Прикладная магия

      Приходить в себя, пока ты лежишь в чужой постели, да ещё когда тебя облизывает незнакомая здоровенная псина, не очень-то, знаете, способствует душевному равновесию. То ещё удовольствие, скажу я вам.       Собака?! Да что вы! Это я просто не правильно выразился. СОБАКА!!! Огромная, чёрная, страшная и с о-о-очень кровожадными глазищами. Чтоб ей икалось всю оставшуюся жизнь вместе с её хозяином, морда страхолюдная! Надеюсь, она меня не в качестве гастрономического деликатеса так облизывает? — Фу! Фу! Образина проклятая! Отвали! Меня нельзя есть — я невкусный. — Попытался отпихнуть от себя эту большую мерзкую шавку, но гадина меня по-хозяйски лапой придавила. Тоже скажу вам, не маленькой, словно лошадь наступила. Даже дышать трудно стало. — Хи-хи-хи! — раздалось откуда-то со стороны весёлое посмеивание. А голос-то до жути знакомый… Андариильчик, мать его, паскуда рогатая! — Ты нравишься Пушистику, — успокоил хозяин дьявольской собачки и снова весело хихикнул. — Я даже ревную.       Ревнует он. Такую свинью… то есть собаку подложил. Ну и имечко. Да таких Пушистиков надо ещё в раннем младенчестве давить, чтобы не плодились. И где, интересно, я? Явно не у себя дома. — Ты у меня в гостях, — тут же откликнулся демон, всё так же воодушевлённо и весело. Мне даже показалось, что он рыкнул от удовольствия. Так я и знал… — Не смей читать мои мысли, гад! — возмутился я и снова попытался спихнуть наглую животину с себя. Увы, не получилось. Правильно, в ней же весу килограммов сто. Чем её только кормят, уродину? Не хотелось даже думать, «чем». Наверняка всем, чем угодно, но точно не травкой. — Да больно надо в твою голову лезть. У тебя же там целые тучные стада всякой безумной живности пасутся, и все непуганные, — фыркнул Андариил и в секунду переместился поближе ко мне.       Ну, как поближе. Хлоп — и он уже вытянувшись лежит на кровати рядом со мной. Заметьте, опять с голым торсом. А Пушок этот недоделанный, почуяв конкуренцию, недовольно зарычал и показал два ряда острых зубов. Мля! Крокодил, а не собака. — Э-э-э… — напугался я. Вдруг у пёсика чего перемкнёт, и он меня цапнет. Я же ему на один укус. — Обломись, псина! Это моя самка! — грозно рыкнул демон и пристально посмотрел в красные глазки своего недовольного питомца.       Не знаю, чем там пёсику мозг придавило, но, почуяв силу демона, он нехотя подчинился и, обижено заскулив, быстренько испарился из поля зрения. Ох! Хорошая собачка — жаль, что страшная. Стало сразу как-то легче дышать. Да и пахнуть стало получше… Что-о-о?!.. Самка?.. — Какая я тебе самка, извращенец?! — Ай! Ты чего руками машешь? — возмутился демон и типа обиделся, вон, даже губы поджал. Только вот глаза при этом: хитрые-хитрые… и смеются. Прям Сатана на празднике. — Я тебе покажу — самка! — кричал я, размахивая кулаками и пытаясь вмазать по наглой демонской харе. — Я эльф! И я парень! — Ха-ха! Я в курсе. Люблю страстных и пылких, — оскалился демон и тут же попытался меня облапить.       Ага, щаззз!!! Так я ему и дался, морда рогатая. Меня будто в попу ужалили. Я прямо из лежачего положения взвился верх и в два прыжка оказался у двери. Никогда раньше не замечал за собой такой прыгучести, а тут припёрло… Чёрт! Заперто. — Далеко собрался? — раздалось томное сладострастное порыкивание у меня над ухом. Я даже вздрогнул от неожиданности, а по спине поползли мурашки.       Ну, вот как он так быстро? И этот тембр голоса… так нечестно. Я чувствовал, как меня безвольно размазывает между горячим телом демона и резной деревянной поверхностью двери. Снова в паху появилось тягучее сладостное томление. «Кровь суккуба», — пронеслось в голове, и я понял, что пропал. Ноги тут же стали ватными, начали слабеть, и я что-то жалко пискнул в последней попытке оказать сопротивление.  — Ты так и не ответил, далеко ли ты собрался? — шепнул демон, продолжая ко мне прижиматься.       Шею обдало жарким дыханием, и я почувствовал, как острые клыки легонько прикусывают кожу у меня за ушком: нежно, но о-о-очень чувствительно. Чёрт! Это стопроцентный нокаут. По позвоночнику, словно электрический импульс прошёл, оседая приятными бабочками внизу живота. Я уже никуда не собирался. Я теперь вообще за подобные ощущения душу был готов продать этому демону, все: только бы он не останавливался. — Ха! — ухмыльнулся демон, наслаждаясь моей реакцией и полной беспомощностью.       