What Do You Want

      Вот и настал особенный день. Микаэль долго ждал его, и, конечно, обстоятельно приготовился. В коридоре, прямо после прихожей уже висел небольшой плакат, который они вместе с названой семьей Юи только недавно разрисовали, стараясь ради их именинника. Люди аккуратно вывели каждый иероглиф имени их неугомонного друга, а вампир в свою очередь занимался декоративной частью — там и тут подрисовать звезды, а вот здесь нужна луна, конечно же, в честь их отряда. И изобразить с обоих боков от имени два небольших сердца, над которыми старший Хакуя кропил более всего — хотел олицетворить любовь его семьи и самого Микаэля к нему. На кухне вампиру любезно помог Кимизуки: рассказал, что да как лучше подать, объяснил принцип готовки, хотя в итоге все равно готовил сам — не выдержал смотреть на то, как с ней управлялся белобрысый юноша. Ох, чертыхался же он после этого.              А где же был сам виновник торжества? Через силу брат отпустил его погулять в сопровождении Шиноа и Йоичи на приготовленный Гленом праздник. Все же Юичиро нужно было отдохнуть, повеселиться с «отцом». Правда, о месте встрече Микаэль знать не мог — ему не доверили. Несправедливо, но пришлось с этим мириться. Пришлось отпустить, если он хотел успеть завершить все дела. Приготовить гостиную, прибрать спальню, что уже было совсем не лучшим делом — рутинным и занимающим порядочно времени. А после наконец уложить заготовленный подарок на стол неподалеку. Молодой вампир слабо улыбнулся: надеялся, что Юичиро от него не откажется. Из коридора послышались торопливые шаги, за которыми последовали всего два слова:       — Он пришел.              Обернувшись, юноша благодарно кивнул Шихо, а после вместе с ним вышел в прихожую. Все-таки он ошибался в людях — семья Юи понимающе отнеслась к ситуации, каждый помогал чем только мог. Конечно, для Микаэля таковое стало неожиданным, но тем не менее приятным открытием. Может, в следующий раз он полностью доверится им. Может, в следующий раз они сработаются. Вампир стоял наравне с гвардейцем и выжидал.              Наконец дверь отворили. Они действительно пришли, и это не было обманом. Первой стала девушка с волосами цвета фиалок, по всей видимости, Юичиро решил пропустить ее вперед, также как и другую, светленькую, но такую нахмуренную, словно бы она была чем-то недовольна. После них, смеясь, зашел Йоичи, который после одарил улыбкой Кимизуки, но он никак не желал пропустить вперед себя виновника наступившего торжества, хотя тот и сопротивлялся как мог.              — С днем рождения, Юи-чан, — с легкой улыбкой объявил организатор всего проделанного.              Отступив и встав рядом с Шихо, Саотомэ позволил юноше пройти вперед, чтобы после замереть, неверующе глядя на друзей, семью, стоявшую напротив него. Этот плакат, висевший над ними, действительно сделали они сплоченной работой? Даже не ругались, как обычно? Так.. тихо и спокойно стояли рядом? Гвардеец перевел внимание на Мику, что довольно улыбался, по всей видимости, радуясь тому, какое впечатление сумело произвести даже такое небольшое действо. К щекам отчего-то прилила кровь.              — Вы действительно сделали это все вместе? — только и сумел выдать Юичиро после минуты молчания.       — Да, этот чертов вампир старался ради тебя, балбес, — не без усмешки опередил Кимизуки. — И мы ему помогли.              Сначала тихий, а после все нарастающий радостный смех наполнил прихожую. Не нужно было лишних слов, чтобы понять — именинник действительно счастлив. Он ведь до сих пор лишь надеялся на, что вся его семья сумеет найти общий язык между собой. Этот день настал. И им стал его день рождения, пожалуй, самый счастливый из всех, что были у него.              — А теперь, если позволишь, прошу к столу, — мягко произнес молодой вампир, который был не в силах оторвать взгляда от его счастливого брата. — Пора загадывать желание.       — Что, правда? Приготовили торт и не подожгли при этом дом? — улыбнулся Юи, но после, встретив строгий взгляд обеих девушек, быстро поправился. — Да шучу я.              