Двойное искушение

Утром Сюмин чувствует себя совершенно разбитым. Словно он всю ночь провел в тренажерке. Это ощущение парень знает прекрасно. Было дело. Увлекался и потом мучился. Вот как сегодня. - Это с непривычки! – заверяет его один из близнецов, осторожно целуя. – Сейчас полегчает. У Минсока нет опыта группового секса, но разве он должен чувствовать себя так, словно его каток переехал? - Все пройдет! Ты просто не привык, - шепчет второй. – Все наладится. Ким нервно сглатывает, понимая, что это форменное издевательство. И не собирается он привыкать. Однако, все его возражения тонут в поцелуе. Трепетно-нежном и, как кажется Мину, со вкусом клубники. - Вот так! – шепчет Хань, отрываясь от его губ. Минсок не понимает, как их различает, но как-то делает это. Целовал его Хань. Хэй в это время складывает на край кровати чистое белье и полотенце. Ким помнит, что завтрак готовит Хань. - Подъем! – Хэй решительно стаскивает Сюмина с кровати. – Давай, заечка. Душ, завтрак, универ. Мин вздыхает. Теперь он ее и «заечка». Что за слово дебильное? Но отчего-то возмущение так и остается молчаливым. А душ помогает прийти в себя. Насколько возможно оклематься, принимая душ с потрясающим парнем. После того, как его совершенно ненавязчиво ставят на колени. И он, собственно, не против, а очень даже «за», обхватывая член Хэя губами. Минсок конкретно пришиблен свалившимся на него двойным комплектом счастья. Старательно лаская Хэя он думает о том, как нечестно, что Хань там один завтрак готовит. - Ну мы его потом порадуем, - обещает Хэй и Ким вздрагивает. Они мысли читают? - Да! - Что?! – Минсок вскакивает и настороженно смотрит на соседа. - Детка, ты чего? – надувает губки Хэй. – Я такой страшный? Он выглядит так мило, что Сюмин отрицательно качает головой, забывая возмутиться очередному «детка». - Правда мысли читаете? – спрашивает Ким растерянно. – И о чем я думаю? И думает, что неплохо бы закончить начатое, но как-то не по себе. Хэй усмехается и заверяет, что «не против продолжения банкета». Минсок мучительно краснеет и возвращается на колени. Ну подумаешь, мысли они читают. Ни о чем таком он не думает. Мироощущение Кима окончательно путается. И он искренне решает ни на чем не заморачиваться. У него личная жизнь как-то так наладилась. С минуса на плюс в квадрате. И ему все нравится. Ведь нравится? - Разве мы можем не нравится? – рвано выдыхает Хэй, вцепившись в волосы Сюмина. Он думает в ответ, что не могут. Потому что они потрясающие. При этом член соседа все глубже проникает в рот и Минсок плотнее обхватывает его губами и зажмуривается. - Смотри на меня! – возмущается Хэй. – У тебя глаза невероятные. Хочу их видеть. Ким открывает глаза и смотрит на него. Кажется, у него кружится голова. И непонятно. Полчаса назад он с трудом отскреб себя от кровати, а сейчас готов к подвигам. Хэй кончает, больно сжимая волосы Мина. Тот не раздумывая все глотает и облизывается, поднимаясь на ноги. Душ они, все же, принимают. - Ты чудо! – уверяет Мина Хэй. - Я сошел с ума! – не согласен Сюмин. А потом волочет из кухни Ханя. Потому что исполнять задуманное при Хэе морально не готов. Не смотря на вчерашнее. И уже в гостиной восстанавливает справедливость, стащив со второго брата брюки. Минсок старается не меньше, чем для Хэя. И совсем не заморачивается над своими мотивами. Ему просто так хочется. - Лапочка, ты это нечто! – шепчет Хань, ласково потрепав Кима по голове. – Пошли завтракать! Сюмин кивает и топает завтракать, предварительно заглянув в ванную и в третий раз почистив зубы. Завтрак проходит в самой приятной атмосфере. Потому что Минсок думает исключительно о физике, которую точно не сдаст. Не знает он ее. Теорию с горем пополам осилит. А на задачах точно засыплется. Господи, зачем экономисту физика? И что делать, если не сдаст? Пересдать-то можно, а стипендия накроется. - Зайчик, прекрати паниковать! – требует внезапно Хань, вырывая Кима из череды панических мыслей. – Все ты сдашь. Ты мне веришь? Сюмин зачарованно кивает. Хотя, какая вера? Они два дня знакомы. И за это время он съехал с катушек и переспал с обоими. - Малыш, ты выдумываешь кучу ненужных проблем, - усмехнулся Хэй. – Нам же хорошо вместе? Мин снова кивает. И снова начинает паниковать. А он еще из дома не вышел. То есть, они не вышли. Потому что в универ они снова едут