Забудь кто ты.Метка

Кто ты?

Дмитрий привёз меня домой, когда на часах уже было начало десятого. Он не просто довёз меня, но ещё и помог дойти до квартиры. — Спасибо тебе большое за всё, что ты сделал для меня сегодня. Теперь я дома и в полной безопасности, — сказала я Диме, когда мы зашли в квартиру. — Ты одна дома? — спросил он. Я кивнула. — А где твои родители? — Мама в отъезде, а папа… У меня нет отца. Он посмотрел на меня сверху вниз, и в его глазах было отчётливо видно, что он сожалеет. — Извини, если я задел тебя этим вопросом, просто оставлять тебя одну в таком состоянии я не могу. — Всё нормально, Дмитрий, — улыбнулась ему я. — Вот уж как мне быть дальше — это точно моя проблема. Ты и так потратил на меня много времени. Я вполне могу сама передвигаться по дому. — Нет, Каштанка, одну я тебя не оставлю, — твёрдо произнёс он. — Дима… — Ты знаешь такое слово «нет»? Так вот — нет, значит, нет. — Я позвоню своей подруге и попрошу её переночевать у меня. — Звони, я подожду, — уверено произнёс он. — Дмитрий… — Я жду, Каштанка. У тебя два варианта: подруга или я. Мысль о том, что Дима может остаться ночевать в моей квартире, привела меня в замешательство. Я была очень ему благодарна за всю помощь, которую он мне оказал, но оставаться со мной на ночь — это уже перебор. Как бы плохо мне не было, как бы не болела голова, я не могу принять такое предложение. Посмотрев на него, я достала из сумки телефон и якобы набрала Софи. Мне меньше всего на свете хотелось, чтобы кто-то ещё узнал о том, что со мной произошло. Доставлять кому-то лишних хлопот не могла. — Пытаешься меня обмануть ложным вызовом? — строго произнёс он, от чего по моему телу побежали мурашки. — Послушай, Дмитрий… — Нет, это ты меня послушай. Если бы ты была на моём месте, а рядом с тобой стоял человек, которому плохо, ты бы вот так просто ушла? Его слова заставили меня задуматься. Я бы никогда не смогла уйти от человека, которому плохо. — Нет, — коротко ответила я, опустив голову вниз. Делать было нечего — позвонила Софье и попросила её прийти ко мне. Она сказала, что будет у меня через минут 5-10. — Всё, Софи придёт, — сказала я Дмитрию после разговора с подругой. — Я подожду. Мне было очень неудобно перед ним, а если быть точнее, то мне было стыдно, ведь первое моё мнение о нём было полностью ошибочным. — Может ты чего хочешь? Чай, кофе или покушать? — спросила я. Нельзя держать человека в коридоре, нужно проявлять гостеприимство. — Нет, спасибо, — коротко ответил он. — Хотя бы просто присядь, — предложила ему я. Он сел рядом со мной на стул, и мы стали ждать Софью. — Как я могу отблагодарить тебя за всё? — спросила я у Димы. Он улыбнулся. — Вариантов на самом деле много: отдохни за выходные, наберись сил перед новой учебной неделей … — Дмитрий, я спрашиваю, чем могу тебя отблагодарить, а не себя. — Я и перечисляю тебе варианты, — уверено ответил он. Я вздохнула. — Ты меня простил? — тихо спросила его я. — Я на тебя и не обижался, Каштанка. — Что с университетом? — А что с ним? — спросил он. — Ты ведь не уйдёшь из него, правда? Он посмотрел на меня, а затем произнёс: — Теперь мне уже точно нельзя уходить из него. Я улыбнулась, и это была искренняя улыбка, мне даже захотелось обнять его, но я сдержала свои эмоции. — Знаешь, а ты не такой уж и зеленоглазый тип, то есть ты зеленоглазый, но вовсе не тип, — вслух сказала я. — Кто? — с улыбкой спросил он. — Зеленоглазый тип? Это так ты меня называешь? — Ой, извини, случайные мысли вслух, — смущённо произнесла я и опустила голову. — Да, может ты только с виду скромная? — с усмешкой спросил он. Тут раздался звонок домофона. Дмитрий снял трубку и нажал кнопку «Открыть». Он не стал спрашивать кто это, так как было понятно, что это София. Когда она увидела меня и Диму, то её глаза округлились или, если быть точнее — полезли на лоб. Я была уверена, что она ошарашена не столько моим видом, сколько тем, что Дмитрий стоял прямо перед ней у меня дома. — Проходи, Софи, — сказала я ей. — Что произошло? — еле произнесла она. Готова поспорить — всё это время София не дышала. — Я тебе всё расскажу, но чуть позже. — Что ж, теперь я могу идти и