Заметив, что Микаэль чувствовал себя не в своей тарелке, — недоуменно переводил взгляд с Юи на Шиноа и обратно, — он взял его за руку, а после пообещал, что расскажет все позже. Не стоило ни о чем беспокоиться в этот день, особенно из-за мелочи. Именинник в предвкушении потянул вампира за собой, следуя на кухню. Вот еще немного, и придет время, когда тот будет обязан исполнить желание, столь неразрывно связанное с ним. За братьями радостно подоспели и остальные, о чем-то шепотом переговариваясь между собой, а также усиленно кивая друг другу. Этот день они уже считали удачно завершенной миссией для них.              Белоснежный торт со взбитыми сливками уже поджидал друзей на столе. Небольшой, умещающийся лишь на небольшом блюде, он был украшен маленькими вкусными ягодами, а также темным и молочным шоколадом, что разместился на самом его центре. Конечно, молодой вампир должен будет отблагодарить Шихо за проделанную на славу работу, а сейчас он, нехотя отпуская руку любимого, всего лишь поставил свечку с полки на предназначенное для нее место. Тихо наблюдая за Юи, Микаэль зажег ее, а после предоставил место юноше, чей праздник они отмечали.              Знал именинник ли, чего он хотел? Разумеется, да. Он решил это еще во время прогулки с друзьями, когда они весело смеялись по пути домой, вспоминая о недавнем празднике с Гленом. Юичиро хотел лишь одного: быть как можно дольше вместе с теми, кого он любит. Только боялся, что данное желание совершенно не осуществимо. С этой мыслью он и задул праздничную свечку, слыша вслед за этим и радостные крики девчонок, счастливые аплодисменты друзей. Мягкая улыбка коснулась губ гвардейца: маленькая прихоть вампира была удовлетворена.              — Юи-кун, нам нужно идти, — чуть опустила голову Шиноа в извинении. — Там по делу отряда, но мы справимся и без тебя, отдохни.       — Все в порядке, — чуть улыбнувшись, кивнул тот в ответ. — Мы не будем начинать чаепитие без вас.              Девушка немного смутилась, но, покачав головой, с улыбкой развернулась, волоча за собой оставшихся членов своего отряда, что недовольно ворчали, но тем не менее послушались командира. Шиноа напоследок с надеждой взглянула на Микаэля, ободряюще подняв большой палец вверх, а после закрыла за собой дверь, оставляя братьев Хакуя наедине.              Молодой вампир чуть улыбнулся: девушка выполнила его просьбу, о которой было сказано довольно давно. Она действительно внушала доверие, гораздо большее, чем остальные люди, которых его любимый называл семьей. Может, дело было в ее стойкости, честности и даже влюбленности в Юи — ведь это подталкивало на благие намерения в его сторону. Однако юноша все равно был ей благодарен. Гладко ведь прошло, без запинки. Встретившись взглядом с братом, он обнял его так, как мог обнять без чьего-либо присутствия.              Юичиро мягко поддавался на эти крошечные поцелуи, которыми молодой вампир усыпал все его лицо. Он чувствовал всю нежность и любовь, то тепло, которое дарил ему старший Хакуя. Его родной и желанный, который почти всегда будет рядом. Ласковые, но настойчивые губы нашли чужие и соединили их в поцелуе, чувственном и коротком, сладком и соленом. Пару раз юноша вздрогнул, — Микаэль задевал клыками, едва ли не кусал его, — но терпел, даже его сильные руки, что прижимали его тело к чужому, заставляя того ощущать исходящий от них обоих жар. Они давно не могли позволить себе подобного — семья почти постоянно была под боком, хотя этому Юи был отчасти рад, поскольку за них не пришлось беспокоиться лишний раз.              — Может, все-таки попробуешь торт? —прошептал Микаэль, заглядывая юноше в глаза. — Шихо очень старался.              Чуть улыбнувшись, юноша смазал пальцем по самому краю десерта, после чего опустил его в рот, чтобы опробовать на вкус. Сладкий, совершенно не приторный. Легкий, воздушный. Такой, что хотелось просто облизать палец целиком. Прекрасный.              — Вкусно, — кивнув, вынес вердикт младший Хакуя. — Но мы оставим его до их прихода.              