Он, не спеша, словно истинный гурман или эстет, поглощал мою волю кусочек за кусочком и от всей души упивался своей победой и безоговорочной властью надо мной и моим телом.       В его крепких чарующих объятиях я чувствовал себя словно муха, увязшая в липком сиропе. Чем больше трепыхаешься, тем глубже тонешь. Моё тело и разум больше не принадлежали мне. Как бы я не хотел сбежать — сил бороться не было. Я размяк.       Меня спас неожиданный стук в дверь. Демон уже по-свойски бесцеремонно прокладывал путь в мои штаны, когда его несанкционированные действия развратного характера прервали. Туман желания с меня тут же спал, только вот эйфория никуда не делась. Я густо покраснел, устыдившись собственных желаний. Мозг прояснился, но тело всё ещё прибывало в лёгком эротическом ступоре. Я до сих пор чувствовал на себе прикосновения рук демона и его шустрых пальцев. Виртуоз хренов! — Войдите! — властно рыкнул Андариил и, сняв с двери запирающее заклинание, отстранился от меня. Он был явно недоволен, что его забаву прервали.       Дверь открылась, и в комнату вошла очень хорошенькая демонесса. Красивая — с очень обворожительным личиком и маленькими аккуратными рожками. Её стройные и весьма аппетитные формы были облачены в очень короткую и сильно обтягивающую униформу прислуги. Чёрно-белая — она очень выгодно подчёркивала все изгибы девушки и почти не оставляла места для воображения. Очень откровенный наряд.       Служанка быстро мазнула по мне взглядом и картинно улыбнулась. Как мне показалась, снисходительно и даже слегка презрительно. Её колкий взгляд и кривовато-ироничная улыбочка не оставляли сомнений: девушка ревнует, но считает меня чем-то вроде временного препятствия и уродливым недоразумением; сиюминутной прихотью хозяина, которая очень быстро должна наскучить ему. А когда это случится, он снова позовёт её, ведь, по её мнению, такой невзрачной серости, как я, во всём королевстве днём с огнём не сыщешь.       Служанка нисколько не скрывала своих антипатий и открыто демонстрировала своё негативное отношение ко мне перед своим хозяином. Однако она нарочно сексуально взмахнула веером густых ресниц и наигранно потупила глазки в пол, якобы выражая свою полную покорность. Изящно присев в глубоком поклоне так, что два упругих шарика груди чуть не выскользнули из тугого корсета, плутовка эротично облизнула губы и сладко проворковала: — Милорд, ваш отец просил передать, что ожидает вас и вашего гостя в тронном зале.       Андариил несколько секунд недовольно сверлил нахальную служанку взглядом, борясь с накатившим на него раздражением. Он всего-то пару раз отымел её в коридоре и теперь эта бестия, возомнив себя его любовницей, откровенно нарывалась. Её ехидная полуулыбочка выглядела так, будто она давала ему разрешение на любовные похождения и закрывала глаза на его шалости. — Ступай и передай отцу, что я сейчас буду, — очень резко и грубо ответил Андариил — будто льдом сковал. «Стерва!» — мысленно сплюнул он и проводил нахальную деваху за дверь недовольным взглядом. Наглости ей было не занимать, и его это дико раздражало.       Быстро взяв себя в руки и нацепив на лицо маску невозмутимости, Андариил накинул на себя рубаху и стал быстро застёгивать пуговицы. Я все ещё чувствовал его злость, но теперь, внешне, его лицо ничего не выражало — полная невозмутимость. Собранный и даже немного устрашающе надменный взгляд, словно передо мной сейчас стоял совсем другой демон. Тот балагур и извращенец, постоянно улыбающийся своей саркастически-ехидной улыбочкой, которым я его до этого видел, пропал. На его место пришёл другой. Теперь передо мной стоял истинный демон: холодный, расчётливый и весьма жестокий. Мне даже боязно стало. Его эмоции задевали меня, и мне становилось не по себе. Чёртова эмпатия, будь она неладна! — Пошли, остроухий, послушаем, что папа скажет, — сказал Андариил и немного грубовато подтолкнул меня к двери. Его злость ещё не улеглась, и это проявлялось резкими, чуть дёргаными движениями. — Ага, мне ещё твоего папы не хватало, — буркнул я невесело и переступил порог комнаты. Ну не готов я был сейчас встречаться с кем бы то ни было.       Я всё ещё ощущал, как горит моё лицо и уши. Ага, особенно уши, ведь их так сексуально искусали. И кто? Этот чёртов извращенец, что всего минуту назад смотрел на меня, будто я утка, запечённая с яблоками, с зажаристой аппетитной корочкой и обильно истекающая жирным вкусным соком.

