Обуздание строптивого индивидуалиста

Не каждый человек удостаивается чести быть запечатленным в мультфильме. Ну, как запечатленным? Моя работа – прийти в студию, отпрыгать с датчиками на руках и ногах, помахать вымышленным оружием и смотаться домой. Остальная работа – мультипликаторская. Кошерно. И хорошо платят. В общем, жаловаться грех. Думаю, я не прочь сейчас упасть в кресло... В обычное матерчатое старое кресло вроде того, что стоит у бабушки. Что-нибудь настолько незамысловатое и простое. Без излишеств. Вот кому точно меня не понять – так это Алу. Он – настоящий маньяк в торговом центре. Скупит всё эксклюзивное, хэнд-мейдовое, дизайнерское, и будет вечерами рассказывать гостям историю каждой купленной вещи. Долгую и нудную. Честное слово, будто в детстве не наигрался. *** С утра приходит смс: "А ты где сейчас?". "Ну, приехали," - думаю я, впоследствии собираясь с двойной скоростью. Ладно, всё по карманам, телефон в руку - и на выход. Подхожу к остановке, а мне навстречу пёс. Лохматый, непонятно какого цвета даже (но в основном тёмный), идёт мимо. Стою, отдавшись потоку времени. А что ещё делать? Пешком было бы слишком долго. А пёс сделал круг, вернулся, подошёл. Обнюхал мою протянутую руку и ткнулся носом. Глажу его, а он озорной попался, вроде и ухватить хочет, а промахивается (специально, видать). А перестаёшь гладить - задирает голову и демонстративно чихает. Ох и шельмец! А потом подошла маршрутка. Пёс пошёл в одну сторону, а я... я в другую. Но он был классный. В студии, после трех часов работы (режиссеру ни в какую не нравятся мои движения: то они слишком резкие, то слишком вялые; но кто мы, жалкие смерды, чтобы сопротивляться воле мессии?) наступил, наконец, обеденный перерыв. - Слушай, Моз, а у тебя планы на вечер есть? – поинтересовался опирающийся о стену Алладин. В его руках был чай и запасливо захваченные печенюшки с шоколадом. Спешка с утра напрочь отбивает какие-либо мысли о предстоящем поглощении пищи. «Буду голодать, но просить не буду» - отважно заявил мозг, на что желудок удрученно пробурчал что-то невнятное, принимая порцию пустого кофе. - Где мои цветы, невежда? Перед тем, как делать такое предложение, нужно хоть какой-то веник принести, - я улыбнулся за чашкой. Было забавно видеть изменяющегося в лице Ала. - Да ну тебя, - сконфуженно улыбнулся тот. Вот за что я приятельствую с этим кадром, так это за то, что он не обижается на мою неудержимую иронию. Но реагирует. – Мы с ребятами сегодня идем на пляж, ночью. Там какое-то сборище намечается. Будет интересно, к тому же, не сидеть дома в вечер пятницы? - Ладно, Лафей с тобой, пойду я на ваше сборище. Во сколько оно, говоришь, состоится?.. *** Небо… Ты невероятно красивое. Эти переходы, облака... Цвета, почти забытые за вечной пасмурностью. Тёплые оттенки успокаивают, а огни, расположившиеся по всему берегу, согревает что-то внутри. Даже если нет кого-то родного под боком. Всё равно тепло. Ещё бы немного... Ещё чуть-чуть... Пусть оно откроется! - Ну где ты пропал? – еще издали кричит мой верный конь, простите, друг, пробираясь сквозь толщу плавно танцующих тел. Я скептически поднял бровь. - Наслаждаюсь вечером. Вон, недавно несколько барышень предлагали развлечься. Они так расхваливали мои глаза и черные шелковистые волосы! Стою, размышляю, - я посмотрел на бокал с вином, который держал с начала вечера. Кажется. - Фу-фу-фу, как это омерзительно, - Алладина перекосило, - А вдруг у них СПИД? - Ты издеваешься? – спросил я. - Ааа, - понимающе выдавил парень, - то есть, ты даже не думал об этом? Я закатил глаза. - Куда ты там меня вести хотел? – попытался я направить своего товарища в нужное русло, но тот уже схватил меня за руку и потащил куда-то в гущу толпы. *** Приятным открытием этого вечера оказался колорит мероприятия. Никаких тебе силиконовых куриц, транса из колонок. Цветомузыки, в конце концов. Вместе этого по пляжу были раскиданы костры, люди смеялись, курили кальян, играли на каких-то непонятных инструментах, а из колонок доносились ненавязчивые песни. В одной из них я узнал Алцестовский «Tir Nan Og». Этот факт заставил меня расплыться в довольной улыбке. Вскоре мы пришли к месту назначения. Там уже находился царь Аграбы, немного укуренная Жасмин и какой-то парень в радужной шапке, с дредами, и добродушной лыбой на лице. - Ты издеваешься? – пришлось повторить эту фразу два раза за вечер. Вот черт. - А что такого? – Алладин уже уселся на песок в импровизированной позе лотоса. – Ты уже не маленький мальчик, мама не выругает за то, что от тебя травкой несет. - Но