На заключительных аккордах

Открываю глаза и по привычке пытаюсь нащупать её тепло рядом, но рука дотрагивается только до холодной и смятой простыни. Одиночество… Это делало меня невероятно особенным, но невыносимо скучным. Нынешнее поколение боится одиночества, говоря: «Это убийственно», «Как можно находиться постоянно наедине с собой, без общения? Так же можно сойти с ума». А мне, похоже, это нравилось. Пока я действительно не сошёл с ума. Она ушла две недели назад. Познакомилась с каким-то автором песен, который лет на семь её старше. Грубый, вечно занятый собой и своими проблемами, но так любимый ею. Кажется, дело дошло до фанатизма – в её соц. сетях абсолютно всё посвящено её любимому мужчине и его творчеству. А я тоже писал песни. Она никогда их не ценила по достоинству, пытаясь убедить меня в том, что я очень изменился. А на самом деле изменилась она. Так сильно, что я и не понимал: где та Анна, в которую я влюбился? А ведь всё начиналось так невинно. Первый курс университета. Запах золотой осени, крики улетающих птиц и нескончаемые дожди. Пожалуй, не зря так романтизируют это время года, ведь именно тогда мы и встретились. Первый раз я увидел её в парке. Ищущая вдохновения, свободу мысли и просто пытающаяся хоть как-то разнообразить свою жизнь, каждый вечер она гуляла по тем местам, где так любил бывать я. Нет, она не была одинока, у неё были и хорошие друзья, и знакомые, с которым она очень часто проводила время. Невысокая девушка со светлыми волосами, в белом свитере. Однако она была очень печальной. Казалось, что её смысл жизни иссякал, а душа внутри чернела. По воле судьбы (в которую я так верил, хотя она и убеждала меня в том, что всё это – случайность) она стала старостой группы. Тогда огромное бремя ответственности легло на неё. Может быть, это и к лучшему, потому что дела могли отвлечь её от бренного существования. Сразу же приступив к делам, она выяснила, что один из студентов даже и не приступил к обучению. Это не давало ей покоя, поскольку за каждого своего студента она несёт ответственность. Она даже пыталась найти его, но в деканате ей не собирались давать хоть какие-то сведения. Поиск уже затянулся на несколько недель, но… …В тот день первым занятием был её нелюбимый предмет. Она, как обычно, пришла раньше всех, хотя предпочла бы и вовсе сидеть дома. Какого же было её удивление, когда она увидела меня – чёрный силуэт спящего за партой на тот момент незнакомца. Это и была наша первая встреча. Она подошла к парте и легонько коснулась моей головы. Одно мгновение и умиротворённое до этого моменты лицо озарилось улыбкой – я не спал. Я ждал, пока она подойдёт ко мне, потому что наконец-то точно решил с ней познакомиться. Коварный и несносный – именно таким я был на тот момент. Она же была полной моей противоположностью – стремилась к полному спокойствию и порядку. Но, не смотря на все различия, мы полюбили друг друга. Никто никогда бы не сказал, что наша любовь была фальшивкой. Возраст, неопытность и абсолютно разные интересы – любовь разбила эти рамки раз и навсегда. Прошёл год. Чувства не изменились, а любовь не иссякла и, кажется, мы стали больше, чем возлюбленные. Но как бывает в жизни – после безоблачного счастья приходит зло. Оказалось, что всё это мне только казалось. Мы словно поменялись с ней местами, и теперь безбашенной была она, а я просто наблюдал за ней со стороны, прося быть осторожнее. А потом она ушла. Просто ушла, сказав напоследок, что больше не любит. Тогда я стал много писать. Песни выходили одна за другой, а я полностью посвятил себя творчеству. Теперь мне нравилось быть в центре внимания, поэтому я полюбил всевозможные сходки, встречи, трипы. Мне нравилось приходить домой и рассматривать рисунки, которые мне подарили, читать письма, заедая это всё различными сортами шоколада. Это были мои мелочи, которые, впрочем, приковывали к жизни, и это хорошо. А вот одиночество – настоящее одиночество, без всяких иллюзий – наступает перед безумием или самоубийством. И я, кажется, выбрал второй вариант.