*****

      «Па-па…» — черт, я и забыл про их генофонд. А увидев сидящего на троне главу семейства тут же вспомнил. Да уж, мимо такого не пройдёшь.       А это кто? Демон был не один. На меня, не мигая, уставились сразу две пары глаз, не считая папиных, конечно. Уставились пристально и с немалым любопытством.       «Бра-ти-ки…» — мысленно проскулил я и представил свою могилку, поросшую белыми цветочками. Это подстава подстав! Ну, правда, нельзя же быть такими…       Меня прям окатило сдвоенной волной неприкрытой гиперсексуальности. Окатить — окатило, только вот вроде как, повезло — не зацепило. Нигде ничего не откликнулось, и я остался в сознании, чему несказанно обрадовался.       Ух, повезло? Или эти двое в папу пошли, а не в маму? Уже хлеб. А то я тройного прессинга точно не выдержу. Тут и без прессинга хватает. Попа моя так и сигнализирует о всякого рода непристой… я хотел сказать неприятностях. А вы о чем подумали? Ой! Чего-то я отвлёкся, там грозный папуля что-то серьёзное вещает, послушаем: — Вы оба… вы хоть представляете, чем могут обернуться ваши действия?       Глава семейства отчитывал нас с Андариилом, как глупых нашкодивших котят. Грозно хмурил брови и сжимал кулаки. Мне даже стыдно стало, и я пробубнил в своё оправдание: — Я просто радужного дракона хотел создать. Мне нужен был зуб… и… — Кого создать? — рыкнул Вельзидор, немало удивившись. — Дракона?! Кто вбил тебе в голову подобную чушь? Дракона нельзя создать. На это никаких зубов не хватит. — Но, в книге написано… — На стенах моего замка тоже много чего пишут, — отмахнулся демон. — Но сейчас речь не о том. Ты открыл проход. Мой сын воспользовался лазейкой и теперь обе наши расы на грани войны. Ты думаешь, мне хочется воевать с остроухими, а? — Думаю, нет… не знаю… — промямлил я и виновато потупил глазки в пол. А что мне ещё оставалось? Да, виноват. — Не знает он, — фыркнул Вельзидор. — Зато я знаю. Не хочу. И не собираюсь. По крайней мере, ближайшие лет сто. Мне один ваш представитель королевских кровей ещё в прошлый раз все нервы вымотал, гордец хренов! Нет, чтобы сдаться…       Вельзидор мечтательно заулыбался и не менее мечтательно задумался, явно вспоминая разудалое прошлое. Судя по его выражению лица, прошлое это было весьма интересным и скорее всего пикантным. Вон, как лыбится.       Перемена настроения длилась недолго. Вспомнив, что на него смотрят те, кому его мысли не предназначаются, Вельзидор тут же встряхнулся и снова, как ни в чём не бывало, вернулся к нашему разговору: — Так о чем я?.. Да, о гордецах. Так вот, встречаться с ним… с ними, — быстро поправился Вельзидор и, на всякий случай, зачем-то грозно зыркнул на своих сыновей, — мне пока не хочется. У нас, знаешь ли, пари. И я собираюсь его выиграть. А тут ты со своими выкрутасами. Нет, чтобы как все, нормальные эльфы, цветочки выращивать. Так нет, тебе дракона подавай. И что мне теперь с тобой делать? — Домой отправить, — запросто заявил я, а сам ушки навострил: а вдруг отпустит? — Ага, щаз! Размечтался! — разочаровал меня демон и безапелляционно добавил: — Теперь у тебя одна дорога, в младшие супруги к моему сыну. — Что?! Да ни за что! Да я… да я лучше умру! Вот! — Да ладно тебе, — хмыкнул глава семейства. — Тоже мне, суицидник. А то я не видел, как ты на моего сына слюни пускал. — Так он… он же меня магией, того… — Чего того?! — недовольно свёл брови к переносице Вельзидор. Он явно не собирался меня уговаривать, а просто ставил перед фактом, а я ломаюсь. — Подумаешь, маленько, придавил. Скажи ещё, что тебе не понравилось? — Ну… да, но я же… — А раз понравилось, то в чём вопрос? — Но я же парень. — Подумаешь проблема. Маленько потерпишь поначалу, а потом тебя ещё и за уши будет не оттащить. Сам будешь добавки просить. Или я плохо знаю своего сына… извращенца. Весь в маму, чтоб ей гусеницей переродиться.       