Судьба

- Теперь твоя очередь, -проговорила Мэрилин, и мне стало не до шуток. - Да, пожалуй я начну. Когда-то я был совсем не такой. У меня была девушка, и как мне казалось, я любил ее. Ее звали Ольга. Я невероятно долго пытался добиться ее расположения, и наконец это получилось. Я был безмерно счастлив и жил только ею. Но так продолжалось недолго, добившись ее, она перестала казать мне такой интересной. Она стала хозяйкой дома, хранительницей очага, но потеряла свой шарм, изюминку. Я видел, что Ольга в последнее время ходит грустная, мы часто ругаемся. Я стал больше внимания уделять другим женщинам. Оля же угасала на глазах, но я ничего этого не замечал, она словно превращалась в старуху. А ведь ей было всего 23. Я торопливо бросил взгляд на Мэрилин, проверяя ее реакцию на мои слова, и боялся увидеть в ее глазах презрение и разочарование. Пока Мэрилин ничем себя не выдавала и внимательно меня слушала. Я решил продолжить: - И вот так прошел год. Я уехал на неделю в Самару, повидаться с родными. Когда я вернулся и увидел Ольгу, то не узнал ее. Я никогда не видел её такой. Такой прекрасной! Она очень сильно изменилась. Всего каких-то 7 дней я не видел её. И тут «утёнок превратился в прекрасного лебедя». Она никогда не была такой красивой! Её волосы были перекрашены в более светлый цвет, но они оставались такими же пышными и объёмными. На ней была тёмно-синяя туника, и сверху чёрный пиджак. Внезапно во мне проснулась такая нежность и любовь к этой женщине, женщине которую я любил. На годовщину наших отношений я подарил ей кулон. Примерно через неделю, я, благодаря кулону, увидел ее измену. Я был убит горем… Подавлен болью… И окован страхом… Голова раскалывалась пополам, а в животе образовался тугой узел. Лёгким будто перекрыли кислород, и я задыхался… Я не верил, что я ее потерял. От каждого взгляда на любимое, но уже не мое лицо, по телу проходила мелкая дрожь. Когда она вернулась, я ей рассказал, что все знаю. Она не стала ничего отрицать. Как оказалось, он давно за ней ухаживал, но она не поддавалась. До сегодняшнего дня. Я ее не виню, я сам виноват в произошедшем. Я сам уничтожил все. Зарывшись лицом в ее беспорядочно уложенные волосы и в последний раз вдыхая ее запах, я умирал тот боли. В душе всё потемнело, а в сердце образовалась дыра… От него, словно оторвали кусок. - я закончил свой рассказ и мне, словно стало легче. Теперь она все знает. И в ее праве назвать меня подонком и уйти, или просто уйти сейчас и игнорировать в дальнейшем. - Спасибо, - сказала она. Шок парализовал мои мысли на какой-то момент. - Что? Спасибо? - Да, спасибо, что доверился мне. Представляю, как тебе непросто было это рассказывать. - чувственно проговорила она. А после, она посмотрела на меня таким доверчивым и благодарным выражением, какого я никогда не встречал ни у одного человека. - Ты необыкновенная девушка. Я думал, что ты будешь убегать от меня после такого признания, а ты... Спасибо тебе, Мэрилин. - поблагодарил я ее в ответ. - Ну вот мы и пришли. Может поднимешься ко мне? Ты, наверное, замерз? Пиджак, ведь, до сих пор на мне, - спросила меня Мэрилин - Знаешь, я не откажусь, - ответил я, поежившись. На улице действительно было холодно. - Только я не одна живу, а с Данисом. - Что? С Данисом? Да как ты могла? Я душу перед тобой выворачиваю, а ты?! - и, резко развернувшись, я ухожу в противоположную от нее сторону. Мэрилин, кажется, что-то кричит мне вслед, но я не слышу ее, злость оглушила меня полностью.

