Гороскоп совместимости

      Жизнь – это круговорот событий. Каждый распоряжается ею по-своему, но многие все равно верят, что каждый шаг, успех или падение – это судьба. А много ли людей в мире верят в судьбу? Этот вопрос кажется немного странным, ведь ответ прост – да! Даже самый заядлый атеист и скептик после неудачи произносит фразу: «Всё, что ни делается - все к лучшему». Ерунда! Вранье! Нет никакого лучшего пути, есть только ты и этот мир. А как тебе предстать перед этим миром, вот о чем не мешало бы подумать. Только думать об этом нужно, когда тебе двадцать, а не четвертый десяток!       Период от двадцати до тридцати пролетает под девизом – «В поле - ветер, в жопе - дым». Но, когда тебе уже за тридцать, начинаешь задумываться и понимать, что в этой жизни явно что-то пошло не так, как планировалось. Стоп! А планировалось ли вообще что-нибудь? Ну, наверное, семья, дети, отдельная квартира… В двадцать это все казалось таким далеким. Были только пьянки, ненужные связи, знакомство с полицией и постоянные споры с родителями. По прошествии времени понимаешь, что сидел как дурак задницей в луже, и, самое тупое, что спустя десять лет ни хрена не изменилось. Остались только привычки: встать с утра пораньше, выпить кофе, включить телевизор, узнать, что в мире творится, послушать гороскоп и прогноз погоды, потом одеться как-нибудь поприличнее и пилить на работу. Вот такой вот распорядок дня у парня по имени Уэда Татсуя, который всю свою жизнь живет в доме родителей в регионе Канто. Порядок - его второе «я». Если что-то в этом мире идет не по плану, значит, впредь произойдет какая-нибудь какашка, которая подпортит ему жизнь.       Работает Татсуя фотографом в одном из престижных женских глянцевых журналов Японии под названием «Voce». Тираж выходит раз в месяц, а на обложках постоянно можно увидеть какую-нибудь знаменитость. Статьи из этого журнала Уэду порядком раздражали. Ладно, косметика, средства по уходу за кожей, маленькие хитрости для соблазнения мужчин, но, когда Татсуя увидел среди товаров странный аппарат для волос и прочитал, как он работает, понял, что теперь он в этой жизни точно видел всё. Поэтому, несмотря на окружающую его полную нелепость, он просто продолжал делать свою работу и получать за неё стабильную заработную плату.       На работе фотограф Уэда Татсуя — сама любезность. Во всяком случае, внешне производит самое благоприятное впечатление. Он не конфликтен и всячески старается избегать споров, особенно между коллегами. Такой человек, как он, действительно больше всего на свете ценит душевное спокойствие и внешний комфорт. То же самое и дома. Вся одежда в идеальном порядке, рубашки выглажены и развешены сразу с подходящей им одеждой. На подоконниках - ни пылинки, есть даже пара комнатных цветов. Но это вовсе не его заслуга. Татсуя ленив, как черт, поэтому за порядком следит мама, за что он ей безмерно благодарен. Вечером, по традиции, он принимает ванну, иногда вместе со своими любимыми собаками, и ложится спать пораньше, чтобы набраться сил для нового рабочего дня. Казалось бы, что может быть лучше?       