Казалось, он совершенно не заботился о том, как это выглядело для его брата. Не заметил, что у края губ остались сливки. Не желал думать о последствиях. Молодой вампир шумно выдохнул, качая головой. Надо оставить себя в рассудке. Нельзя причинять боль. Но, несмотря на попытку самовнушения, он сорвал. Приподнял пальцами лицо Юи за подбородок, так, чтобы можно было провести мокрый след вверх от шеи, после очертить линию скул и наконец слизать сладость с желанных губ, заставляя того их кусать, перебирать пальцами складки на рубашке брата, прижимать сильнее.              — Действительно вкусно, — Микаэль облизал губы, а после, слабо прикоснувшись клыками к шее юноши, прошептал. — Скажи, чего ты хочешь?       — Мика… —тихо начал было Юичиро, сглатывая подступивший к горлу комок, но не сумел закончить.              Его перебили, накрывая губы тянущим поцелуем, который не настиг сопротивления со стороны именинника. Родные объятия заставляли забыться, полностью расслабиться в руках настойчивого вампира, который потерял над собой контроль. Чужие пальцы сместились на пуговицы рубашки в попытке ее расстегнуть, заставляя Юи сильнее покусывать чужие губы, углублять поцелуй. Оба юноши уже тонули в собственном взаимном желании.              Скользнув языком по кромке зубов, Микаэль уложил руки на плечи любимого, чтобы опустить рубашку на пол, отчего тот вздрогнул, ощутив холодные пальцы на коже. Он не сделает ему больно — попытается доставить наслаждение, несравнимое ни с чем иным. Молодой вампир очерчивал линии ключиц, играя с чужим язычком, чтобы после отстранится и заглянуть в эти потемневшие зеленые глаза и увидеть в них согласие, смешанное с мольбой. Не нужны были слова или что-то иное. Наклонившись, юноша ласково провел языком до основания шеи, дразняще коротко покусывал ее, чтобы после прижаться губами к адамову яблоку, с нежностью посасывать его и вместе с тем пальцами слабо сдавливать сосок, вырывая из груди брата тихий стон.              С шумным, пусть и ненужным выдохом юноша уложил свободную руку на бедро Юичиро, мягко сжимая ягодицу в ладони, он ощущал, как тот сжался, но это совершенно не помешало. Старший Хакуя всего лишь хотел хотя бы поднять брата на стол, чтобы тому было удобнее, — подкашивающиеся ноги могут испортить картину, — и, очертя по груди, торсу и боку неразрывную линию, это и сделал: сжимая уже оба бедра юноши, он опустил его на стол, снося попутно и тарелку на другой его край. Дребезга не было. Все хорошо.              Мягко сжав зубами кожу у основания шеи, вампир ласково всасывал его в себя, норовя оставить яркий засос. Пусть знают, что его любят. Пусть знают, что это взаимно. Было все равно. Руки ласково поднялись вверх, чуть цепляя пальцами ремешок брюк, но все же оставив его на месте. Облизнув сухие губы, Микаэль опустился короткими поцелуями на грудь Юи, сбивая у того дыхание. Он ощутил чужую руку, ласково перебирающую волосы, и улыбнулся. Его действительно любили. Он чувствовал это и мог слышать учащенное сердцебиение брата. Этого было достаточно. Вампир ласково прошелся языком по ближайшему соску, вместе с этим, желая усилить ощущения, сжал между пальцами другой.              Выгнувшись в спине от удовольствия, Юичиро шумно выдохнул. Губы уже давно высохли, в голове не осталось ничего, кроме желания, которое так любезно исполнял его любимый. Даже искусно, более чем. Но ему не дали отдохнуть. Наоборот, с силой сжали зубами сосок, доводя юношу до громкого стона. Он ласково оглаживал мягкие волосы своего вампира, моля продолжать, никак не останавливаться. И это было услышано.              Микаэль медленно сместил ладони до торса Юи, оглаживая его пресс, чтобы после спуститься до пряжки ремня, расстегнуть его и избавиться от ненужного аксессуара. Дразня языком сосок, не позволяя любимому расслабиться, он спустил его черные строгие брюки вниз, оставив их рядом с рубашкой. Немедленно опустив ладонь на пах юноши, старший Хакуя оглаживал желание брата сквозь боксеры, порой сжимая и отпуская его, отчего тот шумно выдыхал, всхлипывал, кусал губы, стонал. Вампир хотел Юичиро не меньше, но он не был готов. Нужно было терпеть, напрягать спину и довести его до нужного состояния.              