Призраки прошлого

В гостиной комнате был абсолютный разгром. В центре всего этого безумия на полу сидел он, сжав до боли свои волосы. Сегодня он узнал - Акаши все ближе подбирается к его семье, а вчера был налёт на психиатрическую больницу. К счастью, все больные на месте. У них ничего не вышло. Но теперь времени становится все меньше. Со всех сторон на него навалились проблемы. И он не знал, как поступить. Сейчас не знал, потому что разум застилали злоба и отчаянная ярость. Он неожиданно дёрнулся, почувствовав, как кто-то обнимает его со спины. — Тецу-кун, хватит. Пожалуйста. Успокойся, — слезно попросил тонкий, женский, нет, даже девичий голос. Девушка уткнулась ему в спину и всхлипнула. Обернувшись, Куроко увидел Шион. Она прижималась к нему со спины, а по её щекам текли слезы. Похоже, она видела все, что он только что сделал со всем, до чего мог дотянуться. Ярость и злость сразу ушли на второй план, а на первый встало небольшое чувство вины. Он не хотел её напугать... снова. Тецуя не хотел видеть её слезы. Он осторожно отстранил её от себя. Она подняла на него глаза, где в уголках ещё осталась влага, а сами глаза покраснели. Увидев, что Фантом пришёл в себя, Амидаки также попыталась успокоиться и перестать всхлипывать, пальцами вытирая влагу с щёк. Но было видно, что она не может так быстро прийти в себя. — Прости, что напугал, — как-то отрешенно говорит Куроко. — Прошу, больше не делай так. Просто расскажи мне. Поделишь грусть - ополовинишь, — высказалась Амидаки чуть севшим голосом, более менее успокоившись. — Я ведь хочу помочь. Ты можешь со мной поделиться. Тебе страшно, я знаю. Со мной уже было так, — вздохнув, проговорила шатенка, положив голову на его плечо. Было видно, что ей с трудом даются слова. — Когда я узнала о тебе, о смерти бабушки и обо всем остальном, я вела себя так же. Поэтому расскажи мне что-нибудь. Отвлекись. Иногда в прошлом есть ключ к будущему, — многозначительно произнесла зеленоглазая. — Ты действительно хочешь знать? — все так же отрешенно звучит его голос. Девушка кивнула. Голубоволосый взвесил все "за" и "против". В ее словах был смысл. Поколебавшись ещё секунду, он решил все же послушать её и заговорил. —Все началось, когда мне было семь. Меня отпустили гулять по городу. Одного. Я тогда только начал видеть... — Что значит "только начал видеть"? — непонимающе нахмурилась Шион. — Я ничего не видел три года. Когда мне было четыре, произошел несчастный случай, и я ходил с забинтованными глазами. Надо было дать моим глазам оправиться. В семь я наконец снял бинты и снова начал видеть. Я встретил Вейланда. Он был очень подавлен, лишь позже я узнал, что у него умер отец. Я не знаю, что это было, интуиция или просто воля случая, но мы познакомились. Вейланд любил баскетбол так же сильно, как я. С детства я восхищался этим видом спорта. Я смотрел, как играет Джейн-нэ, и мечтал стать таким же талантливым, как она. Вскоре я столкнулся с Шигехиро Огиварой. Мы играли втроём: я, Вейланд и Огивара. Тогда я впервые осознал ощущение неприкосновенности на площадке. Невидимость пробудилась во мне. Однако вскоре мы были вынуждены попрощаться с Огиварой, но пообещали друг другу, что сыграем в средней школе, когда он вернётся. Позже я познакомился с Такао. Морока была конкретная. Но в итоге моя мать взяла над ним опеку, и он стал моим приёмным братом, а позже и названным. Через год моя мать умерла. Я был подавлен. Но ещё я испугался за старшую сестру. Она не проронила ни звука после того, как вернулась с похорон матери. Мне даже показалось, что она стала немой. Потом она все-таки заговорила и поздравила меня с днём рождения. Но она отдалилась от нас. Я был зол на неё за это. Ведь мы так в ней нуждались тогда. Тогда в мою голову пришла мысль создать команду. Не помню, чем была обоснована эта мысль. Вейланд и Такао меня поддержали. И я стал искать талантливых игроков. Это было мне по силам. Мне всегда удавалось разглядеть таланты людей. Первыми мне на глаза попались близнецы. Настоящие маньяки баскетбола. Особенно Хикауру. Он буквально дышал и жил баскетболом. Следующей была Югито. У неё был талант, но она его не видела. Точнее выбрала стиль игры, противоположный её таланту. Поэтому она и была так неуклюжа тогда, — усмехнулся Куроко, явно вспомнив