я не знаю… Это как-то… Неправильно? - Давай уже, не ломайся! – Ал потянул меня за край рукава так, что волей-неволей пришлось сесть на теплый песок. Странно, уже осень, а песок еще достаточно долго держит дневное тепло. Жасмин взяла из рук мужчины самокруточную шмаль и с наслаждением втянула в себя дым. - С тобой нельзя уживаться спокойно, - шепотом начал я. - Мм? - Ну, вечно что-то придумаешь. И моему спокойствию конец. Вот сидел бы я сейчас дома. Заварил бы чаю под шоу Опры. Возможно, напился бы. - В одиночку? - В одиночку. Мы еще немного помолчали. - Но моя компания лучше чая, - не вопрос. Утверждение. - Белого, с кусочками папайи… - Непременно лучше. Он закурил. С картинно оскорбленным видом. Не берусь точно описать, как это делается, но поверьте мне на слово, можно закурить так, чтобы сразу стало ясно: ты оскорблен. Хоть и понарошку. После моей первой затяжки что-то невесомо ударило в голову. После второй голова закружилась, а после пятой я почувствовал такую легкость… не передать. Невесомую, медленную, приятную. Я опустился на песок рядом с Алладином. Ночной воздух прибоя аккуратно уложил мои волосы назад, лаская лицо свежими воздушными порывами. Я запустил левую руку в песок. Эти глубокие цвета, переходящие друг в друга, смешиваются там, вверху. Облака неплохо оттеняют. А огонь танцует в полумраке. - О чем ты сейчас думаешь? - Я сейчас физически не способен думать. Только ощущения и визуализация. - Прикольно. - Что прикольного? - Ты такие слова сложные можешь говорить. - А еще я крестиком вышивать умею. Стоит выпрямить спину - тепло разливается по всему телу, мышцы перестают ныть. Это время близко к рассвету. Но сам рассвет наступит не скоро. Даже не сегодня. Мы будем готовы его встретить. *** Не помню, как оказался дома, кто меня доставил, и вообще мой ли это дом. Мятая постель, плакат Фредди Меркури на стене, и недовольная морда напротив. Нет, точно мой. Состояние было не таким плачевным, как предполагалось – немного кружилась голова и ужасно сушило. Однако не стоило так быстро вскакивать из постели. Затошнило. Я попытался взять себя в руки и прошествовать на кухню с гордо поднятой головой и выпить там же три чашки воды. Залпом. Потом чувствую – что-то не так. А, ну как же я мог забыть! Позвольте представить вашему вниманию моего господина. Король квартиры и князь дивана – рыжий перс Капитан. Гуляние по улице – это не для знати, поэтому Капитан в качестве прогулки может выйти на балкон и одарить прохожих недовольным взглядом, но большинство своего времени проводит во сне на моем любимом кресле. Гад. - Что ты так на меня смотришь? – допив четвертую чашку воды, спросил я, - Мозенрат уже взрослый мальчик, он может поступать как хочется. По крайней мере, мне так сказали. Кэп недовольно мяукнул. Я наклонился и с улыбкой почесал его за ушком. - Прости, что бросил тебя одного. Ответом мне было тихое мурчание. *** - Ты издеваешься?! – Богом клянусь, скоро эта фраза станет моей фирменной. - Нет, ну а что? Это же вечер субботы! - А завтра будет вечер воскресенья. А послезавтра вечер понедельника. Но это же не повод гробить свой организм! В трубке послышался вздох. - Ну, мы всего-то по пивку. - Я тебе не верю, лгун. Мой мозг отказывается вспоминать что-либо со вчерашней ночи. - О, так ты ничего не помнишь? Я запнулся. - В смысле? - Да шучу я. Всё было вполне прилично. - Петросян несчастный! - Но почему нет? - А то ты не знаешь, что я хмелею чуть ли не от запаха винной пробки. - Ладно, Моз, не буду тебя отвлекать от чая с этим, как его… - С папайей. Фрукт такой. - Ну да, с ней самой. И Капитану привет передавай. - Да, да. Конечно. Всё, до свидания. Сразу же после отключения телефона, я принял решение навестить душ. А потом уже будь – что будет. *** Чертовски нормальный денёк! Удивительно, как так. Счастливый, пожалуй. И даже несколько раз проявлялось то-самое-состояние. Которое дорогого стоит. Нет, правда. Впервые за несколько недель удалось отделаться от всех знакомых, бабусек у подъезда, которым нужно настроить спутниковое, остальных, требующих внимания, личностей, и остаться наедине с собой. Сложив руки замком на груди, закрываю глаза и чувствую приятную тяжесть кота на коленях. За окном уже ночь. День прошел как нельзя хорошо: удалось покайфовать под утренним душем, вычесать Капитана, сделать уборку, подклеить отвалившийся фриз в прихожей, поменять постель, еще раз принять душ и приготовить суп. «Какой же я, всё-таки, молодец» - гордо кивнул я себе и сразу же после этого услышал стук в дверь. - Неужто это та самая пицца, которую я