Призраки прошлого

Аомине вышел из-за угла, где прятался все это время. Однако в его глазах Сакурай не прочел должного удивления. Лишь настороженность и напряжение. Он с опаской смотрел на Рё. — Смотришь так, будто не впервые видишь меня таким, — усмехнулся Сакурай. — Я уже видел тебя таким. Значит, это настоящий ты? — еще сильнее нахмурился Дайки. — Да. И когда же я успел проколоться? — с любопытством спросил Рё, но на губах расцвела фирменная бандитская улыбка, а глаза угрожающе сощурились. — После матча с Разящей. Я случайно увидел, — ответил Ас Чудес. Интуиция била тревогу, убеждая Аомине уйти как можно дальше от Сакурая, но разум продолжал ее игнорировать. — Как ты связан с Разящей и Тецу? — задал мучивший его вопрос Дайки. — А вот это... — Сакурай специально сделал паузу. У Аомине перехватило дыхание, ноги окоченели, тело не слушалось, страх прокрался в его душу. Тяжелый форвард мог лишь с ужасом на него смотреть. Кислорода катастрофически стало не хватать, но вздохнуть он не мог, как и сдвинуться хоть на миллиметр. Казалось, Рё излучает огонь и жар. Он стал самим олицетворением опасности. Создавалось впечатление, что еще секунда, и он превратится в дракона из легенд и проглотит Дайки с потрохами, даже не подавившись. — Это совершенно не твое дело, — закончил свою фразу Сакурай и ушел с крыши. А Аомине упал на колени, жадно хватая воздух. Тело била мелкая дрожь, глаза все еще были раскрыты в ужасе. Когда синеглазый более менее пришел в себя, то сорвался с места, ища Момои. — Дай-чан, что случилось? — удивленно спросила обладательница розовых волос. — Нужно поговорить, — сказал Аомине и увел Сацуки подальше от посторонних ушей. — Сацуки, что ты знаешь о Сакурае? — Ну... У Сакурай-куна очень сложное прошлое. Отец неизвестен. Мать вела разгульный образ жизни, за ребенком не следила. Впоследствии подхватила болезнь, от которой скончалась. Его чуть не забрали в детдом, но он попал в список участников программы на второй шанс. За него поручилась Мейдж Кохара. Все, что принадлежало матери Сакурая, перешло к нему как к единственному наследнику. Дом матери и ее украшения он продал и открыл себе счет, купил квартиру неподалеку от Академии Тоуо. Ему ежемесячно присылают пособие. И ежемесячно его счет пополняется на определенную сумму. Живет один. В младшей школе его команда была второй в Японии по баскетболу на Зимнем Кубке. В средней школе также выделился, окончив школу с отличием. Еще на втором курсе средней школы ему пришло приглашение в Тоуо. Вот и все, — выдала все, что знала, Момои. — Ясно, — выдохнул Аомине. Шутоку. За два часа до этого. Начинался первый урок. Вошел учитель истории. — Здравствуйте, ребята. Прошу, познакомьтесь с вашей новой одноклассницей, — при этих словах в класс вошла уже знакомая брюнетка, деловито поправляя свои красные очки. — Представьтесь, пожалуйста, — попросил учитель. — Меня зовут Казуто Сарада. Я приехала из Лондона. Рада познакомиться, — без эмоций проговорила девушка, на губах появилась вежливая улыбка, но чисто из приличия. — Хорошо, Казуто-сан. Мидорима-кун, надеюсь, ты поможешь ей с расписанием и получением учебников, — обратился учитель к бомбардиру Чудес. Тот лишь кивнул. — Можете сесть на любое свободное место в классе, Казуто-сан. — Благодарю, — отозвалась Сарада и села на свободное место рядом с Кадзунари. — Привет, сестренка, — шепотом сказал Такао. — Привет, Такао, Мидорима-кун, — вежливо и тихо сказала брюнетка. Урок прошел спокойно. Однако, как только прозвенел звонок, все накинулись на новенькую с вопросами. Сарада немного растерялась. Ведь после интеллигентной Англии такое может показаться стадом дикарей. Но положение спас Кадзунари, вытянув из толпы свою сестру и убежав в класс биологии, где, собственно, и будет следующий урок. — Спасибо, брат, — проговорила Сарада, смотря на Такао своими черными глазами, но не могла сфокусировать взгляд. Силуэт Кадзунари становился расплывчатым. И только через минуту до девушки дошло, что она, убегая от одноклассников, обронила где-то очки. — О нет! Мои очки. Что же делать? — паниковала Казуто. — Успокойся, — Кадзунари схватил сестру за плечи и слегка встряхнул. — Мы найдем твои очки, а если нет, купим новые. Это же просто вещь, что в ней такого? — Просто вещь! Ты не понимаешь, это очки моей мамы. Мне нельзя было их терять, — истерика накатила на Казуто. — Боже, я ужасная дочь. Ужасная. Как я могла их потерять? — сев за парту, Сарада схватилась за голову, бормоча себе под нос. А Такао сложил руки на груди и закатил глаза. Никогда ему не понять женщин. — Извините, Казуто-сан, — черноволосая подняла свои черные глаза на говорившего. Если бы не зеленые волосы, она бы его не узнала. — Да, Мидорима-кун? — спокойно сказала девушка. И не поверишь, что секунду назад у нее была истерика. — Полагаю, это ваши очки, — Шинтаро протягивал девушке ее очки. Левое стекло, увы, было треснуто, но в целом очки были в хорошем состоянии.