Через три дня у него день рождения. Исполнится тридцать два года. И как только время так быстро пролетело? Вроде бы вчера еще было двадцать, перевернул страницу и вот тебе, неожиданность - уже за тридцать… В этом году никакого торжества не планировалось. Татсуя хотел отправиться в поездку на Окинаву и немного побродить по пляжу. Может быть, даже взять с собой какую-нибудь девушку для разнообразия, но пока еще не известно. Точный план поездки Уэда решил составить вечером второго октября, ровно за два дня до своего праздника… Весы. 2015/10/02 «К сожалению, этот день не принесет ни новостей, которые помогли бы вам принять важное решение, ни хороших советов. Ваше эмоциональное состояние нестабильно, в течение дня настроение может серьезно меняться по непонятным причинам. Это не лучшим образом сказывается на отношениях с близкими: им трудно понять вас». - Ну вот, только предсказали, а настроение уже испортилось, – Татсуя сидел за столом и допивал утренний кофе. - Тат-чан, когда ты уже перестанешь читать эту дурь?       Мама Уэды только закончила мыть посуду и вернулась на кухню. Услышав разочарование в голосе сына, она схватила пульт и переключила на музыкальный канал. Ей до жути не нравилось, что сын постоянно читает свой гороскоп, мало того, он даже девушку выбирает не по человеческим качествам, а по знаку Зодиака. Первое время она не особо обращала на это внимание, но, когда дело дошло до ручки, стала откровенно возмущаться. - Когда женюсь, – коротко ответил Татсуя, допил остаток кофе и встал из-за стола. - Так давно уже пора, тебе почти тридцать два. Что не так было в девушке, которую я тебе нашла в прошлый раз? - Мам, она же Овен, ты что, хочешь, чтобы мы поубивали друг друга? Я же говорил, что мне подходит Водолей или Телец, разве нет? В общем, оставь это на мое усмотрение, идет?       Не дожидаясь ответа, Татсуя пулей вылетел из дома и пешком поплелся до станции. Машина осталась на стоянке около дома.       День с утра не задался, полная нелепость. Уэда сел в поезд и закрыл глаза, пытаясь прогнать из своей головы негативные мысли и настроиться на позитивный лад. На двенадцать назначена фотосессия, надо успеть подготовить холст и отрегулировать свет. Татсуя даже не заметил, как задремал, пока его не потревожила девушка, которая стояла позади в толпе и пыталась протиснуться к выходу. - Извините, вы выходите на следующей станции? - Выхожу. - Эм… Простите… - видимо, девушка решила продолжить диалог, поэтому Уэда, из вежливости, развернулся к ней лицом. - Кто вы по знаку Зодиака? - Э? Я… Эээ, Рыбы. А причем тут … - Нереально. Не тратьте свое и мое время. Всего хорошего.       Двери поезда открылись, и Татсуя с общей толпой вывалился из вагона. Девушка выскочила следом и, тут же, метнулась в противоположную от него сторону. Уэда вздохнул с облегчением. Никаких серьезных решений сегодня, никаких.       Дорога до работы заняла около десяти минут. Татсуя появился на студии даже раньше, чем обычно. Он снял верхнюю одежду, налил себе чашечку чая и удобно уселся на диванчике, чтобы спокойно побыть в одиночестве, пока не явятся остальные работники. Но не тут-то было. Не успел Уэда сделать и глотка, как к нему в студию ворвался, как с дуба рухнувший, менеджер и стал что-то нечленораздельно мычать. Первые несколько секунд Татсуя пытался слушать, но после понял, что вовсе потерял нить разговора и забил. Менеджер, после длительного монолога, отдышался и сунул Уэде в руки какие-то бумажки. - Мы уже все подготовили. Можно начинать. - Что начинать? - Татсуя взглянул на бумаги у себя в руках - раскадровка фотосъёмки, - разве этот ваш актёр не в двенадцать должен был приехать? - Он уже здесь. - Вы издеваетесь? - Н-н-нет... - менеджер затрясся и отступил на два шага назад. Три года работы вместе с Уэдой показали, что если его довести - всем капец. - Чёрт, да что за день?! Свет настроили? Модель загримировали? - Д-д-да... Все готово, Уэда-сан... - За мной! - скомандовал Татсуя и ринулся в зал для съёмок.       