заказывал в 2007-м? – Капитан иронии не понял, обидевшись на то, что я спихнул его со своих колен. - Кто там? – недоброжелательно спросил я человека за дверью. - Сто грамм! – послышалось глупое хихиканье. - Судя по кондиции, там намного больше ста граммов, - щелкнув ключом и открыв дверь, я увидел зрелище, от которого на лице появилась оскомина. Алладин, с растрепанными волосами и без верхней части одежды, смотрел пьяными глазами на мой светлый лик. *** - Ну почему ты не поехал домой? – я возмущался как только мог, мой единственный день отдыха был испорчен! В самом конце! Ну что за жизнь? - Признай, ты по мне скучал, - Алладин положил подбородок на мое плечо, а руками обхватил талию. - Ни капельки. Слушай, - не удержался я, - к чему эти все обжиманцы? Пьяные прихоти? И вообще, от тебя несет алкоголем за версту. - Ладно, правильный ты наш, - Алладин вздохнул и прошел в залу. *** - Можно присесть? - Нет! Ты что! Этот диван отравлен! - Я могу сесть в кресло, - улыбнулся Ал. - Нет, садись на диван и впитывай яд. Тем более что кресло уже занято. И вообще-то я спать хочу! - Но ты же не выкинешь меня на улицу в таком виде? Я сюда добрался на такси, так? А денег на обратную дорогу у меня нет. И ты мне не одолжишь, ибо, цитирую «Тебе хоть дай – хоть выкинь». - В прихожую! На коврик! - ЩАС. - Ладно, хрен с тобой. Ложись рядом. Щелкнул выключатель. *** Мне этой ночью почему-то не спалось. Может, потому что не привык к телу, лежащему под боком, может, от того, что не успел устать за день. Может, и то и другое. Что-то забытое, но навсегда верное. Да. Что-то такое. Шевелится где-то в глубине души. Куда от этого деться? Как к этому прийти? И теперь меня мучает вопрос: а какой она была, эта жизнь без назойливых туканов, именующих себя друзьями-приятелями? Которые как нельзя не вовремя стучатся в дверь, приглашают на прогулки, дарят подарки? Совсем не вспоминается. Наверное, я бы скучал по ним. Пусть что там не говорю. - Мозенрат. Внезапно. Оказывается, Ал не спит. - Чего тебе? - А у тебя есть кто-нибудь? – спрашивает и держит недвусмысленную паузу. Я поворачиваюсь к нему, вижу во тьме только неясный силуэт и щурюсь от некоторой догадки. - Нет! – возмущенно ответил я, - Нет, в смысле, нет, Ал! - Да ладно, чего ты, - он хрипловато засмеялся. – Неужели и попробовать не хочется? - Ал, успокойся. На нетрезвую голову и не такие тараканы проснутся, но всё же… - Так у тебя есть кто-нибудь, хитрожопец?! - Нет у меня никого! Нету! А тебе нужно валерьянки выпить. - И что, совсем бы не хотелось? - Нет. Прости, но… Нет. Ничего такого. - Ну что тебя не устраивает при таком раскладе? Я истерично хихикнул. - Ну, как тебе сказать? - Говори как есть. - Ты… Эй, что ты делаешь?! Я вдруг почувствовал, что рука Ала начала гладить мой живот. - Чешу тебе пузико. Ничего противоестественного. - Пузико он мне чешет. Тоже мне, повседневное занятие. Тем временем рука Алладина опустилась чуть ниже. Я даже в темноте чувствую как он гаденько улыбается. - Отстань! – растроенно затянул я, отворачиваясь, - Отстань от меня! - Да будет тебе ломаться! - Если бы м… Мм!! – ну вот, меня заткнули требовательным поцелуем, а я всего-лишь хотел высказаться. Никакой демократии! Мне было правда неловко. Не представляю, как можно вот так взять и наброситься с непристойный предложением на человека, которого знаешь не один год. Самое дурацкое в этой ситуации было то, что я никак не мог вырваться из под его бешенного напора. И откуда столько силищи у пьяного человека? Ну откуда?! Я с ужасом понял, что его руки залезли ко мне в трусы. Прекрасно, Мозенрат, просто восхитительно! Тебя поимеют в собственной же квартире! Алладин, кажется, и не собирался останавливаться. Мои жалкие попытки освободиться пресекались на корню и я попытался расслабиться. Авось повезет, и он ослабит хватку? Через пару минут, стыдно признавать, но я втянулся. Не было того отвратительного чувства развратности наших действий. «Зато будет что вспомнить» - утешал я себя, переступая через собственный барьер принципов. Тем более, что Ал целовался классно, жарко, с терпким привкусом на губах. Да и, кстати, не только целовался. *** - Как же хочется провалиться сквозь землю, - я лихорадочно вспоминал происшествия прошлой ночи. К моему горю, все запомнилось настолько подробно, что это вызывало некоторый мандраж. - Да ладно тебе. Было клёво, - Ал с улыбкой обнял меня сзади, легонько касаясь губами моей шеи. Я расслабился и отдался во власть ощущений. Того, что произошло, не изменить. А хотелось бы? Капитан сонно потянулся на кресле и замурлыкал.