Я начал закипать. Этот представитель демонов так запросто говорил о подобных вещах, будто это обыденная вещь. Да ещё и решал мою судьбу. — Да с чего вы так решили?! И вообще я не люблю вашего сына. Он… он мне совсем не нравится. Я не такой. — Нравится — не нравится, такой — не такой. Тебе-то откуда знать? Ты же ещё девственник и ни разу ничего такого не пробовал, а уже утверждаешь, что не такой. — Но… — Короче, эльф, или как там тебя?.. — Л-лориан… — Так вот, Лориан. Как я уже сказал, выбора у тебя особого нет. Ты станешь младшим супругом одному из моих сыновей. Да-да, ты не ослышался, можешь выбирать из троих моих оболтусов, коль уж ты такой привереда. Но смотри, не затягивай с этим. У тебя будет пару недель, чтобы дать свой окончательный ответ. Все это время ты можешь свободно передвигаться по всему замку без ограничений. Могу даже выделить тебе прислугу и эскорт или что там тебе ещё понадобится. В общем, ты дорогой гость и можешь требовать к себе соответствующего отношения. Комнату тебе уже приготовили, тебя проводят.       Я молча слушал речь демона, а сам внутри кипел от гнева. Да кто он такой, чтобы вот так решать за меня. Я совсем не собирался выходить замуж за одного из его сыновей. Пусть они хоть трижды красавцы — плевать я на них хотел. Я, можно сказать, только жить начинаю, а он мне брак навеливает. — Теперь, что касается моих сыновей… — продолжил Вельзидор и тут же громко рявкнул, заставляя всех вздрогнуть: — Слушать сюда, когда отец говорит! Да-да, вас троих касается! — Вельзидор смерил своих сыновей грозным полыхающим огнём взглядом и зловеще предупредил: — Эльфа не трогать. Кто посягнёт на его честь, сильно пожалеет. Он теперь гарант мира с эльфами, и я не собираюсь оправдываться перед ними за то, что кто-то из вас не утерпел и успел его оприходовать раньше времени. Вам всё понятно?! — Угу… — вяло откликнулись братья, не особо впечатлившись угрозой и требованиями отца, но зато очень красноречиво насупились, недовольно поглядывая друг на друга.       «Это они, что, уже примеряются между собой, как меня будут делить?» — подумал я и снова почувствовал, как неприятно засосало под ложечкой и напряглось одно моё одноименное место пониже спины, предчувствуя грядущие неприятности. — Не слышу!!! — что есть мочи рыкнул Вельзидор и тронный зал не слабо так тряхнуло. По стенам прошла рябь, светильники опасно задрожали, а на паре колонн даже образовались небольшие трещины. — Да поняли мы, — недовольно ответили три брата, насупились и состроили пофигистски-одухотворённые рожи. Ну, прямо сама покорность и воспитание. — То-то же, — уже более спокойно ответил Вельз и надмененько улыбнулся.       Сыновьям ещё было далеко до его силы, и он был доволен тем, что всё ещё имеет над ними авторитет. — А раз поняли, то пошли все вон! Мне нужно ещё пару вопросов решить, прежде чем послов к остроухим отправлять.       Не дожидаясь, пока все покинут зал, глава семейства расслабленно откинулся на спинку трона и принялся размышлять, задумчиво постукивая пальцами по подлокотникам. Его лицо снова приобрело мечтательное выражение, а на губах заиграла таинственная улыбочка. Все его мысли теперь занимал только один представитель эльфов тот, с кем он уже вторую тысячу лет, вёл непримиримую борьбу и давнишний спор, за право обладать им: Его Высочайшим Величеством — Дантаниэлем первым, по прозвищу «Великолепный». — Представляю, какие требования этот ушастый выскочка озвучит на этот раз. Ха-ха!!!