В соседней комнате уже все горело огнём. Куча неизвестного Татсуе народа носилась из стороны в сторону с разными предметами для декораций. Уэда незаметно проскользнул сквозь толпу и остановился около своего фотоаппарата. Настройки уже были выставлены, поэтому фотограф вторично пролистал раскадровку и установил штатив для первой части съёмки. - Уэда-сан, можно вас на минутку? - Татсую позвала заместитель редактора журнала и отошла в сторонку, поодаль от посторонних глаз. - Да, слушаю. В чем дело? - Уэда-сан, где ваш телефон? Я звонила вам все утро! - Я... Эээ, - Татсуя проверил карманы, но мобильника и правда не было, - простите, кажется, я оставил его дома. Может, вы соизволите мне объяснить, что здесь приходит, и, почему мы должны работать в такой спешке? - Нишикидо-сан... - Кто это? - Уэда-сан, вы собираетесь с ним работать, - зам редактора посмотрела на часы, - уже через десять минут. И вы до сих пор не знаете, кто он? - Мне все равно. Для меня он модель, и не более того. - Зато вы для него можете стать мишенью для развлечений. - Чего? Какой еще мишенью? - Главное, не ссорьтесь с ним. Он нужен нам на обложке! Удачи, Уэда-сан, и будьте осторожны.       Татсуя даже рта не успел раскрыть от удивления. Зама редактора кто-то позвал, и она тут же метнулась в другую сторону съёмочного павильона. Уэда второй раз за утро вспомнил строки из гороскопа и вздохнул. Если сегодня пойдет метеоритный дождь, он ни капли не удивится. Татсуя вернулся к камере и остановил на бегу костюмершу, которая была напугана так, будто призрака увидела. - Что случилось? Где модель? - Через пару минут будет здесь. Я решила поправить ему одежду, а он так накричал на меня, как будто я сделала ему что-то ужасное. - Ну, еще бы, ты же женщина, - к Уэде и молоденькой костюмерше подошла Аяка-сан - гример. На поясе у нее висел набор боевой готовности номер один: все виды кисточек, спонжи и целая куча косметики для правки макияжа. - Аяка-сан, вы о чем? - Уэда-сан, а вы разве не знали? Поговаривают, что Нишикидо Рё предпочитает исключительно мужчин. Так что будьте осторожны, вдруг он и на вас глаз положит. - Кажется, где-то я уже это слышал...       Тем временем на съёмочной площадке появился виновник ранней работы чуть ли не всего стаффа журнала «Voce» - Нишикидо Рё. Брюнет, немного суровый на вид, но приятной наружности. Одет в дизайнерские шмотки, волосы аккуратно уложены, общий вид был достаточно элегантный. Он шел в сопровождении своего менеджера, не удостоив никого вокруг даже приветствием.       "Высокомерен, свободолюбив, и, наверняка, самовлюбленность зашкаливает. Лев, Овен или Скорпион? Определённо что-то из этой оперы..." - Татсуя даже не заметил, как задумался. Со стороны, наверное, выглядело ещё хуже: он стоял и, молча, смотрел в упор на звёздного гостя. - Уэда-сан, можем начинать? - крикнул кто-то позади, но фотограф никак на это не отреагировал. - Уэда? Это ваше имя? - незнакомый голос вывел Татсую из состояния мини-транса и заставил вернуться в реальность. Перед ним стоял Нишикидо Рё и смотрел на него так, будто сейчас накинется и убьет. - Совершенно верно. И сегодня я ваш фотограф. Давайте начнём работу. - Какой вы серьёзный и правильный, Уэда-сан, - Нишикидо усмехнулся и пробежался взглядом по оголенным участкам тела фотографа, - это будет интересно.       Татсуе стало как-то не по себе. Впервые на него смотрели так оценивающе, словно он лот на аукционе. Ужас, даже немного в дрожь бросило. Неужели он со стороны выглядит так же нелепо, когда пытается склеить девчонку? Уэда встряхнул головой и постарался отправить эти мысли куда подальше. Предупрежден - значит вооружен. Что бы там себе этот актеришка не напридумывал, он не попадется на эту удочку. - Окей, начинаем. Свет! Нишикидо-сан, это осенняя коллекция, но она должна выглядеть по-домашнему уютно. Поэтому постарайтесь передать это тепло вашим взглядом.       