былые времена. — Югито-сан была неуклюжей? Не верю, — вскинула брови Шион, на ее лице появилась лукавая улыбка, а в зеленых глазах засветились весёлые смешинки. — Придется поверить. Она не могла стоять на одном месте и спотыкалась повсюду. Киригая играла на позиции центрового, но это явно не была её истинная позиция. Я лишь подсказал ей правильный путь, а Хикауру, потеряв терпение, сам спровоцировал её наконец осознать и начать развивать свой истинный талант. В этом мы с ним были похожи. Оба могли видеть скрытые таланты окружающих. Потом я встретил Ямато. Он единственный из нас, кто понятия не имел, как играть в баскетбол. У него просто не было времени на него. Его отец забил его график разными секциями, по часам расписав его жизнь. Ни минуты свободного времени. Норико-сенсей была его матерью и пыталась убедить супруга дать ему немного свободы. Но Каварама-сан не слушал. В Ямато были все данные для игрока. И мой дядя помог, побеседовав с его отцом и убедив того дать согласие, чтобы он играл с нами. Его уникальный стиль был разработан с небольшим вмешательством Сарады и Югито, ну и я немного руку приложил. Норико-сенсей согласилась быть нашим тренером, потому что кое-что она знала в этом. Откуда? Мы были без понятия. Однако теперь я начинаю догадываться. Но в основном она давала нам всем то тепло, которого мы все были лишены по тем или иным причинам. Все это превратилось в какую-то глупую игру в "семью". Внимание Норико-сенсей заменяло многим из нас материнское понимание, которого почти все из нас были лишены. Исключение составляли лишь Вейланд, Кауру и Ямато. Позже всех к нам присоединился Сакурай. Он был намного резче и грубее, чем сейчас. Он был диким и необузданным пламенем. Несмотря на его ранний возраст в нем чувствовался стержень. Он не собирался прогибаться под кого-то. Первые месяцы он вообще щетинился и чуть ли не рычал на каждого из нас, всегда напряженный, как струна, словно ждал подвоха. Но со временем успокоился. Я чувствовал его талант, как и Хикауру. Но мы всё не могли понять какой. Выяснили это благодаря нелепой случайности. Мы просто купили еду в кафешке неподалёку от площадки. И я случайно заметил, как выброшенная Ре упаковка попала в урну, хотя он даже не смотрел, куда бросал. И я попросил его забросить что-нибудь в другую урну подальше. Сначала Сакурай посмотрел на меня как на сумасшедшего и явно сдержался, чтобы не покрутить пальцем у виска, но мою просьбу выполнил, хоть та урна и находилась в трех метрах от нас. Он забросил туда бумажный стакан с газировкой, который, вообще-то, принадлежал Такао. И попал в цель. Помню, как они разругались и подрались. Нам с Сарадой пришлось их разнимать. Так он и узнал свой талант - меткость. Через полгода он узнал, что его мать умерла от болезни. Его хотели забрать в детдом, а его имущество забрало бы государство. Но мой дядя и тут помог. Он установил опеку над Сакураем по программе "второй шанс". Дядя всегда мне помогал. Нет. Он помогал не мне, а нам. И если Норико-сенсей была матерью в этой игре, то он был отцом. Кохара-оджи всегда заменял мне отца. И когда-то наследников Кацуми было на одного больше, — выдохнул Куроко, после чего резко замолчал и потерянно поднял взгляд к потолку, словно ища кого-то взглядом, но, естественно, никого и ничего не нашёл. — Прости. Я, наверное, утомил тебя. Вывалил всю эту чертовщину из жизни тебе на голову, — горькая улыбка окрасила его лицо. — Не говори так. Ведь это все - твоё прошлое. В моей жизни никогда не было таких значимых событий. Слушая тебя, я думаю: "какой скучной была моя жизнь до этого". Продолжай. Я хочу знать. Может, я смогу помочь, если буду знать, как все начиналось, — проговорила Амидаки. Несколько мгновений Куроко неотрывно смотрел на девушку, и Шион подумала, что сболтнула чего-то лишнего. — Ты точно не выдуманная? — приподнял бровь в вопросе Тецуя, и на его губах появилась привычная лисья улыбка. Шион на это заявление лишь рассмеялась звонким заливистым смехом. — Я уверена, что вполне настоящая, — с азартом в голосе проговорила шатенка, совершенно позабыв, что плакала совсем недавно. — Но ты так и не закончил рассказ, — уже серьезным голосом сказала Амидаки, и Куроко поразился, как же быстро у женщин бывают перепады настроения и тона, хотя, живя