Сестренки

Проснулся мужчина из-за тихого шепота, что окутывал его, будто туман. По всей комнате стоял терпкий запах расплавленного воска, а тени танцевали в немом танце. Сквозь приоткрытые веки в глаза ударил приглушенный свет, будто бы вся комната была уставлена свечами. Немного повозившись, актер, окончательно проснувшись и вспомнив о своих милых нахлебниках, шумно сглотнул. Каждое пробуждение теперь было для него очередным сюрпризом. То они подложат мышей в кровать (и откуда только взяли?), то пришьют его к кровати. За эти несколько дней Рен начал задаваться только одним вопросом: как он так крепко спит? Вот и сейчас, слыша тихий шепот, ему было крайне неспокойно. Оставалось только собрать в себе последние ниточки нервов и осмотреться. Садясь на кровати, Тсуруга с ухмылкой заметил, что правый глаз у него, не переставая, дергается. Действительно, что еще он мог ожидать от девочек из семейки Адамс? (А он был уверен, что прототипы образов именно оттуда.) И что вы думаете? Эти две прекрасные в своей ужасности принцессы начертили вокруг его кровати пентаграмму и тихо-спокойно сидели вокруг и читали какие-то заклинания с закрытыми глазами. И вот это, спрашивается, милая Кеко, что до сих пор верит в эльфов? Нет, ну если в ее представлении эльфы и феи такие, то она вовсе не разочаруется, узнав правду о Куоне. Именно с такими мыслями Рен снова улегся в кровать. И что теперь делать? Что-то подсказывало, что девушкам вот так сидеть вовсе не надоест. «Подыграть, что ли? - проводя рукой по волосам, задумался актер. Не зря же Могами называет его семпаем. Пускай поучится. Правда, одержимого мужчине еще не доводилось играть. – Ну, все бывает впервые». - А-а-а… - закричал во всю глотку Рен, из-за чего сам зажмурился, а «сестренки» от неожиданности подскочили на месте. – Вы! Жалкие смертные, что посмели потревожить мой сон. Кто вы такие и зачем призвали меня? Или вы ради забавы готовы распрощаться со своими жалкими душами? – снова приподнимаясь на месте и садясь на кровати, с закрытыми глазами вопрошал он строгим голосом. - А… мы… - услышал он неуверенный писк со стороны Кеко, а улыбка так и полезла на лицо, больше напоминая дьявольский оскал. - Ты! – резко воскликнул «демон» обращая свое внимание на перепуганную (как надеялся актер) девушку. – Ты… - уже тише произнес он, вставая на четвереньки и подползая к девушке. – Ты за эти козни особенно заслуживаешь порцию щекотки, - открывая глаза с широкой доброй улыбкой, которую он дарил только ей, произнес мужчина и схватил ничего не понимающую девушку за талию. - Э?! – только и выдала Могами, но как только поняла, что их так бесчеловечно разыграли, начала вырываться. – Так не честно! Мы вызывали демона, а это опять всего лишь ты. - О, я могу быть похлеще демона, - включая режим Повелителя ночи, произнес Рен, нависая над девушкой, а та лишь снова залилась румянцем. - Кхм, у нас там продукты закончились, завтракать нечем, - со стороны кашлянула в кулак Канаэ, отрывая парочку от занимательной игры в гляделки. - А вы демона хотели зажарить? – все так же не отпуская особенно полюбившуюся ему сестренку, повернулся к актрисе Тсуруга. На что та просто пожала плечами и вышла из комнаты. - Хм… Там и правда есть нечего? – снова обращаясь к Могами, поинтересовался Рен. - У тебя всегда есть нечего, - просто пожала плечами девушка, но было прекрасно видно, что такое неформальное общение приносит ей массу дискомфорта, ибо щеки с каждой секундой становились все более пунцовыми. - И правда. Ладно, тогда идите собирайтесь, в магазин пойдем… - выпуская наконец свое сокровище из объятий, согласился мужчина. – Только, Кеко, - позвал он ее, когда актриса уже выходила из комнаты, - помните, что никаких кузнечиков и мышиных хвостов я покупать не буду. Так что даже не берите свой «особый» список. - Бука, - протянула ему на это Могами и, выразительно показав язычок, вышла из спальни своего семпая. Покачав головой, Рен, тяжело вздохнув, отправился в ванную. Оставалось надеяться, что больше таких неожиданностей не будет, а то если бы не присутствие Котонами неизвестно, чем бы закончился этот инцидент. Но его исход точно нельзя было свалить на сценический образ. Дальнейшие сборы проходили на удивление спокойно. Никто не прибил ботинки Тсуруги к полу, как было в прошлый их поход, из-за чего его лицо поспешило познакомиться с полом, и даже в машине девушки были подозрительно притихшими. Ясно было и без объяснений, что это затишье перед бурей и никак иначе. И все опасения мужчины с лихвой окупились, ведь стоило им зайти в магазин, как Кеко тут же запрыгнула в тележку для продуктов, а Канаэ, ухватившись за нее, побежала мимо прилавков, то разгоняясь, то откровенно катаясь на ней. Только мужчина даже приложил палец к неустанно дергающемуся глазу. И как они этого раньше не провернули? И, на горе знаменитому актеру, ему хватило глупости привести двух дебоширок в огромный супермаркет, и уже через две минуты он бесследно потерял их из виду. Проходя мимо прилавков, Рен только надеялся, что эти две любимые всем агентством особы не натворят бед. Расхлебывать ведь, как всегда, придется ему. Хотя прошлый чек за разрушение съемочной студии ему все-таки удалось вручить в подарочном конверте президенту Такараде. - Да, тут понадобится конверт потолще, - выходя из ступора, произнес Тсуруга, смотря, как по обширной площадке возле фруктов гоняют «сестренки». Причем в руках у Кеко откуда-то взялись вилы, которые та держит, словно копье на рыцарском турнире, и гоняют те непросто так, а за определенной целью. Только после (по гневным окрикам и выбившимся из-под кепки белым прядям), актер понял, что это не кто иной, как Фува Шо, которому довелось попасться на глаза двум дьяволицам. «А, может, ну его? Еще я Шо не спасал», - облокотившись о стенку, про себя рассуждал Рен. Но что-то подсказывало, что выбора особого не было. - Докатился, - раздраженно выплюнул он, подходя к эпицентру массовых разрушений. Стоило схватить Фуву за руку, как тот тут же испуганно осмотрелся, но, заметив своего «спасителя», лишь скривился. Будто бы Тсуруге доставляет особое удовольствие спасать этого негодяя. Но зато при виде своего злого опекуна девушки моментально сложили оружие. - Все, довели, принцессы вы мои, - и было это сказано с такой улыбкой, что мороз прошелся по всем присутствующим. – А ну-ка, - подхватил он Котонами на руки и посадил ее в тележку рядом с Кеко, у которой глаза до сих пор горели дьявольским огоньком, – поедемте теперь в гости к дядюшке Такараде. - Э? Да объясните мне, что тут произошло! – прокричал им в след Шо.