Нишикидо кивнул и через пару секунд начал позировать. Послышались звуки вспышки фотокамеры и голос Уэды, который иногда корректировал постановку рук и выражение лица своей модели. После того, как они отсняли первую часть, Нишикидо быстро переоделся и тут же приступил к рекламе второго костюма. Татсуя все время бурчал что-то себе под нос, но когда дело доходило до крайности, он останавливал съёмку. - Стоп! Добавьте света! И да, Нишикидо-сан, вы тепло людям хотите подарить или пытаетесь снять шлюху? - Что? - Нишикидо совсем не ожидал такого замечания в свой адрес и слегка офигел от наглости фотографа. Но это совсем его не разозлило, даже наоборот, позабавило. - Ваш взгляд слишком пошлый - так не пойдет. Больше теплоты. - Ну, извините, на вас по-другому смотреть не получается. - Нишикидо-сан, ведите себя корректно, пожалуйста, - Татсуя держал себя в руках, как мог. Вокруг было очень много людей, которые теперь таращились на них и ждали продолжения разговора. - А мне кажется всё вполне справедливым! Вы снимаете меня, а я вас, - Нишикидо улыбнулся и без всякого стеснения послал Татсуе воздушный поцелуй. - Я вам не шлюха, чтобы меня снимать, - терпение было на нуле. Вот она какая – эта непонятная причина, из-за которой он сейчас злой, как черт. Но, все же, никаких ответственных решений, никаких. Татсуя громко выдохнул, собрал всю волю в кулак и посмотрел прямо в эти похотливые, черные, как смоль, глаза. - Нишикидо-сан, сейчас нам необходимо закончить съемку, а если вы так желаете со мной пообщаться, можете сделать это после. - А ты умеешь заставить людей делать то, что тебе нужно. Супер, мне нравится. Я согласен, - Нишикидо рассмеялся в голос, вернулся на место и сделал все именно так, как требовал от него фотограф. И даже лучше.       За оставшиеся полтора часа съемки Татсуя не сказал ни единого слова. Это значило только одно - его все устраивало.       После окончания работы Татсуя убежал в свою студию и закрылся там изнутри. Пообещать-то – пообещал, а выполнять не особо хочется. Если слухи об этом Нишикидо – правда, и он действительно положил на него глаз – значит, его пятая точка в опасности, и ее надо беречь, как зеницу ока.       Уэда улегся на диванчик и проспал несколько часов до окончания рабочего дня. Проснувшись, он осторожно вышел из студии, погасил свет и направился к выходу. Погода к вечеру изрядно испортилась, лил дождь, как из ведра. Только в этот момент он пожалел, что отказался от встречи. Тогда был бы шанс, что Нишикидо довезет его до дома, ведь его собственная машина так и осталась стоять на стоянке. А теперь ему придется мокнуть под дождем наедине с собственной гордостью. - О, привет, "Динамо"! Собираешься домой?       Помяни черта! Уэда, не веря своим ушам, повернулся назад и увидел перед собой Нишикидо в компании менеджера. Он выглядел точно так же, как утром. Интересно, из какого теста он сделан, если такой длительный рабочий день не оставил и тени усталости на его лице? - Собираюсь. И у меня есть имя. - Знаю, Тат-чан, верно? - Для вас - Уэда Татсуя, и никак иначе. - Тат-чан, как тебе вообще хватает наглости дерзить мне с таким спокойным лицом? – остановившись, Нишикидо жестом попросил своего менеджера уйти и остался с Татсуей наедине. – Совсем меня не боишься? - Во-первых, с чего мне Вас бояться? Во-вторых, я, кажется, говорил, как меня зовут! И, в-третьих, с каких пор мы перешли на «ТЫ»? - Ха, а ты смелый. Очень интересно! Думаю, так ты мне нравишься