и спасать мир. У тебя нет выбора. И не говори мне, что это не так. - Все правильно, - я киваю, не имея сил сказать что-то еще. - Именно об этом я и сожалею, - ты снова улыбаешься, а из твоих глаз почти исчезли надменность и высокомерие. – У нас не могло быть других судеб. У нас не было ни одного шанса, ни одной возможности что-то изменить. Я опять киваю, а мои мысли мечутся, как тараканы. Я думаю о том, что должен тебя убить… а еще о том, как здорово, когда ты произносишь словосочетание «у нас». - А знаешь, Гарри, - я вздрагиваю, ты впервые назвал меня по имени. – Мне кажется, я знал тебя. Настоящего тебя, а не Мальчика-Который-Выжил. Мне кажется, я видел, какой ты на самом деле. - Какой… - отзываюсь я. - Ты любишь жизнь. Любишь своих друзей, готов ради них на многое. Ты любишь смех и веселье. Ты искренний, добрый и открытый. А еще потрясающе красивый и чертовски сексуальный… Э, спокойно, Поттер. Не вздумай упасть в обморок, - ты смеешься. – Можешь думать, что это бред. Вероятно, это из-за недоедания. А на самом деле, ты первый человек, которого я вижу за три месяца. В этом и кроется причина моих к тебе пламенных чувств. - Драко, - шепчу я побелевшими губами. – Ты хочешь сказать, что я тебе нравился? - Нравился? – твои глаза темнеют. - Ты был для меня всем, Поттер. На протяжении шести лет ты был для меня всем. Знаешь, я никогда не верил в Мальчика-Который-Выжил. Я видел только Гарри, парня, который безумно мне нравится. Это было смыслом моей жизни. Просто смотреть на тебя каждый день, раз уж невозможно с тобой быть. Ты замолкаешь. Мысли в моей голове совсем сошли с ума. Ни одна из них не задерживается больше, чем на пару секунд. - Драко, я ничего не могу сделать, - беспомощно бормочу я наконец. - Поттер, ради Мерлина, - ты яростно смотришь на меня. – Неужели ты думаешь, вся эта исповедь только ради того, чтобы разжалобить тебя и спастись? - Драко, я… - Я заслужил смерть, Поттер. Ты же знаешь, кто я. Я знаю. Ты прав, Драко. Мы обречены. Мы ничего не можем сделать. Разве что… Я падаю перед тобой на колени, прижимаю тебя к себе и целую… Мое сердце готово разорваться от счастья, когда ты отвечаешь на поцелуй. Время замирает, когда твои руки гладят меня по волосам, а твое горячее стройное тело прижимается к моему. Мерлин, это же наш первый поцелуй… на полу камеры смертников… первый поцелуй, который станет последним… Наконец ты мягко отстраняешься и удовлетворенно вздыхаешь. - Я люблю тебя, Гарри. Ты должен знать. Я только киваю, не в силах произнести ни слова. Чувствую, как слезы обжигают глаза и предательски дрожат руки. Ты ободряюще улыбаешься. - Давай, - я достаю палочку. – Давай же… - Я люблю тебя, Драко, - шепчу я. – Авада Кедавра. Смотрю, как ты оседаешь на пол. На твоем лице застыла счастливая улыбка. Знаешь, а я вряд ли смогу еще когда-нибудь улыбнуться. Мне так хочется умереть. Прямо здесь и сейчас. Последовать за тобой, мой Ангел… Но я не могу. У меня нет на это права. Я должен жить, потому что люди в меня верят. Я должен возглавить борьбу. Я должен уничтожить Волан-де-Морта. Ведь ты же знаешь, кто я…