с Югито и Катаной, он должен был уже привыкнуть. — Почему одного из вас не стало? Кто он или она? — Он был моим кузеном. Сыном Кохара-оджи. Его звали Кира. Он был старше нас. Даже старше Джейн-нэ на два года. Они предпочитали жить скромно. Нанами-сан, жена Кохара-оджи, была очень милой и доброй. Но однажды в их дом ворвались грабители. Они были вооружены. Кохара-оджи не было дома. И когда Нанами-сан и Кира-нии оказали сопротивление, грабители... Их... Они их застрелили. Мне тогда было всего шесть, и, если бы не фотографии, я бы не знал, как он выглядел. Но я помню его голос. Он всегда был весёлым и добрым. Кохара-оджи так и не женился больше, потому что всегда любил лишь Нанами-сан. Сакурай заменил Кохара-оджи Киру, а сам он для Сакурая заменил отца, которого у нашего Дракоши никогда не было... — Я ему сочувствую. Я сочувствую всем вам. Сарада мне рассказывала о том, как вы встретили Кадзунари-сана. Все действительно было так плохо? — с грустью в глазах спросила Амидаки. — Крайне плохо. Тогда дар Сарады не был столь сильным, как сейчас. Травмы Такао оказались очень опасными, и как выразился врач: "Это чудо, что он еще двигается". Две недели он лежал в травматологии. Ему запретили двигаться. И когда он наконец вышел полностью здоровым, он сказал, что чувствует себя заново рожденным. А когда начались тренировки, он был самым резвым из нас. Потом появился Ре, с которым они и по сей день соперничают, — выдохнул Куроко и поднялся с насиженного места, подавая девушке руку. Амидаки ухватилась за протянутую ладонь, и Тецу потянул ее на себя, помогая подняться. Шион разгладила невидимые складки на юбке и проследила взглядом за молча удаляющимся юношей, пока за ним не захлопнулась дверь. Сжав губы в нить, шатенка направилась в свою комнату. Она даже не удивилась, когда он так внезапно прервал рассказ и ушел. Это было вполне в его духе. Присев на край своей кровати, она тяжело вздохнула. Обстановка в последние дни накалялась, и чувствовала Шион, что грядет буря. Ее размышления прервал стук в дверь. — Войдите, — чуть громко проговорила шатенка. Чуть приоткрыв дверь, в комнату вошла Джейн под удивленным взглядом зеленых глаз. Первое, что бросилось в глаза Амидаки, это волосы гостьи, которые стали значительно короче, став уровня лопаток, но все так же были слегка волнистыми и продолжали отливать голубым. Похоже, она состригла приличную длину, но зачем? — Привет, — улыбнулась лишь уголком губ брюнетка. Одета она была по-домашнему: серые бриджи, белая майка и бледно зеленый вязаный кардиган, а на ногах простые балетки. Но даже так она не теряла своей элегантности. — Здравствуйте, — все еще немного удивленно проговорила Шион. — Не надо так официально. Мы же скоро породнимся. Просто Джейн, — покачала головой старшая Кацуми. — Нам ведь не удалось нормально познакомиться и поговорить за то время, пока ты здесь. Может, хочешь перекусить? — чуть склонила голову на бок Джейн и протянула Шион тарелку с печеньем, которую шатенка сначала не заметила. — Спасибо, — неловко улыбнулась Амидаки, встав с кровати, подошла к Джейн, взяла одно лакомство и надкусила его, пробуя. — Вкусно! — воскликнула шатенка, с наслаждением смакуя вкус. — Может, поговорим? — с довольной улыбкой проговорила Джейн, поставила тарелку на столик между двух кресел и села на одно из них, жестом предложив Амидаки сесть напротив. — О чем? — непонимающе похлопала зелеными глазами Шион, но все же присела на кресло напротив. — О Тецуе, — вздохнула брюнетка, лишь сейчас позволив себе расслабиться и откинуться на спинку кресла. — Вы знакомы не так уж и долго, но он доверился тебе и поведал часть своей истории. Мало кому он доверялся столь быстро, — издалека начала Пирс. — Откуда вы знаете? — нахмурилась шатенка. — Я много чего знаю. В пределах дома не так уж и сложно за всем наблюдать. Ты знаешь, горничным и дворецким тоже бывает скучно, — с хитринкой проговорила Джейн, сверкнув своими фиолетовыми глазами, и Амидаки мгновенно смекнула, что их подслушивала прислуга. Но ещё Шион уловила нотки схожести в лисьей улыбке Тецуи и хитрой улыбке Джейн. — Вот почему Тецу-кун и Катана предпочитают жить вдали от дома. Подальше от лишних ушей, — бросила красноречивый взгляд своих зеленых глаз в сторону старшей Кацуми. — Возможно. Вижу, девочка