All My Joy, All My Delight

Он был моей тенью. Он следовал за мной, куда бы я ни направилась, где бы ни оказалась; он был рядом, и стоило мне осмотреться — как я тут же замечала его скромный силуэт. Он был хорош собой, умён, красноречив, среди лучших в школе, а главное, чистокровен. Он искренне любил меня. Как сестру, друга или иначе — мне было не известно и не важно, но всё это делало его милым моему сердцу. В то же время он мог неожиданно сдаться, пойти на поводу у слабости, затаиться. И это отталкивало меня. Однако, я не придавала этому значения и относилась к нему с огромной теплотой и нежностью. Но не более — так мне тогда казалось. Мы были весьма близки. Нам было весело вместе. Вот и всё, что я могла бы сказать о наших отношениях. В один из тех прекрасных зимних дней, когда светит солнышко, и воздух свеж, а снег весело хрустит под ногами, мы возвращались из Хогсмида. Мы шли вместе с Беллатрисой и разговаривали об Андромеде, совсем недавно связавшейся с каким-то грязнокровкой. — Чем она только думает? — негодовала Белла. — Хочет нас опозорить? Я машинально посмотрела в сторону и увидела Андромеду, болтающую со своим низкородным знакомым. Она тоже увидела меня и помахала мне рукой. Я поспешно отвела взгляд. — Андромеда поступает безрассудно, но я не думаю, что она делает это нам назло, — я постаралась охладить пыл сестры. — Возможно, она просто хочет добыть сведения по своему предмету. — Не будь дурой, Цисси. Она втрескалась в него по уши. Ты разве не видишь? Разве тебе это не знакомо? — О чём ты? — я даже задержала дыхание. — Ты ведь и сама прекрасно понимаешь, о чём, не прикидывайся, — резко ответила она. — Кстати, где Крауч? Обычно он от тебя не отходит. — Тебе так только кажется, — я почувствовала, что краснею. — И при чём здесь он? — Брось, я тебя насквозь вижу, — Беллатриса подмигнула мне, злорадно улыбаясь, словно хотела добиться от меня признания. — Эй, Лестрейндж! Где мой учебник? Как вдруг она отвлеклась, завидев приятеля, и я вздохнула с облегчением. Родольфус Лестрейндж поманил её рукой. — А, чёрт с вами. Не обидишься, если я тебя оставлю? — спросила у меня Белла. — Всё в порядке, можешь идти, — я натянуто улыбнулась ей, пытаясь не выдать своей радости. Беллатриса сорвалась с места и умчалась, оставив меня в одиночестве. Я осмотрелась. Барти нигде не было. В этот момент я почувствовала себя страшно одинокой. За все годы учёбы в Хогвартсе я так и не завела друзей и общалась более-менее близко только с сёстрами, но ни с одной из них мы так и не стали подругами: одна предпочитала моё общество обществу мальчишек, у которых пользовалась популярностью благодаря своей самоуверенности и дерзости; с другой нам и вовсе было не по пути. Ах, если бы только Барти прочёл мои мысли, он наверняка спросил бы: «А как же я?» Но его нигде не было. Мы приближались к школе, и я присела на скамейку в надежде встретить его среди отстающих. Я болтала ногами, слушала шелест веток и высматривала его в толпе, как вдруг со мной поравнялись трое учениц Рэйвенкло, которые, увидев меня, стали переговариваться на пониженных тонах и хихикать при этом. Я приняла как можно более надменный вид и отвернулась. — Какая встреча, мисс Блэк, — вдруг услышала я голос одной из них. — Блэк? — усмехнулась другая. — Вы видели её сестёр? Она совсем на них не похожа! — Ты уверена в том, что ты дочь своих родителей, Нарцисса? Спроси их об этом на досуге, — противно пропищала третья. — Может, у тебя нет никакого права кичиться своим происхождением? Ты не думала об этом? Это было слишком. Я была в маму и цветом волос, и цветом глаз, но откуда им знать? Как они смеют! Внутри меня вскипела ярость, но я не могла позволить себе дать ей волю и, конечно же, не собиралась перед ними оправдываться. Вместо этого я с гордым видом поднялась со скамейки, решив вернуться в школу — близился обед: — Вы можете думать всё, что вам угодно, — спокойно, из последних сил сдерживаясь, ответила я невоспитанным девицам, — но знайте: ваши гадкие сплетни останутся на вашей совести, о чём однажды вам придётся горько пожалеть. Я закончила и хотела пройти, но одна из них преградила мне путь, сжав в руке палочку. Двое других девочек встали по бокам от неё, также достав свои палочки. Я не любила конфликты и всегда старалась их избегать, а потому растерялась и не знала, как поступить. Барти всё ещё не было видно, и я лихорадочно соображала, как заставить их пропустить меня. — Разве пристало леди выяснять отношения подобным образом? — вдруг услышала я чей-то голос у себя за спиной. Я обернулась и увидела высокого стройного юношу. У меня перехватило дыхание — так он был красив. У него были платиновые волосы до плеч, собранные в хвост, и серые глаза, льдистый взгляд которых пронзал насквозь. Весь он излучал благородство и уверенность в себе. Он говорил со мной, а я застыла на месте, не в состоянии вымолвить ни слова. Придя в себя наконец, я узнала его: он был старостой нашего факультета, — мы часто встречались то тут, то там, — и сыном Абраксаса Малфоя, с которым мой отец состоял в попечительском совете школы и который довольно часто бывал у нас дома по приглашению папы. — Вам не стоит обвинять мисс Блэк в том, в чём вы её только что обвинили, — продолжал мой спаситель, на этот раз обращаясь к моим соперницам, поражённым не менее меня. — Во-первых, потому, что ваши обвинения ложны и не имеют под собой никаких оснований, а во-вторых, все вы рождены от крови магглов, что позволяет объяснить ваши нападки на мисс Блэк элементарной завистью. Он попал в точку. Ученицы Рэйвенкло изменились в лице и поторопились убраться. Я же осталась стоять на месте, едва дыша. — Позвольте представиться, — Малфой протянул мне руку ладонью вверх. — Люциус Малфой, студент седьмого курса и староста факультета Слизерин. Мы уже не раз встречались ранее… — Нарцисса Блэк, — я вложила свою холодную от волнения руку в его ладонь, и он галантно поцеловал её. — Скажите, как я могу отблагодарить вас за то, что вы так вовремя пришли мне на помощь? И откуда вам известно, что эти девушки — магглорождённые? — Мне известно многое, — он ослепительно улыбнулся мне. — А эти особы… Надо сказать, я попал пальцем в небо. Позвольте сопровождать вас? Он предложил мне взять его под руку, и я охотно согласилась. Мы двинулись в направлении школы. Люциус держал меня за руку. Щёки мои пылали, и что-то не давало мне покоя, но я списала всё на волнение от этой встречи и позабыла обо всём на свете. — Нарцисса! — окликнул меня знакомый голос позади нас. Я не обернулась.