Сжалившись над младшим братом, юноша отпустил его сосок, лишь успокаивающе целовал вокруг него, вместе с тем пальцами ловко избавляя любимого от последнего предмета одежды. Обхватив ладонью член, вампир начал медленно двигаться вдоль ствола, чуть надавливая на него, иногда дразня пальцами головку, вызывая у Юи сладкий стон. Тихо рыча, Микаэль прикусывал кожу у груди, пытаясь отвлечь себя, а после вновь зализывал каждую новую ранку. Ласково, с нежностью наращивая темп ладонью, он получал самое что ни на есть настоящее наслаждение слушать сиплые выдохи, тихую мольбу, которую уже в самую пору начать выполнять.              Медленно опустившись языком по прессу Юи, Микаэль опустил ладонь до основания, чтобы после заменить ее. Его сладкий уже на пределе, и он просто был обязан довести дело до конца. Ласково прикоснувшись губами к головке, вампир провел по ней языком — выступали небольшие капли, которые он тут же сорвал и довольно улыбнулся. Вкусный. Чуть быстрее двигаясь пальцами, юноша опустился ниже, дразнил плоть, невесомо кусая ее, стараясь доставить наслаждение.              Юи шумно выдыхал, подаваясь бедрами навстречу движениям брата, иногда всхлипывая от удовольствия. Ему действительно было хорошо как никогда ранее. Вампир знал особые приемы против него и так бесстыдно пользовался ими. Сильнее сжав пряди его волос, Юичиро заставил брата взять член в рот, и это стало невыносимым блаженством. Он искусно орудовал языком, доводя его до громких стонов. Выгибаясь всем телом, Юи толкнулся вперед, прося более глубокую и, может, даже грубую ласку, которую он получил тот час. Юноша жадно глотал воздух в его нехватке, ощущая, что больше не может, провел ладонью по волосам любимого. Он знал, тот совершенно не против.              Вобрав в себя излитую сперму, Микаэль не противясь проглотил ее, а после приподнялся, чтобы заглянуть тяжело дышащему любимому в глаза. Он был на той тонкой грани наслаждения, что юноша просто не мог не воспользоваться этим. Юи был готов: даже ощутив возле прохода холодные пальцы, не дрогнул — кивнул. Именно поэтому вампир ласково ввел сначала один, а после и второй палец. Его родной немного жмурился, но скоро привык. И тогда он начал медленно двигаться пальцами в проходе, задевая ими стенки, аккуратно раздвигал их, стараясь не причинить лишней боли, а лишь немного растянуть. Приговаривая на ухо нежные слова, вампир входил пальцами глубже, то выводил их едва ли не полностью, а после добавил и третий палец.              Негромкий сладкий стон наполнил кухню, когда юноша задел чужую простату. Наверное, это действительно сорвало его, заставило остановиться. Он был на грани. Стянув с себя брюки вместе с боксерами, Микаэль качнул бедрами вперед, соприкасаясь плотью вместе с чужой. По всему телу растекалось тепло, такое родное и тягучее. Практически забытое ощущение. Взяв юношу за бедра, он медленно вошел в него, но ощущал напряжение. Его брат испугался. Опустившись, старший Хакуя накрыл чужие губы поцелуем, начиная движение. Из глаз Юи блеснули слезы.              — Расслабься, — нашептал в поцелуе вампир. — Я не хочу причинять тебе боль.              Сдержанно кивнув, юноша попробовал расслабить мышцы, старался сосредоточиться на чем-нибудь другом. Кусал губы брата, оглаживал его спину. Толчки не беспокоили его, нет. От них было... хорошо. Поймав себя на этой мысли, Юичиро обхватил ногами чужие бедра, желая продлить мгновение, желая, чтобы тот не останавливался. С его губ срывались стоны, он выкрикивал имя любимого с каждым глубоким толчком.              Но эта сладость рано или поздно остановилась бы. Оба юноши тяжело дышали, каждый по своим причинам, но они все же удерживали друг друга в объятиях, улыбались маленькому счастью, что принес с собой прошедший день. Братья Хакуя, казалось, даже не собирались вставать с их импровизированной постели на столе, но один из них обратил внимание на белоснежный торт с уже сорванными в некоторых местах ягодами, и тихо рассмеялся:       — Кажется, мы их уже не дождемся, да, Юи-чан?              А он лишь слабо толкнул его в бок.