Тихие вечера у камина

      - Я дико извинюсь, - начал Наруто с порога. – Подумаешь, что за назойливый придурок, но я не такой. Честно…       - Да, ладно, успокойся, - прервал долгое вступление Саске. – Ты что хотел, собственно?       - Соли попросить, - Наруто виновато улыбнулся. – Малые с утра солонку с последней расколотили, а я, каюсь, забыл купить. Они у меня сейчас спят, а я над ужином колдую… Кстати, порция для тебя тоже всегда найдётся, и ты, если что-то не так, сразу меня тормози. Не нужно из вежливости терпеть, договорились? – он пытливо уставился Саске в глаза.       - Понял, - коротко ответил Учиха, поспешив успокоить Наруто. Тот пока Саске не напрягал, хотя и был очень шумным. – Проходи, можешь осмотреться, - разрешил он, принимая во внимание любопытство Наруто. – А я пока соль поищу.       - Ой, спасибо, - не стал скрывать своего интереса Наруто, свободно входя в гостиную. – У тебя так… - замялся он, - как в музее, - наконец, дал оценку.       Саске усмехнулся, но никак комментировать не стал, уходя на кухню. Интерьером его квартиры занимался профессиональный дизайнер, поэтому в ней всё было подобрано дорого и со вкусом. Саске нравилось, однако он не придавал убранству первостепенного значения, относясь к подобным вопросам с поразительным равнодушием. Всё, что он требовал, комфорта и никаких агрессивных, раздражающих глаз расцветок в интерьере.       Лишняя пачка соли нашлась без проблем, поскольку у Саске на кухне царил идеальный порядок, впрочем, как и во всей квартире. Будучи педантом, Саске не любил, когда вещи лежали не на своих местах, также не выносил плохо или неаккуратно задёрнутые занавески и складки на покрывале на кровати. В еде он был не прихотлив, легко отказывался от изысков. Для себя готовить Саске совершенно не хотел, предпочитая обходиться бутербродами с кофе, однако минимальный запас продуктов у него всё же имелся.       Он нашёл Наруто в кабинете, весело рассматривающего стоящую на рабочем столе фотографию.       - Я не знал, что ты настолько сентиментальный, - обернулся Наруто на его шаги. – Свою детскую фотографию прямо перед носом поставил… - Саске видел, что тот озадачен и готов вот-вот рассмеяться.       Фотографию на стол поставила его мать действительно из сентиментальных побуждений, только изображён на ней был вовсе не Саске.       - Это мой сын Макото, - сухо ответил он.       Наруто вмиг посерьёзнел и уставился на него с сочувствующим взглядом, вероятно, добиваясь объяснений.       - Ему три, как и Эри, и он не живёт со мной, - как можно более нейтрально сказал Саске.       - Разведены? – догадался Наруто.       - Да, - сдержанно подтвердил Саске, - Однако сын по обоюдному согласию живёт с моими родителями.       Пояснять Наруто очевидные для него вещи абсолютно не хотелось, и он чувствовал себя крайне неловко.       - А… - растерялся Наруто, - почему? – ошарашенно спросил он.       - Я слишком занят, - озвучил Саске свою основную причину, и получилось поспешно, будто он попытался оправдаться. – И моя бывшая супруга тоже.       - Хн… - протянул Наруто и самовольно отобрал у Саске соль. Тот заметил, что в глазах парня загорелся огонёк. – Настолько заняты, что нет времени на сына. Очаровательные из вас родители, прямо пример для подражания, - голос Наруто прозвучал необычайно едко. То, что Саске его разозлил, он понял сразу.       - Не моё это дело, но скажу тебе прямо в лоб, - Наруто нахмурившись, яростно сжал кулаки. – Не существует ни одного объективного повода отказаться от своего ребёнка. Те, кто предпочитают этого не замечать, хотят обманываться! Ты ведь детский хирург и очень талантливый, так про тебя в очереди говорили, когда мы дожидались приёма. Но знай, - Узумаки был ниже Саске, но сейчас тому казалось, что тот буквально нависает над ним, - ты никогда не добьёшься медицинских вершин, отвергая собственного ребёнка. Для того чтобы стать первоклассным детским доктором, нужно не только разбираться в их болячках, а ещё и понимать их. Саске, - Наруто печально на него посмотрел, - можешь на меня обижаться, но ты – не мужик. Всё, я ушёл, - резко оборвал он, направляясь к выходу. – Ты меня так расстроил, передать не могу… - бросил Наруто, не оборачиваясь.       