Protege-Moi

Парадная дверь внизу громко хлопнула, ударяясь о косяк, и этот звук разлетелся по всему затихшему дому. Гарри, читающий в библиотеке, вздрогнул от неожиданности и отставил чашку с кофе на столик, оборачиваясь. На часах было далеко за полночь, и кто мог тревожить его в такое время? Не спать ночами для Генри было совершенно нормально, он любил развлекаться литературой в эти часы, когда было так тихо… И дом, казалось, дремал под лунным светом. В такие моменты лорд чувствовал себя призраком, потревожившем чужую сферу жизни, заглянувшим вором в чью-ту душу… В глубину темной ночи, сверкающей в далеких небесах и пахнущей одиночеством. На лестнице послышался чей-то громкий кашель и тяжелые шаги, прерывающиеся тишиной. Гарри не верил в мистику, он был человеком реалистичным, но сейчас ему стало немного неприятно и, взяв со стола свечу он, встревоженный услышанным, вышел из библиотеки. - О боги, Дориан! – воскликнул лорд Генри, бросаясь к пошатнувшемуся на ступенях другу. Облокотившись на перила и часто, тяжело выдыхая, Грей осел на пол, заходясь кашлем. Он вскинул голову на растерявшегося лорда, и в свете свечи тот увидел пьяный блеск в его изумительных, синих глазах и нездоровый румянец на привычно бледном лице. Его брюки были покрыты грязью, ладони расцарапаны, а сам он дрожал, убирая с лица влажные спутанные кудри. - Что случилось с вами, друг мой? – пытаясь поднять не стоявшего на ногах Дориана, спрашивал Генри. - Дайте мне воды, - еле выговорил Грей, и его голос дрогнул, а сам он громко выдохнул, падая головой на пол и сжимая волосы. Гарри спешно вышел в гостиную за водой, будить прислугу ему не хотелось. Спускаясь, он обернулся на Дориана и нахмурился. Что-то ему подсказывало, что Грей снова впутался во что-то очень ужасное, а от застывшего в его глазах невыносимого отчаяния неприятно сжимало сердце. - Это конец, Гарри! – воскликнул Грей, прижимая руку к сердцу и пытаясь проглотить застрявший ком в горле. По его лицу текли обильные слезы, а сам он продолжал вытягиваться на полах, сжимая ладони в кулаках. - Успокойтесь же, друг мой, и выпейте воды… Что случилось? Подымайтесь с пола, - пытался вразумить Гарри Дориана, приподнимая его и отдавая стакан с водой. - Это конец, - покачал головой Грей, прижимая к покрасневшим глазам перчатки. – Я недостоин ходить по той земле, по которой ходили они! Они обязательно отомстят мне, и тогда, Гарри, я уверяю вас, вы забудете обо мне… Но как же я? Я не выдержу, меня душит это чувство…. Я не могу, - выговорил на одном дыхании, срывающимся голосом Дориан и, стоя на коленях, уткнулся головой в свои роскошные волосы. Неожиданно он задрожал и резко поднял голову, устремляя взгляд куда-то вдаль, и в его расширенных зрачках светился такой страх, что Гарри невольно огляделся. Он попытался схватить Дориана за руку, но тот оттолкнул его и вскочил на ноги, срываясь на крик: - Не смейте, не прикасайтесь! Вы совершенно не осознаете, кто я! Я – убийца, понимаете?! Бэзил… - Грей задрожал, - его убил я! – выкрикнул он истошно в лицо Генри. Гарри отшатнулся от обезумевшего Дориана и попытался убедить его, не теряя своего душевного равновесия: - Прошу вас, не говорите этой чуши… Вы пьяны, и поэтому всякие дурацкие выдумки лезут вам в голову. - Вы не верите мне? – прошептал Дориан, хватая Генри за запястье и прижимая к стене. Он резко стал агрессивен, сменяя громкий крик на тихий шепот: - Я – убийца! Я больше не тот Дориан, которого вы когда-то знали! И никогда им не буду, слышите, никогда! Вы испортили меня, Гарри! – Грей сорвался на слезы и отошел от лорда. – Того невинного мальчика, верившего каждому вашему слову, я стер с лица земли! Я убил троих людей, я сжег тело Бэзила, да, да, это сделал я! И я не собираюсь больше никогда обращаться ко свету, я погряз во тьме! Никогда, никогда! Генри слушал метавшегося по комнате Дориана, понимая, что тот говорит правду. Наконец Грей упал на колени, закрывая лицо руками и, не в силах сдерживать накатившего отчаяния, закричал. От этого крика застывала в жилах кровь, это был поистине нечеловеческий вопль. - Почему вы не сказали мне раньше? – спросил Генри, приближаясь к Дориану. В темноте засветился огонек спички, которую зажег дрожащими руками Грей, поднося к сигарете. Он вдохнул в себя дым, пытаясь успокоиться, и сжал голову руками. - Мне теперь уже все равно, - тихо произнес Дориан, - вы можете даже сдать меня полиции. На этих словах Гарри расхохотался в своей обычной манере. - Зачем же полиции, мой друг? Я разве не говорил вам всегда, что пойму в любой ситуации? Успокойтесь же и расскажете мне все. Но Дориан молчал, затягиваясь сигаретой, и смотрел исподлобья на Генри, который положил ему руку на плечо. Неожиданно он схватил его за плечи и притянул к себе, крепко целуя в губы. Этот поцелуй был с привкусом горького дыма, крепкого алкоголя, соленых слез и… Тоски? Крепко обхватив лорда за шею, он целовал его, пока лорд Генри с застывшей на губах печальной улыбкой, теребил его кудри, отвечая на поцелуй. Этот поцелуй будто пел обо всех его переживаниях, муках и страхе… Дориан прижался к Гарри, словно прося защитить его. Защитить от мрака, что ожидал его за этими надежными объятиями, принявшими убийцу, от демона, который жил в Грее против него… «Пожалуйста, защити же меня! Не оставь, иначе я исчезну вместе с собой… Я унесу этого Демона в могилу… Я не хочу искажать свой портрет! Защити меня, я так устал страдать и бояться». Генри обхватил друга за пояс, осторожно укладывая на себя, и провел губами по шее, слизывая текущие по ней слезы… - Тебе нужно было рассказать все раньше… Раньше, раньше, чтобы оно не превратилось в никогда! И Дориан жался к нему, глядя своими обманчиво невинными глазами… Или на самом деле так и было? - Ты остался прежним, Дориан… - прошептал Генри, и тот прикрыл глаза, тая от его поцелуев. Защити меня от страшного слова «никогда»… Помоги же мне… - Мой мальчик...