***

Честно говоря, я и сам до конца не понял своей реакции на то, что Мэрилин живет с Данисом. Неужели они встречаются, почему они живут вместе? Ну вот опять сплошные вопросы. Надо было выслушать ее, тогда бы многое стало понятным, но вместо этого я повел себя как обиженный ребенок, пойдя на поводу эмоций. Так и не найдя ответы на эти вопросы, я проворочался всю ночь, уснув лишь под утро. Кое-как разлепив глаза, я встал. Бросив взгляд на настенные часы, я ужаснулся - 8 утра! Через час я должен быть у готического зала. Я быстро принял душ, натянул футболку и джинсы, впихнул в себя нездоровый завтрак, насыпал корма Бэтти и, схватив ключи с комода, побежал на Битву. Тридцать минут спустя я был на месте. Я обвел глазами присутствующих, ненадолго задержавшись на Мэрилин, и обнаружил, что почти все были на месте. Как обычно задерживалась Екатерина Рыжикова, но и она появилась через пару минут после меня. Ко мне подошла Мэрилин. - Саш, ты меня, наверное, вчера неправильно понял.. Но ее прервал Башаров, который сообщил, что нас ждет автобус. Мы немедленно в него водрузились. Я занял место у окна, но тут ко мне подсела Мэри. - Саш, ты вчера так быстро ушел, что я ничего не успела тебе объяснить. И это вызывает у меня некоторые опасения. Какие опасения? Что она имеет в виду? Может, она хочет сказать, что вняла моим предупреждениям и готова прекратить наше общение? Не переставая вдыхать раскаленный добела воздух, я переместился, застыв в нескольких сантиметрах от ее лица, и приковал ее взгляд к себе, ища ответы на вопросы. Ну же, Мэри, открой мне свои мысли... но все что я слышал – это безмолвие! - Что же я вчера не так понял? – прошептал я не в силах больше выносить ее мысленную тишину. Ее сердце, дыхание и огромный пораженный взгляд ответили за нее. Я отметил, что рот Мэрилин слегка приоткрылся, и ее теплое дыхание стало учащенно проноситься по коже, смешиваясь с моими выдохами. Электрическое сияние вокруг нас сформировалось в мгновение ока, заставив забыть о разговорах. А соблазнительные губы любимой породили намерение поцеловать их. Но тут Марилин разорвала взгляд и опустила голову, спрятавшись за пеленой волос. Ее щеки мгновенно залил румянец, а я был опасно близко. И тут я с ужасом почувствовал резкий импульс заключить ведьму в объятия и не отдавать никому: ни Данису, ни Аброру, ни Айрату. На пределе самообладания я резко отстранился, оставив между нами пространство. С опозданием отметив, что сияние вокруг нас пропало, как будто невидимая ниточка-связь оборвалась между нами... Но мне нужно было это пространство, чтобы прийти в себя. Слишком много всего навалилось в один момент, и я с трудом справлялся с потоком разных и сильных эмоций, захлестывающих мой разум. Меня сшибали с ног резкие перепады настроения и нестабильные реакции моего тела. Плюс ко всему мне надо было, наконец, узнать, почему Мэрилин живет с Данисом. - Понимаешь, ... Но ее снова прервали, на этот раз Аброр, сидящий сзади. Он пересел к Надире, сидящей справа от нас. Парень схватил прядь её волос. — Твои волосы такого необыкновенного рыжего цвета. Что за дебильную фразу он сейчас произнес? К моему глубокому удовольствию, она съежилась, когда он заправил локон за её ухо. Придурку потребовалась минута, на то, чтобы восстановить храбрость, которую он потратил на беседу ни о чем. Наконец он подобрался к сути дела — мои зубы сжались, так же как и кулаки, они, возможно, могли бы сейчас превратить кусок гранита в пыль. — Я собирался спросить, хотела бы ты куда-нибудь сходить? — О, — сказала она. На мгновение повисла пауза. О? Что это означает? Она собирается сказать «да»? Он громко сглотнул. — Ну, мы бы могли где-нибудь пообедать. - предложил тот, громко сглотнув. Идиот. - Аброр... Каждый сантиметр моей мучительной и яростной ревности был в точности таким же, как и в прошлый раз. Могла ли она ответить ему согласием? - Не думаю, что это хорошая идея. Я снова мог дышать. — Почему? — подавленно спросил он. — Знаешь… — протянула она, — мне почему-то совершенно не хочется куда-то с тобой идти. Моя душа ликовала. - Что? Но… О. Ну ладно. Может быть … так. … Ха. Его мысли потеряли всякий порядок. Он, сел обратно на свое место, снова обидевшись на Мэри. Она повернулась ко мне, но не успела ничего узнать, потому что мы уже приехали. Ее позвали для прохождения испытания первой, и они с Настей вышли из автобуса. Черт, я узнаю когда-нибудь уже почему они с Данисом живут вместе?