Своё негодование он вдобавок выразил громко хлопнувшей дверью, на что Саске почти не обратил внимания. Он рассеянно уселся на край кресла и принялся нервно постукивать пальцами по столешнице. Саске ни разу в жизни не отчитывали, тем более люди, с которыми он едва свёл знакомство. Он чувствовал вполне объяснимую неприязнь, но она не имела чётко выраженную направленность. Саске раздражало всё, в том числе и собственная неполноценность. Он привык считать себя первым, а если не удавалось стать лидером, он спокойно смирялся, убеждённый, что то ему не нужно. Саске выстроил для себя очень удобный мир, который сейчас трещал по швам.       - Ты не понимаешь… - вслух обратился Саске к воображаемому Наруто и осознал, насколько фальшиво звучат его слова. Он не нёс ответственность за Макото, не потому что не мог, а потому что не хотел. Любить сына оказалось гораздо проще на расстоянии. На деле, забрать Макото к себе, не составило бы особых проблем, и Наруто ему детально описал почему. Хороший благоустроенный район со всем необходимым для маленького ребёнка Саске выбрал, удовлетворяя собственные потребности. В первую очередь его устроила близость места работы. Широкопрофильная детская больница высоко котировалась по стране, в пяти минутах ходьбы от неё находился престижный круглосуточный детсад, куда Наруто определил дочь, и парк рядом, и торговые центры… Саске даже мог обойтись без няни, да и не трудно было догадаться, что Наруто, в случае чего, не бросил бы его в беде. И квартира в пять комнат, а Саске в ней один…       Саске резко поднялся и упрямо качнул головой, отгоняя бесплодные переживания. Все его решения, принятые под действием эмоций, обычно оказывались поспешными и позднее вызывали сожаление. Он не имел права, не обдумав, менять уклад семейной жизни, не позаботившись о чувствах родителей и Макото. С сыном Саске нормально ладил, но тот никогда не демонстрировал ему сильной любви. Когда был помладше, так вообще называл его «дядя-папа», не понимая, что «папа» это не имя. Саске сносил это спокойно… спокойно…       - Гадство! – психанул Саске и ударил кулаком в стену. Он чувствовал, как ненависть переполняет его, особенно к парню, который не проигрывал и не сдавался, и жил не потом, не завтра, а здесь и сейчас, каждую минуту делая то будущее, которое желал получить. Саске так не умел, и когда об этом не знал, как просто было существовать, на многое закрывая глаза.       Трель мобильного телефона прозвучала оглушающе-громко, заставив Саске вздрогнуть. Увидев на дисплее, что звонок от матери, Саске несмело принял вызов. Его мать звали Микото, она была красивой и доброй женщиной. Саске её очень любил, сильнее, чем остальных членов семьи, и охотно общался, однако теперь в нём проступала какая-то неуверенность, и он понял, что совсем не рад её слышать.       - Как доехал? – первым делом осведомилась Микото.       - Нормально, - Саске постарался ответить обычным тоном, давя всколыхнувшиеся в нём эмоции.       - Ну, и хорошо, - легко отозвалась мать, вероятно, ни о чём не догадавшись. – Я что звоню, - сказала она, - ты на следующие выходные не приезжай. Макото пригласили на детский праздник наши соседи. Можешь вплотную заняться своей диссертацией…       - Мама, - перебил её Саске, - Макото хоть изредка меня вспоминает?       - Э… - растерялась та, - да, конечно, - ответила она поспешно обманчиво бодрым голосом. – А почему ты спрашиваешь? – осторожно поинтересовалась Микото.       - Да, так, - уклончиво ответил Саске. – Скажи, а Сакура давно вам звонила?       - Мм… на прошлой неделе. Саске, что происходит? У тебя всё в порядке? – взволнованно спросила мать.       - Всё хорошо, - уверенно ответил Саске, чтобы успокоить мать. – Просто полюбопытствовал, не бери в голову. У тебя всё? Извини, но я занят, - поспешил прекратить он дальнейшие расспросы, чувствуя, что не в силах больше продолжать разговор.       - Да, всё, целую, - мать решила пойти у него на поводу, но Саске отчётливо слышал в её голосе настороженность.       Оба знали, что если Саске не настроен, откровенной беседы не получится, с чем Микото давно смирилась. Она в таких ситуациях выжидала, справедливо рассчитывая, что когда будет необходимо, Саске ей всё расскажет сам. Именно за такое чуткое понимание она и была ближе всех к Саске.       - Я тебя люблю, - попрощался он с матерью, отключая телефон.       