еще больше. - Да чего Вы несете? Послушайте, Вы же шли куда-то? Ну вот и идите дальше, чего ко мне прикопались-то? - Я-то пойду, но сначала нам необходимо отметить наше знакомство… - Чего еще? Я никуда не…       Договорить Татсуе не дали. Нишикидо резко схватил его за руку, притянул к себе и поцеловал так, что у Уэды мурашки по коже табунами побежали. Он попытался вырваться и стряхнуть с себя эту напасть, но Рё крепко и уверенно держал его в своих руках, пока не прекратил целовать. Когда объятия ослабли, Татсуя оттолкнул от себя Нишикидо и громко сплюнул, будто у него во рту побывало нечто отвратительное. Дабы еще больше позлить своего обидчика, он несколько раз вытер рукавом свои губы и посмотрел на Рё так, будто сейчас накинется и сотрет его в порошок. - Да ладно тебе, хватит комедию ломать. Понравилось же? – Нишикидо эта реакция только позабавила, и не более того. - Гадость! Какого черта?! - Говорю же, ты мне нравишься. И я понравлюсь тебе, вот увидишь, – Рё улыбнулся и посмотрел куда-то позади Татсуи, – о, дождь почти закончился. Теперь ты не промокнешь, симпатяжка. - Заткнись, иначе я тебе врежу! На первый раз, я сделаю вид, что ничего не было, если ты сейчас же уйдешь. - Ммм, намекаешь, что будет еще один? Да ты у нас ненасытный мальчик. - Пошел вон! - Ладно-ладно, ухожу. Но я не говорю тебе «прощай», мы же еще увидимся, да? Кстати, номерок свой не подкинешь? А то лень самому искать… - Пошел вон, я сказал! - Ой-ой, кажется, пахнет жареным. Ну, пока! До завтра, – Нишикидо помахал ручкой и смылся.       Машина его была припаркована практически у входа, поэтому через несколько секунд он уже рванул с места и на скорости унесся вперед.       Татсую словно сковородой по башке шибанули. Он стоял, как под кайфом, пытаясь переварить то, что сейчас произошло. Не, ну то, что Нишикидо предпочитает мужиков, это он слышал. Но он-то тут причем?       Ноги Уэды постепенно вышли из состояния столбняка, и он медленно поплелся в сторону дома. Тело немного потряхивало от пережитого потрясения, а губы горели огнем. «Наверное, слишком сильно оттирал слюни этого козла», - подумал Татсуя и на автопилоте ввалился в поезд на станции. Домой он пришел на час позже обычного, за что получил мгновенный нагоняй от матери. - Ты где был так долго? Мобильник дома, машина тоже, тебя нет. Я что, по-твоему, должна думать? - Что я уже взрослый мужчина, и пора прекратить меня контролировать - вот что! – Уэда в ответ почти накричал, что ему совершенно было не свойственно.       Вообще весь день напоминал бег с препятствиями. Как хорошо, что он уже закончился. Давненько Татсуя так не злился, как сегодня, давненько в его голове не бушевал такой ураган эмоций. Даже ужинать не захотелось, поэтому Уэда просто принял ванну, взял в руки газету и рухнул на кровать. На глаза ему тут же попался сегодняшний гороскоп: «Ваше эмоциональное состояние нестабильно, в течение дня настроение может серьезно меняться по непонятным причинам…». - Да уж, действительно, какая тут нахрен стабильность с этим козлом, похожим на крокодила!? Ладно, посмотрим, что там на завтра, - Татсуя перелистнул страницу и отыскал астрологический прогноз на третье октября.       Прочитав его, Уэда не особо вник в смысл написанного и решил утром ознакомиться с текстом снова. Он бросил газету на журнальный столик рядом с кроватью, и перевернулся на другой бок, чтобы уснуть. У входа в комнату, на тумбочке, телефон оповестил о новом смс-сообщении, но Татсуе в падлу было вылезать из теплой постели и читать, что там написано. Поэтому он просто проигнорировал все и через пару часов уснул крепким сном.