***

- К нему нельзя, - упиралась секретарша президента актерского агентства, которой строго-настрого наказали не подпускать членов отдела «Люби меня» к нему и на пушечный выстрел. - Не волнует, - отмахнулся Тсуруга, который уже хоть и успокоился, но решения своего менять был не намерен. Срок его испытания был должен кончиться уже завтра, поэтому подопечных он был готов вернуть уже сейчас. - Нельзя! – вбегая в кабинет Лори уже вслед за актером, прокричала взволнованная женщина. - Мия, все хорошо, можешь идти, - откуда-то из угла донесся до женщины голос начальника, и она тут же поспешила ретироваться прочь. – И откуда… А-ха-ха… - помещение моментально сотряс громкий смех, как только президент увидел своего любимого актера. Тот выглядел примерно так же, как и он сам в то злополучное утро, когда принес девушек к Рену в квартиру. Котонами прочно висела на левой ноге мужчины, изображая коалу, а Кеко повисла на его шее, обвив ногами его талию. Сам же Тсуруга был уже без привычного пиджака, галстук развязан, рубашка расстегнута наполовину, из волос на голове соорудили курятник. Да, кажется, девушки и впрямь заигрались. - Принцессы, приехали, - с улыбкой маньяка произнес актер, а те, как по команде «Фас!», тут же побежали на Такараду с радостным криком: - Дядюшка Лори! - Стоп! – выставив руки вперед, остановил «сестренок» президент LME. – Могами-чан, Котонами-чан, вы отлично потрудились, с этой минуты вы можете прекратить данное вам поручение. Стоило этим слова слететь с его губ, как обе актрисы, словно по команде развернулись и, подбежав к своему недавнему опекуну (чем довольно испугали оного), кинулись ему в ноги с поклоном. - Тсуруга-сан, просим прощения, - хором выдали девушки. Даже Канаэ, которая ненавидела подобную привычку подруги, теперь смирно сидела рядом с ней вымаливая прощения. - Мы так виноваты. - Мы все возместим. - Будем работать день и ночь. - Не сердитесь. - Так страшно… - Просим еще раз прощения! – вразнобой принялся умолять мужчину миниотряд «Люби меня». - Да… не страшно, - отойдя от шока, произнес Рен. Все же выдерживать двойную атаку извинений он был не готов. – Встаньте. Я же не зверь какой-то, поминаю, что это все его проделки, - кивнул он в сторону Такарады. - Простите еще раз, - уже стоя на ногах, но с опущенной головой, произнесла Могами. Вот сейчас она снова была той самой девушкой, в которую он когда-то влюбился. Тот же румянец, который хочется расцеловать, и тот же смущенный взгляд из-под опущенных ресниц. - Да ничего, - нагнувшись и легко поцеловав ее в губы, вновь произнес Тсуруга и с той же улыбкой, что предназначалась лишь Кеко. – Теперь у тебя, Могами-сан, не будет отговорки, что это была игра или ты не слышала моих слов. – На ушко прошептал ей мужчина, из-за чего та покраснела до кончиков ушей. - До встречи. Желаю удачи в роли. А с Вас, Могами-сан, ужин, - улыбнувшись каждому по отдельности, произнес Рен и, развернувшись на пятках, направился вон из кабинета. Конец? ;) От автора: вот и закончилась эта работа. Надеюсь, она вам понравилась, даже не смотря на такое малое количество описаний. Хочу попросить у всех читателей прощения за то, что главы так долго не выходили. Автор ломал зубы о гранит науки. Спасибо, что читаете меня и оставляете отзывы:) Всех с наступающим 2016 годом!)