Саске не ждали, в нём не нуждались, он запросто мог жить в своё удовольствие, не заботясь ни о ком. Родители ни за что не стали бы его упрекать, не потребовали бы пересмотреть приоритеты. Они его любили, и гордились тем, что Саске станет учёным. А Макото… Саске знал: сын вырастет и поймёт, что собственные мать и отец его бросили. Саске не сомневался, что через несколько лет у него будут и научная слава, и широкая практика, финансирование его исследований, уважение, почёт, но не будет сына. Вовсе не стоило быть провидцем, чтобы понять, что Макото его не простит. Саске не давал ему ничего с самого рождения, ведь о тех крохах внимания, что перепадали Макото с его стороны, стыдно было упоминать. Саске до сих пор не подозревал, насколько он жесток. «Дядя-папа…», - усмехнулся Саске, осознавая, что большего не заслужил.       Воспоминания детства, счастливого, благополучного, медленной волной накатили на него. Мама всегда была рядом, ласковая и любящая. Она никогда не повышала на него с братом голос, не наказывала, не ругалась. Мама лишь разъясняла, почему так поступать плохо, и Саске с Итачи всегда прислушивались к ней, безоговорочно веря в её убеждения. Чуткая, добрая, отзывчивая, она учила их быть неравнодушными, однако на деле выходило, что Саске плохо усвоил её уроки.       Отец много работал, поднимая и развивая семейный бизнес, но даже усталый он находил время на семью. Саске рос с чувством, что папа старается только для них, а не удовлетворяет собственные амбиции. Именно семья считалась для отца самым главным приоритетом, наивысшей ценностью в жизни. Ограниченный временем отец не так много уделял внимания воспитанию Саске и Итачи, но в нужные моменты он всегда оказывался рядом, потому оба брата привыкли на него полагаться.       Летний отпуск проводили обязательно вместе, дружно и весело. В эти короткие периоды отец полностью принадлежал семье, ни на что не отвлекаясь. Он буквально посвящал себя близким, стараясь восполнить недостаток общения. Пожалуй, отец всё же их с братом баловал, а Саске, как младшего, чуть больше. Возможно, тот таким образом извинялся за то, что проводил с сыновьями мало времени. Он и мать баловал, однако Саске верил, что она подобного обращения заслуживала.       Со старшим братом у Саске сложились тёплые отношения. Итачи с удовольствием с ним нянчился, когда он был совсем маленьким. Позже постоянно играл, учил чему-нибудь, держался как можно ближе. Они по-детски не ссорились, не дрались, вероятно, из-за разницы в возрасте в пять лет, однако она им не мешала быть не только братьями, но и друзьями. Итачи мало, что от Саске скрывал, доверяя довольно интимные тайны. Рассказал даже о том, что в своё время спал со своим университетским другом. Тогда гомосексуальные наклонности брата Саске напугали и шокировали, что он попытался безуспешно скрыть. Легко было относиться к гомосексуалам нейтрально, если дело не касалось твоей семьи. Саске сильно волновался за брата, не представляя, как тот будет жить, однако Итачи довольно быстро определился в своих предпочтениях. Итачи ставил на первое место семейные ценности, оттого свою личную жизнь связывал с женой и детьми. Последний год он активно подыскивал себе спутницу жизни, однако пока не мог найти подходящую. Саске не считал, что у Итачи завышенные требования, просто тому не везло. Современные женщины хотели жить легко, без каких-либо усилий со своей стороны. Итачи же интересовали умные и скромные девушки, похожие по своим душевным качествам на их мать.       Макото Итачи очень любил, и охотно с ним нянчился, как некогда с Саске. Однако на Итачи сейчас лежала ответственность за процветание семейного бизнеса, и это отнимало у него много сил. Брат никогда не жаловался и не просил у Саске помощи, спокойно приняв его выбор. Напротив, Итачи всегда старался помочь, решить часть проблем, вставших у Саске на пути, как в случае с Карин. По факту, Саске жил на всём готовом, пользуясь благами, что предоставляла ему семья. Он вырос самым настоящим баловнем, чем и обуславливался его крайний эгоизм.       