не волноваться, ведь оставляю человека в надёжных руках, — произнёс Дмитрий. В его словах была доля юмора, которую мне удалось заметить. — Спасибо огромное, Дмитрий, — поблагодарила его я, а затем он ушёл, пожелав нам спокойной ночи. Не успел Дмитрий уйти, как Софи налетела на меня с кучей вопросов. Мы с ней покушали, а потом она помогла мне лечь на кровать и накрыла одеялом. Всё, что произошло со мной сегодня я рассказала ей в мельчайших подробностях, но про то, что мы сидели с Дмитрием на поляне и разговаривали — рассказывать не стала. Проснулась я в 10 утра. Была суббота, и за окном лил сильный дождь. Мне было уже намного легче. Благодаря мази на моих губах не осталось болячек, но щека всё ещё была красной, и голова немного болела. Ещё бы ей не болеть — меня по ней ударили с силой, не понимаю, как она ещё осталась в целости и сохранности. Тут могло бы быть сотрясение мозга, но мне повезло, что я его чудом избежала. Мы позавтракали с Софи, немного ещё поговорили, а затем она ушла домой, так как ей нужно было сделать кое-какие дела. Но Софья сказала, что придёт вечером и останется на ночёвку. Она была очень рада, что мне удалось поговорить с Дмитрием и попросить у него прощение. Тому, что он остаётся в университете, София была рада ещё больше. Как любая подруга, Софи уже строила планы на будущее, в которых я буду девушкой Димы. Но она ошибается. Для меня Дмитрий — это хороший человек, который может стать верным другом. Это он мне доказал. Тем более я видела его девушку, и они подходят друг другу. Она красивая, женственная, и пусть в ней что-то было такое, что меня отталкивало, но её выбрал Дмитрий, а значит она ему нравится. И вообще, у Димы большое будущее: он талантливый; знает в совершенстве английский, а может и другие языки; у него очень красивый голос, и сам он тоже красивый, а вдобавок и умный. Такие люди всегда и везде нужны. Своё будущее я представляла иначе: останусь в своём городе и буду работать, помогать людям и животным, найду человека, с которым заведу семью и буду воспитывать ребёнка. По крайней мере, именно так я видела своё будущее. Но всё может быть совсем по-другому, и этого я точно знать не могу. После того, как ушла София, я приняла душ и села читать книгу. Спустя час мне позвонила мама. — Как у тебя дела, дорогая? — спросила она. — Всё хорошо, мам. А как дела у вас? Что там делаете? — У нас всё отлично. Вот прошёл небольшой дождь, сейчас собираемся идти в магазин. У тебя точно всё в порядке? — Конечно, мам. У меня всё в полном порядке. — Мне кажется, ты чего-то не договариваешь, — произнесла она. Мама всегда говорила, что у людей есть шестое чувство, особенно оно проявляется между матерями и детьми. Видимо, сейчас у нее было как раз оно. Я не могу сказать ей, что со мной произошло, София обещала молчать, так как понимает, что я не хочу расстраивать свою маму. — Всё хорошо, мамочка, — произнесла я. — Когда ты приедешь? — Вот именно об этом я и хотела поговорить, Лида. Дело в том, что Аллу вызывают в срочную командировку, и вернётся она только в понедельник вечером. Борис сейчас в отъезде по работе, и с Танюшей некому сидеть, поэтому я отпросилась на работе и останусь в Петербурге до вторника. Но меня беспокоит то, что ты будешь одна дома все эти дни. — Мам, не переживай. Конечно, помоги тёте Алле и дяде Борису, а я не одна — со мной будет София. — Хорошо, если с тобой будет София, то тогда я не беспокоюсь. Я буду тебе звонить каждый день и узнавать, как у вас дела. Если что-то вдруг произойдёт — звони мне обязательно. — Да, сэр. Мы ещё немножко поговорили с мамой, а потом я решила посмотреть телевизор. Спустя пару минут я его выключила, так как смотреть там нечего. Решила полежать на диване, укуталась в плед и задумалась. Тётя Алла — это старшая сестра моей мамы, которая живёт в Петербурге. Её муж — дядя Борис, работает дальнобойщиком и часто ездит в разные уголки страны. Сама тётя Алла — высококвалифицированный хирург. Бывает, что её вызывают в другие города, чтобы провести серьёзную операцию. У них двое детей: сын Евгений — 22 года и дочь Татьяна — 7 лет. Женя сейчас находится на службе в Сочи. У них очень хорошая