вместе. И пока Хэй за рулем, Хань ласково целует Кима, убеждая, что все будет хорошо. Сюмин верит. А какие варианты-то? - Мы тебя после физики найдем! – обещает Хэй у аудитории. – И ты мне должен поцелуй. - Я знаю, - соглашается Минсок. С Ханем же он целовался. В аудитории гнетуще тихо. Не один Минсок ненавидит физику. Ким так погружен в себя, что даже не замечает заинтересованных взглядов. Пока за впередистоящую парту не садиться Бён Бэкхен. - Привет, Мин-Мин! – улыбается он. Сюмин ненавидит это «Мин-Мин», но после «заечек», «котиков» и «баоцзы» готов смириться. - Привет, Бэкки, - тихо мстит Минсок, называя однокурсника также ласково. Бэкхен морщиться, но ничего не говорит, интересуясь братьями Лу. Близнецы восходящие звезды университета. Они слишком шикарны, чтобы их не заметить. Они кажутся недоступными и почти неземными. Даже отпетые задиры отчего-то не смеют не то что прицепиться. Просто подойти. - Они тебя второй день привозят, - завершает Бён свою восторженную речь. – Почему? - Потому что спорить с ними я не в состоянии, - честно признается Ким со вздохом. - В смысле? С чего они вообще тебя подвозить решили? – не отстает Бэкхен, а Минсоку бы физику повторить. - Потому что живем мы в одной квартире! – вздыхает последний, открывая учебник. – Госпожа Ли их ко мне подселила, ибо в одиночку я аренду не тянул. Бэкхен, мне надо повто… - Перед смертью не надышишься! – решительно заверяет Бён, отбирая учебник. – Ты живешь с братьями Лу?! Мин-Мин, пригласи меня в гости! Ты просто обязан позвать меня в гости. Я должен с ними познакомиться. Сюмин пожимает плечами. Кто их братьев знает? Они как-то людей не очень жалуют, как он заметил. Только вот его с чего-то выделили. Вошедший преподаватель дает ему возможность уйти от ответа. Глядя на лист с заданиями, Минсок вздыхает. Паники нет. Вместо этого вспоминается тихий голос Хэя, объясняющий основной принцип решения задач. И совсем не страшно. Он же гений. Так что и физику может одолеть. У него даже голос почти не дрожит, когда он отвечает теорию. И физик снисходительно улыбается, говоря, что всегда в него верил. Сюмин выдыхает только в коридоре, где на него тут же вешается Бён со своим нытьем. Отцепиться от него не удается. Однокурсник практически висит на нем, крепко обнимая за шею. - Не помешаю? – раздается рядом голос Хэя. Минсока бросает в жар и он активнее начинает отцеплять от себя Бэкхена. И очень хочется объяснить, что «не виноватый он, Бён сам на нем повис». - Молодой человек, отцепитесь от нашего Минсока, пожалуйста, - вежливо улыбается Хань, подошедший следом. – Вы его нервируете. - Я что?! – не понимает Бэкхен, но к радости Кима отлипает от него. – Привет! Улыбается он, как блаженный, отмечает Сюмин. Тем временем Хэй крепко сжимает его запястье и тянет к себе. Минсок не сопротивляется. - Привет! – кивает Хань, хватая Кима за вторую руку. - Ну и чего вы на людей кидаетесь? - Я не кидался, - сбивчиво бормочет Бён. – Можно на ты. Я Бэкхен. Мин-Мин меня в гости пригласил. Минсок широко распахивает глаза от невероятной наглости Бэкки. Никого он никуда не звал. Ему и без гостей неплохо. - Вот как? – задумчиво тянет Хань. – Ну что ж. Приходи на стоянку после занятий. И да! Его зовут Минсок. - Что?! – снова не врубается Бэкхен, пребывающий в некоторой прострации от внезапного шока. - Его зовут Минсок! Никаких кличек! – поясняет Хань, склонившись к самому уху Бёна. – Уж будь добр! Бэкхен кивает. Мин его хорошо понимает. Чем ближе кто-то из братьев, тем меньше желание спорить. - Его вообще быть не должно! – небрежно замечает Хэй. – Желания этого. - Как это? – не соглашается Ким. – У меня есть некоторые возражения. - Ну вот поэтому ты и наш мальчик, - улыбается Хань. – Что хочешь на обед? - Да все равно, в общем-то, - Мин нервно оглядывается. – Я не сбегу. От того, что братья крепко держат его за руки, возникает ощущение, что он под конвоем. Хань отпускает его запястье и, медленно скользнув ладонью по ладони, переплетает свои пальцы с пальцами Минсока. С другой стороны Хэй дает то же самое. - Люди смотрят, - бормочет Ким, медленно тая от окутавшего тепла. - Да пусть завидуют, - отмахивается Хэй, увлекая Мина и брата за собой в кафетерий. Там оставляет их за столиком у окна и идет за обедом. Сюмин рассеянно смотрит ему вслед, поглаживая при этом ладонь Ханя. И хочется зажмуриться