Незабываемое приключение!..

— Как?! И это все?! — возмущенный крик Эцио разнесся по поляне, недалеко от леса Фангорн. — Эх такая битва и так быстро закончилась, чуть меньше пятнадцати минут, с учетом того, что эти орки были куда сильнее предыдущих… — итальянец был расстроен. — В этот раз нас больше, и счет шел один к пяти, ничего удивительного, — пожал плечами Дез. Уже вечерело, солнце почти зашло за горизонт и его последние лучи окрашивал небо в ярко-алые и оранжевые тона. Редкие тучи проносились мимо, а легкий ветерок пригибал к земле зеленую траву. Древний лес простирался от горизонта до горизонта. Тени там были постоянными, а деревья высокими с пышными темными кронами. — И все же, кажется, хоббиты убежали в лес… — пробормотал Коннор. В его нагрудном кармане что-то зашевелились, потом тонко пискнуло, и наружу выбрался маленький летучий мышонок, который привязался к метису еще в Мории. Звереныш придирчиво осмотрелся по сторонам, а потом вспорхнул над ассасинам, разминая свои небольшие крылышки. — Кажется, они меня не так поняли, когда я крикнул им убегать подальше от сюда… — задумчиво проговорил Альтаир, смотря на парящего над ними зверька. — Но я ж не знал, что они это воспримут так… буквально… Да и с врагами мы разобрались быстрее, чем рассчитывали… — не меняя тона закончил он. — Тогда, я предлагаю пойти искать их! — наконец прекратил бесноваться итальянец и выдвинул свою идею. — Я предлагаю дождаться стальных… — проговорил Дез, смотря куда-то в сторону. — С чего это вдруг? — приподнял бровь Эцио, ему не очень хотелось сидеть на одном месте. — А ты сам взгляни, — кивнул Майлс, как раз туда, куда смотрел несколько мгновений назад. Там на горизонте появились всадники. Пять резвых скакунов несли на своих спинах шестерых всадников, так как гном сидел на одной лошади с Леголасом. — Отведем лошадей чуть ближе к лесу, там как раз есть хорошая полянка. Не думаю, что с ними будет удобно гулять по этим дебрям, — предложил Альтаир, с ним все были согласны. Кони дружелюбно пофыркивали, тыча мордами в своих хозяев. Но когда их привязали длинной веревкой к одинокому дереву посреди поляны, они быстро потеряли интерес к братьям-следопытам и принялись щипать сочную зеленую траву, которой здесь было очень много. — Вот вы где, паршивцы! — строгим тоном обратился к братьям-следопытам Хэйтем. — Не могли нас подождать?! Почему сразу помчались невесть куда сломя голову?! — Эээ… — многозначительно протянул Коннор, растерянно переглядываясь со своими братьями. Почему-то сейчас он себя чувствовал как нашкодивший младенец, хотя, под строгим взглядом отца он всегда себя чувствовал не очень уютно. — А что мы еще должны были сделать? — раздраженно отозвался Ла-Ахад. — Дезмонда и Эцио утащили орки, и мы не могли потерять драгоценное время на споры. — Меня больше интересует, почему вас, двоих оболтусов, схватили в плен? — задал вопрос соскочивший с лошади Шей. Впрочем, остальные члены братств тоже спешились. — И где хоббиты? — Ну тут все просто, — оживился Эцио, — Эти глупые твари принял нас за хоббитов… — Всегда поражался орочьей глупости и, думаю, что не перестану поражаться, — покачал головой Арагорн, решивший привязать всех лошадей поближе к лугу. — А хоббиты убежали в лес, — закончил Дезмонд. Арно недоверчиво посмотрел на темную стену деревьев, что возвышалась над ними и опасливо спросил: — Этот лес? — А ты видишь здесь какой-то другой? — не менее нервно спросил Гимли у француза. — Это древний лес, я думаю нам нужно поспешить, пока есть хоть маленький шанс найти хоббитов, — проговорил Леголас настороженно смотря на древние заросли вековых деревьев.