и дружная семья. Они часто приезжают к нам в гости, и мы с мамой ездим к ним. Родственников у нас мало и нужно поддерживать хорошие отношения. Полежав немного на диване, я встала и посмотрела в окно. Дождик почти закончился. На часах было 14:45, я взяла тетрадь по математике и начала делать домашнее задание. Когда я увидела цифру восемь, то вспомнила о вчерашнем следе в виде восьмёрки. Он совсем вылетел у меня из головы. Я переутомилась и потратила немало нервов. Все мои мысли собрались в кучу и не давали покоя, только сейчас я поняла, что тот след на земле никогда там не был. Мне стало интересно — есть ли он там сегодня, возможно, дождь его смыл. А вчера, видимо, я его не увидела из-за своего самочувствия, хотя, мне казалось, что пока я сидела на той поляне — его там не было. Вероятно, ошибаюсь. В любом случае, мне стало интересно, поэтому я надела чёрные штаны, белую тёплую толстовку с капюшоном и чёрные кроссовки, а затем вышла из дома, чтобы направиться к тому месту, где увидела след похожий на цифру восемь. Ровно через полчаса я была на том самом месте, и каково было моё удивление, когда я увидела тот же след, и он был чётким. Странно, — подумала про себя я. Если бы это была краска, то со временем она бы становилась бледнее, но эта восьмёрка была такой, словно её только что нарисовали. Самое странное то, что она ведь не на асфальте, а на земле, которая была ещё сырой после сильного дождя. Я присела на корточки рядом с ней и дотронулась до её правой части. — Бооже, — произнесла я вслух. Она ведь горячая, я чуть не обожглась. Мне стало не по себе. Что это такое? Природное явление или ещё что? У меня даже не было никаких вариантов. Я взяла с земли небольшую веточку и прикоснулась ею к правой капельке восьмёрки. Она загорелась. Я быстро её потушила. — Что это? — снова произнесла я вслух. У меня не было слов, чтобы описать то, что произошло, но веточка загорелась так, словно свеча, которую поднесли к огоньку. Я снова взяла веточку и на этот раз провела по левой капельке восьмёрки, по той, в которой я вчера стояла. С ней ничего не произошло. Она не загорелась. Моему удивлению не было предела. Я решилась дотронуться до неё рукой, а когда прикоснулась, то эта часть была еле тёплой, почти что холодной. — Что ты здесь делаешь? — услышала внезапно строгий и знакомый голос, который напугал меня до ужаса, что я даже упала на землю. Когда я встала и обернулась, то увидела перед собой Дмитрия, и он был явно зол. — Ты меня напугал, — произнесла я. Не успела я и моргнуть, как он взял меня за руку и… Мой Бог, мы оказались совершенно в другом месте. Мы оказались недалеко от моего дома среди высоких деревьев и камней. Он отпустил мою руку, я резко повернулась, чтобы бежать, но он возник прямо передо мной с горящими глазами. Огненные глаза горели словно пламя. Я застыла, мне даже казалось, что мои волосы встали дыбом. Я не могла даже пошевелиться. — Господи, — еле слышно, дрожащим голосом произнесла я. — Кто ты? Не знаю, что он сделал, но его глаза снова стали зелёными. — Можешь называть меня как угодно: монстр, чудовище, демон и так далее. Не ошибёшься, — твердо произнёс он. Даже голос его был тяжёлым. Мне было страшно, я хотела кричать на весь мир. — Прошу, скажи мне, что это сон. Скажи мне, что это кошмар, что я сплю… — умоляюще просила я. — Это не сон, — услышала я в ответ. Я перестала чувствовать свои ноги, не могла поднять даже руку, не могла закричать — мне было страшно, очень страшно. Такого страха я ещё не испытывала никогда в жизни. — Ты хотела меня отблагодарить? Так вот, чтобы больше твоей ноги не было в том месте. Ты меня поняла? — жёстко и громко произнёс Дмитрий. Моё сердце забилось сильно, мне казалось, что ещё чуть-чуть, и я потеряю сознание. — Не заставляй меня жалеть о том, что я помог тебе вчера. Это моё предупреждение. Появишься на том месте снова — пожалеешь об этом, очень сильно пожалеешь. Не лезь туда, куда тебя не просят. Он снова взял меня за руку, и мы оказались на моей лестничной площадке. — Запомни, если я тебя там увижу — за себя не отвечаю. Он растворился в воздухе, а я так и осталась стоять на месте, потеряв дар речи.