***

Для прохождения испытания, меня позвали третьим. Я поднялся на третий этаж в нужную квартиру. Ведущей испытания была Елена Валюшкина. Нужно было рассказать, что происходит в этой квартире. Ну что ж, с этим испытанием я справился отлично и, кажется, впечатлил живущую в квартире семейную пару и ведущую. Я вышел из квартиры и не спеша направился домой. А ведь Мэри, что-то говорила о том, что она была моделью. Надо будет посмотреть в интернете информацию о ней. Теперь я уже пошел быстрее. Во дворе молодая соседка-американка Джессика гуляла с маленькой дочерью. Они въезжали в наш дом в тот день, когда ко мне переезжала она. Мы долго в приступе взаимной вежливости уступали друг другу грузовой лифт. В итоге он никому не достался — что-то замкнуло, отключили свет. А мы еще два часа сидели в фойе подъезда на чемоданах и ящиках, болтали и даже заказали пиццу из ближайшего ресторанчика. Зайдя домой, я быстро скинул обувь и побежал к компьютеру. Пока он загружался, я заварил себе крепкий чай. Набрав в поисковике "Мэрилин Керро", я обнаружил около 100 тыс. ответов. Так, начнем с картинок. Я посмотрел около 100 фоток, в основном попадались одни и те же. Пролистав сайты, я наткнулся на страничку Мэри "Вконтакте". Точно, социальные сети! И как я сразу не додумался! Найдя ее Вконтакте, я сразу добавил ее в друзья. Ну а что? Мы же друзья! Ничего нового для себя на ее странице, я не заметил. Я выключил компьютер, наспех поужинав и покормив Бэт, я лег спать, все-таки предыдущая ночь давала о себе знать. Бэт оказалась у меня совершенно случайно. Однажды, возвращаясь домой, я увидел на улице мужчину, продававшего котенка. Он был совсем один в коробке, наверняка его сегодня утопили, если бы не продали. - Покупайте, он единственный выживший. Пара грязных банкнот — цена одной жизни. Да, это всего лишь котенок, но даже в их, казалось бы, обреченных жизнях участвует судьба. Из коробки с дюжиной маленьких братьев выжил только тот, что сейчас дрожит в моих руках. Почему я его выкупил? Чтобы оправдать свое отчаяние? Каждая проходящая минута — это уходящий шанс изменить многое, если не все. Но всегда легче что-либо поменять в чужой жизни, не в своей. Я и не стремлюсь быть счастливым, предпочитаю просто жить. Высокие планки чаще всего темные приманки. Иногда кажется, что я совсем ничего не достиг. Что упущений и потерь было больше, чем достижений и побед. Это чувство настолько отвратительно, что я старательно избегаю любого на него намека. Не брать в голову — незачем подпускать его так близко. Я понимаю, что прячу голову в песок, обманываю самого себя, и в этом есть что-то патологическое. Мне вообще сложнее оглянуться назад, чем смотреть вперед. В конце концов, не знать, что тебя ждет, — самый что ни на есть концентрированный кайф. Единственный способ узнать — попробовать. В таких мыслях я нахожу временное успокоение. В жизни люди периодически рассыпаются на кусочки, а потом собираются, и получается новая картинка. Не знаю, какая я картинка, — я все время по кусочкам. Иногда они крупнее, и тогда я чувствую себя лучше, и кажется, что вот-вот наступит какое-то гармоничное благоразумие. А иногда они такие мелкие, что я вообще не понимаю, что делать с этими крошками. Изматывает. Мне хотелось бы выпрямить спину, не горбиться — так бы жить всегда. Но вечером, возвращаясь домой, понимаю, что не нашел ответов за день, и снова рассыпаюсь. Жизнь врассыпную. Вплоть до финального свистка.