***

Тишина окутала путников с всех сторон. Не было слышно ни пения птиц, ни шуршания травы. Лес был тих и как будто бы безжизненный. Однако редкий раскатистый тихий рокот достигал ушей членов братства. Деревья шептались между собой, обсуждая своих гостей. Вокруг было… спокойно. Не было видно ни одного животного, было такое впечатление что в этом лесу есть призраки. Путникам пришлось долго побродить по нему пока Гимли не заметил куст, на листках которого остались жидкие чёрные капли. — Орочья кровь, — сказал гном. — Какая-то тварь умудрилась скрыться от нас? — спросил Эцио смотря на куст, окропленный черной кровью. — Видимо, поэтому хоббиты и убежали в лес, — ответил Альтаир смотря на огромные следы. Слишком большие. Слишком неестественные. — Странные следы. — сказал Арагорн, подходя к старшему ассасину. — И воздух здесь затхлый. — Это старый лес, — проговорил Леголас, — очень старый. Всё помнит. — Послышался скрип веток, громкий рокот разнесшийся в округе. Дезмонд и Арно настороженно переглянулись. Здесь было не слишком уютно, и этот звук не прибавлял им уверенности. — И гневается. — продолжил эльф, когда шум стих. — Деревья разговаривают друг с другом. Еще один сильный грохот заставил Гимли схватиться за топор и приготовиться обороняться. — Гимли! — окликнул гнома Арагорн — Опусти топор. Деревья всё чувствуют. — Говорящие деревья? — буркнул гном — О чём деревьям разговаривать, разве что о том как белки гадят. — А мне вот интересно о чем они могут разговаривать? — вдруг проговорил Коннор, поглаживая небольшое дерево, что было возле него. На прикосновение метиса оно издало тихий одобрительный, можно даже сказать приветственный, шелест, а рокот вдруг прекратился. Рядом пропищал мышонок и уселся Коннору на плече. — Ты им понравился, — усмехнулся Альтаир, смотря на немного смущенного младшего. Хэйтем хмыкнул. Он-то помнил, как его сын ловко ориентировался в лесу. Как быстро взбирался на деревья, насколько мастерски охотился. Вот оно — истинное дитя природы. Все эти воспоминания были столь давними, что даже казались какими-то нереальными. Как будто бы и не было их прошлой жизни. — Не думаю, что с Коннором нам есть чего опасаться, — проговорил Кенуэй старший, почувствовав, что лесная тишина перестала быть гнетущей, угрожающей, а стала какой-то даже мягкой, успокаивающей. Даже Гимли перестал затравлено озираться, и Арно расслабился. Шей прошел чуть вперед, напряженно всматриваясь вглубь леса. Несмотря на воцарившееся лесное спокойствие, было еще какое-то странное ощущение… К нему подошел Леголас так же напряженно всматриваясь туда же, куда и Кормак. — Арагорн, там что-то есть! — напряженно произнёс эльф. Шей только кивнул на его слова, готовясь к любой атаке. — Что ты видишь? — спросил Арагорн, подходя чуть ближе к тамплиеру и эльфу. — Приближается белый маг. — ответил блондин. — Не позволяйте ему говорить. Он нас зачарует. — напряженно проговорил Бродяжник, кладя руку на эфес меча. Все напряглись. Любой из них мог в любой момент броситься в атаку или защищаться. Братья-следопыты подошли как можно ближе друг к другу, чтоб если что, они могли бы защитить друг другу спины. Арно был готов моментально использовать свой мини-арбалет, что был встроен в скрытый клинок. А Шей положил руку на эфес своего меча, крепко сжал его. Опасность приближалась… — Действуем быстро, — прошептал Арагорн. Хэйтем достал чуть вытянул свой меч из ножен. И… Белый свет ударил им в спины, заставляя всех пошатнуться. Леголас молниеносно развернулся и выстрелил во врага, но стрела так и не долетела до своей цели, рассыпалась пеплом. Синхронно развернувшись, Альтаир и Эцио метнули кинжалы в сторону белого колдуна, но сразу же были ослеплены белым сиянием, а потом отброшены невидимой силой к ближайшему вековому дубу. Сириец зашипел, схватившись за затылок, но когда в него со всего маху влетел Эцио, Ла-Ахад ненадолго отключился, из-за неудачного столкновения. Все-таки когда тебя бьют стальным наручем по лицу — это не шутки. Дезмонд и Коннор времени не теряли, стараясь обойти врага со спины, но и их постигла участь братьев. Оружие Арагорна и Хэйтема накалилось до огромной температуры, от чего они с болезненным рыком выбросили мечи. Арбалетный болт Арно, как и стрела Леголаса не достигли своей цели, рассыпавшись серым пеплом, а Шей даже не смог взяться за свое оружие, ибо оно тоже было горячим, как горнило гномьей кузницы, впрочем, такая же проблем была и у Гимли. — Вы идёте по следам двух юных хоббитов, — не то утвердительно, не то вопросительно проговорил маг, когда все атаки его предполагаемых врагов были остановлены, и они перестали представлять опасность для него. — Где они? — намного агрессивно спросил Арагорн, прикрывая лицо рукой от яркого света. — Они прошли здесь несколькими часами ранее и встретили того, кого не ожидали увидеть. Вас это утешит? — ответил маг. — Кто ты? — спросил с напором Странник. — Покажись! Яркий, пронзительный свет, медленно тускнел. Его лучи распадались лепестками прекрасных белых цветов, а фигура мага вспыхнула белым светом, как появившаяся на небе первая звезда. Оставшийся легкий свет, все еще кружил вихрями вкруг фигуры мага и шел дальше, к путникам, мягко окутывая их, успокаивая и приводя в себя. Альтаир, пришедший в себя, пораженно смотрел на мага, как и все остальные. Коннор поднялся с земли, пораженный увиденным. А Леголас с полными неверия глазами преклонил перед магом колени. Эта встреча была поразительной… Она была неожиданной… Она была радостной… — Гендальф? — в неверии, как наивный ребенок, спросил Дезмонд, осторожно подходя к магу. Он не мог поверить. В глубине души казалось, что так и должно быть. Что все идет правильно. Ведь разум уже забыл. Забыл все, что должно было случиться в дальнейшем. Не помнил того, что должно было произойти. И потому эта встреча была еще радостнее, и самый младший ассасин искренне улыбнулся, как маленький ребенок, делящийся со всеми своим счастьем. — Гэндальф? — спросил маг, улыбаясь глядя на младшего ассасина. Этого наивного паренька, что всегда являлся душой любой компании. — О да. Так меня раньше звали. Гэндальф серый — моё былое имя. — Маг легко вздохнул, по доброму, как своих родных детей, смотрел членов Братства. Альтаир поднялся на ноги с помощью Эцио. Гимли радостно на него смотрел, не зная что сказать. Коннор улыбался, почти так же, как и Дезмонд, ведь они были так похожи друг на друга. Оба такие же наивные и добрые. Арно и Шей почтительно поклонились, радуясь, что их старый друг оказался жив. — Я Гэндальф Белый. И я вернулся к Вам в это тяжкое время. — Рад видеть тебя живым, — улыбнулся Арагорн. — Я тоже рад вас всех видеть. И, смотрю, к вам присоединились еще трое, как я их и просил, — все так же улыбаясь проговорил Гендальф. — Мы рады, что ты жив, — с явным облегчением ответил Хэйтем и тоже улыбнулся. Этот момент, можно смело считать самым светлым, который только мог бы быть за все время этого путешествия…