от непонятного восторга. Ему в жизни так хорошо и спокойно не было. - За ушком почесать? – вкрадчиво интересуется Хэй и Мин понимает, что, все же, закрыл глаза. - Дома можно, - отзывается он, а Хань вручает палочки. – Мальчики, я его не звал! - Котенок, не психуй, мы знаем, - говорит Хэй. – Мы не против твоих друзей. - Да нет у меня друзей! Так, знакомые и сокурсники, – смущенно признается Ким. – Я учусь и характер у меня… И по статусу я им не подхожу… Он отводит взгляд, снова недоумевая. Вот что они в нем нашли? Особенно, когда им и вдвоем неплохо. Парень вздрагивает, когда Хань ласково треплет его волосы, а Хэй безмятежно приступает к кормлению. И оба требуют выкинуть из головы подобную чушь. Вдвоем им неплохо, да. Но втроем-то веселее. А Минсок «зайка и лапочка». После обеда у них общая пара истории экономики и Минсок сидит на одном из средних рядов между братьями. Под кучей завистливых взглядов. И это его нервирует. Он буквально слышит сердитое шипение за спиной. И нехорошие предчувствия начинают тихонько грызть и без того испорченную учебой психику. Как выясняется позже, не зря. Это к братьям люди подойти отчего-то боятся. А к маленькому незаметному Минсоку запросто. Напомнить, что он здесь исключительно из жалости и должен вести себя тихо и знать свое место. С этим Ким не согласен. Потому честно сдал все экзамены, в отличие от некоторых. И сказать это в глаза тем самым «некоторым» не стесняется. Минсока вытесняют из зоны комфорта. А это всегда вызывает у него защитную реакцию. И первый удар он успешно блокирует. И от второго почти уворачивается. Чей-то кулак только слегка задевает лицо. Но с непривычки это больно и парень неосознанно жмуриться. А вот третьего удара не следует. Вместо этого его Осторожно гладят по щеке. - Минни, ты в порядке? – тихо спрашивает Хань. Минсок открывает глаза, чтобы увидеть, как Хэй брезгливо отталкивает одного из «богатых и знаменитых». - Ребята, - выдыхает Ким. – Мне, кажется, губу разбили. И я хочу пить. И… - Тсс! – прикладывает Хань указательный палец к его разбитым губам. – Сейчас мы этим смертным кое-что объясним и поедем домой. Минсока сильно цепляет это «смертным». Не меньше, чем мелькнувший в глазах Ханя багровый отблеск. Но ему совсем-совсем не страшно. Просто потому что это «его мальчики». Как бы безумно не звучало. Он не вслушивается в типичное «если кто-то когда-то хоть пальцем». Видит только, что народ проникается. Минсок даже извинения получает. Усмехается и морщится от боли в губах. - Сейчас пройдет! – обещает Хэй уже в машине и медленно проводит языком по губам Мина. – Ты помнишь, что мне должен. Минсок улыбается. Потому что больше не больно. А целоваться ему нравится. В этот раз за рулем Хань. А к ним присоединяется Бэкхен, про которого почему-то не забыли. Он как-то виновато смотрит на Мина, но тому плевать. Потому что он целуется с Хэем, откровенно шокируя однокурсника. Бэкхен глядит потрясенно и отчаянно завидует. - Приехали! – нарушает затянувшееся молчание Хань. – Солнышко, что ты хочешь на ужин? «Солнышко» Сюмин хочет послать подальше Бёна и… Ох сколько он всего хочет. Это нормально, кстати? Или он тихонько в озабоченного извращенца превращается. Вслух Ким просит спагетти. Хочется чего-то итальянского. Ханя в костюме тореро. Или Хэя. Обоих. Мин тормозит воображение, бросая незаметный взгляд на Бэкхена. Тот присаживается на краешек дивана в гостиной. - Ты с ним спишь? – спрашивает он, когда братья выходят из комнаты. - С кем? - А кто из них кто? - Ну, лично я Хэй! – раздается насмешливое. – Минни, ты пить хотел. Хэй вручает Киму стакан с яблочным соком и мимолетно целует в губы, не стесняясь Бэкхена. Потом снова уходит Переодеваться. - Ты спишь с Хэем? – конкретизирует вопрос Бён. Сюмин кивает. Зачем отрицать очевидное? - Тогда Хань свободен? – у Бэкхена во взгляде такая надежда, что Киму слегка неловко его обламывать. Да он и не успевает. Это делает сам Хань, явившийся уточнить у Минсока что-то про соус и не упустивший возможности облапать и поцеловать. - Хань тоже занят, - усмехается он. – Потому что с Ханем Минсок тоже спит! И уходит. Весь такой невероятно прекрасный. - А тебе не много? – возмущается Бэкхен. Мин только улыбается в ответ. Он точно знает, что Бэкки никому ничего не расскажет. А еще неплохо бы выставить этого самого Бэкки после ужина.