В этот раз Наруто известил о своём приходе барабанной дробью в двери, и будь Саске менее расстроен, он удивился бы почему. А так он машинально поднялся и пошёл открывать, рассеянно подмечая, что уже стемнело. Всё это время Саске просидел в кресле, практически не меняя позы и не сводя напряжённого взгляда с фотографии сына. Решение зрело долго и мучительно, именно поэтому оно стало окончательным и неизбежным.       Наруто казался внешне невозмутимым, но Саске улавливал его подавляемое раздражение.       - Ужин остывает, - сказал Наруто нейтрально, однако Саске почудилось, что тот предъявляет ему претензии. Наруто был ему никем, но он по пока непонятым причинам имел полное право разговаривать с Саске подобным тоном.       - Я сына решил забрать… - голос Саске прозвучал как-то потусторонне-глухо.       - Хорошо, - спокойно отозвался Наруто, - только сначала поешь.       До выходных Саске с помощью Наруто успел сделать всё необходимое. Родителей его решение повергло в шок, но они не сказали ни одного слова против. Саске, наконец, взрослел, и подобное должно было их радовать, хотя это приводило к закономерному расставанию с любимым внуком. Макото заведомо предупредили, что скоро он будет жить с папой, однако маленький мальчик до конца не понял как это и потому отнёсся спокойно. Удивительно, но он ни разу не бывал в квартире Саске, которую тот купил уже после развода. Саске терялся в догадках, почему так произошло, и толкового объяснения дать не мог. Наверное, потому, что он неосознанно не воспринимал Макото своим сыном, да и сейчас его обуревали сильные сомнения о том, как будут выстраиваться его дальнейшие взаимоотношения с собственным ребёнком, однако на попятный идти Саске не собирался.       Наруто его поддерживал, но без навязчивого восторга и регулярных поучений. Подсказывал, что и как лучше делать, учил куче мелочам, порой вызывая у Саске самоиронию. Они поразительно скоро сдружились, живя едва ли не по-семейному. Между ним и Наруто лежало целых десять лет разницы, но Саске зачастую ощущал себя не старшим, а младшим в этой связке. Теперь он понимал, что его так притягивало в Наруто: непоколебимая уверенность в собственной правоте, целеустремлённость и смелость. Наруто не боялся жить полноценной жизнью и даже совершаемые им ошибки казались правильными. Саске оставалось только тихо завидовать и работать над собой.       Саске теперь всегда ел у Наруто, попутно учась у того готовить. Он дал себе слово отныне делать для сына всё от него зависящее, стать не просто отцом, а хорошим. Щепетильность Саске не позволяла ему безвозмездно «угощаться» у Наруто, потому он регулярно закупал продукты. Мелочным Наруто не был, и идею Саске встретил без особого энтузиазма, однако Учиха, когда считал нужным, умел настоять на своём.       - Вот упрямый, - сдался тогда Наруто. – Как будто я для тебя еды не найду. Болезный, ты хоть в продуктах разбираешься? - подколол он.       - Я не настолько безнадёжен, как думаешь, - спокойно парировал Саске. – К тому же, я обязан уметь готовить, и рассчитываю на твою помощь.       - Без проблем, - Наруто в привычном жесте поднял большой палец вверх. – О том, что детям есть полезно, а что вредно, знаешь лучше моего, а вот о том, что любит твой сын, спрашивай у родителей. Между прочим, ребёнку не так-то просто угодить, - пожаловался он. – Эри, к примеру, с пелёнок не любит творог, хоть он и полезен. Ей ещё года не было, как я обманом ей пропихнул ложку творога. Обплевалась, ты бы видел, а потом долго ещё крупинки из-за рта выковыривала, благо не ревела. Вот тебе и урок.       - Понял, уточню, - согласился Саске, каясь про себя, что не знает о сыне даже таких мелочей.       Родителям он звонил каждый день по нескольку раз, досконально всё выспрашивая. В итоге, детскую он обустроил согласно вкусам Макото, чтобы его мальчик чувствовал себя комфортно, и одежду купил, и игрушки. Готовка пока оставалась под большим вопросом, однако Саске не беспокоился, поскольку Наруто обещал его выручить.       Если материальная сторона дела решилась благополучно и быстро, то на остальное Саске, откровенно, боялся загадывать. Он надумал принять участие в детском празднике, куда пригласили Макото, чтобы быстрее наладить отношения с сыном, и сейчас направлялся к родителям. Провожал его один Наруто, оставивший спящих детей дома.       - Удачи, - пожелал он Саске, не сводя с него серьёзных глаз.       Саске в ответ лишь кивнул, заглушая страхи и тревогу.