ты не глупая. Поэтому хочу попросить об услуге. Собственно, зачем я сюда и пришла, — поднялась с места брюнетка, скрестив руки на груди, и начала мерить шагами комнату. — Я ведь могу на тебя положиться? — метнула острый взгляд в сторону шатенки Джейн. Внезапно вся её тёплая аура развеялась, и, кажется, Шион почувствовала, как будто вокруг температура резко упала. Амидаки начала понимать, почему все относятся к ней с уважением, даже если недолюбливают её. Пирс пугала своей аристократической холодностью и даже осанку держала подобно королевской особе. — Смотря, что за услуга? — кое-как совладав с собой, последняя из рода Амидаки смогла придать своему голосу небрежность и заметила на лице брюнетки удовлетворённую полуулыбку, её холод отступил, вернув на место тёплую располагающую ауру. Значит, Джейн просто проверяла её на прочность? Судя по реакции старшей Кацуми, она не разочаровала её. — Я хочу, чтобы ты помогла Тецуе. Хочу, чтобы ты поддержала его. Мне он не позволит помочь из-за обиды детства. Я догадывалась, что так будет, когда поступала таким образом после смерти матери. Но я не думала, что когда-нибудь буду столь беспомощна, когда моему брату, неважно которому, понадобится помощь, — тяжело вздохнула брюнетка, опустив голову. — Гений из тысячи раз хоть один, но ошибется. Вот и мой черёд расплатиться за ошибку прошлого, — горько усмехнулась брюнетка. — Ну так, я могу рассчитывать на твою помощь? — пристально посмотрела на неё Пирс. — Разумеется, — понимающе кивнула шатенка. — Спасибо. Если будут вопросы или проблемы относительно Тецуи - обращайся. Помогу, чем смогу, — улыбнулась лишь уголком губ Джейн. Амидаки ясно разглядела в этой улыбке грусть, переживание, благодарность и понимание. Шион была уверена - это самая искренняя улыбка старшей наследницы, на которую она вообще сейчас способна. Как же много Шион ещё не знает об этой семье? Джейн спешно покидает её комнату. Амидаки берет свой блокнот из тумбочки и рассматривает свои рисунки. На всех рисунках реальные люди в сказочных обликах. Вот Сакурай в своей привычной одежде на фоне кратеров и адского пламени. На некоторых участках его кожи - на запястьях до тыльной стороны ладоней, вокруг глаз, кое-где на шее - бледно-коричневая чешуя. Ему, как никому другому, подходит этот имидж. Все выглядит настолько естественно, что Шион пугается реалистичности картины. На следующей странице Куроко. Вокруг него, обнимая его своими девятью рыжими хвостами, парит полупрозрачный лисий дух. Глаза его закрыты, а лицо спокойно, за спиной два черных крыла. В первый день она увидела в нем тёмного ангела с лисьей, но такой манящей улыбкой, и этот образ глубоко засел в её голове. А вот Катана. У её ног вьются пантеры, а на заднем фоне - ночной лес, и видно кусочек неба, усыпанный звёздами, но без Луны. Голубые глаза девушки с вертикальным зрачком в хитром прищуре, а на губах полуулыбка. Хищница под маской беззащитного котёнка. Чертовски хороша! Кажется, Шион успела нарисовать каждого Элементара в его стихии, каждого члена Кацуми в его амплуа, но Джейн она так и не нарисовала. Ну что же, пора исправиться. Простой карандаш привычно ощущается в руке. Уверенно Амидаки рисует контуры, и на пустом листе появляются очертания. Проходит часа два, прежде чем Амидаки заканчивает работу и откладывает цветные карандаши. На картине Джейн сидит, оперевшись на одну руку, у причала, опустив другую руку в воду. На ней чёрное платье без бретель, с подолом, что длинный сзади, а спереди открывает вид на ноги девушки. Кристаллы, что украшают корсет, блестят от лунного света, что ярко светит, озаряя своим лучом брюнетку, словно благословляя. На ногах черные сапожки. Рядом с ней лежит белый барс, положивший голову на скрещённые лапы, и наблюдает за брюнеткой. Прозрачный голубоватый платок, прикрывавший плечи, соскользнул с одного плеча. Выражение её лица спокойное и слегка грустное. Черные волнистые волосы раскиданы по плечам. На заднем фоне сад, в котором произрастают одичавшие темно-фиолетовые розы. На шее висит кулон в виде месяца из серебра на чёрной тонкой веревочке. Шион была определённо довольна своей работой. Может, позже она что-то изменит в этой картине, но сейчас этот рисунок отображает в себе все, что Амидаки увидела в Пирс.