***

— Мы направимся в Эдорас, к королю Теодену, — проговорил Гендальф, выходя из леса на ту самую лужайку, где спокойно паслись кони. — Ему может понадобиться наша помощь. Пусть Саруман и не смог овладеть его разумом, но все же, нужно быть готовым ко всему. — Согласен, — кивнул идущий чуть позади Арагорн. Братья-следопыты переглянулись. — Гендальф, как думаешь, Саруман осмелится напасть на Рохан? — спросил Альтаир. — Все может быть, — проговорил белый маг смотря вдаль. — Зная его, смело можно предположить, что именно Рохан сейчас под ударом. Деревни на границе страны уже пострадали, урук-хаи хотят пробраться вглубь страны, но роханские всадники их пока сдерживают. — Но если Саруман вдруг решит напасть на страну многотысячной армией… — проговорил Коннор. — Почему "если"? — спросил у сына Хэйтем. — Я уверен, что этот колдун уже собрал достаточное количество тварей, чтобы нанести сокрушительный удар по Рохану. — Я уверен, что так оно и есть, — ответил Гендальф и остановился на краю пригорка, недалеко от привязанных лошадей. Братство пошло отвязывать своих скакунов, а белый маг посмотрел в даль и, улыбнувшись, издал мелодичный, похожий на трель соловья, свист. Он эхом разнесся по полю и уже через минуту навстречу ему скачет белоснежный конь с густой, развивающейся на ветру гривой. — Конь из породы мэрос, — восхитился Леголас, ведя под узды свою лошадь и смотря на прекрасного скакуна, что гордо притопнул копытом возле Гендалфа. — Если мои глаза не обманывает какое-то волшебство. — Закончил он и погладил обижено всхрапнувшего коня, что ткнул мордой в его волосы. — Ты тоже красив, Арот. — Улыбнулся эльф поглаживая своего скакуна по мягкой белой гриве. — Серогрив. Вожак всех коней и друг, не раз меня спасавший. Вот мы и встретились вновь. — обратился к коню Гэндальф и ловко, как для старика, вскочил на него. Остальные тоже оседлали своих лошадей и уже были готовы ринуться в путь. — Нас ждет долгая дорога, так не будем же терять времени!..